ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
?


!



Самое читаемое:



» » » Многопартийность и политическая панорама в современной Венгрии
Многопартийность и политическая панорама в современной Венгрии
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 29-01-2014 17:31 |
  • Просмотров: 4498

Б. И. Желицки

Из сборника «Политический ландшафт стран Восточной Европы середины 90-х годов»

Российская Академия наук, Институт славяноведения и балканистики, Москва, 1997

1.       Предпосылки и факторы становления политического плюрализма.

Расстановка политических сил во время первых свободных выборов (1990 г.)

В Венгрии в "кадаровский период" функционировала модифицированная разновидность советского типа социализма, не во всем совпадающая с оригиналом. В отличие от ряда других ведущих партийных деятелей стран Центральной и Юго-Восточной Европы Яношу Кадару удалось несколько смягчить жесткую, строго централизованную командно-административную систему как в сфере экономики, так и политики. К Я. Кадару высшее советское руководство относилось сравнительно терпимо. "Кадаровский социализм" по сути представлял собой либерализованную модель авторитарного режима, который нередко называли еще и мягкой диктатурой. При этом режиме (не считая его начальный, весьма жесткий и кровавый реставрационный период с конца 1956 г. до середины 60-х годов) к взглядам, отличающимся от официально принятых, относились более спокойно, чем в других странах "реального социализма". Допускалось больше свободы для творческой интеллигенции. Именно этим и объясняется, что в стране, если не считать беженцев 1956 г. (около 200 тыс. человек), не было такого обилия политических диссидентов, как в некоторых других "братских" государствах.

Именно поэтому в 70—80-е годы Венгрия оказалась наиболее подготовленной к восприятию идей и практическим действиям по модернизации страны. В обществе все больше осознавалась неизбежность, пользуясь тогдашней терминологией, "расширения социалистической демократии". Во второй половине 60-х годов в стране были сделаны уникальные шаги в этом направлении. Венгрия стала первой страной в восточноевропейском регионе, где при выборах в высшие органы госуправления выдвигались две кандидатуры на одно депутатское место. Вслед за этими, хотя и робкими, шагами началось расширение рамок дозволенного и в других областях общественно-политической жизни. Конечно, это были лишь первые признаки грядущих преобразований, но именно благодаря им Венгрия в середине 80-х годов смогла отказаться от тоталитарных форм управления и первой в регионе перейти к системе парламентской демократии.

Реформирование существовавшей тогда системы в Венгрии обусловили общественная готовность и политическая воля, а также стечение внутренних и внешних обстоятельств. Следует подчеркнуть, что в Венгрии (наряду с Польшей, где имело место мощное профсоюзное оппозиционное движение "Солидарность") раньше, чем в других странах соцсистемы начали складываться и выходить на политическую арену так называемые неформальные организации и движения — зачатки будущих политических партий. В этом отношении особенно урожайными были 1987-1989 гг., но первые "неформалы" появились еще раньше.

В это время наблюдался небывалый ранее рост числа и активности возникающих политических новообразований (обществ, союзов, объединений, партий, движений) и возрождавшихся так называемых исторических или "ностальгических" партий, которые все более определенно стали заявлять о себе в политической жизни.

Во второй половине 80-х годов в соответствии с духом времени постепенно начала меняться и сама правящая Венгерская социалистическая рабочая партия (ВСРП), десятилетиями являвшаяся единственной, монопольной политической силой или же, как ее венгры называли, государственной партией, насчитывавшей в своих рядах более чем 870 тыс. членов!. Для дальнейшего политического развития страны наиболее существенным и решающим являлось, однако, то, о чем говорилось выше — зарождение и постепенное оформление реальной демократической многопартийности.

За весьма короткий исторический срок (1988-1990 гг.) по инициативе снизу, в результате "переговорной революции" (переговорный процесс лидеров политических новообразований с ВСРП в рамках общенационального "круглого стола") были созданы юридические предпосылки и условия для формирования многопартийной политической парламентской системы, мирного перехода к плюралистической демократии.

Прежде чем охарактеризовать или кратко подытожить процессы, приведшие к кардинальным преобразованиям, следует хотя бы на уровне констатации обратить внимание на то обстоятельство, что важной политической предпосылкой, позволившей демократическим силам приступить к реформированию системы, безусловно, явилась горбачевская перестройка в СССР, ослабление прежнего вездесущего советского контроля и давления, отказ новых советских руководителей от политики вмешательства в дела стран "соцсодружества". В условиях падения престижа советской внешней политики, углублявшегося кризиса всей системы и вынужденной необходимости проведения реформ и внедрения демократии руководитель ВСРП Я. Кадар уже достиг преклонного возраста, а партия, которую он возглавлял с 1956 г., так и не вырастила достойного преемника. Это безусловно сказалось на судьбе ВСРП. Не имея авторитетного руководителя, не отягощенного грузом прошлого, партия в новых условиях все больше стала терять свое влияние в меняющемся обществе.

Наряду с этим, особое значение имело то, что в Венгрии формировалось поколение политиков (а они могли вырасти только в рядах государственной партии), которые были готовы к дальнейшей либерализации режима. В рядах ВСРП, в ее руководстве сформировалось крыло социал-демократического толка, группа реформаторов, которые вместе с центристами способствовали углублению демократических преобразований. Среди них выделялись Реже Нерш, с именем которого связана реформа экономического механизма 1968 г., руководитель Отечественного народного фронта Имре Пожгаи, который всячески поддерживал зарождавшиеся неформальные движения и организации, Матяш Сюреш, возглавлявший Государственное собрание, и др. Правда, им и их сторонникам приходилось прилагать немало энергии, чтобы преодолеть косность и сопротивление со стороны догматически настроенного номенклатурного крыла в руководстве партии, которое весьма неохотно уступало свои позиции. И. Пожгаи, в частности, за обнародование в конце 1987 г. учредительного заявления одного из новых политических движений получил партийный выговор, а четверо

ставших впоследствии видными политологами (М.Бихари, 3. Биро, З.Кирай, J1. Лендел) были исключены из ВСРП. И все же политики, осознающие необходимость перемен, завоевывали все больше сторонников. Время и меняющиеся реалии работали на них.

В мае 1988 г. завершилась эпоха Кадара. Новое поколение партийных лидеров во главе с тогдашним премьер-министром Кароем Гросом практически сместило его с поста генерального секретаря партии. Для него был учрежден новый, по сути декоративный, пост председателя партии.

Новым генсеком стал К. Грос, который еще летом 1987 г. признал, что экономика страны находится в кризисе. На всевенгерской партконференции весной 1988 г. было укреплено высшее партруководство.

В него вошли реформатор Р. Нерш — самый последовательный и активный сторонник перемен, И. Пожгаи, который стал одновременно и государственным министром без портфеля, фактически вторым человеком в правительстве (ему было поручено курировать новые общественные организации и движения) и молодой экономист Миклош Немет, сменивший в январе 1986 г. К. Гроса на посту премьер-министра2. Был провозглашен курс на создание системы "демократического рыночного социализма".

Однако новый генсек проявил готовность идти лишь на небольшие "косметические" уступки. Он не был уверен в своих силах и возможностях, постоянно "оглядывался" на Москву (правда, шел только 1988 г.), а во внутренней политике продолжал лавировать и не сумел предвидеть ход событий, осознать неизбежность становления подлинной демократии. В результате К. Грос шаг за шагом терял имеющиеся у него и партии позиции. Воспитанный на традициях однопартийности и командно-директивного управления, он по сути не желал кардинальных перемен и стал тормозом демократического развития. К зарождавшейся многопартийности он относился настороженно. Между тем к концу 1988 г. в стране уже насчитывалось более 40 новых альтернативных организаций и движений, которые искали свое место в общественно- политической структуре страны, готовились к диалогу с ВСРП. На повестку дня все настойчивее выдвигалось требование политического плюрализма и создания правового государства. В ноябре новым премьер-министром стал М. Немет, а парламент интенсифицировал законодательную деятельность. На декабрьском пленуме ЦК ВСРП пришлось констатировать, что "в стране усилилась потребность в многопартийной системе"3.

В руководстве ВСРП на том этапе самым последовательным и действительно стремившимся к кардинальным демократическим переменам был И.Пожгаи. Именно под его давлением партийная верхушка была вынуждена сделать очередной шаг на пути к демократии. Без его нажима и твердости громоздкая государственная партия не избавилась бы так стремительно от груза прошлого и от идеологических оков, сдерживавших процесс перемен, не склонилась бы так быстро к признанию плюрализма. Кроме того, без поддержки И.Пожгаи неформальные движения и организации, не имевшие тогда еще законодательных основ для своей легальной деятельности, также не смогли бы получить известность, утвердиться и добиться общественного признания.

Широкая венгерская общественность обратила внимание на появление демократической оппозиции в ходе развернувшегося обсуждения проблемы выхода страны из кризиса. Среди первых альтернативных движений и неформальных организаций выделялись тогда своими демократическими позициями Венгерский демократический форум (ВДФ), Союз свободных демократов (ССД), Союз молодых демократов (известный под названием Фидес), которые вплоть до ноября 1989 г., т.е. до принятия закона об общественных организациях, опасались называть себя партиями. Между тем, убедившись в возможности политической деятельности и обратив внимание на рост активности и популярности этих союзов и движений, бывшие представители демократических партий 40-х годов также приступили к реанимации своих организаций. Так возродились Независимая партия мелких хозяев (НПМХ), Социал-демократическая партия Венгрии (СДПВ), Христианско-демократическая партия (ХДП). Следует отметить, что все эти партии еще до официального признания многопартийности в целях обеспечения мирного перехода к политическому плюрализму сочли необходимым вести переговоры с ВСРП, реформаторские силы которой, в свою очередь, также выразили готовность к диалогу. Под эгидой Независимого форума юристов в рамках Всевенгерского круглого стола, работа которого проходила с июня по сентябрь 1989 г., состоялись переговоры

об условиях перехода к парламентской демократии, обсуждались и согласовывались принципиальные вопросы переходного периода. В этой работе участвовали три группы различных политических сил: 1) правящая, но меняющаяся ВСРП; 2) новые политические формирования - ВДФ, СССД, Фидес и возрождающиеся исторические партии (СДПВ, НПМХ, Венгерская народная партия); 3) традиционные общественные организации социалистического периода.

Консервативные силы ВСРП старались всячески тормозить переговоры, препятствовать демократизации страны. Однако И. Пожгаи решительно поддержал переговоры. Среди обсуждавшихся на "круглом столе" принципиальных проблем демократического переустройства государственной системы были: учреждение поста президента, порядок его избрания, упразднение партийной милиции (рабочей охраны), запрещение деятельности парторганизаций по месту работы и др. Хотя демократические силы в правительстве и парламенте уже провели через Государственное собрание ряд важных законов, оппозиционные политические круги добивались того, чтобы "основополагающие законы" были приняты парламентом, избранным на основе свободных выборов с участием различных политических партий. К ним причислялись законы об изменении конституции, о выборах президента, о конституционном сиде, о деятельности политических партий, об экономических основах государства.

Итоги договоренностей в рамках Всевенгерского круглого стола были изложены в специальном документе, который 18 сентября 1989 г. подписали ВСРП, ВДФ, НПМХ, СДВП, а также уточнившая свое название Христианско-демократическая народная партия (ХДНП). ССД и Фидес, хотя и участвовали в переговорном процессе и в подготовке итогового документа об общественном согласии, отказались его под- , писывать. Они мотивировали свою позицию нежеланием "пачкать себя пактом с коммунистами" и явно полагали, что их подчеркнутый антикоммунизм поможет им в новых условиях получить больше голосов на предстоящих в мае 1990 г. парламентских выборах.

В 1989 г., и особенно во второй половине года, общественная жизнь в Венгрии достигла высокого уровня политической активности. Характерно, что премьер-министру М. Немету вскоре удалось освободиться от партийной опеки и вести независимую политику, способствующую утверждению демократии в стране, становлению реальной многопартийности.

До сих пор мы преднамеренно избегали давать какие-либо характеристики новым политическим образованиям. Ведь на начальном этапе становления многопартийности было важно лишь одно: движения, союзы и партии стремились, как правило, к демократизации страны и поэтому буквально все называли себя демократическими и, естественно, предпочитали определять себя в качестве центристской политической силы (например ВДФ), либо явно антикоммунистической (ССД, Фидес). В дальнейшем возникает, однако, необходимость дать более дифференцированную характеристику вышедших на политическую арену партий, а также указать их место на политической сцене. Ориентиром здесь служит самоопределение партий, которого мы в основном и намерены придерживаться при анализе начального этапа их деятельности. Разумеется, партийная самоидентификация далеко не всегда позволяет получить о них всестороннее представление, тем более определить их место в политическом спектре.

Для этого следует определить принципы и критерии, позволяющие осуществить такой анализ. Нужно прежде всего выявить корни и истоки тех политических течений и движений, из которых выросли партии, учитывая при этом их самоидентификацию, а также их поэтапное становление. Такой подход, на наш взгляд, позволит рассмотреть их в историческом развитии, поможет лучше понять их современные позиции и происходящие в них сегодня процессы. Именно из такого принципа мы исходили до сих пор, показывая условия формирования политической многопартийности в Венгрии.

Оценивая партии по их идейно-политическим концепциям, программным заявлениям, конкретным действиям, определяя их место в партийно-политическом спектре Венгрии, мы вынуждены пользоваться установившейся в европейском ареале терминологией - "правые" и "левые".

В 1989-1990 гг. в Венгрии на ее посттоталитарном этапе развития появились политические партии как того, так и другого типа. Но, как и в других странах Восточной Европы на том же этапе многие левые силы порвали с прошлым и повернулись лицом к парламентской демократии и правовому государству. В результате этого фактически произошел реальный общественный сдвиг вправо. Применительно к конкретным венгерским условиям это означало, что начиная с 1990 г. (первые посттоталитарные свободные выборы) в парламент страны попали только такие партии, которые отказались от прежних ценностей и продемонстрировали свою приверженность к правому крылу. Следовательно, все политические силы фактически расстались с командной системой.

Однако, различия существуют и между правыми партиями. Поэтому в зависимости от тех ценностей, которым они привержены, в новых условиях можно делить их на "левые", "правые", "Центристские". Хотя, разумеется, существует необходимость и в других уточняющих характеристиках для присутствующих ныне на венгерской политической арене партий и политических течений (левоцентристские, право- центристские, народные, национальные левые, либеральные, консервативные и т.д.).

Вернемся, однако, к ситуации рубежа 1989-1990 гг., когда политические новообразования, а также возрожденные исторические партии, да и старая ВСРП - все встали перед необходимостью нового самоопределения и поиска своего места в политической жизни страны. Эта задача легче решалась историческими партиями, которые заявили о решимости следовать курсом своих предшественниц. Для ВСРП поиск новой идентичности давался с трудом и не без внутренних потрясений. Над ней тяготел груз прошлого, наследие правящего характера партии, от которого было необходимо отказаться, чтобы занять подобающее место в условиях сложившегося политического плюрализма. Все это требовало от нее самореформирования, выработки нового имиджа и политического курса.

Самые крупные новые политические партии в условиях 1989 г. определили себя следующим образом:

ВДФ в своих программных документах заявил о том, что считает себя центристской политической силой, объединяющей в своих рядах приверженцев таких известных в венгерской истории политических ценностей, как плебейского толка народно-национальная, национально-либеральная и христианско-демократическая идеи, и намерен решать целый комплекс задач демократического переустройства общества и страны^. В первую очередь: преобразование форм собственности, со

здание парламентской демократии, правового государства, обеспечение национальной независимости, личных прав и свобод граждан и пр. Будучи партией-движением, ВДФ выражала прежде всего народную идеологию и выступала за собственный путь развития Венгрии. Являясь партией-собирательницей умеренных центристских сил, она с самого начала отмежевалась как от коммунистической идеологии, так и от правоконсервативных и национально-шовинистических течений, как отрицающих человеческое достоинство, но в то же время заявила о своей приверженности общечеловеческим ценностям, конституционной демократии и провозгласила себя партией, защищающей национальные интересы 5 ВДФ, несомненно, стал основной центристской партией в партийно-политическом спектре Венгрии. Несмотря на строгое следование декларированному курсу, на отказ от любых доктринерских идей, в печати, находившейся в руках ее соперниц, стал складываться образ ВДФ как правоконсервативной или национально-консервативной силы. Даже после того как эта партия пришла к власти и приступила к осуществлению буржуазно-демократических преобразований, к переводу экономики на рыночные основы ей не удалось разрушить эти стереотипы, внедренные в общественное сознание. Форум не сумел эффективно защититься и отстоять все заявленные ценности (постепенно предавая забвению народно-национальные ценности, а ССД присвоил себе его либеральные начала).

ССД назвал себя либерально-демократической партией, ориентирующейся на принципы оппозиционности, европеизма, а в своей политической философии - на традиции, либерализма и социал-демократизма 6. Эти приведенные в документах партии формулировки не позволяют четко определить место ССД на политической карте Венгрии. Да и сами свободные демократы не заявляли к правым или левым они относят себя в тогдашней структуре венгерских политических сил, возможно, по тактическим соображениям. Но по характеру деятельности в 1988-1994 гг. ССД являлся практически " право-левой" партией. Видимо, отдельные политологи в Венгрии именно поэтому решили поместить ССД все же "где-то посередине политического спектра", назвав его центристской партией. Отмечая, что ССД из элитной, так называемой интеллигентской партии, может превратиться в массовую партию, политолог А. Бозоки, например, указывает на ее "своеобразную двойственность", подчеркивая, что "для предпринимателей ССД слишком социален, а для бедных - слишком либерален"?. Что же касается социал-демократизма, то ССД имеет отношение прежде всего к его идейным корням, и в значительно меньшей степени к его практическому политическому курсу. В его деятельности с самого начала больше проявлялось правого политического радикализма, чем либерального демократизма. В то же время в программных документах партии выдвигались действительно центристского характера задачи — права человека, многосекторная экономика, многопартийная парламентская система.

'Однако в отношении методов и практики достижения целей ССД допускал применение далеко не либеральных средств, что не увязывается с устремлениями социал-демократии и левоцентризмом вообще. Идеалом для ССД является западный капитализм, и исходя из этого, в отличие от ВДФ, партия исключает возможность самобытного пути развития для Венгрии, считая, что такового просто не существует, а поэтому следует копировать путь, пройденный Западом (в России таких политиков называли бы западниками).

Фидес определил себя как партию молодых демократов либерального толка. В начале своей деятельности он считался "младшим братом", молодежной организацией ССД, и последний не редко использовал его в качестве "пробивного кулака". Пели и задачи Фидес и ССД были почти идентичны, во всяком случае родственны с учетом некоторых генерационных особенностей. Таким образом, Фидес, как и ССД, можно отнести к центристским партиям.

Если эти три названные партии Венгрии на рубеже 80—90-х годов представляли центристские силы, то возрожденная НПМХ - право- центристская партия; еще более правой была Венгерская народная партия (ВНП), наследница венгерских народных крестьянских традиций, выступавшая за собственный национальный путь развития страны, а также Общество им. Байчи-Жилински, в программе которого особое значение имели венгерские исторические ценности и традиции, национальный суверенитет, демократическое обустройство страны, сотрудничество Венгрии с придунайскими и восточноевропейскими народами. Ведущую роль среди этой тройки безусловно играла НПМХ, как самая крупная и растущая партия, имеющая богатые исторические традиции (основана в 1930 г., воссоздана в августе 1988 г. и зарегистрирована в январе 1990 г.).

В области экономики НПМХ провозгласила либерально-демократический курс; в общественно-политической - консерватизм в европейском понимании этого слова, в сфере культуры - христианско-национальный подход 8. Партия определила себя в качестве политической силы, отстаивающей национальные ценности, независимость страны, права человека, гражданские свободы, буржуазную демократик)9. Следует отметить, что в партии, как впрочем и в ВДФ, наряду с политическим центром с самого начала присутствовало как левое (народно-либеральное) крыло, так и консервативное.

Правее от НПМХ разместилась на политической карте ХДНП, отстаивающая религиозно-консервативные, венгерские народные и общечеловеческие ценности. Она ориентировалась на все общество, а не на отдельные социальные группы. Своей целью партия провозгласила создание государства народного благосостояния, обеспечение равновесия и гармонии в обществе. Она высказалась за правовое государство, повышение уровня образования и культуры его граждан, за реалистическую внешнюю политику как со странами Востока, так и Запада! 0_ к правым силам вполне определенно причисляли себя и такие партии, как Венгерская партия независимости и Независимая венгерская демократическая народная партия, а также две другие небольшие малозначительные партии, имеющие весьма узкую социальную базу и не сумевшие завоевать поддержки населения.

Таковы были основные и наиболее значимые партии, представлявшие в 1989-1990 гг. правые и правоцентристские силы. Политическое многоцветье было характерно именно для этой части партийно-политического ландшафта Венгрии. Забегая несколько вперед, следует отметить, что в условиях развернувшихся в те года преобразований и предвыборных баталий модным становилось повальное отрицание недавнего прошлого - одна из основных характерных черт предвыборной риторики ряда политических партий и движений. В беспощадном бичевании политики ВСРП, а затем и ВСП тогда особенно выделялись и усердствовали ССД и Союз молодых демократов. Следует 

заметить также, что, ведя безудержную критику всего коммунистического и социалистического в борьбе за голоса избирателей, ССД тем самым весьма усердно работал против своего основного демократического партнера в предвыборной кампании - ВДФ. В таких условиях происходило некоторое сползание всех политических партий : вправо.

Предвыборное соперничество ССД и ВДФ с самого начала привело к разобщенности сил лагеря демократов, что по сути сказывается еще и сегодня как на взаимоотношениях названных партий, так и на престиже венгерской демократии в целом. Свободные демократы в основном аппелировали к Западу, преднамеренно создавая своей пропагандой весьма отрицательный образ венгерской демократии, намекая на то, что "подлинную демократию" для страны способен обеспечить только ССД, который в отличие от ВДФ не считается с "мелочной" национальной самобытностью.

Характерно, что общее сползание вправо не могло не отразиться и на тогда еще единственной левой партии ВСРП, в которой под влиянием процессов внутренней дифференциации начались преобразования и выделение новых структур. Возрожденная СДПВ в качестве представительницы социал-демократических традиций обогащала разно- направленность левого крыла партийно-политической структуры Венгрии. Выйдя на политическую арену в конце 80-х годов эта партия левого фланга тяготела, однако, к центру. Но в переходных условиях СДПВ раскололась и не сумела добиться ощутимых результатов в кон. курентной борьбе на венгерской политической сцене на этапе постто- талитарных преобразований. Здесь, видимо, следует отметить, что ССД, который в конце 80-х годов не идентифицировал себя в качестве правой или левой политической силы, по нашему мнению, все же занимал явно правые и к тому же радикальные политические позиции. Впоследствии, однако, некоторые политологи стали его причислять, исходя из сегодняшнего положения дел, к левым силам, что на деле является далеко не бесспорным утверждением.

Определенно левой, даже левоконсервативной, следует считать бывшую ВСРП (партию кадаровского социализма), из которой в конце 80-х годов выросли две современные левые партии. Тогдашняя ВСРП в условиях становления многопартийности сама переживала глубокий кризис. Ее руководство во главе с К. Гросом не сумело преодолеть инерцию и встать во главе демократических преобразований в партии и стране. Ряды ВСРП покинуло немало членов, которые перешли в СДПВ и ВДФ. В преодолении консерватизма партийных лидеров особое значение имели те усилия, которые проявляли партийные реформаторы, последовательные сторонники демократического переустройства. Существенным толчком к реформированию ВСРП, а вместе с тем и стимулом к активизации деятельности демократических сил в партии, являлось выступление И. Пожгаи с переоценкой событий 1956 г. Постсталинское окружение генсека К. Гроса было вынуждено отступить и признать, что в 1956 г. в Венгрии имело место народное восстание против сталинизма, а не контрреволюция, о чем твердили идеологи прежней эпохи. Благодаря действиям Пожгаи и стойкости неореформаторских сил в ВСРП было принято решение о признании уже существующей на деле многопартийности!1.

Решающий перелом наступил, однако, лишь на съезде ВСРП в октябре 1989 г. Благодаря усилиям реформаторов было объявлено о прекращении ее деятельности, провозглашено образование новой партии - Венгерской социалистической партии (ВСП)12, которая отказалась от большевистского наследия и стала на позиции европейского социал- демократизма. ВСП порвала с принципом демократического централизма и практикой "государственной партии". Она объявила, что является правопреемницей, но не идейно-политической наследницей ВСРП, отмежевывается от любых проявлений сталинизма. В принятой программе ВСП провозгласила себя частью движения за демократический социализм, отстаивающей интересы людей наемного труда, и заявила, что придерживается концепции, принятой партиями Социнтер- на. Тем самым ВСП определила себя в качестве левоцентристской партии социалистической ориентации.

Инициаторы преобразования партии в условиях подготовки к предстоящим парламентским выборам 1990 г. явно рассчитывали на то, что ВСП предстанет перед избирателями в качестве обновленной политической силы. Съезд допустил, однако, тактический просчет, так как фактически не распустив ВСРП, призвал ее членов в течение октября представить личные заявления о перерегистрации в новую партию - ВСП. Но лишь менее 50 тыс. членов ВСРП подали заявления о вступлении в ВСП, а основная масса членов осталась вне партии.

В декабре 1989 г. бывший сотрудник ЦК при К. Гросе Дюла Тюрмер вместе с группой партийных функционеров решил реанимировать ВСРП, однако желание оставаться ее членами подтвердили в общей сложности не намного больше людей, чем перешедших в ВСП. С таким богажом пришли к выборам 1990 г. наследницы некогда могущественной кадаровской ВСРП. Характерно, что ВСП поддерживала демократические преобразования в стране, а реанимированная Тюрмером и Гросом ВСРП отстаивала еще более радикально-левые (по сути левацко-догматические) принципы, чем прежняя ВСРП.

Новые и старые левые в равной мере готовились к выборам 1990 г., хотя времени для упорядочения своих рядов и мобилизации сил оставалось мало. ВСП выдвинула кандидатом в президенты еще популярного в то время по всей стране И. Пожгаи, который в случае прямых президентских выборов, несомненно, был бы избран. Однако оппозиционные партии добились избрания президента парламентом. Социалисты в 1990 г. не получили доступа к исполнительной власти и были лишены возможности бороться за президентский пост.

В условиях стремительных политических преобразований, становления многопартийной демократической системы и правового государства время работало на тех, кто не был связан с прежним политическим режимом. Шел процесс не только размежевания сил, но и создания многоцветной политической системы Венгрии, где каждая из политических партий охотно присваивала себе такие эпитеты, как "демократическая", "либеральная" и т.п. В то же время — особенно на этапе предвыборного соперничества — почти каждая из них стремилась максимально отгородиться от недавнего прошлого. Разумеется далеко не все обещания и посулы партий вызывали симпатию и доверие населения, однако оппозиционность бывшим коммунистам несомненно импонировала многим. В условиях доминирования настроений всеобщего отрицания лидеры отдельных партий делали ставку именно на критику коммунистического прошлого. Однако венгерские граждане не поддавались экстремистским (ни ультраправым, антикоммунистическим, ни, тем более, левацким) настроениям. Доказательством тому являются итоги весенних выборов 1990 г., на которых население отдало предпочтение самой выдержанной и умеренной политической силе венгерских демократов - ВДФ.

В этой связи нужно отметить, что уже к началу 1989 г. в Венгрии вполне сложилась многопартийная система. Официально к парламентским выборам было зарегистрировано 65 партий. Однако лишь 12 из них сумели выполнить условия, предписанные законом, и представить для утверждения всевенгерские партийные списки. Им, чтобы стать парламентской партией, было необходимо набрать минимально 4% голосов избирателей. Такой порог сумели преодолеть всего 6 партий, которые и оказались в парламенте.

Итоги выборов не оправдали надежд ни одной из левых политических партий. Социал-демократы не сумели воспользоваться богатым историческим опытом СДПВ и продемонстрировали неспособность к компромиссам, поэтому оказались вне парламента. Их движение раскололось, и этот раскол до конца не преодолен до сих пор. ВСП, будучи основной партией — наследницей кадаровской ВСРП, не сумела тогда убедить избирателей в том, что она действительно стала другой. Тем не менее ей удалось стать парламентской партией, получив 33 депутатских мандата. Такие лидеры социалистов, как И. Пожгаи, Д. Хорн, М. Немет, М. Сюреш сумели сохранить свою популярность. Реанимированная же ВСРП под руководством Тюрмера и Гроса (хотя по их подсчетам эта партия была тогда самой многочисленной) не сумела провести в парламент ни одного кандидата.

Необходимо подчеркнуть, что левый политический спектр названными партиями не исчерпывался, так как еще три маленькие партии именовали себя "коммунистическими". Однако они не пользовались каким-либо влиянием и фактически сошли с политической сцены.

Результаты проведенных в 2 тура (март и апрель 1990 г.) выборов на многопартийной основе определили следующий расклад политических сил в венгерском парламенте

Партии

Кол-во мест в парламенте

°/

/0

ВДФ

165

42,75

ССД

94

24,45

НПМХ

44

11,40

ВСП

33

8,55

 

 

 

СМД (Фидес)

22

5,70 I

ХДНП

21

5,44

Независимые депутаты |

7

1,81

Руководители первых двух партий достигли между собой соглашения (впоследствии это нередко называли "пактом") относительно личности будущего президента страны - им стал писатель Арпад Генц (депутат от ССД). Президент 8 мая 1990 г. поручил парламентской фракции ВДФ сформировать новое правительство страны. 23 мая парламент избрал премьер-министром Йожефа Анталла (ВДФ). Он составил коалиционный правоцентристский кабинет, куда вошли представители ВДФ, НПМХ и ХДНП.

Левые силы, включая попавшую в парламент ВСП, а также либеральные партии стали оппозиционными. При этом они признавали неизбежность коренных экономических и политических преобразований. Характерно, что оппозиция впоследствии нередко именовала коалиционный кабинет не правоцентристским, а правоконсервативным или национально-консервативным. Следует отметить также, что правительство Анталла было единственным в постсоветском пространстве демократизирующейся Восточной Европы, которое стабильно, без правительственных кризисов, оставалось на своем посту до конца срока (правда, после кончины в декабре 1993 г. Й. Анталла его заменил на этом*посту Петер Борошш).

ВДФ, как партия венгерского возрождения, которая возглавляла правящую коалицию в 1990-1994 гг., стремилась реализовать программу создания свободной и независимой демократической Венгрии. Ее председателем в 1989-1993 гг. являлся Й. Анталл, а с февраля 1994 г. - Лайош Фюр.

Что касается установившейся к весне 1990 г. партийно-политической структуры Венгрии и соотношения политических сил в парламенте, то следует подчеркнуть, что они оставались довольно стабильными вплоть до очередных парламентских выборов 1994 г. (разумеется, это не исключало небольших сдвигов и перемещений внутри самих 70

партий, которые, однако, не меняли их характера). Практически все крупные парламентские партии сохранили свое уже сложившееся лицо, политическую ориентацию и принципы. Пожалуй, исключение из этого правила составлял только ССД, оказавшийся на второстепенных ролях и продолжавший усиленную критику ВДФ и возглавляемой им коалиции. К усердным атакам по дискредитации ВДФ и правоцентристских сил ССД и идеологи либеральных демократов приступили еще в 1989 г., тем не менее и на следующих выборах они опять оказались лишь вторыми.

Противостояние ВДФ и ССД — партий, принадлежащих к демократическому лагерю, нашло выражение не только в идейной борьбе (что было бы объяснимо), но и в реальной политике, а это по сути не только разделяло их, но и в целом ослабляло силы демократии. Так, использование ими не вполне чистоплотных методов политической борьбы, что нередко имело место в прошлом, предвзятость и очернение своих соперников (сначала социалистов, а затем ВДФ), а также критика лидерами ССД всего национального (которое нередко преподносилось как националистическое) в итоге привели к дальнейшему падению престижа свободных демократов (на следующих парламентских выборах они набрали меньше голосов, чем в 1990 г.).

Разобщенность и даже противостояние двух самых крупных демократических партий явно ослабляли и наносили ущерб имиджу лидеров, которые руководствовались лишь сиюминутными устремлениями, пытаясь любым способом взять верх над своим соперником в политической борьбе, опорочить его. Это в конечном счете отрицательно сказывалось не только на партиях, но и на престиже страны за ее пределами.

В период парламентского цикла 1990-1994 гг. правоцентристской коалиции во главе с ВДФ удалось достичь значительных успехов как в укреплении плюреалистической парламентской демократии, так и в области государственного управления и экономических преобразований. В то же время трудности, связанные с переходом к рыночной экономике, их неизбежные издержки в социальной сфере (несмотря на то, что они были менее тяжелыми, чем в ряде других посткомму- нистических государств), стали серьезным испытанием для коалиционных партий и привели в итоге к падению влияния ВДФ среди избирателей, вспомнивших в 1994 г. при очередных парламентских выборах "ностальгическую эпоху Кадара" с ее относительно благоприятным жизненным уровнем и проголосовавших в своем большинстве за социалистическую партию, ожидая от нее возрождения былого "золотого века" социальной стабильности.

Читайте также: