ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
?


!



Самое читаемое:



» » » Морской разбой и мировая политика
Морской разбой и мировая политика
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 26-04-2014 21:08 |
  • Просмотров: 2048

Тордесильясский договор и «закрытое море»

Вторая половина XV века ознаменовалась в истории мировой цивилизации грандиозными свершениями. Наступила эпоха Великих географических открытий. В поисках богатств. «Индий» — вожделенной цели правителей Европы — были обнаружены морские пути в Америку и вокруг Африки. Успешные плавания Диегу Кана, Бартоломеу Диаша, Христофора Колумба и Васко да Гамы определили на весь XVI в., какие державы будут первенствовать в открытиях. Ими оказались мощные морские королевства Пиренейского полуострова — Португалия и Испания. Правящие круги этих стран пытались разрешить вопрос — как разделить открываемые земли, о которых никто в Европе определенного представления не имел. Испанские и португальские власти столкнулись с серьезнейшей проблемой: не был отрегулирован механизм закрепления вновь открываемых территорий. Первооткрывателями вполне могли объявить себя конкуренты, которые в недалеком будущем неминуемо должны были появиться, и обе стороны действовали решительно и жестко, торопясь закрепить за собой новые владения.

Вторая половина XV века прошла в остром соперничестве двух корон. Предъявляя друг другу взаимные претензии — в их числе владение Канарскими островами, право плавания в атлантических водах, — державы шли на любые меры, чтобы избавиться от потенциальных конкурентов. При посредничестве папы римского, выступавшего в роли арбитра споров, была проведена демаркационная линия, так называемый «папский меридиан», распределившая территориальные рубежи между Португалией и Испанией (буллы папы Александра VI 4.05 и 23.09.1493) . Это предотвратило возможную войну, но не решило всех проблем. Открытия продолжались, и стороны вновь были недовольны. Наконец в 1494 году в пограничном испанском городе Тордесильясе состоялись испано-португальские переговоры. Они завершились однозначным волевым решением: отныне моря переставали быть открытыми для других европейских держав — за королями Португалии и Испании признавались исключительные права на владение всеми внеевропейскими морскими пространствами. С этой целью проводилась новая демаркационная линия в 370 лигах (свыше 2 тыс. км) к западу от островов Зеленого Мыса. Земной шар разделялся на две половины — все, что располагалось к западу от линии, принадлежало Испании, к востоку — Португалии.

Логика подобного решения вполне объяснима, если вспомнить слова португальского короля Жоау III, сказанные через несколько десятков лет после Тордесильяса: «Моря, в которых должны и могут плавать все, это моря, которые всегда были известны и являются общими; те моря, которые никогда не были известны и не считались пригодными для мореплавания и были открыты иеной столь значительных усилий с нашей стороны, должны быть исключены из общего правила. Раз и навсегда!»

 

Тордесильясский договор

7 июня 1494 г.

«Высокие договаривающиеся стороны… условились и согласились во избежание сомнений и споров относительно островов и земель, уже открытых, или тех, которые будут открыты   в море-океане, чтобы была проведена прямая линия от полюса до полюса… и чтобы все, что уже открыто или будет открыто королем Португалии или его кораблями, будь то острова или материки к востоку от этой линии и внутри ее на севере и на юге, принадлежало названному сеньору королю Португалии и его преемникам на веки вечные и чтобы все острова и материки, как открытые, так и те, что будут открыты королем и королевой Кастилии и Арагона или их кораблями к западу от названной линии, на севере и на юге принадлежало означенным сеньорам королю и королеве и их преемникам на веки вечные.

…Далее: высокие договаривающиеся стороны заверяют через своих представителей, что отныне и впредь не будут они отправлять никаких кораблей   — названные король и королева Кастилии и Арагона   — в моря, что находятся к востоку от названной линии и принадлежащие королю Португалии, а король Португалии   — в моря по другую сторону линии к западу от нее, которые считаются принадлежащими королю и королеве Кастилии…»

Тордесильясский договор

Франциск I и концепция «открытого моря»

Заключение испано-португальского договора заложило мину замедленного действия под международные отношения в Европе. Другие державы не могли согласиться с решениями в Тордесильясе. Не прошло и нескольких лет, как доктрина «закрытых морей» зашаталась под натиском новых государств, заявляющих о своих претензиях на владение новыми землями.

Первыми нанесли удар англичане. В год заключения Тордесильясского договора бристольские купцы Роберт Торн и Хью Эллиот добрались до острова, впоследствии названного Ньюфаундлендом. Плавания Джона Кабота и его сына Себастьяна, искавших Северо-западный проход в Индию и Китай, продолжили серию английских попыток проникновения в Атлантику.

Однако лидером в пересмотре доктрины «закрытых морей» выступило Французское королевство.

В 1515 году на французский престол под именем Франциска 1 взошел 16-летний герцог Ангулемский, двоюродный племянник умершего короля Людовика XII. Гордясь своим рыцарем-королем, французское дворянство называло его «первый дворянин Франции». Молодой, энергичный и ловкий честолюбец, Франциск I был полон политических амбиций и начал действовать решительно и бесцеремонно, сочетая в своей политике доблесть и рыцарскую честь со всеми недостатками эпохи. Несмотря на свою репутацию короля-любовника, гоняющегося за наслаждениями, любящего роскошь и помпезность, и короля — покровителя искусств, Франциск I был прагматиком до мозга костей. Начало его правления ознаменовано широкомасштабными действиями, сразу поставившими его в число могущественнейших владык. Первый успех не замедлил прийти в Италии, где французские войска, преодолев Альпы, разгромили непобедимых швейцарцев у Мариньяно. Положение французской короны в Италии упрочилось, и Франциск I приступил к осуществлению другого, совершенно титанического проекта — организации крестового похода против Османской империи. Параллельно с действиями на востоке в широкие планы короля входило и закрепление на западе — в Атлантике, там, где властвовали португальцы и испанцы. Но в 1519 году в планы короля вмешались непредвиденные обстоятельства. После избрания императором Священной Римской империи испанского короля Карла I политика Франциска I сфокусировалась на проблеме сохранения национального суверенитета Франции. Под угрозой создания антифранцузского союза в составе Испании, Империи и Англии Франциск I мобилизовал все силы на защиту страны. Одним из направлений стало осуществление широкой морской политики, борьба за «открытые моря». «Солнце светит для меня также, как и для других,   — заявил монарх, — и я хотел бы видеть тот пункт в завещании Адама, в силу которого Новый Свет должен быть разделен между моими братьями, королями Испании и Португалии, а я должен быть лишен своей доли наследства».

Французские корсары

Взгляды короля на суть проблемы в полной степени разделяли французские торгово-финансовые круги, купцы и моряки. Бессмысленность и, гибельность «закрытого моря» для торговли, потеря колоссальных прибылей, конкурентная борьба толкали на борьбу с испанской и португальской морской монополией.

Французские моряки-корсары стали той силой, чьими руками должна была быть разрушена стена «закрытого моря». Собственно говоря, корсары Руана, Ла Рошели, Нанта, Онфлера, Дьеппа действовали в этом направлении уже задолго до исторических слов, произнесенных Франциском I. Теперь они получили неофициальное подтверждение своих «полномочий», но остались, как всегда, самостоятельными и не желали, чтобы ими командовали.

Корсарство процветало у Атлантического побережья Франции долгие годы. Беспрерывные военные конфликты, с помощью которых французские короли решали проблемы объединения государства, не оставляли корсаров без работы, а огромные прибыли, приносимые в приморские казначейства, торговые дома и арматорам, с лихвой компенсировали затраты на снаряжение судов. Проходить у берегов было небезопасно. Так, в 1496 году некий Робер Дюфур захватил два судна, проходивших у Бордо. В 1513 году дьеппские корсары взяли амстердамское судно и привели его в Онфлер. В 1514 году были перехвачены два фламандских судна (27.05), а в 1515-м — еще три (23.02).

В качестве реальных действующих лиц в событиях, Происходящих у берегов Франции, упоминаются дьеппские корсары Тома Обер и Николя дю Жарден. Дело не ограничивалось европейскими морями. Достаточно вспомнить то, что произошло с адмиралом Христофором Колумбом во время его третьего путешествия. Вот как описывал события Бартоломе Лас Касас.

«Итак, наш первый адмирал вышел… из гавани Сан-Лукар де Баррамеда в среду, 30 мая 1498 года, с намерением открыть новую землю, доныне еще не открытую, имея шесть кораблей, достаточно утомленный своим (прежним) путешествием, ибо «когда я отправился из Индии,   — говорил он, — моя кручина возросла вдвое», а так как в то время разразилась война с Францией  [1], то ведомо было, что французская флотилия подстерегает у мыса Сан-Висенте адмирала, желая захватить его в плен. Поэтому, желая избежать опасности, он сделал крюк и направился прямо к острову Мадера.

7 июня он прибыл на остров Пуэрто-Санто, где задержался, чтобы взять воду, дрова и припасы, и там отслужил мессу. Остров застал он охваченным тревогой. Все было поднято на ноги, вывозилось имущество, угонялся скот   — жители опасались прихода французов.

8 ту же ночь он отправился к острову Мадера и прибыл к его берегам в следуюшее воскресенье, 10 июня…

…В субботу, 16 июня, покинул он остров Мадера и в следующий вторник прибыл на остров Гомера. Здесь застал он французский корсарский корабль, который сопровождало еще одно французское судно, и два корабля, захваченные у кастильцев.

Когда французский корсар заметил, что к нему приближаются шесть кораблей адмирала, он снялся с якоря и, оставив одно из захваченных в плен судов, обратился в бегство, уводя с собой второй кастильский корабль. За оставленным судном корсар выслал корабль, а затем, когда увидел, что шесть испанских кораблей идут к полоненному судну, чтобы отбить его, он призвал на помощь шесть французских кораблей, которые стояли на страже, и, силой загнав экипаж кастильскою судна   в трюм, увел этот корабль с собой».

Имя этого француза, деятельность которого оказалась занесенной на страницы эпопеи открытия Америки, осталось неизвестным. Однако имя другого француза сохранено в анналах исторической памяти.

Знаменитый корсар Мандрагон расположился на путях в Новый Свет и сильно вредил португальской торговле. Дело дошло до того, что на его поимку снарядили целую эскадру. Она настигла Мандрагона и захватила его (18.01.1509). Любопытно, что плененного корсара отпустили, взяв с него честное слово, что он никогда больше не нападет на португальцев.

Но все это произошло прежде, чем король Франции решил разобраться с правами своих августейших братьев на владение Новым Светом. Теперь ситуация изменилась. Бесконечные испано-французские войны резко увеличили число корсаров, промышляющих в Атлантике, их активность возросла, и испано-португальской торговле пришлось иметь дело с серьезными врагами.

Дерзость, наглость и отвага этих людей не знали границ.

Миланец Джироламо Бенцони, совершавший плавания у берегов Нового Света в 1541 — 1556 годах, рассказывал о некоем безвестном французском капитане. Придя на рейд Гаваны, он, угрожая нападением, вытребовал у испанских властей выкуп в 700 золотых дукатов, затем вышел в открытое море и погнался за тремя испанскими судами, которые и взял, после чего возвратился в Гавану и в качестве возмещения за причиненный во время погони моральный ущерб вымогал новый выкуп.

Имена некоторых из этих корсаров дошли до нас. Среди них встречаются крайне интересные люди — прекрасные географы и гидрографы, люди научного склада ума и лихие моряки, храбрость которых была беспримерна. Например, капитан Пьер Криньон — известный знаток астрономии и гидрографии, который носил почетное прозвище Великий капитан.

Знаменитыми на весь мир стали братья Жан и Рауль Пармантье, в 1529 году пересекшие экватор и придумавшие ту веселую процедуру, которой до сих пор сопровождается это событие. Но они, кроме этого, впервые после португальцев нащупали скрываемую последними дорогу к Островам пряностей, и только смерть обоих от тифа на острове Суматра помешала их дальнейшему походу.

Два других брата — флорентийцы Джованни и Джероламо Верраццани. Один из них, Джованни, — блестящий мореплаватель, искавший Северо-западный проход и впервые в истории проплывший вдоль восточного побережья Северной Америки. Он погиб ужасной смертью на реке Да Плата в Южной Америке во время своего второго плавания в Бразилию в 1528 году — его съели местные каннибалы.

Храбрецы Сильвестр Билль, Жак де Сен-Морис, Жан Фэн прославились рейдами по торговым артериям Атлантики и сделали известными свои имена в прибрежных городах. Но, конечно, первым среди бравых корсаров был знаменитый Жан Флери, или Флорин.

Имя этого удачливого корсара стало известным всему миру после 1523 года, когда в его руки попали сокровища ацтекских правителей, отправленные Эрнандо Кортесом королю Испании. Однако и в последующие годы великолепный корсар не оставался без дела. Весной 1524 года с эскадрой из восьми кораблей он появился у берегов Испании; а в мае оказался в районе Канарских островов, после чего вернулся к Кадису. Летом его видели у побережья Алгарвы, затем у Агадира и опять у португальского побережья, где Флери пробыл до поздней осени. График плавания очень насыщенный, но и добыча стоила затраченных трудов. Корсар захватил более тридцати испанских и португальских судов, в основном с грузами сахара. Но настоящее состояние представляли два захваченных корабля — одно шло из Каликута с шелком, гвоздикой, перцем, шафраном, веерами и тафтой, а второе, идущее от Островов пряностей, португальцы оценили более чем в 400 тысяч золотых дукатов.

Но прошло время, и фортуна отвернулась от счастливчика. Во время очередного рейда испанская эскадра настигла лихого корсара и захватила его корабль. Пленника доставили в Севилью.

Император Карл V придал огромное значение поимке храбреца и, высоко оценивая роль этого человека в Атлантике, отдал личный приказ о смертной казни. Счастье Флери закончилось; он был повешен как «пират»  в 1527 году, а экипаж его судна остался в плену до заключения мира (1529).

Как мы видим, жизнь многих знаменитых корсаров эпохи Франциска I закончилась драматически. Сладость победы сменяла горечь неудач, за фантастическими взлетами, когда в руках оказывались баснословные сокровища, следовали падения с вершин, трагедии изломанных судеб. Великие цели и грандиозные планы обращались в прах. И нет более наглядного примера такого странного излома жизненного пути, как потрясающая история того человека, который стоял за спинами Флери, братьев Пармантье, Великого капитана, Верраццани — человека, который осмелился бросить вызов всесильному императору и могущественному португальскому королю и… проиграл.

 

Д. Н. Копелев

Из книги «Золотая эпоха морского разбоя»



[1] Серия т. н. Итальянских войн Франции и Испании, начавшихся в 1494 г. походом короля Карла VIII на Неаполь и продолжавшихся с перерывами до заключения мира в Като-Камбрези (1559).

Читайте также: