ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » К вопросу о происхождении катакомбной культуры
К вопросу о происхождении катакомбной культуры
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 04-07-2014 16:46 |
  • Просмотров: 2562

После того как В. А. Городцову удалось установить деление бронзо­вого века на три культуры — ямную, катакомбную и срубную, он сумел доказать и последовательность в смене этих культур.

Такое чередование культур для степной части Северного Причерно­морья без конца подтверждается исследователями последних десятиле­тий.

В. А. Городцов рассматривал смену этих культур как миграцию на­родов: «древнейшие обитатели стран были вытеснены новыми пришель­цами, хоронившими своих покойников в катакомбах» '. Таким образом утверждалось существование двух культур независимых друг от друга — ямной и катакомбной, а их смена совпадала с приходом в степи Север­ного Причерноморья новой группы племен.

Подобные взгляды на смену ямной и катакомбной культур были су­щественно изменены.

О. А. Кривцова-Гракова [1] доказала, что никакой резкой смены куль­тур, связанной с миграцией, на этой территории наблюдать мы не можем. Основываясь на большом курганном материале, О. А. Кривцова-Гракова доказала, что ямная и катакомбная культуры неразрывно связаны между собой: катакомбная культура является непосредственным продолжени­ем ямной культуры. Убедительнее всего это было показано на материа­лах из курганного могильника у селений Верхние и Нижние Серогозы и Большой Белозерки в Днепропетровской области[2], где были встречены погребения ямного типа с признаками катакомбной культуры и погребе­ния катакомбные с инвентарем, типичным для ямной культуры. «Соз­дается общее впечатление, — писала О. А. Кривцова-Гракова, — что близ сел В. и Н. Серогозы и Б. Белозерка в древнейший период брон­зовой эпохи не было двух разных культур, а существовала единая куль­тура. Вначале носители ее сооружали могилы в форме обыкновенных ям, и лишь постепенно вошло в обычай хоронить покойников в подбоях. В продолжение всего этого периода вещи, составляющие могильный ин­вентарь, не подвергались существенным изменениям» [3].

Существование генетической связи ямной и катакомбной культур было доказано О. А. Кривцовой-Граковой и на материале керамики, ко­торая в данном вопросе имеет весьма существенное значение. Наблю­дается постепенный переход от остродонного горшка ямной культуры к плоскодонному сосуду катакомбной культуры.

Дальнейшие работы археологов подтвердили не раз правильность вывода О. А. Кривцовой-Граковой о непрерывном развитии от ямной к катакомбной культуре.

В этом отношении интересен материал из курганов у с. Новогригорь- евка под г. Днепропетровском в кургане «Бесчастная могила», раскопан­ном Д. Я. Самоквасовым ‘. Этот курган содержал всего 14 погребений; из них 7 погребений было совершено в материке, два погребения на по­дошве кургана и 5 погребений впускных в насьипи кургана. Основное по­гребение, над которым была сделана первоначальная насыпь кургана, относилось к ямной культуре. Это погребение было совершено в большой четырехутольной яме, стены которой были обставлены плахами, а дно смазано глиной. Эта погребальная камера сверху была перекрыта накат­ником из довольно толстых брусьев. В могиле лежал костяк на спине с вытянутыми конечностями, густо посыпанный красной краской. По обря­ду захоронения это погребение можно отнести к ранней эпохе ямной культуры.

Остальные впускные погребения в насыпи, на горизонте и в мате­рике, в простых ямах и в катакомбах принадлежали к ямной и катакомб­ной культуре.

Для нас интересен тот факт, что ряд впускных погребений в мате­рике и в насыпи, по инвентарю погребения относящихся ко времени ка­такомбной культуры, совершены в ямах, устройство которых полностью повторяет устройство погребальной камеры центрального погребения ямной культуры. Все они имеют четырехугольную форму, их стены плот­но обставлены плахами или бревнами, дно могил тщательно вымазано глиной и, наконец, все они имеют деревянное перекрытие в виде накат­ника.

Для нас не менее интересны и два других погребения: одно из них совершено в обыкновенной яме и находится на материке, а другое, также впускное погребение, совершено в катакомбе.

В первом погребении на дне ямы лежали два детских скелета, ориентированных — один на запад, другой на восток. Инвентарь этого погребения довольно разнообразен. Здесь находятся костяные молоточ­кообразные булавки, ожерелья из сверленых зубов, пронизи из трубча­тых костей с винтовой насечкой, бронзовая бляха и сосуд с острым дном и одной ручкой. Поверхность сосуда имеет характерную заглаженность поверхности зубчатым штампом.

Это погребение на основании остродонного сосуда мы можем отне­сти к ямной культуре, а наличие молоточкообразной булавки, костяных пронизей с винтовыми нарезками и в особенности бронзовой бляхи с то­чечным орнаментом никоим образом не дает возможности особенно удревнять это погребение. Его можно датировать временем перехода от ямной к катакомбной культуре.

Интересно и другое погребение в этом же кургане, совершенное в катакомбе, впущенной в материк. Входная яма катакомбы продолговатой формы, очень глубокая, с одной ступенькой; вход в катакомбу был плотно закрыт каменной плитой; в катакомбе сферической формы лежал костяк скорченно, на левом боку, посыпанный, красной краской. Инвентарь раз­нообразный: .бусы из сверленых зубов; ожерелья из крупных и мелких костяных пронизей с винтовой нарезкой, костяная молоточкообразная булавка и бронзовая кованая круглая бляха с точечным орнаментом.

Эти два погребения показывают, что инвентарь позднеямных погре­бений и погребений ранней катакомбной культуры почти один и тот же. Кроме того, в раннекатакомбной культуре зачастую продолжает оста­ваться ямный обряд захоронения, почти во всех деталях устройства по­гребального помещения повторяя устройство древнейших погребений ям­ной культуры. .

Приведенный пример не одинок. Тот же случай нахождения вещей одних и тех же типов в погребениях как ямной, так и катакомбной куль­туры прослеживается на материалах из курганных могильников из-под Симферополя, раскопанных Н. И. Веселовским [4].

Не менее интересны и некоторые погребения из раскопок В. А. Городцова на Северном Донце[5], на которые еще в свое время он обратил внимание, но посчитал их за «не вполне типичные ямные погребения» Таких погребений в этом районе было встречено семь. Почти все они по обряду захоронения хорошо увязываются с погребениями, относящимися к ямной культуре, и по инвентарю оказываются сходными с погребения­ми катакомбной культуры. В. А. Городцову пришлось исключить все по­добные погребения при описании как ямной, так и катакомбной культу­ры. Повидимому, только в связи с недостатком большого количества данных В. А. Городцову не удалось их объяснить.

Такие погребения на Северном Донце известны в следующих пунк­тах: в кургане № 1 (погребение 4-е у слободы Черногорояка) [6], .в кургане № 3 (погребения 1-е и 2-е) у хутора Ковалевка [7], там же в кургане № 7 (погребение 2-е)[8], в кургане № 3 (погребение 6) у села Великая Камышеваха[9], в кургане № 1 (погребение 7-е) у слободы Мечевеловка[10]. Инвентарь этих погребений совершенно тот же, что и в катакомбах.

Из этих погребений наиболее интересно погребение 2-е в кургане № 7 у хутора Ковалевка. Погребение было совершено в четырехугольной яме со слегка округлыми боками. Сверху яма была покрыта деревом. На дне ямы лежал костяк на правом боку, в скорченном положении, головой на СВ. Перед лицом его стоял орнаментированный плоскодонный сосуд, рядом с ним жаровня и остатки разбитого сосуда. Около головы погре­бенного лежали каменный топор, точильный камень, медный предмет, сильно окислившийся, на левой руке семь маленьких пластинок, согну­тых в форме бусинок.

Плоскодонный орнаментированный сосуд и бронзовые бусы позво­ляют это погребение .отнести к катакомбной культуре. Обряд погребения, устройство самой погребальной камеры и особенно ориентировка покой­ника на СВ тесно связывают его с обрядом захоронения ямной культут ры территории Северного Донца. Следует сказать, что в районе Северно­го- Донца для погребений ямной культуры характерным является север­ная и северо-восточная ориентировка покойников в противоположность южной и юго-восточной ориентировке погребений, характерных для ка­такомбной культуры этого района.

То же устройство погребальной камеры с камышовой подстилкой для покойника, характерной для ямной культуры, и то же положение покойника с северо-восточной ориентировкой мы видим в кургане № 3 погребение 1-е у хутора Ковалевка, вместе с. инвентарем, который без всякого сомнения должен быть отнесен к катакомбной культуре. Инвен­тарь этот состоял из бронзовых бусин, круглой бронзовой привески, но­жа и двух обычных орнаментированных сосудов, характерных для ката­комбной культуры.

Более редки погребения, совершенные в катакомбе, устройство ко­торой полностью повторяет сооружение катакомб для погребений ката­комбной культуры, и с инвентарем, типичным для ямной культуры. Обыч­но все такие погребения относятся ко времени перехода от ямной к ка­такомбной культуре и датируется рубежом III и II тысячелетий до н. э.

В этом отношении интересны некоторые могильники северного При­азовья, исследованные в 1951 году.

Один из этих курганных могильников раскопан Б. Н. Граковым на р. Обиточной у с. Преслав', расположенного почти при впадении р. Оби- точной в. .Азовское море (Запорожская обл. Приморский р-н). Могильник, расположённый у западной окраины села, дал курганы, в которых древ­нейшими погребениями оказались погребения в глубоких четырехуголь­ных ямах с закругленными углами, где на подстиле из камыша лежали скелеты, вытянутые на спине, сильно окрашенные в красный цвет. После насыпки курганов над этими погребениями, относящимися к ямной куль­туре, в материк и в насыпь курганов был впущен целый ряд погребений, относящихся к ямной, катакомбной и еще более поздним культурам.

Среди этих погребений для нас интересно погребение 8-е в кургане № 2. Это погребение было впускным в курган и находилось под полой кургана в материке. Погребальное сооружение было довольно сложно. Это была катакомба, овальная в плане, со сферическим потолком и дву­мя входами в катакомбу. Один вход находился почти против другого, входные ямы имели — одна две, а другая три ступеньки; пол самой ка­такомбы был несколько ниже пола обеих входных ям.

В катакомбе лежал погребенный в скорченном положении, на левом боку, головой на ЮЗ (рис. 8, 1). Около черепа и рук покойника была густо насыпана красная краска, а в ногах стоял глиняный сосуд. Этот сосуд (рис. 8, 2) имел небольшое горЛо, хорошо выраженные плечики и слегка уплощенное округлое дно. Сосуд как с внешней, так и с внутрен­ней стороны покрыт Штриховкой, получившейся от заглаживания поверх­ности зубчатым штампом. По плечам сосуда располагался простой елоч­ный узор, нанесенный мелким зубчатым штампом.

Таким образом, и здесь мы видим, что в катакомбе совершено погре­бение, инвентарь которого не может быть отнесен ко времени катакомб­ной культуры. Орнаментация сосуда, нанесенная зубчатым штампом, также свидетельствует о раннем времени; такого орнамента мы совер­шенно не найдем в памятниках, относящихся ко времени развитой ката­комбной культуры, и, наоборот, он обычен для ямной и раннекатакомб­ной кулЬтур. Следовательно, это погребение надо датировать по форме и орнаменту сосуда временем перехода от ямной к катакомбной куль­туре. Наличие в данном комплексе черт как той, так и другой культуры дает возможность говорить об эволюционном развитии ямной культуры в катакомбную, а следовательно, и о их родстве.

Противоположный пример, где обряд захоронения полностью совпа­дает с обрядом захоронения ямной культуры, а инвентарь погребения даёт возможность отнести его только к катакомбной культуре, мы нахо­дим в другой курганной группе, расположенной также у с. Преслав и раскопанной в том же 1951 году Б. Н. Граковым *.

Курган № 2 был сооружен над погребением, относящимся ко вре­мени древнеямной культуры. Погребение было совершено в большой четырехугольной яме, дно которой было устлано камышом. На этой подстйлке лежал на спине костяк, с вытянутыми конечностями, головой, обращенной на юг. На костяке были следы красной краски. Могила была покрыта восемью огромными камнями, три из них были обработаны. Все камни были посыпаны красной краской. После совершения этого погребения в курган было впущено еще одно ямное погребение с остро­донным сосудом без орнамента и одно погребение раннекатакомбной культуры. Это погребение 6-е (рис. 8, 3) было впущено в насыпь кургана й находилось на материке'; скелет в нем был вытянут на спине, головой обращен на юг. Около ног и кистей рук была посыпана красная краска. В головах Стоял крупный сосуд с отогнутым краем, выпуклыми боками и плоским дном (рис. 8, 4). Поверхность этого сосуда 'Вся заглажена зубчатым штампом.

Обряд захоронения, ориентировка, вытянутое положение покойника полностью повторяются в захоронении центрального ямного погребения, но наличие сосуда, типичного для катакомбной культуры, позволяет отнести его ко времени катакомбной культуры с большими пережит­ками глубокой древности.

Инвентарь погребения из курганов у с. Преслав на р. Обиточной

 Ряс. 8. Инвентарь погребения из курганов у с. Преслав на р. Обиточной: 1—2 — курганная группа К» 1 (курган № 2. погребение 8-е); 3—4 — курганная группа № 2 (курган № 2, погребение 6-е)

Наиболее интересны в этом отношении материалы, полученные А. И. Тереножкиным в 195-1 году в результате его работы на р. Молочной у с. Ново-Филипповка, у совхоза Аккермен и др. (Запорожская обл. Мелитопольский р-н) *. Всего экспедицией было раскопано 40 курганов, которые дали свыше 250 захоронений, относящихся по большей части к бронзовой эпохе, в том числе к древнеямному и катакомбному времени.

Во всех курганах основными оказались захоронения, относящиеся к древнеямной культуре.

Центральное погребение совершалось в четырехугольной яме с бре­венчатым накатником, покрывавшим погребальную камеру. Зачастую вместо деревянного перекрытия в этом районе встречались перекрытия из каменных песчаниковых плит или камней, как это мы видим над центральным погребением к кургане № 2 у с. Преслав на р. Обиточной. Погребения центральных древнеямных захоронений совершались, как правило, на спине, с согнутыми в коленях ногами. Дно ямы и скелеты посыпаны красной краской. Инвентарь этих погребений чрезвычайно беден. Иногда его совершенно нет. Среди инвентаря можно отметить круглодонные сосуды, просверленные зубы животных, кремневые орудия, створки речных раковин и т. д. Один раз был обнаружен в могиле брон­зовый листовидный нож.

Все катакомбные погребения были впускными в этих курганах и сосредоточивались главным образом в полах кургана; вами погребаль­ные камеры-катакомбы делались в материке.

В устройстве катакомб мы не можем найти существенных различий.

Но по обряду захоронения и по инвентарю все катакомбные погре­бения следует делить на два типа: 1) погребения в катакомбе с обрядом захоронения, полностью связанным с древнеямиым обычаем класть покойника на спине, с согнутыми в коленях нонами и 2) погребения, типичные для захоронений катакомбной культуру, то есть скорченно на левом или правом боку, с лицом, обращенным в сторону входа.

Погребения первого типа позволяют нам говорить о непооредствен- ной близости яйной и катакомбной культур. Генетическая преемствен­ность этих культур сказывается и в инвентаре погребений и в первую очередь в керамике.

С этой точки зрения особенно интересны два погребения — погребе­ние 1-е в кургане № 12 у совхоза Аккермен и погребение 10-е в кургане № 14 в этой же курганной группе.

Первое погребение было совершено в катакомбе, которая имела прямоугольную входную яму (1,7 X 1Д5 м). Дно входной ямы спу­скалось в южную сторону, где находился вход в катакомбу, заложенный камнями. Катакомба была небольших размеров, овальная в плане (1,65 X 1,2X0.75 м). Костяк лежал скорченно на правом боку, головой на восток. В головах погребенного оказалось пятно красной краски. Устройство погребального сооружения, а также положение покойника обычны для катакомбной культуры. Но в инвентаре погребения, кроме деревянного лука, находился остродонный сосуд со слегка выпуклыми боками и отогнутым краем. По плечикам этого сосуда был нанесен про­стой веревочный орнамент в виде заполненных оттисками веревочки квадратов; сосуды имели характерную сглаженную поверхность. Подоб­ный сосуд может находиться только в памятниках времени ямной куль­туры. Следовательно, это погребение можно отнести только к эпохе пе­рехода от ямной к катакомбной культуре.

То же самое наблюдается в погребении 10-м в кургане № 14 у совхоза Аккермен.

Здесь мы видим катакомбу с входной ямой, заложенной каменными плитами; в самой камере лежал костяк, скорченный, на правом боку, головой на восток, посыпанный красной краской; в головах стоял сосуд с невысоким горлом, округлым дном и двумя небольшими ручками на плечах сосуда.

Сосуд по своей форме дает возможность датировать его временем ямной культуры.

Таких погребений в районе р. Молочной довольно много, и все они несут на себе архаические черты, которые связывают их с древнеямной культурой. Это отчетливо выражается, с одной стороны,'в погребальном ритуале, с другой — в инвентаре погребений.

Материалы, полученные А. И. Тереножкиным в районе р. Молочной, позволяют с большой уверенностью утверждать генетическую связь ямной и катакомбной культур, установленную О. А. Кривцовой-Граковой.

Таковы материалы курганных могильников. Остановимся теперь на материале поселений, которые в этом вопросе играют не менее важную роль.

Поселения ямного и раннекатакомбного времени известны главным образом на Днепре.

Возьмем, например, материалы о поселении, открытом , еще в 1888 году Е. Н. Мельник[11], обследованном потом Н. Е. Макаренко[12] и, наконец, раскопанном А. В. Добровольским и В. Н. Даниленкоа в 1946 году. Это поселение находилось на правом берегу Днепра, у с. Волошское, между порогами Сурским и Лоханским, на скалистой гряде, которая известна у местных жителей под названием «Стрильча Скеля».

Мощный культурный слой стоянки «Стрильча Скеля» имеет' три культурных горизонта. Верхний горизонт относится к раннекатакомбному и прзднеямному времени и довольно четко выделяется по типу керамики;

но ее орнаментации и форме сосудов; выделяются точно так же и опре­деленные типы орудий, связанные с этим слоем.

Второй горизонт относится безусловно к доямному времени. По фор­мам сосудов и их обработке он отличается от верхнего слоя; правда, некоторые орнаментальные мотивы, как будет показано ниже, имеют сходство с орнаментами на сосудах верхнего культурного горизонта.

Нижний культурный горизонт по формам сосудов, их орнаментам и по орудиям резко отделяется от среднего горизонта и совершенно с ним не связан.

Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

 Рис. 9. Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

Верхний культурный горизонт стоянки «Стрильча Скеля» содержал большое количество керамики; формы сосудов в основном двух типов: 1) круглодонные (рис. 9, 1, 3, 5) и 2) плоскодонные с выпуклыми бока­ми и отогнутой или прямой шейкой (рис. 9, 2, 4, 6).

Следует заметить, что стратиграфически эти два типа сосудов не раз­деляются: как плоскодонные, так и круглодонные сосуды встречались в одном горизонте часто и даже рядом. Кроме этих основных двух типов, было найдено не малое количество сосудов, имеющих уплощенное дно и являющихся промежуточной формой между круглодонными и плоскодон­ными сосудами. Орнамент на сосудах этого горизонта довольно разнооб­разен, но крайне несложен. Он расположен главным образом в верхней части сосудов, вдоль края и по плечам.

  1. Самым распространенным является елочный узор, который нано­сился как простой нарезкой, так и разнообразными зубчатыми штам­пами (рис. 9, 1, 4, 6).
  2. Не менее част простой веревочный узор, расположенный по горлу и плечам сосуда (рис. 10, 1—2).
  3. Редко встречается ямочный и ногтевой узор в виде ряда вдавле- ний на сосудах.
  4. Простой неглубокий нарезной узор, нередко составляющий тре­угольники, которые иногда даже заштрихованы (рис. 11, 1—3).

Вей поверхность сосудов со всеми видами орнамента покрыта штриховкой зубчатого штампа.

Перечисленные виды орнаментов встречаются на сосудах как с круглым и уплощенным, так и с плоским дном.

Рассматривая все типы орнаментов этой Стоянки, мы все их находим как на сосудах ямной так и на сосудах раннекатакомбной культуры.

Полностью совпадают не только отдельные приемы орнаментации или элементы орнамента, но даже целые орнаментальные узоры, как, например, опускающиеся треугольники, иногда заштрихованные Или обведенные несколькими полосами.

Таким образом, в одном культурном слое мы имеем, с одной сто­роны, древнейшие формы круглодонных сосудов, характерных для ямной культуры, и, с другой стороны — плоскодонные сосуды, типичные для катакомбной культуры. Кроме того, в этом же культурном горизонте найдены были все переходные типы сосудов от круглодонных к плоско­донным.

Из всех имеющихся орнаментов стоянки «Стрильча Скеля» узор, состоящий из плетеного шнура, обнаруженный в незначительном коли­честве, не встречается на сосудах ямного типа, но без сомнения разви­вается постепенно из орнаментации простой веревочкой, которая обычна дл» круглодонных сосудов.

Таким образом оказывается, что все орнаменты ранней стадии ката­комбной культуры тесным образом связаны с орнаментами предшествую­щей ямной культуры; некоторые из этих орнаментов продолжают суще­ствовать вплоть до очень позднего времени. Такой узор, как елочный, нанесенный веревочным штампом и покрывающий всю поверхность сосуда, известен на сосудах, относящихся к развитой и даже поздней стадии катакомбной культуры.

Обработка поверхности сосудов как в ямной, так и в катакомбной культуре одна и та же. На тех и других имеются следы заглаженности внутренней и внешней поверхности сосудов мелким зубчатым штампом.

Кроме' верхнего горизонта стоянки «Стрильча Скеля», материал которой вполне убедительно указывает на невозможность резко разгра­ничить ямную и катакомбную культуры, мы имеем целый ряд других аналогичных поселений на-Днепре.

Поселение времени перехода от ямной к катакомбной культуре, известное под именем «Дурна Скеля» на днепровских порогах (исследо­ванное А. В. Добровольским в 1928 г.), аналогично и по типу керайики и по времени рассмотренной выше стоянке «Стрильча Скеля». Керамика из стоянки «Дурна Скеля» дает полную возможность считать ее одним, неделимым комплексом. В одном и том же горизонте мы находим как плоскодонные, так и круглодонные сосуды, а также и все промежуточ­ные формы между ними. Орнаменты разнообразны и, так же как и на керамике со стоянки «Стрильча Скеля», совершенно одни и те же на сосудах с округлым и плоским дном. Правда, на плоскодонных сосудах орнамент обычно пышнее и чаще встречается веревочный плетеный узор. Орнамент, нанесенный отпечатками тесьмы, встречается исклю­чительно на плоскодонных сосудах, характерных для катакомбной культуры, но является постепенным развитием и усложнением простого веревочного орнамента, довольно часто встречаемого ца сосудах, отно­сящихся к ямной культуре.

Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

 Рис. 10. Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

 Рис. 11. Фрагменты керамики со стоянки «Стрильча Скеля» на Днепре

Фрагменты керамики со стоянки «Дурна Скеля» на Днепре

 Рис. 12. Фрагменты керамики со стоянки «Дурна Скеля» на Днепре

Орнаментация керамики стоянки «Дурна Скеля» (рис. 12 и 13) состоит из нарезок, оттисков зубчатых штампов разнообразных форм к размеров, неглубоких ногтевых вдавлений и вдавлений простой вере­вочки, плетеного шнура. Часто можно наблюдать сочетание на одном и том же сосуде зубчатого и веревочного орнамента.

Среди орнаментальных узоров наиболее часто встречаются заштри­хованные треугольники, спускающиеся по плечам сосуда; нередка и бахрома, спускающаяся по сторонам треугольников (рис. 12, 2, 5).

Фрагменты керамики со стоянки «Дурна Скеля» на Днепре

 Рис. 13. Фрагменты керамики со стоянки «Дурна Скеля» на Днепре

Таким образом, рассматривая материалы с поселений Поднепровья, можно проследить, с одной стороны, очень тесные связи ямной и ката­комбной культур и непосредственный переход первой во вторую, с дру­гой стороны — более древние корни ямной культуры в местном неолите.

В заключение остановимся на палеоантропологическом материале ямной и катакомбной культур. Этот материал, к большому сожалению, не так уж велик, слабо изучен и плохо связан с археологическими комп­лексами. В старых дореволюционных исследованиях, связанных с архе­ологическими материалами, имеется статья Д. К. Третьякова *, который отметил сходство исследованных им двадцати пяти черепов из погребе­ния Одесского кургана у слободки Романовки[13] с черепами, с одной стороны, из погребений древнеямной культуры в Нижнем Поволжье, с другой стороны — также с черепами кроманьонского типа. К сожале­нию, Д. К. Третьяков не разделил черепа из Одесского кургана .по их связи с типами погребений, которых в Одесском кургане было четыре: ямные, катакомбные, ящичные и ямные с керамикой срубного типа.

Все черепа по лицевому скелету он отнес к типичным европеоидам, отметив, что по черепному указателю они делятся на долихокраяный и брахикранный типы.

Г. Ф. Дебец[14], связав антропологические данные Д. К. Третьякова с определенными типами погребений, пришел к заключению, что, несмотря на большое сходство всех черепов (типичные европеоиды: покатый лоб и развитые надбровные дуги), можно связать брахи- и мезокранные черепа с погребениями катакомбной культуры, а долихокранные — с по­гребениями ямного типа.

Таким образом, различие древнеямных и катакомбных антрополо­гических признаков сводится только к увеличению черепного указателя у людей катакомбной культуры.

Г. Ф. Дебец считает, что подобное явление надо связывать с пересе­лением: «является весьма вероятным предположение о том, что ката­комбная культура, по крайней мере в известной ее части, является не просто этапом развития общества, но связана с расселением какой-то этнической группы, включавшей в себе брахикранный элемент»[15].

Исследованные в небольшом количестве черепа из погребений на Северном Кавказе обращают на себя внимание сравнительно высоким черепным указателем.

По всей вероятности, на Северном Кавказе и был тот центр относи­тельной брахикрании, откуда могло проникать население на территорию северопричерноморских степей.

Такое продвижение целых групп населения Северного Кавказа в наши южные степи очень хорошо подтверждается большим количе­ством археологического материала и вместе с тем не противоречит воз­можности генетически связывать катакомбную культуру с предшествую­щей ей ямной культурой.

Расселение с Северного Кавказа, которое мы прослеживаем по архе­ологическим и антропологическим данным в первой половине II тысяче­летия до н. э., происходило, повидимому, и несколько раньше. При этом у нас нет никаких данных, позволяющих говорить о том, что это рассе­ление сопровождалось вытеснением местного населения; скорее наоборот: археологические данные на многих примерах, особенно по орнаментации керамики, позволяют говорить, с одной стороны, о том, что расселение в северопричерноморские степи северокавказских племен происходило небольшими группами, а с другой стороны, наблюдается быстрая асси­миляция пришлого населения местными племенами.

Кроме того, археологический материал показывает, что чем глубже в северопричерноморские степи и западнее от Северного Кавказа, тем меньше мы находим элементов сходства в материальной культуре этих племен.

Следует отметить и тот факт, что археологические материалы позво­ляют обычно связывать отдельные погребальные комплексы, а иногда целый курган с несколькими погребениями в нем с материальной куль­турой северокавказских племен (например, курганы, исследованные С. А. Локтюшовым под г. Славянском).

Заканчивая рассмотрение вопроса о происхождении катакомбной культуры, хочется еще раз подчеркнуть неразрывную связь катакомбной культуры с предшествовавшей ей древнеямной культурой. Рассмотрен­ный нами материал погребений, как инвентарь могильников, так и погре­бальный обряд, а также и материал с поселений позволяют связывать эти две культуры. Больше того, одни и те же типы вещей, встреченные в памятниках познеямного времени и в памятниках раннекатакомбного времени, а также тождество многих орнаментальных мотивов на посуде той и другой культуры позволяют говорить о них как о двух этапах раз­вития одной и той же культуры.

Приведенная ниже таблица показывает, какие вещи одинаково характерны как для поздней стадии ямной культуры, так и для ранней стадии катакомбной культуры (рис. 14).

Из бронзовых орудий к таковым относятся бронзовые четырехгран­ные шилья, листовидные ножи и спиральные в полтора оборота височ­ные кольца.

Из каменных орудий — сверленые каменные молотки, кремневые треугольные с небольшой выемкой у основания стрелы. Такие орудия, как разнообразные скребки, проколки и резчики, совершенно неотличимы.

Появление струйчатой ретуши, так характерной для эпохи ката­комбной культуры, надо также относить ко времени перехода от ямной к катакомбной культуре.

Характерные признаки поздней ямной и ранней катакомбной культур

 Рис. 14. Характерные признаки поздней ямной и ранней катакомбной культур

Из костяных предметов, относящихся как к поздней стадии ямной культуры, так и к ранней стадии катакомбной культуры, надо назвать молоточкообразные костяные булавки и костяные кольца с полукруглым поперечным сечением.

Особенно четко эта генетическая связь прослеживается в орнамен­тах, которые почти все своим происхождением связаны с ямной куль­турой.

Наконец, и сам погребальный обряд — погребение в катакомбе — в некоторых районах появляется еще в эпоху позднеямной культуры и широко распространяется только в эпоху катакомбной культуры.

Татьяна Борисовна Попова

Из сборника «Племена катакомбной культуры», Труды государственного исторического музея, Выпуск 24, 1955 г



[1] О. А. Кривцова-Гракова. Генетическая связь ямной и катакомбной куль­тур. Труды ГИМ, вып. VIII. М., 1938.

[2] Ф. А. Браун. Отчет о раскопках в Таврической губ., в 1898 г. ИАК, вып. 19, 1906.

[3] Т. Б. Попова

[4] Н.И. Веселовский, отчёт о раскопках в Таврической губернии, вып. 1, ОАК за 1880 г.

[5] В. А. Городцов. Результаты археологических исследований в Изюмском у. Харьковской губ. 1901 г., стр. 229.

[6] Там же, стр. 242.

7 Там же, стр. 299

[8] Т а м же, стр. 303.

[9] Та м же, стр. 330.

[10] Та м же, стр. 333.

[11] Е. Н. Мельник. Каталог коллекции древностей АН. Поля в Екатеринослав- ской губернии, вып. I, стр. 13.

Е. Н. Мельник. Стоянка и мастерская каменного века у днепровских порогов. Труды VIII АС в Москве 1890 г., т. IV, стр. 193.

[12] Н. Е. Макаренко. Археологические исследования 1907—1909 гг. ИАК* вып. 43. СПб., 1911.

[13] В. А. Городцов. Классификация погребений Одесского кургана. Отчет Исто­рического музея за 1915 г. М., 1917.

[14] Г. Ф. Дебец. Палеонтология СССР. Труды Ин-та этнографии, т. IV, М.—Л„ 1948.

[15] Там же, стр. 104.

 

Читайте также: