ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Правые группировки на польской политиче­ской сцене
Правые группировки на польской политиче­ской сцене
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 29-05-2014 16:45 |
  • Просмотров: 1465

Сравнительно недавно в общественно-политических кругах Польши было популярно утверждение, что деление политиков на правых и ле­вых уходит в историю, ибо их лозунги так тесно переплелись, что раз­личать их стало почти невозможно. Однако эти предсказания не вполне оправдались. Сегодня к правым или левым причисляют себя многие видные личности и политические группировки.

Традиционные для Европы политические и идеологические тече­ния в Польше проявились в несколько специфической форме. В меж- военный период правые выступали за свободную рыночную экономику, а левые - за различные варианты этатизма, т.е. участия государства в экономической жизни общества. В годы социалистического строи­тельства правые ассоциировались с чем-то негативным (если не враж­дебным), а определение "правый" могло восприниматься как оскорбле­ние. Этому не мешало то, что некоторые группировки правого проис­хождения, например ПАКС, явно одобряли социализм. Если говорить о левых, то они были представлены одним марксистско-ленинским тече­нием. Какие-либо отклонения от последнего в рамках левых сил явно не одобрялись. Так, власти часто предъявляли претензии к так назы­ваемым "левацким загибщикам" троцкистского, маоистского или анар­хистского толка, а также к ревизионистам, подозреваемым в социал- демократизме.

После падения в Польше в 1989 г. коммунистического режима от­ношение к левым и правым в общественном сознании стало меняться. Левизна переставала быть в моде и даже трактовалась как синоним зла, а правые обретали доброе имя. В последних видели антипод ском- промитировавшим себя левым, однако конкретное идейное и програм­мное содержание, отождествляемое с понятием "правые", было очень разнообразно и даже противоречиво. Одни предполагали, что правые должны "рассчитаться" с партноменклатурой ПОРГТ, сохранив при этом унаследованный от социализма экономический строй (во всяком случае основные его элементы). Для других исторической задачей пра­вых была модернизация Польши в соответствии с национальной тради­цией и при опоре на частную собственность. Некоторые же рассматри­вали правых как силу, которая должна создать новый строй, альтер­нативный не только социализму, но и западным либеральным демо­кратиям. Такой разнобой взглядов впервые проявился во время кам­пании по выбору президента в 1990 г., когда под знаменами правых и защищали, и атаковали план Бальцеровича[1]. Подобное смешение по­нятий происходит до сих пор.

После четырех лет правления демократических кабинетов (1989— 1993), которые больше можно охарактеризовать как правые, в поль­ском обществе наблюдается как бы возврат симпатий к ценностям, обычно считавшимся левыми. Тому есть ряд причин. Годами общест­во воспитывалось не только в атмосфере левой (коммунистической) риторики, но и привыкало к определенным реалиям в социально-эко­номической сфере: полная занятость, социальное обеспечение, бес­платное образование и здравоохранение, элементы эгалитаризма в доступе к материальным ценностям и т.п. Отход от этих приобрете­ний не мог в одночасье изменить критерии ценностей даже тогда, когда в этом непринято было громко признаваться. Это было видно уже во время парламентских выборов 4 июня 1989 г. Тогда голосова­ли против ПОРП, но ведь программа, представленная ее тогдашним противником — блоком "Солидарность", также была по существу ле­вой. В ней не говорилось, например, об отходе от политики полной занятости, от массового социального обеспечения, о демонтаже круп­ных государственных структур. Данная программа, по крайней мере в социальной и экономической сфере, была ближе левым, чем правым.

Деление партий на правые, центристские и левые не заходит в Польше очень глубоко и иногда выглядит достаточно условным. Объ­ективное, обоснованное отнесение их в ту или иную политико-идеоло­гическую категорию доступно по существу только узким политическим элитам и лицам, интересующимся теорией политики, историей общест­венной мысли. Большинство же людей, склоняющихся скорее эмоцио­нально, чем рационально к какому-либо из этих направлений, вряд ли смогут четко определить характер своих убеждений и подкрепить их доказательными аргументами. Перемены в этом отношении будут, ве­роятно, происходить по мере поляризации убеждений вместе с кристал­лизацией социальных структур.

Видимо, упорядочение политической сцены должно быть направле­но на формирование двухполярной политической модели. Без разум­ного деления на правых и левых на этой сцене еще долго могут доми­нировать личные амбиции и интриги. Так, раскол в "Солидарности" был тесно связан с персональным выбором: Л.Валенса или Т.Мазо- вецкий. Это свидетельствовало о временном характере политической сцены, сформированной президентскими выборами 1990 г., поскольку в разных группировках оказались люди с одинаковыми идейными взгля- дами.

Существует мнение, что именно правые должны взять на себя ос­новную тяжесть строительства Третьей Речи Посполитой. Чтобы об­легчить эту задачу, правым надо добиваться согласия между собой и, что, может быть,более важно, искать пути формирования широкого движения, поддерживающего про капиталистическое направление пере­мен. Правых может объединять мышление и деятельность, исходящие из таких принципов, как сильное государство, сильное самоуправле­ние, частная собственность, уважение традиций, семьи и религии и, наконец, терпимость [1].

С точки зрения лидера Консервативной партии (КП) А. Халля, польские правые должны особенно думать: а) о безусловном соблюде­нии внешнеполитического курса, направленного на обеспечение полноправного членства Польши в политических, экономических и военных структурах Запада, в первую очередь в НАТО; б) о сохранении конститу­ционного строя, основанного на разделении и равновесии властей и од­новременно о продолжении курса на децентрализацию государства че­рез обеспечение территориального самоуправления; в) о хороших отно­шениях между государством и костелом, основанных на взаимном ува­жении автономии и сотрудничества во имя всеобщего блага. Правым надо решительно противостоять попыткам отстранения костела от уча­стия в общественной жизни и действиям, которые привели бы к острой мировоззренческой поляризации польского общества. А. Халль считает, что идейной основой правых неизменно является синтез консерватив­ных, либеральных и христианско-демократических ценностей, который формируется в зависимости от исторического наследия отдельных народов [2].

Какие же политические образования можно отнести в нынешней Польше к правым? Наиболее заметными среди них являются Христиан- ско-национальное объединение, Соглашение центристских сил, Консер­вативная коалиция, Союз реальной политики, Консервативная партия, Христианско-демократическая партия. Однако часто не бывает едино­го мнения при определении места той или иной партии в политическом спектре. Так, депутат сейма от Христианско-национального объедине­ния М. Пилка не согласен с отнесением Конфедерации независимой Польши к правым группировкам, причем не только по причине ее эко­номических взглядов, но и из-за отношения к государству. Одним из основных критериев принадлежности к правым является, по мнению М. Пилки, чувство ответственности, особенно за государство, а дея­тельность Конфедерации в значительной мере направлена на дестаби­лизацию государства в надежде на ухудшение экономической си­туации, в результате чего возможно достижение успеха на выбо­рах. Равно как и антикоммунизм Движения за Речь Посполитую и Соглашения центристских сил не может служить, по мнению М. Пилки, достаточным критерием для квалификации этих партий в качестве правых. [3]

Определенное раздвоение в имидже Конфедерации независимой Польши и Христианско-национального объединения (ХНО) отмечали политические обозреватели Б. Вавжевска и П. Винчорек [4]. Воз­можно, это идет от тесной связи ХНО с костелом. Социальные идеи костела не носят прокапиталистического и либерального харак тера в таких областях, как отношения между работодателем и рабо чим, характер собственности, конечные цели экономической дея­тельности. По мнению названных обозревателей;более всего в ка­честве модели правого лагеря подходит Консервативная партия А. Халля, которая гармонично сочетает правые идеи, касающиеся и надстройки, и базиса. Но данная партия, кажется^не имеет сей­час широкой поддержки, учитывая, с одной стороны, стиль веде­ния политической игры нынешней элитой, а с другой — неготов­ность общества воспринимать "порядочную" политику. М. Пилка же считал, что КП нельзя отнести к правым. Эта партия - при­мер "ситуационной правизны", концепция которой воспринята А. Халлем еще в середине 80-х годов. Данная концепция предпо­лагает нахождение для себя места в политической нише, а не ре­шение реальных проблем, стоящих перед польским народом.

* * *

На парламентских выборах в октябре 1991г. предпочтение избирателей в основном было отдано правоцентристским группи­ровкам, однако значительная часть общества высказалась не просто за продолжение реформ, а за радикальное смещение их приоритетов и методов. Из участвовавших в выборах 18-ти пар­тий и объединений больше всего голосов собрал Демократиче­ский союз во главе с бывшим премьером (сентябрь 1989 г. - ноябрь 1990 г.) Т. Мазовецким - 14,5 % голосов; далее Союз демократических левых сил - 12,1 %, Католическая избира­тельная акция - 9,2 %, Либерально-демократический конгресс- 8,6%, Гражданское соглашение центристских сил - 8,1 %, Кон­федерация независимой Польши - 7,3 %, Польская крестьян­ская партия - Программный союз - 6,5%, профсоюз "Солидарность" 5,5%, Движение "Крестьянское соглашение" - 3,4%, Союз реальной политики - 2,5%. Наиболее вероятным стало создание под эгидой Со­глашения центристских сил (CUC) правоцентристской правительст­венной коалиции [5]. Руководители пяти политических объединений - СЦС, Либерально-демократического конгресса, Католической избира­тельной акции, "Крестьянского соглашения" и Конфедерации незави­симой Польши предложили президенту страны назначить на пост Пред­седателя Совета министров Польши одного из лидеров СЦС Я.Ольшевского.

Иначе обстояло дело во время парламентских выборов в сентябре 1993 г. Правые выступили на них с четырьмя отдельными избиратель­ными списками: Католический избирательный комитет (КИК) "Отчиз­на" ; Соглашение центристских сил - Объединение польское; Коалиция за Речь Посполитую; Союз реальной политики.

В КИК вошли Консервативная партия, Партия христиан­ских демократов, Крестьянско-христианская партия, а также Христианско-национальное объединение (лидер - В. Хжановский).

Во время кампании по выбору президента в 1990 г. ХНО под­держало Л. Валенсу. В выборах 1991г. оно стартовало под вывеской Католической избирательной акции, неожиданно для обо­зревателей и конкурентов получило 8,7% голосов, что дало ему 49 де­путатских мест в сейме, 12 сенаторских мест и в итоге - третий по величине депутатских клуб в парламенте. Благодаря такой сильной позиции ХНО обеспечило своему лидеру пост маршала сейма. Партия Хжановского была представлена в двух правительственных кабинетах, формировавшихся после выборов 1991 г., требуя прежде всего контроля над "идеологическими" ведомствами - министерствами культуры и об­разования. После роспуска парламента в июне 1993 г. ХНО первона­чально стремилось создать коалицию с Крестьянским соглашением Г. Яновского, а затем широкий блок, в состав которого вошли бы так­же другие правительственные правые группировки, объединенные в Клубе Польская конвенция (Консервативная партия, Партия христиан­ских демократов, Крестьянско-христианская партия). Когда выясни­лось, что Крестьянское соглашение готово принять только одну из этих группировок как союзника, ХНО решилось на самостоятельное участие в выборах. До создания коалиции "Отчизна" дело дошло только после вмешательства епископа Т. Гоцловского, который пригласил представителей ХНО и Польской конвенции на переговоры, во время которых было подписано соответствующее соглашение.

В сентябре 1993 г. группировки, входившие в КИК "Отчизна", на­считывали в своих рядах около 7 тыс. членов. Они не скрывали, что надеялись иметь поддержку костела. Комитет "Отчизна" стартовал под лозунгами "Сначала Польша" и "Поляки! Отчизна для нас". В со­вместной программе, принятой союзниками, подчеркивалась необхо­димость сохранения прочной позиции католического костела и уваже­ния христианских ценностей в общественной жизни. Политики блока высказывались за люстрацию, были особенно заинтересованы в огра­ничении роли профсоюзов, а также в создании преференций для оте­чественных производителей [6].

В состав Соглашения центристских сил (СЦС) - Объединения Поль­ского (ОП) наряду с первым входили Региональное соглашение Движе­ния за Речь Посполитую А. Ануша, Движение Третьей Речи Посполи- той Я.Парыса, Партия труда Т. Яцковского и Конгресс граждан Речи Посполитой В. Зембиньского. После выборов в 1993 г. лидеры ОП при­знали, что название союза "изжило себя" и создали новый "политиче­ский субъект" - Секретариат правоцентристских группировок (СППГ).

На парламентских выборах 19 сентября 1993 г. правые потерпели сокрушительное поражение и стали внепарламентской оппозицией. В целом же оправдались надежды на новую избирательную систему, ко­торая должна была предотвратить раздробленность парламента на мел­кие политические группировки. В Сейм вошли представители 6 круп­ных партий против 28 в прежнем его составе. Левые - Союз демокра­тических левых сил и Польская крестьянская партия в совокупности получили в сейме 65% мест, а в сенате их преимущество оказалось еще большим - 70 мест из 100.

Правые партии уже через день после выборов стали искать при­чины собственных неудач, а также возможности превращения пораже­ния в последующий триумф. А.Халль отмечал, что в проигрыше пра­вых не во всем виноваты правые политики. Поворот влево в симпа­тиях польского общества должен был наступить. Выборы состоялись в ситуации, когда бремя реформ ощущало огромное большинство общества, а их позитивные результаты оказались доступными пока лишь для меньшинства. Правые вместе со всем лагерем, вышедшим из "Со­лидарности", заплатили за свои ошибки. Важнейшей из них была "бра­тоубийственная" борьба, в которую были вовлечены потенциальные союзники. Пользу извлекли посткоммунистические левые. Главной же причиной поражения правых оказалась их неспособность создать за четыре года, прошедшие после падения коммунистической системы в Польше, интегрированное правое формирование?.

Необходимость предпринять попытку определить общие програм­мные пункты правых подчеркивал также Ст. Михалкевич из Союза реальной политики. "Нас разделяют не только программные вопросы, но и персональные споры", - добавлял А.Мачеревич из Конфедерации для Речи Посполитой. Лидеры группировок, проигравших выборы, счи­тали, что важнейшим вопросом для правых является регулирование взаимоотношений с Л. Валенсой. Даже непримиримый враг Валенсы, ли­дер Соглашения центристских сил, Я.Качиньски, подчеркивал, что в борьбе с левыми естественным союзником правых может стать имен­но президенте,

С. Сивек, бывший вице-председатель Соглашения центристских сил, полагал, что в проблеме интеграции правых важны три момента: поиск компромисса программ; создание совместной структуры новой, по возможности широкой правой формации; решение проблемы амби­ций лидеров группировок. Работа над совместной программой и со­зданием совместной организации должна идти, с его точки зрения, од­новременно. Хорошим примером метода достижения программных со­глашений была идея, которую выдвинули на первой варшавской встре­че Дискуссионного форума польских правых; выработка и представле­ние политиками из двух, достаточно отдаленных крыльев правых (Сою­за реальной политики и Христианско-национального объединения) те­зисов конституции польских правых. Кто-то шутливо заметил, что если эти две партии придут к соглашению, то остальные — тем более [9]

Определение программных рамок, настолько широких, чтобы они могли вместить все элементы "правой мысли", полагает С.Сивек, не кажется трудным. Это — отношение к христианской самобытности на­рода и роли костела в общественной жизни; четкая позиция по поводу частной собственности; уважение демократической структуры и строяв государстве, в том числе уважение общественного выбора и полити­ческих противников. Самое главное - думать о такой правой форма­ции, которая сохранится годы, а не будет создана по случаю очеред­ных выборов или демонстрации [10].

Среди особенно сильно акцентируемых требований была подчер­кнута необходимость смены лидеров, перехода молодых деятелей в "первую лигу". Однако в наиболее влиятельных правых группировках, к которым можно причислить (принимая во внимание количество голо­сов, полученных на выборах 1993 г.) Христианско-национальное объ­единение и Соглашение центристских сил, до "революции поколений" не дошло. Молодые по-прежнему остались на вторых ролях, хотя не­которые из них сочли, что им уже пришло время вести политику са­мим. А. Ануш (ранее состоявший в Движении за Речь Посполитую, за­тем участвовавший в выборах по спискам Соглашения центристских сил) создал вместе с группой соратников партию Польское объедине­ние, а К.Уяздовски, вышедший из Консервативной партии А.Халля - Консервативную коалицию. Однако возникновение мелких партий не привело к радикальной смене поколений в руководстве правых. Не по­явились молодые лидеры, организационный талант и интеллект кото­рых могли бы работать на новый имидж правого лагеря. Среди дейст­вующих лидеров также до сих пор ни среди старых, ни среди молодых не удалось найти ни одной личности, которая могла бы противостоять и Л. Валенсе, и левым и могла бы объединить всех правых под лозун­гом борьбы за пост президента. Непосредственный ход президентской избирательной кампании в конце 1995 г. и ее итоги лишний раз: про­демонстрировали эту слабость правых.

Важной задачей, которая встала перед правыми в середине 90-х годов, было обновление своего общественного облика, стремление к тому, чтобы избиратели забыли о постыдном сериале создания и рас­пада коалиций перед выборами 1993 г. В определенной мере это уда­лось реализовать: пресса, сосредотачивая внимание на ошибках и раз­ногласиях в правящей коалиции левых сил, вольно или невольно по­казывала, что раздоры не являются имманентной чертой правых.

Однако радикального изменения облика правых можно, вероятно, достичь только двумя путями: созданием одной крупной партии или же блока тесно сотрудничающих партий. На первый взгляд в этом во­просе нет ничего нового. Если перед выборами в сентябре 1993 г. пра­вые выступили с четырьмя избирательными списками, то после неко­торых перетасовок у правых оформились три блока: 1) Союз для Поль­ши (Христианско-национальное объединение, Соглашение центристских сил, Движение за Речь Посполитую Шереметьева, Консервативная коа­лиция); 2) Соглашение 11 ноября (Союз реальной политики, Консер­вативная партия, Крестьянско-христианская партия, Христианско-де­мократическая партия); 3) Секретариат правоцентристских группиро­вок (Христианско-демократическая партия труда, Партия верности Ре­чи Посполитой, Польское объединение, а также сотрудничающее с ни­ми Движение за Речь Посполитую Я. Ольшевского).

Если осенью 1993 г. коалиции создавались исходя из симпатий и антипатий их лидеров, то через год все более явны стали идейно-поли­тические связи: избегающий крайностей и из-за этого наименее идео­логически выразительный как целое блок Союз для Польши; радикаль­но прокапиталистическое в экономической сфере, хотя очень осторож­ное в других областях, Соглашение 11 ноября; заигрывающий с "Соли­дарностью" Секретариат правоцентристских группировок.

Союз для Польши - так назвалась образованная в мае 1994 г. кон­федерация Консервативной коалиции, Соглашения центристских сил, Крестьянского соглашения, Движения за Речь Посполитую, Христиан­ско-национального объединения. Они приняли совместную идейно-программную декларацию. Предусмотрено, что руководство Союза должно состоять из 20 человек (по 4 человека от каждого из 5-ти учредите­лей). Конфедерация не имеет единого лидера - его функции должны поочередно исполнять, меняясь каждые два месяца, лидеры вошедших в нее партий. Последние сохраняют свои структуры и собственное ру­ководство. Стратегические решения должны приниматься большинст­вом голосов. В уставе Союза записано, что его цель - создание по­литического лагеря, объединяющего группировки, выросшие из хри­стианских, национальных, независимых, крестьянских и консерватив­ных традиций некоммунистического происхождения.

Стратегическую цель конфедерации сформулировал глава Консер­вативной коалиции К. Уяздовски: "отведение угрозы длительного прав­ления левых". "Союз для Польши будет в состоянии заменить правя­щих сейчас в Польше левых", - говорится в упомянутой декларации. Его члены, заявил Я. Качиньски, считают себя "правыми демократа­ми"; они обращаются к католическим ценностям, "привязаны к нацио­нальным ценностям", выступают за рыночную экономику, "всеобщий капитализм" ("Не для людей, которые уже сейчас богаты, а за капи­тализм как шанс для всех",- пояснил К.Уяздовски); признаны необ- ходимыми"'отход от наследства ПНР", стремление к объединению с Ев­ропой при сохранении национальной самобытности [11].

Однако между создавшими Союз группировками есть программные различия. Трудно, например, совместить негативное отношение к проф­союзам, проявляемое Консервативной коалицией К.Уяздовского, с по­зицией Крестьянского соглашения, которое выросло из "Солидарно­сти" . Также нелегко совместить убеждение Крестьянского соглаше­ния в необходимости широкого вмешательства государства в экономи­ку с либеральной позицией Консервативной коалиции. Различно отно­шение к проблеме объединения с Европой: проевропейски настроенное Соглашение центристских сил сталкивается с подходом Христианско- национального объединения, которое можно определить как "евроскеп­тицизм".

Когда возник Союз для Польши, его лидеры считали, по мнению многих обозревателей, что тем самым была создана сильнейшая пра­вая коалиция?и другие группировки, находящиеся в этом секторе по­литической сцены, должны признать ее ведущую роль. Такую претен­зию высказывали и отдельные деятели Союза, особенно Я. Качиньский. Однако возникшее одновременно Соглашение 11 ноября, объединившее Союз реальной политики, Консервативную партию, Партию христиан­ских демократов, Крестьянско-христианскую партию, Национально-де­мократическую партию, в свою очередь,часто подчеркивало, что имен­но оно представляет подлинных правых. В такой ситуации достичь до­говоренности между двумя блоками было нелегко. Проблема усложня­лась возникновением конфликта между партиями — лидерами этих блоков: Союзом реальной политики и Соглашением центристских сил. Хотя обе стороны утверждали, что различия между ними имеют про­граммный характер, обозреватели без труда усматривали давние пред­убеждения, недоброжелательность, а временами даже пренебрежение, с каким относились друг к другу председатели названных партий.

Секретариат правоцентристских группировок - третий из правых блоков. "Мы отдаем себе отчет, что среди правых "диванов" наш - са­мый маленький", - говорил А. Ануш, лидер Объединения польского, входящего в состав Секретариата. Последний считает себя продолжа­телем действовавшей во время избирательной кампании 1993 г. по вы­борам в парламент коалиции Соглашение центристских сил - Объеди­нение польское, которое, не переступив 5%-й порог (получило 4,4% го­лосов), не ввело в сейм своих представителей.

В процессе работы над программой Секретариата возникла идея проведения так называемых программных конференций. Было органи­зовано 7 таких конференций в Кракове, в ко.торых участвовало от 300 до 700 человек. Они представляли деятелей не только партий, входя­щих в Секретариат, но и Союза реальной политики, Христианско-национального объединения, Соглашения центристских сил. Две конфе­ренции были посвящены общеэкономическим вопросам, остальные — вопросам приватизации, самоуправления, просвещения и интеграции правых. Настоящим переломом в политической деятельности Секрета­риата явилась конференция 5 декабря 1993 г., на которой была созда­на общественная конституционная комиссия. Это было ответом на дек­ларацию лидеров Союза демократических левых сил, заявивших, что парламент примет новый основной закон. Членами комиссии стали по­литики из "Солидарности" и правоцентристы. "Единственной силой, способной собрать 500 тыс. подписей под проектом конституции, яв­ляется "Солидарность", — не скрывали правоцентристские политики. Акция, завершившаяся успехом (по оценке профсоюзных деятелей все­го было собрано не необходимых 0,5 млн, а 1,5 млн подписей), сце­ментировала сотрудничество между Секретариатом и "Солидарностью". Последняя объявила о поддержке Секретариата [12].

Главным программным достижением в период после поражения на выборах 1993 г. правые обязаны своим коллегам из левых. Чтобы мож­но было в будущем призвать избирателей отклонить парламентский проект конституции на референдуме, правые должны были представить обществу контрпредложение. Однако здесь каждый из правых блоков выбрал свой путь: Соглашение 11 ноября считало, что достаточно критики содержания будущего проекта, а Союз для Польши и Секре­тариат правоцентристских группировок заявили, что для того, чтобы отрицать, нужно разработать и обнародовать альтернативный позитив­ный проект. Как отмечалось выше, Секретариат пошел еще дальше — созданная им конституционная комиссия (под патронажем "Солидар­ности") работала над проектом Основного закона, затем собирала подписи в его поддержку и в сентябре 1994 г. представила проект в парламент в рамках гражданской конституционной инициативы. Спи­кер сейма Ю. Олексы выразил "огромное удовлетворение тем, что проф. центр решился внести свой проект в парламент в отличие от некоторых правых группировок, которые отрицают право нынешнего сейма и сена­та утверждать конституцию". Как заявил председатель конституцион­ной комиссии Национального собрания Польши А. Квасьневский, из се­ми представленных проектов должен быть создан один общий: "...окон­чательный проект должен быть компромиссным и содержать новые ре­шения. Если окажется, что эти решения кого-нибудь не устраивают, то он сможет лишь призывать своих сторонников голосовать против про­екта в ходе референдума" (ожидалось, что это произойдет в 1995г.) [13]. Союз для Польши счел, что представление его проекта конституции в сейм означало бы сдачу на милость левому большинству и только со­здавало бы видимость плюрализма. Данный проект остался только об­народованной идейной декларацией [14]

Оценивая итоги выборов в Советы гмин, городов и воеводств, ко­торые состоялись в июне 1994 г., местные политики и политические наблюдатели отмечали, что в стране практически нет политических сил, высказывающих недовольство результатами голосования. Как сообщила Государственная избирательная комиссия, в выборах приня­ло участие 33,78% граждан Польши, имеющих право голоса, к своим обязанностям смогли приступить около 52 тыс. новых депутатов мест­ных советов. Вместе с тем комиссия отказалась объявить партийный состав новых представителей народа в советах гмин, сославшись на то, что подводить подобные итоги в случае местных выборов ей за­прещает закон. К тому же, по словам председателя ГИК В.Лончков- ского, такие подсчеты затруднены тем, что в состязании за депутат­ские мандаты в стране приняло участие около двух тысяч политиче­ских группировок и коалиций, многие из которых сформировались ис­ключительно на время предвыборной кампании.

Тем не менее, по уточненным данным, известно, что ведущий в правительственной коалиции Союз демократических левых сил побе­дил на выборах в гминные и городские советы в 31 из 49 главных вое­водских городов, в том числе в Варшаве. Правые группировки, объ­единившиеся перед выборами в коалицию Союз во имя Польши, прове­ли больше всего своих депутатов в 9 воеводских городах, а оппози­ционный центристский Союз свободы - в 6. Примечательно, что в сто­лицах трех воеводств, в том числе крупнейшем индустриальном центре, Катовице, большинство мандатов завоевали предвыборные группировки местного значения, нацеленные на решение проблем прежде всего жи­телей своего региона.

Выборы не принесли серьезных перестановок на внутриполитиче­ской сцене страны. Левые силы подчеркивали, что "повторили про­шлогоднюю победу на парламентских выборах", а в целом ряде регио­нов завоевали больше депутатских мандатов, чем в сейме. Правые группировки, потерпевшие сокрушительное поражение на парламент­ских выборах, остались довольны тем, что впервые им удалось вы­ступить вместе в важной политической кампании и что "выборы оста­новили политическое наступление посткоммунистов" в стране. Что ка­сается центристского Союза свободы, то он выразил удовлетворение, что избиратели отдали тем или иным группировкам абсолютное боль­шинство мандатов лишь в пяти воеводствах, а это позволяло им в ос­тальных регионах вести политическую игру за создание коалиций местного значения [15].

Следующим важным этапом в деятельности политических партий стала подготовка к президентским выборам осенью 1995 г. Многие по­литики считали, что они могут стать катализатором крупных перемен на польской политической сцене. Предполагалось, в частности, что распадутся как правящая, так и оппозиционные коалиции. Особо боль­шие изменения ожидались в постсолидаристском секторе. "Как Союз свободы, так и правые блоки - Союз для Польши и Соглашение 11 нояб­ря _ живые трупы", - заявил лидер одной из солидаристских группиро­вок. В "больном" (по определению Т. Мазовецкого) Союзе свободы ос­новной причиной разногласий стало определение кандидата на пост президента. За этим, однако, лежал спор о стратегии и тактике партии, о выборе модели оппозиционности по отношению к правительству СДЛС-ПКП и направления поиска союзников [16].

Между Союзом для Польши и Соглашением 11 ноября отношения несколько изменились, когда дело дошло до серьезного кризиса в обеих коалициях. ХНО избегало критики Л.Валенсы и однозначного отказа от возможности поддержки его кандидатуры на новый прези­дентский срок, чего настойчиво требовало Соглашение центристских сил. А в Соглашении 11 ноября дошло до раскола на сторонников выд­вижения единого кандидата "послеавгустовского лагеря" на пост пре­зидента (Консервативная партия А. Халля и Крестьянско-христианская партия А.Балаша) и сторонников кандидатуры правых (Союз реальной политики, Партия христианских демократов и Национально-демократи­ческая партия).

В этой ситуации наступила первая "перетряска союзов". Ее пло­дом стало возникновение оси Христианско-национальное объединение - Союз реальной политики. Именно этот политический расклад, как ут­верждали некоторые энтузиасты, гарантировал полную правизну ХНО в идейной сфере, а СРП - в экономической. Однако другие, в частно­сти Я. Качиньски, полагали, что новая коалиция возникла исключи­тельно с целью "вытолкнуть" Соглашение центристских сил из центра объединения правых.

Соглашение центристских сил использовало маневр, называемый "забегание вперед". Я. Качиньский выдвинул радикальный план объеди­нения правых путем роспуска всех их группировок и создания вместо них новой партии. Предполагалось провести съезд, делегаты на кото­рый должны избираться в пропорции 1 чел. на 5 тыс. голосов, отдан­ных за данную группировку на предыдущих парламентских выборах. Ответом был план и.о. председателя Христианско-национального объ­единения Р.Чарнецкого - создание федерации уже существующих пра­вых организаций. По мнению автора плана такая модель интеграции давала возможность завоевать более широкий электорат и одновремен. но выполнить требование избирателей объединить правую часть поли­тической сцены. Руководство конфедерацией предполагалось колле­гиальным, однако голос каждого представителя соответствующей пар­тии "весил" бы пропорционально поддержке, оказанной ей на послед­них парламентских выборах и с учетом результатов выборов в мест­ные органы власти. Было сформулировано 6 принципов, на которых 142 должна была базироваться программа будущей конфедерации: примат польского интереса во внешней политике, создание сильного государ­ства, обеспечение гражданских свобод, приоритет частной собственно­сти, решительная борьба с преступностью и уважение традиции на­циональной самобытности. ХНО включило в свои предложения тезис, согласно которому кандидатом правых на пост президента не может быть Л. Валенса, что предполагал план Соглашения центристских сил. ХНО выразило пожелание, чтобы в состав конфедерации для начала вошло бы по крайней мере 10 партий из уже существующих правых блоков - Союз для Польши и Соглашение 11 ноября [17].

Некоторые политики считали, что отдельные партии, входящие в разные блоки, не смогут преодолеть существующих между ними разно­гласий. Но это предположение не вполне оправдалось. Так, Соглаше­ние центристских сил (из Союза для Польши), преодолевая свои дав­ние предубеждения к Союзу реальной политики (Соглашение 11 ноября) и не напоминая тезиса о необходимости объединения всех правых во­круг Союза для Польши, решилось на участие в равноправных перего­ворах обоих блоков. Однако яблоком раздора оказался вопрос о вы­движении общего избирательного списка. Достаточно неожиданно до­шло до очередной "перетасовки союзов". Вопреки прежним деклара­циям, ХНО признало решение о совместном старте в выборах прежде­временным. Одновременно произошло сближение позиций Союза реаль­ной политики и Соглашения центристских сил, которые требовали без­отлагательного оглашения предвыборной интеграции правых.

По мнению лидера Консервативной партии А.Халляусолидарист- ские партии перед президентскими выборами представляли две проти­воречащие друг другу философии. Одна из них — это идея выдвижения общего кандидата "тех, которые не хотят возврата к ПНР", кандида­та, который может выиграть и предотвратить "супермонополию" пра­вительства левых. Другая философия - это желание обозначить пар­тийную оригинальность путем выдвижения своего кандидата, что яв­ляется идеей "вредной в ситуации господства коалиции СДЛС—ПКП". Однако "если другие выберут дорогу партийного эгоизма", то силы консервативной ориентации также "выступят под собственным знаме­нем" [18].

14 января 1995 г. состоялась программная конференция правых партий, входящих в Союз для Польши и Соглашение 11 ноября (не при­нимало участие Движение за Речь Посполитую). По мнению Р. Чар- нецкого (ХНО), эта конференция стала четвертым шагом в направле­нии интеграции правых. Первым было создание Союза для Польши и Соглашения 11 ноября, вторым - успех объединенных правых на выбо­рах в местное самоуправление, третьим - встречи правых лидеров в варшавском костеле св. Катажины, названные Конвентом св. Катажины [19].

Задачей последней конференции было согласование программ обеих правых коалиций. Были приняты общие программные принципы и заявление о выдвижении единого кандидата на пост президента. Трудности, с которыми пришлось столкнуться при работе над этими документами, свидетельствуют о программных и тактических разли­чиях, разделяющих сегодня правых. Различия касаются, в частности, государственной системы: если Союз высказывается скорее за ее парламентско-президентскую форму, то Соглашение выступает за пре­зидентско-парламентскую, Соглашение более четко подчеркивает не­обходимость либерального, рыночного характера перемен в Польше, предлагая ликвидацию групповых привилегий, в том числе привилегий профсоюзов. Союз для Польши обращает внимание на необходимость укрепления семьи, увеличения расходов на науку, образование и борь­бу с безработицей [20]. Несовпадение позиций отмечалось также в во­просах национальной безопасности (выбрать ли линию однозначно про­западную или развивать добрососедские отношения также и с Восто­ком) и сельского хозяйства (Крестьянско-христианская партия высту­пала за еще большее ограничение вмешательства государства в эту отрасль). Зато согласие было достигнуто по вопросам о необходимо­сти "национального ренессанса", отрицания "социализма и этатизма, подрывающих основы национального быта", а также проведения ре­приватизации и всеобщей приватизации.

У правых существуют различия и в подходах к проблеме модерни­зации польского общества. Часть правых группировок считает модер­низацию своей основной задачей. Они хотят ее реализовать, учитывая национальную самобытность. Но встречаются и иные взгляды, в которых выражаются опасения, что процессы модернизации как раз и приведут к утрате самобытности, суверенности. В политике это выражается в "пе­реходе к обороне", когда проявляется осторожность и даже недобро­желательность к перспективам вхождения Польши в Европейский Союз, в поддержке протекционизма, в фиксации гарантии конститу­ции уважения христианских ценностей и союза с костелом [21].

Принятые на январской конференции "Совместные программные принципы" явились своего рода программой-минимум. По мнению Я. Качиньского этот документ свидетельствовал о том, что все поль­ские правые продвигаются в направлении консерватизма. Он явился плодом многочисленных, иногда трудно достигаемых компромиссов.

В частности, по настоянию Движения за Речь Посполитую и Нацио- нально-демократической партии включили пункт, гласящий, что правые группировки будут стремиться к членству Польши в НАТО. В компро­миссной версии было принято положение, не допускающее "заключения союзов или постоянного сотрудничества с партиями, тяготеющими к традициям ПНР, а также с группировками, которые обрели левый идей- но-политический облик". Не прошло поддерживаемое Союзом реальной политики предложение, декларирующее, что правые выступают за пре­зидентско-парламентскую систему — в конце концов было решено вы­разить поддержку парламентскому строю.

В "Совместные принципы" вошло также положение, что введение налогов может происходить исключительно по закону и что наряду со снижением фискальных нагрузок следует снижать налоговую прогрес­сию, вплоть до ее "устранения"; говорилось о необходимости сотруд­ничества между государством и костелом. Правые высказались также за люстрацию в соответствии с принципом "граждане имеют право знать прошлое общественных деятелей".

"Задачей лагеря правых в президентских выборах ПР будет выд­вижение единого кандидата, имеющего шансы на поддержку широким спектром политических и общественных группировок", — записали пра­вые в своей второй декларации. Однако они разделились не только по вопросу о составе формации, которая должна была бы такого кандида­та поддержать, но и по поводу самой персоны кандидата [22] .

Таким образом, как программные, так и тактические разногласия постоянно расшатывали десять партий и группировок, входящих в Союз для Польши и Соглашение 11 ноября. Однако несмотря на все разли­чия, в правом лагере преобладал оптимизм. "Нам необходима правая формация многокрасочная, а не бесцветная", — утверждал М. Юрек из ХНО [23].

В марте 1995 г. основные политические силы приступили к "внут­ренним выборам", цель которых - определить претендентов на пост президента. Ряд внутрипартийных встреч провел, в частности, Союз свободы, считающийся в Польше наиболее серьезной оппозиционной парламентской силой. Окончательно кандидатура определилась в ап­реле на съезде, который выдвинул единого кандидата Союза свободы на президентские выборы. Не прошли кандидатуры экс-премьера Х.Су- хоцкой и экс-министра обороны Я.Онышкевича. Победил бывший вид­ный деятель "Солидарности" Яцек Куронь, продолжающий оставаться одним из самых любимых и популярных политиков в Польше [24].

Некоторые варшавские обозреватели выражали мнение, что пра­вые партии настолько слабы, что даже в случае объединения не в со­стоянии своими силами провести "собственного" президента. Поэто­му просчитывались варианты, согласно которым как только эти пар­тии определятся с кандидатами, сразу же начнется игра за привлече­ние на свою сторону профсоюза "Солидарность", совмещающего ульт­ралевые социальные требования с правыми политическими приверженностями [25]. Это — единственная организация на правой стороне внутри­политической сцены, способная привести в движение от нескольких сот тысяч до более миллиона избирателей.

Отдельно следует рассмотреть проблему поиска правыми союзни­ков. В этом тоже не было единодушия. Разделяло правых отношение к президенту. Прежний политический расклад среди внепарламентских правых партий может быть заменен делением по новым критериям, - считали противники Л.Валенсы. С одной стороны встанут группировки, не исключающие поддержки президента, а с другой - те, которые ни при каких условиях его не поддержат. Первый из этих лагерей может быть построен на основе связки Союза реальной политики - Христиан­ско-национального объединения. Валенса не раз демонстративно пока­зывал, что он является не только единственной силой, имеющей реаль­ные возможности противостоять "коммуне" и ставить левый парламент перед угрозой роспуска, но также последовательным защитником христианских ценностей. На противоположной стороне могло остаться только Соглашение центристских сил с небольшой, но динамичной Кон­сервативной коалицией. Деятели этих партий исключали сотрудничест­во с президентом не только потому, что уже однажды обманулись в Валенсе, но и ввиду своей убежденности, что в Польше есть многочис­ленный правый и антикоммунистический электорат, который разоча­ровался в Валенсе и не поддержит его ни при каких условиях. В свою очередь действия Валенсы были направлены на поиск антикоммунисти­ческого электората; вместе с тем нужно было воспрепятствовать воз­никновению правого блока, независимого от президента и способного выдвинуть собственного кандидата на президентских выборах [26].

Судьба правых в значительной мере зависит от их отношений с костелом. Политические инициативы ксендзов в последние годы ста­ли почти обычаем. Во времена общенациональных кризисов, в период, предшествовавший "круглому столу", костел облегчал встречи между представителями "Солидарности" и тогдашнего руководства страны.

Еще до выборов осенью 1993 г. среди правых политиков существовало убеждение, что "если бы мы были объединены", костел без сомнения нам бы помог. Архиепископ Т. Гоцловский присутствовал при рождении Католического избирательного комитета "Отчизна". Как тогда гово­рили, прилагательное "католический" в названии Комитета должно бы­ло служить доводом своего рода авторства костела в создании "От­чизны" . Однако позиция церковной иерархии в целом была довольно сдержанна, и это интерпретировалось по-разному. Одни говорили о ее "мудрости", другие - о "выводах, сделанных из опыта последних лет", а некоторым казалось, что поставленный в трудную ситуацию в резуль­тате раздробленности правой формации костел не имел другого выхо­да, как только соблюдение дистанции.

После выборов 1993 г., когда правые начали интенсивно объеди­няться, а точнее говоря, дискутировать о необходимости объединения, епископат продолжал "политику невмешательства", заявив, что "ува­жает результаты выборов". Не называя непосредственно правых, он определил "многочисленность и раздробленность других партий" (т.е., значит, нелевых) как одну из причин такого, а не иного результата выборов. Этот комментарий, однако, не означал, что костел поможет правым в объединении, но и не исключал, что такую поддержку имеют шанс получить все уже объединенные правые. "Нашей задачей являет­ся снять с костела заботу выбора между различными взглядами в рамках правого центризма, — говорил С.Сивек, когда-то близкий со­ратник Я. Качиньского в Соглашении центристских сил, а осенью 1993 г. - автор одной из интеграционных инициатив. - Если мы до­стигнем компромиссов, то не исключена награда в виде более или менее открыто проявляемой благосклонности костела" [27].

Осенью 1993 г. назывались по крайней мере два аргумента в поль­зу продолжения курса костела "на дистанцирование". Первый _ офи­циальный, вытекающий из общих взглядов, согласно которым костелу следует больше внимания обращать на спасение душ, чем на текущую политику. Второй - основанный на мнении одного из собеседников га­зеты "Речипосполитой", который это сформулировал следующим обра­зом; "Правящие левые и костел наблюдают друг за другом. Не в ин­тересах ни одной из сторон начинать конфликт, по крайней мере сей­час" [28].

Почти все известные правые лидеры, даже те, которые заявляли, что никогда не сядут вместе за один стол, пришли в ноябре 1994 г. по приглашению ксендза Майя в варшавский костел св. Катажины. Деятели Секретариата правоцентристских группировок, подчеркивав­шие свои прекрасные отношения с ксендзем Май ем, видели в Конвен­те способ выхода из изоляции. Ст. Нещеловски (ХНО) высказал мне­ние, что костел,как не заангажированный в поддержке ни одной из партий}может помочь раздробленным и ссорящимся группировкам [29].

Кроме поиска в костеле моральной и интеллектуальной поддерж­ки, в правых кругах существует тенденция рассматривать его и как политического союзника. При этом особенно учитывается, что костел по-прежнему имеет высокий общественный престиж, который в случае длительного правления левых может только возрастать, чего нельзя было сказать о популярности, например, президента.

Фактором, затрудняющим формирование серьезного правого ла­геря, является присутствие на польской политической сцене Союза свободы - партии, образовавшейся в результате объединения в апре­ле 1994 г. Демократического союза (ДС) и Либерально-демократического конгресса (ЛДК) [30]. Она включает две потенциальные формации: социал-демократическую и консервативно-либеральную. Выборы в местные органы власти в июне того же года не принесли Союзу сво­боды большого успеха, но и не обернулись крупным поражением. Это была первая проверка популярности партии, существующей всего два месяца. Лидеры бывших ДС и ЛДК производили впечатление доволь­ных; если трактовать выборы в местное самоуправление как плебис­цит о доверии к различным политическим силам, то он показал, что популярность правящей левой коалиции по крайней мере не возросла.

Вместе с тем политический старт Союза свободы нельзя признать удачным. Получив средние результаты на местных выборах, он был обречен на коалицию, что являлось причиной дискомфорта в партии, которая надеялась действовать самостоятельно. Руководство Союза сразу же после выборов стало публично отказываться от локальных коалиций с СДЛС, указывая на правые группировки как на единствен­ного партнера. Тем самым депутаты от Союза были поставлены в за­висимое от правых положение: если партия может сотрудничать толь­ко с правыми, то она должна принять их условия. Яцек Куронь заявил, что уже слышит "триумфальный голос всех этих правых: вы должны идти с нами", подчеркивая, что он почувствовал себя проданным "по­литическим банкротам". Такую характеристику Куронь дал правым, причем в то время, когда считалось, что они завоевали успех на вы­борах. На заседании Совета Союза Я. Куронь резко воспротивился "правым наказам" и "левым запретам", и содержание соответствую­щей инструкции, которая пошла на места, было значительно смягче­но — допускался союз с СДЛС и ПКП, но: при условии уведомления центральных органов [31].

Депутаты от Союза свободы значительно реже заключали локаль­ные союзы с коллегами из СДЛС, чем из правых блоков. Еще реже соглашения с СДЛС имели характер официальных коалиций, как это было, в частности, в Люблине, Кошалине, Гожове. Обычно же это бы­ли "тихие" соглашения, как в Кракове и Тарнове. Союз свободы, не­смотря на то, что по количеству избранных депутатов занял на выбо­рах в местное самоуправление только третье место (после СДЛС и правых коалиций), имеет относительно больше глав местных администраций [32]. Это связано со "срединной" позицией Союза, дающей воз­можность заключать соглашения как "слева", так и "справа". Но не­многое тогда указывало на то, что в ближайшем будущем подобное станет возможным также в "большой политике", на центральном уровне.

В правых партиях велись бурные дискуссии об отношении к Союзу свободы. Сам: же Союз стоит перед выбором на политической сцене стратегического партнера. Руководство партии стремится найти тако­го союзника на правом фланге, однако единое мнение по этому вопро­су отсутствует, есть политики, которые хотели бы искать союзника в левом секторе. После заключения локальной коалиции с СДЛС в Вар шаве Союз свободы для большинства правых группировок превратился в малоинтересного партнера по строительству предвыборного объеди­нения "послеавгустовской Польши". "Это стыд и позор! В этой ситуа­ции Союз не является и никогда не будет для нас политическим парт­нером", - заявил вице-председатель ХНО Ст. Нещеловски. По его мнению Союз вел себя "как Сталин в 1939 г., который проводил пере­говоры с союзнической миссией и одновременно подписывал пакт с Риббентропом". "Если бы союз с СДЛС распространился на парламент, то при встрече уже не о чем было бы говорить", — отметил вице-пред­седатель Соглашения центристских сил Л. Дорн. Союз реальной поли­тики уже давно исключил Союз свободы как потенциального союзника, считая при этом, что соглашение с СДЛС в Варшаве "увеличивает шансы упорядочения польской политической сцены": наконец-то изби­ратели смогут сориентироваться, какие группировки расположены на левом фланге, а среди них окажется и Союз свободы [33].

Менее критичны были по отношению к Союзу свободы Консерва­тивная и Крестьянско-христианская партии. Перед местными выборами они в большинстве городов склонялись к коалиции с Союзом и рассчи­тывали на совместное с ним строительство "послеавгустовского' ла­геря" для кампании по выборам президента. Один из деятелей Консер­вативной партии — П.Фоглер высказал суждение, что варшавская коа­лиция Союза свободы с СДЛС может привести к распаду Союза и вы­ходу из него правого крыла, с которым консерваторы хотели бы тесно сотрудничать. "Я всегда считал, что эта группировка слишком разно­образна, чтобы быть единой партией", — заявил он [34].

Весьма вероятным потенциальным союзником правых партий ос­тавалась "Солидарность". В первые месяцы после проигранных ею парламентских выборов в 1993 г. (ей не хватило 14 тыс. голосов, что­бы преодолеть 5%-й барьер) она не вмешивалась в политику. Казалось, что "Солидарность" вообще отказывается от политических амбиций и сосредотачивается на профсоюзной деятельности. Однако — достаточ­но неожиданно для некоторых обозревателей — она решилась на блок с Секретариатом правоцентристских группировок, организацией, объ­единяющей несколько мелких партий, которые определяют себя как "антикоммунистические и независимые".

Как уже говорилось, успешная акция по сбору подписей в поддерж­ку общественного проекта конституции сцементировала сотрудничест­во между "Солидарностью" и Секретариатом. Очередными этапами сближения были упоминавшиеся совместные программные конферен­ции. Особые ожидания были связаны с декабрьской (1994 г.) "интегра­ционной" конференцией правых. Надежда на успех была тем большей, что на сотрудничество с "Солидарностью" в последние месяцы начали рассчитывать также правые вне Секретариата. "Солидарность", уси­ленная конституционной акцией и все более частыми публичными вы­ступлениями, получающая 10%-ю поддержку в социологических опросах, стала привлекательным партнером, особенно в свете приближавшихся президентских выборов. Однако значение декабрьской конференции из-за отсутствия официальных представителей важнейших правых пар­тий было невелико. В то время правых и "Солидарность" все-таки боль­ше разделяло, чем объединяло. Объединяющим были их общие антиком­мунистические корни и схожее отношение к национальной традиции и месту костела в государстве. Но существуют и принципиальные раз­ногласия, которые ограничивают возможности соглашения между проф­союзом и правыми партиями.

На правом политическом фланге проявились две явные позиции по отношению к "Солидарности". Сильные правые блоки - Союз для Поль­ши и Соглашение 11 ноября — ожидали от профсоюза сотрудничества в референдуме по конституции, совместного участия в кампании, на­правленной на отклонение проекта конституции, выработанного Нацио­нальным собранием. Вместе с тем отрицался и конституционный проект, подготовленный "Солидарностью". Для правых приемлемы идейно-фи­лософские положения этого проекта, но их согласие с социально-эко­номическими претензиями "Солидарности" (в частности, предусматри­вается большое влияние Трехсторонней комиссии и широкие социаль­ные гарантии) было бы равносильно отказу от либеральной рыночной программы, которая привлекает хотя и небольшие, но надежные груп­пы избирателей. Расчет делался также на то, что в случае выдвижения правыми единого кандидата на пост президента "Солидарность" его поддержит - и тогда большую роль может сыграть сохранившаяся ди­намичная структура профсоюза во всех регионах страны, структура, которой правые партии лишены. Что же касается Секретариата право- центристских группировок, то он объединяет партии более слабые и до недавних пор игнорируемые остальными внепарламентскими коали­циями. Следует подчеркнуть, что эти партии являются правыми глав­ным образом в идейной сфере, касающейся отношения к национальной традиции и костелу, а их экономические концепции считаются в целом левыми — отсюда неудивительно сближение Секретариата с "Солидар­ностью" .

Труднее было определить, что "Солидарность" ожидала от сотруд­ничества с Секретариатом. Многое указывало на то, что профсоюз, лишенный избирательным законом возможности самостоятельно участ­вовать в парламентских выборах и пока не решающийся на создание собственной партии, хотел, чтобы правоцентристы стали его "полити­ческим выразителем". Если речь шла о создании профсоюзного "по­литического филиала", то относительно слабый, нуждающийся в парт­нерах Секретариат для такой роли подходил — слабым можно дикто­вать условия. Но не исключено, что "Солидарность" хотела бы, чтобы возможность для "вхождения в политику" ей обеспечивали и осталь­ные правые партии - к этому их может вынудить общественно-полити­ческая ситуация в стране. Однако Союз для Польши и Соглашение 11 ноября неизменно декларировали, что сделают все, чтобы не стать пристройкой к профсоюзу [35].

Определенные опасения правых относительно союза с "Солидар­ностью" в первую очередь связаны с неизбежной доминацией "Соли­дарности" в таком союзе. Капиталом "Солидарности" и одновременно весьма сильным аргументом для занятия ею ключевой роли в блоке с правыми является историческое, легендарное название профсоюза, связанное с победоносной борьбой против коммунистов, а также жи­вучие структуры — наверняка, значительно лучше организованные, чем партийные структуры — и не только правых группировок.

Взаимные настороженность, недоверие и амбиции в отношениях между отдельными правыми и центристскими лидерами и группировка­ми привели к тому, что попытка создать осенью 1995 г. в ходе кампа­нии по выборам президента единый антилевый фронт явно запоздала. При этом не всегда были правильно оценены смещения и переменчи­вость массовых настроений, степень популярности различных общест­венно-политических деятелей. Одно время, например, казалось, что политическая карьера Л.Валенсы близка к завершению — его рейтинг по результатам социологических опросов не достигал и 10%, значитель­но уступая показателям не только левого лидера А. Квасьневского, но и таких деятелей правого лагеря, как Я.Куронь, А.Олеховский. Однако последние недели избирательной кампании были проведены Валенсой очень энергично, в основном под лозунгами борьбы за спасение Поль­ши от "красной опасности". В октябре о поддержке кандидатуры Вален- сы заявила "Солидарность" и в конечном счете он вновь превратился в основную политическую фигуру, способную, по мнению многих поляков, остановить наступление левых.

В первом туре выборов (5 ноября 1995 г.) больше всего голосов набрал признанный фаворит А. Квасьневский - 31,5%, однако Л.Вален- са уступил ему всего около 2%. Другие претенденты намного отста­ли - занявший третье место Я. Куронь не набрал и 10% голосов. В ос­тавшиеся до второго тура две недели была предпринята попытка пра­вых и центристов объединиться вокруг общей кандидатуры. С призы­вами голосовать за Валенсу выступили Т.Мазовецкий, Я.Куронь, К.Скубишевский, Я.Ольшевский и даже партнер социал-демократов по парламентско-правительственной коалиции, лидер Крестьянской партии В. Павляк. Шансы на победу, для которой во втором туре было достаточно относительного большинства, расценивались в соотноше­нии примерно 43:41 в пользу Валенсы. Однако, как это было уже не раз, практика опрокинула казалось бы самые выверенные прогнозы — президентом Польши был избран А. Квасьневский. Вместе с тем было опровергнуто довольно распространенное мнение о политической "кончине" JI. Валенсы. У него есть достаточные основания претендо­вать на лидерство в широкой правой и правоцентристской части поли­тического спектра Польши. В общественно-политической жизни стра­ны многое будет зависеть от реального стремления правых лидеров к долгосрочному, стратегическому единству действий.

О.Н.Майорова

Из сборника «Политический ландшафт стран Восточной Европы середины 90-х годов»

Российская Академия наук, Институт славяноведения и балканистики, Москва, 1997

Примечания

  1. 1.      Rogoyski A. Odpowiedzialnosc prawicy .// Rzeczpospolita. 1992. 14-15.111.9
  2. 2.      Hall A. Jaka przyszibsc dla prawicy .//Rzeczpospolita. 1993 . 30.IX.
  3. 3.      Pilka M. Na prawo od lewicy //Rzeczpospolita. 1993. 22.IV.
  4. 4.      Wawrzewska B.,> IVinczorek P. W drodze na prawo //Rzeczpospolita, 1993.10-12.IV.
  5. Semka P. Polityczne zaduszki //Tygodnik Solidarnosc . № 44. 1991. l.XI. S. 1; Mikfaszewska
  6. 6.      M. Falstart polskiej demokracji ://Ibid.S.5.
  7. 7.      Katolicki komitet wyborczy “Ojczyzna” //Rzeczpospolita. 1993.
  8. 8.      Hall A. Jaka przysztbsc dla prawicy //Rzeczpospolita. 1993.30.IX;
  9. 9.      Terentiew R. iTak zwana prawica ;//Tygodnik Solidarnosc. »¥ 40.1.Х. S. 5;
  10. 10.  Macierewicz A. Prawica, ale jaka? //Ibid. № 13. 1994. 25.111. S. 4-5.
  11. 11.  Zdort ,W. Na prawicy: dalszy podziafczy zjednoczenie. Raczej oboz Aiz partia //Rzeczpospolita. 1993. 29.IX.
  12. 12.  Siwek S. Alternatywa z jednoczenia prawicy ://Rzeczpospolita.
  13. 13.  1993 21.X. Ibidem.
  14. 14.  Groblewski K. Prawicowe flirty //Rzeczpospolita. 1994/ 12.V; Groblewski К. Pieciu konfederatow //Ibid. 1994. 13.V.
  15. 15.  Zdort M. Kanapa najmniejsza. Sekretariat Ugrupowan Centroprawicowych //Rzeczpospolita. 1995. 25—26.11;
  16. 16.  Krolak St. Bilans jednego otwarcia //Tygodnik Solidarnosc. № 11. 1994. 11 .III. S. 4—5.
  17. 17.  Конституционная альтернатива "Солидарности" //ИТАР-ТАСС. Сер. СЕ. 1994 г. 8 сентября. С. 13-15;
  18. 18.  Graczyk R. Propozycje do odrzucenia? .//Tygodnik powszechny. N° 30. 1994. 24.VII. S. 4.
  19. 19.  Zdort M. Rok (bez) prawicy: W poszukiwaniu nowej twarzy JJ Rzeczpospolita. 1994. 19.IX. S. 3, 4.
  20. 20.  Выборы в Польше - недовольных нет //ИТАР-ТАСС. Сер. СЕ. 1994. 29 июня. С. 12—14:
  21. 21.  Budzisz М. Ро wyborach samorzajdowych — z my^le^o prezydenckich //Rzeczpospolita. 1994. 15.VII; Olszewski Ksz. i Przymierze dla Polski. 0 wynikach wyborow wfedz miejskich i konsty tucji JJTamze. 1994. 21 .VII; Prawica wraca na scen^ //Tamze. 1994. VI. S. 1,2.
  22. 22.  Zdort M. Przetasowanie koalicji: Kampania prezydencka b^dzie “ katalizatorem” zmian na scenie politycznej .//Rzeczpospolita. 1994. 18.X. S. 2.
  23. 23.  Kosciof chce polczyc i pogodzic prawicy //Rzeczpospolita. 12—13. XI; Jednoczenie prawicy wedlug ZChN;//Tamze. 1994. XII. S. 3.
  24. 24.  Konserwatys’ci czekaj^na rnaza stanu ;//Rzeczpospolita. 1994. 5.XII. S. 2.
  25. 25.  Czwarty krok prawicy. ZChN da^zy do zblizenia z “ Solidarnos- ciaj1 ;//RzeczpospoIita. 1995. 10.1. S. 2
  26. 26.  Najpierw wspolny program, potem koalicja. Konfederacja na osi ZChN-UPR //Rzeczpospolita. 1994 . 28.XII. S. 2.
  27. 27.  EM A. Co dalej z prawica? //Rzeczpospolita. 1995. 16.11.
  28. 28.  Zdort M. Prawica^targaj^spory ;//Rzeczpospolita. 1995. 14—15.1.
  29. 29.  Janicki M. Prawica czes'ciowo razem .//Polityka. Jf 3. 1995. 21.1. S. 7.
  30. 30.  Prawica: wielobarwna, a nie bezbarwna, Jednosc mimo'roznorodnosci ://Rzeczpospolita. 1995. 16.1. S.2.
  31. 31.  Paradotvska /. Start dwuplatowca. Unia Wolnosci: rozs^dek ponad uczuciami ;//Polityka. № 14. 1995. 8.IV. S. 1,5; Корнилов Jl. Автор поль­ской шоковой терапии возвращается в большую политику //Известия. 1993 6.IV.

Стартует президентская гонка //ИТАР-ТАСС. Сер. СЕ. 1995 г. 21 марта.

  1. 32.  Paradowska ]. Parfac marzen. Kandydaci prawicy: niech wygra najlepszy, czyli ja ;//Polityka. № 26. 1995. 1 .VIII. S. 6
  2. 33.  Czego chce prawica za poparcie Lecha Wafi^sy ;//Rzeczpospolita.
  3. 34.  Zdort M. iWaJasa dzieli prawicq. ;//Tamze. 1994 . 2.XII.

S.2; Hall A. Co dalej z prawicy? .//Tamze. 1995. 16.11.

2^ Usidus M. Kosciol'a dalsze losy prawicy // Rzeczpospolita.1993. 27.X. S. 2.Ibid.

Zdort M. Duchowna sukienka pomaga sk+oconym: Przedstawiciele Kosciota partonujE^integracji prawicy ;//Rzeczpospolita. 1994. 3-4. XII.

S. 2.

См. подробнее: Майорова O.H. Либерально-демократический кон­гресс в поисках своего места на польской политической сцене //По- стреволюционная Восточная Европа: экономические ориентиры и по­литические коллизии. М., 1995, с. 88-96.

Subotic М. Uroki srodka, Lokalne potyczki Unii Wolnos ci.// Rzeczpospolita. 1994. 25. VII. S. 3; Smyk E. Przepis na wfedz^.//Ty­godnik Solidarnosc. № 32. 1994. 5.VIII. S. 10—11.

32      Groblewski K. iNiedobre wyjs"cia //Rzeczpospolita. 1994. 4.VII.

S. 2; Subotic M. Unia nie potrafi bye opozyeji//Tamie. 1994. 1—2. X.

S. 2.

33      Zdort M. Prawica zdegustowana sojuszem UW z SLD ;//Rzeczpos- polita, 1994. 7.XI. S. 2\Paradowska J. Mieszanie bez cukru: Czy obecny uk-lad polityczny wyczerpa-f swe mozliwosci? //Polityka. $ 9. 1995.

4.1П. S. 8.

Subotic M. Wszystko na sprzedaz: Po zawarciu koalicji .SLD-UW w Warszawie //Reczpospolita. 1994. 7.XI. S. 5.

. Zdort M. “Solidarnosc” dla prawicy czy prawica dla “ Solidar- nosci”://Rzeczpospolita. 1995. 9.1. S. 5; Waszkiewicz B., Zdort M. Sojusz “ Solidarnosci" z prawicy wci^J moJliwy ;// Tamze. 1995. 31.1.

S. 2; Janicki M. Wszystkie partie “ Solidarno^ci” ;//Polityka. 16. 22.IV. S. 3.



[1]Л. Бальцерович - вице-премьер, министр финансов Польши (1989—1991), руководитель радикальных экономических реформ и жесткой ан­тиинфляционной политики, получивших название "шоковой терапии".

129

Читайте также: