ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Закревский
Закревский
  • Автор: lepisevich |
  • Дата: 25-09-2013 12:14 |
  • Просмотров: 2814

Закревский Никифор Иванович, Записки врача морской службыЖИЗНЬ И ЛИТЕРАТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ВОЕННОГО ВРАЧА Н. И. ЗАКРЕВСКОГО НА СТРАНИЦАХ ЖУРНАЛА «МОРСКОЙ СБОРНИК»

ВВЕДЕНИЕ

Актуальной темой в рамках исследования истории Крыма является воссоздание вклада отдельных личностей в изучение данного региона. Настоящее исследование посвящено изучению жизни и творчества военного врача, участника Крымской войны, Никифора Ивановича Закревского (1806–1864), жившего в Севастополе с 1829 года и опубликовавшего свои рассказы в журнале «Морской сборник» в течение 1860 – 1865 годов.

История Крыма всегда привлекала внимание многих ученых. Как пишет историк А. А. Непомнящий: «Крым всегда притягивал своей мультикультурной средой самых разнообразных деятелей науки. Здесь фигурируют и маститые академики с мировым именем (В. А. Гордлевский, В. Ф. Зуев, И. Ю. Крачковский, А. Е. Крымский, П. С. Паллас), и забытые сегодня ученые, чья научная подвижническая работа на определенном этапе была новой ступенькой к комплексному познанию края (Ф. Ф. Лашков, А. А. Олесницкий, Е. Ю. Спасская и многие другие) [1, с. 8].

Наряду с решением глобальных проблем истории необходимыми оказываются исследования сознания и поведения конкретных людей изучаемой эпохи, как одной из составляющих частей анализа социальных и экономических структур. В этом контексте рассматривается историческая биография отдельной личности, что является областью исследований исторической антропологии. О связи конкретной личности и истории писал и Г. Ф. Миллер: «Довольно известно есть, коим образом каждому человеку, какого бы кто звания ни был, в истории необходимая нужда есть; она обыкновенно называется зерцалом человеческих действий, по которому о всех приключениях нынешних и будущих времен, смотря на прошедшия, рассуждать можно» [2, c. 155]. В этом смысле изучение личности и социальных групп, как носителей культуры, в определенной социокультурной среде на различных этапах развития общества объясняет актуальность данного исследования. Рассмотрение жизни и творчества Никифора Ивановича Закревского, как одного из представителей дворянского сословия XIX в., посвятившего большую часть своей жизни служению черноморскому флоту, военной медицине, Севастополю, представляется актуальным.

Задачей исследования является анализ литературного наследия Н. И. Закревского, автора ценных мемуаров о жизни Севастополя в тридцатые годы XIX столетия – «Записок врача морской службы». Они, вне всякого сомнения, являются важным историческим источником по изучению истории Севастополя в середине XIXвека.

Целью данной публикации является обзор, анализ и систематизация массива литературного наследия Н. И. Закревского по вопросам изучения истории Крыма и, в частности, Севастополя, на основе опубликованных мемуаров на страницах «Морского сборника».

 

2. «МОРСКОЙ СБОРНИК» КАК УНИКАЛЬНЫЙ ИСТОЧНИК ПО ИЗУЧЕНИЮ ИСТОРИИ КРЫМА

 Современное развитие общества привело к усилению интереса к коммуникативным средствам информации. Периодика периода Российской Империи представляет собой многочисленный и малоизученный корпус исторических источников, тем самым, представляя исследовательский интерес. Среди научно-исторических периодических изданий второй половины XIX – начала XX веков одно из ведущих мест по своей информативной ценности занимает журнал «Морской сборник».

Издание является одним из важнейших источников изучения развития отдельных сфер жизни общества XIX века. Это обусловлено тем, что периодические издания во все времена служили наиболее массовым, оперативным источником информации. В них содержится богатый материал для изучения и научного анализа наиболее важных событий истории Российской Империи, в том числе и регионального характера. «Морской сборник» – старейший в мире ежемесячный журнал по военно-морской тематике, официальный орган военно-морского ведомства, издающийся с марта 1848 года без перерыва и смены названия. Был основан Морским учёным комитетом, который тогда возглавлял известный русский мореплаватель и гидрограф адмирал Фёдор Петрович Литке [3, с. 5–6].

Старейший русский военный журнал, созданный в качестве официального органа военно-морского ведомства, был призван заниматься изучением и распространением военно-морских и технических знаний на флоте. Программа "Морского сборника" предусматривала освещение не только специальных научно-технических вопросов, но и событий "прошедших времен во всех флотах", публикацию биографий видных деятелей русского флота, описаний "необыкновенных происшествий" и кораблекрушений, сведений о плавании судов и эскадр.

В журнале помещали свои работы виднейшие представители военно-морской мысли. «Морской сборник» оказывал большое влияние на развитие военно-морской исторической науки. К числу первых сотрудников журнала принадлежал историк флота А. П. Соколов, написавший около 150 статей. Его последователями явились С. И. Елагин, Ф. Ф. Веселаго. В. Ф. Головачев и другие. Наряду с материалами по военно-морскому искусству, кораблестроению, военно-морской технике, мореплаванию, истории в журнале печатались публицистические статьи Д. В. Григоровича, В. И. Даля, художественные произведения И. А. Гончарова, А. Н. Островского, А. Ф. Писемского, К. М. Станюковича и других. В 1856 тираж журнала достиг 6 тыс. экземпляров.

Во второй половине XIX – начале XX вв. с журналом активно сотрудничали талантливые военно-морские деятели – Г. И. Бутаков, К. Н. Посьет, С. С. Лесовский, И. А. Шестаков, С. О. Макаров, выдающиеся ученые Д. И. Менделеев, А. Н. Крылов и другие [4, c. 13–14].

Издательская деятельность «Морского сборника» являлась важной составляющей общественно-политического и культурного развития крымоведения. До сих пор не существует целого обобщенного труда, посвященного данному вопросу. «Морской сборник» содержит разнообразную по форме и содержанию (научные статьи, документы, воспоминания, рецензии, некрологи) информацию, что даёт ещё более полное представление о развитии крымоведения. В журнале в большом объеме представлен корпус статей, освещающих события Крымской войны 1853 – 1856 годов, большая часть материала посвящена защитникам Севастополя в период первой обороны 1854 – 1855 годов. Также на страницах «Морского сборника» размещены статьи о памятниках истории и культуры Крыма и Севастополя.

 

3. ЖИЗНЕННЫЙ ПУТЬ СЕВАСТОПОЛЬСКОГО ВОЕННОГО ВРАЧА

Мемуары севастопольского городского военного врача Никифора Ивановича Закревского начали печатать на страницах «Морского сборника» в 1861 году. Первым местом службы молодого выпускника Харьковского университета в 1828 году стал 60-типушечный боевой корабль Черноморского флота «Эривань», именно с него начал свою историю в «Морском сборнике» Н. И. Закревский.

Изучая жизненный путь военного врача, нужно отметить, что на протяжении двенадцати лет он плавал на военных судах и за это время написал ряд интересных очерков из жизни Черноморского флота и его деятельности в эпоху 1830–1834 годов. В 1861–1865 гг. в «Морском сборнике» публиковались фрагменты книги воспоминаний Закревского «Записки врача морской службы», посвящённые истории Севастополя и Черноморского флота рубежа 1820-30-х гг.: «Севастополь 1830–1831», «Корабль «Эривань», 1829»; «Адмирал А. С. Грейг», «На берегу в Севастополе 1830», где описывает события холерного бунта в городе, «Фрегат Штандарт», 1830, «Черноморский флот в Константинопольском проливе», 1833, «Корабль Иоанн Златоуст», 1833, в общей сложности, в журнале насчитывается 13 статей Н. И. Закревского [5, c. 161].

По окончании в 1828 году Императорского Харьковского университета лекарь 3-го отделения поступил на службу в Черноморский флот, в 34-й флотский экипаж. Никифор Иванович Закревский сам выбрал место службы: «Воспитываясь на казенном иждивении, я имел право пользоваться наградою, за что и получил латинский диплом на звание, карманный хирургический набор – как необходимую принадлежность медику, и сто рублей ассигнациями – на обмундировку; за сим, по обязательным условиям для казенных воспитанников, со стороны университетского управления объявлено мне предложение об избрании рода службы, - я подумал, сообразил и решился вступить на службу морского ведомства в Черноморский флот. Это желание было принято, и представление об определении меня на службу отослано в морское министерство» [6, c. 62].

Между тем, ответа из министерства выпускник ждал полгода, и только 17 апреля 1829 года было дано распоряжение направить Никифора Закревского на службу на Черноморский флот. Как и всякий молодой человек, окончивший университет и вступающий во взрослую жизнь, автор записок испытывал всю гамму эмоций по поводу предстоящей работы врачом. «Мысль о том, как бы только поскорее на службу, во все времена томительного ожидания не оставляла меня; теперь же она заменилась иными, какими-то хаотическими мечтами – тогда мне было грустно, а теперь весело: раз десять перечитал я разрешение об определение моему на службу, всматривался в подпись моего генерал-штаб-доктора» [7, с. 63].

10 мая 1829 года Н. И. Закревский приехал в Николаев и сразу приступил к исполнению обязанностей судового врача на корабле «Эривань». Работа была тяжелой, но интересной. В этот ответственный период жизни молодого врача немалую роль играл главный доктор корабля М. И. Врачко, который помогал ему и делом, и ценными советами, познакомил с морской походной жизнью. Вместе с другом и коллегой Ф. Ф. Рерсом Никифор Закревский исследовал весь Николаев, часто посещал обсерваторию, он считал, что каждому моряку необходимы знания астрономии, а в этом могла помочь обсерватория. В записках Н. И. Закревский называет ее главным украшением порта. Также молодые люди часто ходили в городскую библиотеку. «Библиотека состояла из сочинений, относящихся до морских наук, здесь хранились морские карты, чертежи, модели разного рода судов, множество предметов, относящихся до археологии края; обломки статуй, камни с древними надписями, оружие, сосуды, довольно значительные коллекции монет, найденных на развалинах Ольвии, в Херсонесе Таврическом и Пантикапее; но все это собрание прекрасных и дорогих вещей подобно скомканному хламу, было запрятано в кладовую под ржавый замок и скрыто от любознательности» [8, с. 70].

Самым скучным временем для Никифора Ивановича Закревского была стоянка корабля «Эривань» на Очаковском рейде. Тогда врач осознал, что времени у моряков много, а толковых занятий мало. «Общество офицеров соединилось в одну семью. Вот сидишь в каюте, луч света проходит через иллюминатор и каюту освещает хорошо, читать бы можно, да нечего, у офицеров ни книжонки» [9, c. 72]. Далее в мемуарах Никифор Закревский высказывает причины праздной жизни моряков. Среди них перечислены скука, натура русского человека, молодость офицеров, отчужденность от общественной жизни и потому – неизбежное отсутствие нравственного влияния на молодых людей. Велика была радость Н. И. Закревского, когда он впервые в 1829 году переступил порог Севастопольской Морской библиотеки, а в 1833 году был избран ее секретарем-казначеем и библиотекарем [10, с. 198].

Севастополь, XIX век, первая половина

 

 В 1830 году, возвращаясь из Созополя в Севастополь, на борт корабля «Эривань» поступили моряки, больные тифом, и Н. И. Закревский, совершая регулярные осмотры больных, тоже заразился. Когда же судно прибыло в Севастополь, город уже находился в карантинном положении по случаю чумы. Никифор Закревский долгое время не мог оправиться от тифа, его мучила горячка, поэтому врача причислили к заразным чумой горожанам. Находясь на Павловском мысе в холодной казарме, он лично оказался свидетелем жестокого обращения власти с севастопольцами, которые позже подняли бунт против властей города. «Восемьдесят больных нижних чинов команды фрегата «Эривань» свезены были на фрегат «Скорый», нарочно назначенный под временный госпиталь. На нем ничего не было надлежащим образом устроено. По числу больных не доставало ни тюфяков, ни одеял, ни теплых халатов. Необходимой посуды, перевязочных материалов и припасов не отпускали, а приказывали обходиться имеющимися на фрегате «Эривань», на фрегате же все было давно израсходовано. Вследствие сей неурядицы, было то, что в течение одной недели из 80-ти человек больных, брошенных на фрегате «Скором», умерло 60 человек, - остальные потом были взяты в госпиталь» [11, c. 93–94].

После пережитых в Севастополе событий Никифор Иванович Закревский принимает решение оставить должность врача на корабле «Эривань» и отправиться в морское плавание судовым доктором на фрегате «Штандарт». Но и здесь врача ждали испытания – на корабле вспыхнула эпидемия цинги. Моряков спасли регулярные посещения бани и травяные припарки, рецепт которых составил Никифор Иванович Закревский [12, с. 303].

К ценным наблюдениям Н. И. Закревского по истории Крыма можно отнести сведения о статистике, составе населения и о занятиях людей в 1830- е годы XIXвека. После войны Российской Империи с Турцией в 1828–1829 гг. в Севастополе, кроме военных и отставных морского и сухопутного ведомств, массово увеличилось число турок, греков, немцев и других народов. Все они в Севастополе, по мнению Н. И. Закревского, «промышляли кто чем может и чем горазд» [13, c. 74]. Самым бесполезным населением Севастополя автор записок считал греков, так как в основном они занимались торговлей вина, что пагубно сказывалось на образе жизни севастопольцев, в частности – моряков. «Полезной частью» греческого населения считались переводчики турецкого языка. Большую же часть севастопольцев составляли евреи, они в основном были купцами, цеховым ремесленниками. Немцев Н. И. Закревский называет «замечательными рестораторам» и хвалит их за способности по части изготовления разных видов колбас и кондитерских изделий. Этнографический и статистический вопросы Крыма Н. И. Закревский обозначил сложными. Известно, что до присоединения Крыма к Российской Империи в 1783 году, в Крыму господствующее положение занимали татары, было немного армян, греков, еще меньше – караимов. «Со времени присоединения Крыма к России до 1830-х годов точная численность народонаселения оставалась для населения темной – ни ученый Паллас, ни крымский судья Сумароков, ни Броневский и никто другой из туристов об этом не высказывались. Расспрашивая самих татар, можно было узнать, что они насчитывали, кроме ногаев, от 270–280 тысяч человек обоего пола, армян – 6 тысяч, греки не могли дать верных сведений, так как среди них было много таких, которые про всякий случай имели документы на права турецкого или греческого подданного. Караимы определили себя в 4 тысячи человек, цыган – 1000 человек, немцев-колонистов – 24 тысячи, евреи-талмудисты – 2 тысячи» [14, c. 25]. При этом, автор отмечает, что свобода вероисповеданий, нравов, обычаев, промышленности и торговли не стеснялись в Крыму. Армяне, караимы сохраняли веру и язык. Всего в 1860 году по подсчетам Н. И. Закревского в Таврической губернии проживало 659.500 жителей обоего пола, большую часть из которых составляли татары. Их Н. И. Закревский обозначает как добросовестных работников по части ремесла – изготовления орудий для сельскохозяйственных работ, одежды, утвари для дома. Греки, евреи и караимы в основном «торговали, надували и спекулировали» [15, с. 221].

Также в записках Н. И. Закревский касается темы изгнания евреев из Севастополя в начале 1830-х годов. Он высказывает предположение, что изначально идеей выселения евреев из города стало стремление крупного севастопольского монополиста-еврея избавиться от конкурентов, который и затеял кампанию против единоверцев. А в 1829 г. император Николай I издал указ, согласно которому евреям, за исключением военнослужащих, предписывалось в течение двух лет покинуть Севастополь, ставший главной военно-морской базой России на Черном море. Военные губернаторы Севастополя и Николаева, адмирал А. С. Грейг пытались добиться отмены императорского указа, утверждая, что высылка евреев повредит экономике Севастополя, в особенности ремесленному производству и торговле. Но все же в 1834 году евреев окончательно выслали из города. Никифор Иванович Закревский видел в этом большое преимущество для Севастополя, объясняя его тем, что в Адмиралтействе «наконец прекратилось воровство и надувательство» [16. c. 104].

В своих мемуарах Никифор Иванович Закревский уделяет большое внимание истории Черноморского флота в тридцатые годы XIX века, его выдающимся деятелям, таким как Михаил Петрович Лазарев, Алексей Самуилович Грейг. На страницах «Морского сборника» опубликован корпус статей о черноморском флоте в Константинопольском проливе, о морских походах врача на кораблях «Штандарт», «Архипелаг», «Иоанн Златоуст». Период 1833–1834 годов это был временем смены Главного командира Черноморского флота. Между сторонниками адмиралов А. С. Грейга и М. П. Лазарева вспыхивали споры, свидетелем которых был и Никифор Иванович Закревский.

Особо любопытен эпизод, произошедший между М. П. Лазаревым и А. С. Грейгом по делу устройства Морской офицерской библиотеки. Долгое время у библиотеки не было своего здания и приходилось постоянно переезжать из дома в дом. И в 1834 году руководство Севастопольской офицерской библиотеки обратилось к главному командиру Черноморского флота и портов Михаилу Петровичу Лазареву об «удостоении им принять под свое покровительство Севастопольскую офицерскую библиотеку и быть ее почетным членом». Через несколько недель вместо положительного ответа комитет библиотеки получил следующее уведомление от М. П. Лазарева: «Дом, ныне занимаемый библиотекой, немедленно очистить; ибо дом этот приобретен в казну для помещения штурманских кондукторов, а не для библиотеки, учреждения совершенно приватного». Озадаченное таким ответом руководство уведомило о таком распоряжении Алексея Самойловича Грейга. Именно он и решил дальнейшую судьбу библиотеки, отправившись в Санкт-Петербург к императору. Результат встречи был таков ­– император Николай I повелел передать 46 тысяч рублей ассигнациями для обустройства библиотеки. Согласно таковому соизволению монарха, мысль М. П. Лазарева переменилась, и он лично принял активное участие в создании библиотеки. В том же 1834 году определено было составить проект здания, которое в 1840 году было окончательно готово [17, c. 202–203].

Н. И. Закревский пишет, что как при А.С. Грейге, так и при М.П. Лазареве Севастополь был не очень привлекателен для официальных визитов. Но все изменилось, когда в город были ассигнованы миллионы рублей, тогда в порте закипела энергичная деятельность по его устройству. Автор записок отмечает, что наступление новой эпохи ознаменовалось продолжительным пребыванием в Севастополе князя Александра Сергеевича Меншикова. При князе присутствовал помощник генерал-штаб-доктора П. П. Ланге, которому была поручена обязанность по устройству в Севастополе морского госпиталя. В особенности Севастополь возвышался в глазах аристократии с того времени, как значение города постарался объяснить знаменитый в то время путешественник Мармон, герцог Рагузский, маршал Франции. По его мнению, «Севастополь географическим и местным физическим положением своим имел возможность добавить еще многое к могуществу России» [18, с. 211]. Но тогда, отмечает Н. И. Закревский, из всего замечательного, что имелось в городе, только и было, что начавшиеся постройки корабельных доков и акведука для наливания их водой.

В своем рассказе об интересных личностях города автор вспоминает художника Монтверде, который состоял в Комитете, учрежденном в Севастополе по строительству корабельных доков. Как известно, к этой комиссии был причислен англичанин, главный строитель доков, Уптон. Н. И. Закревский пишет, что Монтверде был уникален тем, что он улавливал в каждом человеке индивидуальные особенности. По его картинам можно воссоздать образы севастопольцев той эпохи – генералов, офицеров, гражданских людей. К таким относилась мещанка Петрова, которая открыла в городе частную лечебницу. Люди считали, что она наделена знахарскими способностями, но в действительности оказалась шарлатанкой. Автор описывает, как пытался закрыть лечебницу Петровой, когда был назначен городским врачом. Работая в больнице, Н. И. Закревский боролся с открытой торговлей лекарствами, понимая, что все они попадают в «лечебницу» Петровой. Но когда начал действия против нее, встретил препятствие со стороны городского полицейместера, уговаривавшего Закревского не поднимать шум по этому делу. Автору записок не удалось продолжить начатое, так как в 1834 году его командировали на бриг «Аякс» [19, c. 234].

Много внимания в своих мемуарах Н. И. Закревский уделяет Черноморскому флоту, его кораблям, рассказывает историю постройки «Эривань», «Штандарта», «Иаонн Златоуста», в красках описывает поход корабля «Иоанн Златоуст» в Константинопольский пролив. Особенно интересно автор объясняет то, как люди в 1834 году поделились на «лазаревцев» и «грейговцев». К первым принадлежали русские, ко вторым – греки. «Что такое Лазарев, – говорили греки, – как начальник штаба, может статься, он был бы и на своем месте… Но ему ли водить флот!..для этого дела он слишком молод или мало знаком с делом. В три месяца плавания у своих берегов, он тех способностей, какие требуются от адмирала, не выказал ничем – мы, кроме единственного, любимого им маневра «гони зайца вперед» – ничего от него не видали, ничему новому не научились. Лазаревцы же горячо отстаивали Лазарева» [20, c. 169].

В 1838 году Никифор Иванович Закревский был произведен в титулярные советники, в 1840 году был переведен в гражданское ведомство, работал городским врачом, участвовал в Крымской войне, за что в 1855 году был награжден орденом святой Анны 3 степени [21, c. 119]. Никифор Иванович Закревский скончался в 1864 году и был похоронен на кладбище Херсонесского монастыря [22, c. 138].

 

ВЫВОДЫ

Записки военно-морского врача Никифора Ивановича Закревского, опубликованные на страницах «Морского сборника», являются ценным источником по истории Крыма и Севастополя в 1830-е годы. Автор был свидетелем становления и развития Черноморского флота в сложных условиях – сначала при адмирале А. С. Грейге, затем – при М. П. Лазареве. Н. И. Закревский вместе с севастопольцами пережил чумной бунт 1830 года, участвовал в важных стратегических морских походах в Средиземноморье на таких боевых кораблях как «Эривань», «Штандарт», «Иоанн Златоуст», в течение 20 лет работал городским врачом, принимал активное участие в образовании моряков, способствуя развитию Севастопольской морской библиотеки, где в 1833 году работал в должности библиотекаря.

К сожалению, в мемуарах Н. И. Закревского не хватает эпизодов, описывающих ход Крымской войны, Первую оборону Севастополя 1854–1855 годов. Без этих воспоминаний невозможно полностью воссоздать жизненный путь автора записок. Кроме того, продолжение мемуаров могло бы служить важным источником по истории Севастополя в период Крымской войны. Таким образом, записки городского военного врача Н. И. Закревского ограничиваются описанием города, его жителей, флота лишь в 1830-е годы.

Таким образом, факты биографии Н. И. Закревского, развитие и реализация его творческих и исследовательских способностей на фоне явлений общественной жизни Севастополя, характеризуют его судьбу, как судьбу человека значимого и для современников, и для последующих поколений.

Наталья Леписевич

 Список литературы

 

1. Непомнящий А. А. Подвижники крымоведения / А. А. Непомнящий. – Симферополь: СГТ, 2008. – Т. 2 : TAURICA ORIENTALIA. – (Серия : «Биобиблиография крымоведения»; вып. 12). – 600 с.

2. Андреев А. И. Очерки по источниковедению Сибири / А.И. Андреев. – М.; Л : Изд-во АН СССР. – 1960. – Вып. 1. – 276 с.

3. Дыгало В. А. Старейший русский журнал / В. А. Дыгало . – М.: Связь, 1977. – 180 c.

4. Щедрин Г. И. Зеркало отечественного флота / Г. И. Щедрин // Филателия СССР. – 1973. – № 6. – С. 10—34.

 5. Закревский Никифор Иванович // Общий морской список.- Спб. – 1898. – Т.10. – С.161–162

 6. Закревский Н. И. Корабль «Эривань», 1829 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1861. – Т. 42. – № 3.– Неоф. отд. – С. 62–94.

 7. Закревский Н. И. Корабль «Эривань», 1829 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1861. – Т. 42. – № 3. – Неоф. отд. – С. 62–94.

 8. Там же.

 9. Закревский Н. И. Севастополь 1830–1831 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1862. – Т. 48. – № 3. – Неоф. отд. – С. 44–85.

 10. Закревский Н. И. Севастополь 1830-1831 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1861. – Т. 45. – № 10. – Неоф. отд. – С. 177–208.

 11. Закревский Н. И. Севастополь 1830–1831 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1863. – Т. 54. – № 2. – Неоф. отд. – С. 139–168.

 12. Закревский Н. И. Фрегат Штандарт, 1830 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1861. – Т. 43. – № 6. – Неоф. отд. – С. 261–305.

 13. Закревский Н. И. Севастополь 1830–1831 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1862. – Т. 48. – № 3. – Неоф. отд. – С. 44–85.

 14. Закревский Н. И. Севастополь 1830–1831 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1862. – Т. 53. – № 11. – Неоф. отд. – С. 3–30.

 15. Закревский Н. И. Из посмертных записок врача, 1834 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1865. – Т. 66. – № 1. – Неоф. отд. – С. 209–235.

 16. Закревский Н. И. Севастополь. Записки врача морской службы. / Н. И. Закревский. – Севастополь : историческая повесть. – Севастополь, 2007. – 149 с.

 17. Закревский Н. И. Воспоминания об адмирале А.С. Грейге / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1864. – Т. 60. – № 2. – С. 189 – 205.

 18. Закревский Н. И. Из посмертных записок врача, 1834 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1865. – Т. 66. – № 1. – Неоф. отд., С. 209–235.

 19. Там же.

 20. Закревский Н. И. Корабль «Иоанн Златоуст», 1833 / Н. И. Закревский // Морской сборник. – 1863. – Т. 58. – № 9. – Неоф. отд. – С. 149–170.

 21. Гауровиц И. С. Морские врачи в Севастополе / И. С. Гауровиц // Морской сборник. – 1855. – Т. 16. – № 5. – Неоф. отд. – С. 113–125.

 22. Закревский Н. И. Севастополь. Записки врача морской службы. / Н. И. Закревский. – Севастополь. Историческая повесть. – Севастополь, 2007. – 149 с.

 

 

Читайте также: