ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » История требует объективности
История требует объективности
  • Автор: Prokhorova |
  • Дата: 06-04-2014 15:07 |
  • Просмотров: 1501

Давид Мусхелишвили, Бондо Арвеладзе

Из сборника "Некоторые вопросы истории Грузии в армянской историографии", 2009

Государственная национальная территория не есть нечто, данное Богом. Формирование государственной национальной территории - следствие чрезвычайно сложного и длительного процесса, в котором участвуют родственные и не родственные племена и народности. Это - результат многосторонних полити­ческих, экономических и культурных взаимоотношений, которые приводят либо к объединению и ассимиляции племен и народов, либо к отчуждению и противостоянию их. Этот этногенетический процесс протекает в определенной природно-экологической сре­де, оказывающей на него большое влияние. На том или ином этапе народность или племя, находящееся в лучших природно­экологических условиях и лучше приспособленное к ним, полу­чает преимущество, и дальнейшее протекает под знаком полити­ческой и культурной гегемонии этой народности или племени. В итоге формируется общество, расселенное на определенной тер­ритории, имеющее единую культуру и называемое отныне по имени народности или племени-гегемона. Это общество в конеч­ном итоге образует исторически сложившуюся устойчивую са­мостоятельную территориальную единицу как в культурно-по­литическом и этническом, так и в социально-экономическом и физико-географическом отношениях,

Таким образом, постепенно формируются национальные государства с единой территорией, сохраняющие удивительную устойчивость на протяжении веков. Отсюда ясно, что нацио­нальная территория - творение целого народа, и поэтому она столь же неприкосновенна и свята, как национальный язык, как любое другое проявление национальной культуры.

карта Армении IV-II вв до н.э.

Подобный этногенетический процесс происходил и у нас, в Грузии. На территории Восточной Грузии племенем, обладаю­щим определенной силой, являлось племя картов. Территория расселения этого племени, в бассейне среднего течения реки Ку­ры, получила название «Картли». Возникновение Картли, по всей видимости, относится к позднебронзовой эпохе (вторая половина II тысячелетия до н. э.). Эта этнографическая Картли делилась на «Зена сопели» (позднее «Шида Картли» - Внутренняя Картли) и «Квена сопели» (позднее «Квемо Картли» - Нижняя Картли). Картли была прочной конфедерацией картских племен, мощь ко­торой определяли интенсивное земледелие, отгонное животново­дство, высокоразвитая металлургия железа. Естественно, что об­щество со столь мощным экономическим базисом имело соот­ветствующую социально-политическую организацию, что делает понятным распространение сильного влияния Картли на соседние страны. В частности, происходит культурно-этническое и поли­тическое слияние восточно- и западно-грузинских (занских) пле­мен, издревле живших в бассейне верхнего течения реки Куры и в ущелье реки Чорохи, с картлийскими племенами, после чего вся эта территория получает название Картли («Земо Картли» - Верхняя Картли).

В этом длительном этногенетическом процессе большую роль сыграла геоморфологическая специфика территории Грузии, в частности, то, что она состоит из горных и равнинных зон, ко­торые в силу различия своего экономического потенциала проя­вляли естественную тенденцию к слиянию.

Таким образом, возникновение на рубеже IV-III веков до н. э. Картлийского (Иберийского) царства, включавшего в себя бас­сейн верхнего и среднего течения реки Куры, а также все ущелье реки Чорохи, явилось не следствием поверхностных политичес­ких перипетий, а закономерным результатом длительного и сло­жнейшего социально-экономического и этнокультурного взаимо­действия племен. Правда, процесс исторического развития гру­зинского народа, как известно, не завершился на этом. Впосле­дствии политическая эволюция Картлийского (Иберийского) царства на протяжении веков тесно была связана с политической ситуацией Западно-Грузинского Эгрисского царства (Колхиды), а также царств Армении и Алвании (Кавказской Албании), вслед­ствие чего его политические границы, естественно, часто меня­лись. Но в данном случае мы хотим обратить внимание на то об­стоятельство, что в результате указанного выше многосложного процесса Картлийское (Иберийское) царство предстает перед на­ми как прочное социально-этническое и культурное единство.

Историческая наука призвана не только объяснять механи­ку этого процесса, но и соответственно отображать его на ис­торических картах. На этом вопросе нам и хотелось остановить

внимание читателя.

В 1986 году азербайджанское научное издательство «Элм» выпустило в свет на русском языке монографию Фариды Маме­довой «Политическая история и историческая география Кавказ­ской Албании» с шестью схематическими картами, на которых отражено политико-географическое положение Алванского госу­дарства с III века до н. э. до VII века н. э. включительно, то есть на протяжении целого тысячелетия. Удивляет то, что составитель этих карт, полностью игнорируя не только древнегрузинские ис­торические источники, но и сведения древнеармянских, латино­греческих и арабских, включает в территорию Алванского цар­ства восточную часть Картлийского (Иберийского) государства. Граница на них указана следующим образом: с севера - от вер­ховьев рек Алазани и Иори до места, где расположен Тбилиси (на картах V-VII веков Тбилиси вообще отсутствует), и с юга - до низовьев рек Алгети и Кции (Храми). Таким образом, вся Вне­шняя и Внутренняя Кахети вместе с Кизики, нынешний Гарда- банский и часть Марнеульского районов, включены в состав Ал- ванского царства. Удивляет и то, что, по мнению автора, на про­тяжении тысячелетия огромная территория Алванского царства оставалась неизменяемой, если не считать весьма незначитель­ные изменения, а именно, что Картлийское (Иберийское) царство со II века до н. э. расширило свою территорию приблизительно до города Рустави, а с V века н. э. присоединило к себе террито­рию среднего течения рек Иори и Алазани.

Эта же тенденция прослеживается в изданном на русском языке небольшом сборнике «Историческая география Азербай­джана» (Баку, 1987), который, помимо исследования Ф. Мамедо­вой, содержит и статьи других азербайджанских историков. В сборник включены 19 схематических карт. Хронологический ди­апазон его более широк - III век до н. э. - XVIII век н. э. Как и следовало ожидать, картина здесь такая же: на протяжении веков неизменное, статическое положение западных границ Азербайд­жана и полное игнорирование грузинских источников... Новое лишь то, что документально удостоверенное заселение южных районов Грузии туркменскими племенами, которое явилось след­ствием целенаправленной поработительской политики иранских шахов, хронологически указано неправильно и их компактные поселения без всяких на то оснований отнесены к XII веку.

Помимо того, что разного характера аутентические истори­ческие источники дают совершенно противоположные показания, подобное представление о статическом состоянии политических границ государств той эпохи, да еще на протяжении стольких ве­ков, является совершенно неприемлемым для мыслящего науч­ными категориями историка древности и средневековья. Такая точка зрения идет вразрез со здравым смыслом уже потому, что столичные города Картлийского (Иберийского) царства - Мцхе­та, а впоследствии Тбилиси - расположены на этих картах чуть ли не на территории Алванского царства, во всяком случае, - прямо на его границах. На это недоразумение указывал в свое время и академик С. Джанашиа.

Проблема эта - иберо-алванские границы и их изменения на протяжении веков - достаточно хорошо освещена в грузин­ской историографии, равно как исследованы и социально-эконо­мические и этнокультурные основания, обусловившие их изме­нения. Поэтому не будем распространяться на этот счет. Отметим лишь, что положения азербайджанских историков, «подкреплен­ные» чрезвычайно эмоциональными, а порой и оскорбительно звучащими для их оппонентов обвинениями, свидетельствуют лишь о несостоятельности их научной позиции. Это, кстати, мож­но объяснить: историческая география, как наука, не имеет в Азербайджане никаких традиций. Отмеченные выше работы пер­вые и, к сожалению, неудачные опыты в этой области.

Примечательно, что тенденция сужения границ территории исторической Грузии наблюдается и в современной русской исто­риографии. В журнале «Наука и жизнь» (№5, 1988) напечатана статья академика Б. Рыбакова «Русь дохристианская», к которой приложена схематическая карта: «Киевская Русь в X-XII веках» (с. 49). На карте изображен и Кавказ, но политическая ситуация Кавказа, представленная на карте, науке неизвестна! «Грузинское царство» обозначено узкой полосой от верховьев реки Аракс (на западе) до города Шемахи (на востоке). Ни в X, ни в XI, ни тем более в XII веке такого «Грузинского царства» реально не сущес­твовало. Кроме того, Западная Грузия, которая, как известно, с Х века органически слилась с «Грузинским царством», на карте представлена обособленно, да еще так, словно она являлась час­тью Византийской империи, хотя известно, что из-под политичес­кого влияния Византийской империи этот край был освобожден уже в конце VIII века. Город Артануджи обозначен непонятно - что-то вроде «Артяну».

Но главное все же в том, что с научной точки зрения по­литическую обстановку на Кавказе в X-XII веках представлять на одной карте нельзя, так как политические ситуации X, XI и XII веков радикально отличаются друг от друга. Ясно, что вышеука­занная карта имела целью отразить политическую географию Киевской Руси X-XII веков, а не Кавказа. Тем не менее, такая беспечность не к лицу ученому.

Аналогичная вышесказанному картина выявляется и в ар­мянской историографии, имеющей большую традицию в области исторической картографии.

В 1979 году издательством Ереванского университета была выпущена учебная карта довольно большого формата (115х83) - «Царство Великой Армении в IV веке (298-385 гг.)». На этой кар­те, автором которой является известный ученый, прекрасный зна­ток древней истории Кавказа академик С. Еремян, вся территория Южной Грузии включена в состав Армении, которая простира­ется от побережья Каспийского моря до верховьев реки Тигра, за реку Евфрат и дальше на запад.

Северная граница Армении вплотную подходит к Тбилиси, и не только Квемо Картли, но и Джавахети, Артаани, Шавшет- Кларджети и Тао-Спери оказались включенными в территорию Армении.

И в самом деле, единственным дошедшим до нас источни­ком этого периода, который дает основания для подобного пред­ставления политических границ между Картлийским (Иберий­ским) и Армянским царствами, является «Ашхарацуйц», или ар­мянская «География», составленная в первой половине VII века. Проверить ее данные по причине отсутствия других источников невозможно.

Верно и то, что использование этого источника представ­ляется целесообразным лишь для воссоздания обстановки первой половины IV века, но никак не второй (об этом ниже), и не таким образом, как предлагает уважаемый автор. В частности, непонят­но, почему он включил в границы Армянского царства террито­рию южнее Тбилиси, так называемый «Паруар», и Шавшети, рас­положенный в ущелье Шавшури - притока реки Чорохи, кото­рые, согласно тому же источнику, принадлежат Картлийскому царству. Но главное в том, что на карте, предназначенной для просвещения молодежи, никак не обозначено, что эти земли - Квемо и Земо Картли и бассейн реки Чорохи, являются грузин­ской территорией, захваченной к IV веку Армянским царством. У человека несведущего может возникнуть впечатление, что они изначально принадлежали Армении. Иначе трудно объяснить тот факт, что грузинские исторические топо - и гидронимы получили на карте армянскую огласовку. Для отображения ситуации IV ве­ка использованы некоторые засвидетельствованные более поз­дними источниками армянские топонимы, древнейшие же гру­зинские не указаны вообще. Приведем несколько примеров: река Алгети обозначена на карте как «Ал-гет». Поскольку «гет» - по- армянски река, автор считает гидроним армянским, то есть «река Ал». Подмена эта не имеет под собой никакой почвы, так как помимо всего прочего, здесь нарушены законы армянского сло­вообразования (если следовать им, должно было быть «Алагет» или «Алогет»; ср. Дзорагет, или Дзорогет),

В ущелье реки Чорохи в Тао указан топоним «Тайоц-кар» («Крепость Тао», «Кар» - по-армянски означает камень, в пере­носном значении - крепость). В действительности же этот то­поним не засвидетельствован ни одним источником и является результатом армянской огласовки грузинского топонима «Таос- кари» (= «Врата Тао»), упоминаемого летописцем царицы Тамар. Обозначенные на территории Квемо Картли топонимы «Вара- закар» и «Какавакар» (тоже крепости) сохранились лишь в гру­зинских источниках, в связи с событиями, относящимися к X-XI векам; переносить их в IV век также неправомерно. Совершенно непонятно, почему на карте не обозначен один из древнейших центров Квемо Картли, город-крепость Самшвилде, который, кстати, в той же армянской «Географии» упоминается как «город грузин» Шамшолде или Шамшуде. Подобные примеры можно было бы умножить.

Точно такая же карта (в виде схемы) была опубликована в журнале «Советакан Айастан» вместе со статьей Р. Ишханяна «Армянский царь Ара Первый» (№ 1, 1988). На первый взгляд, статья ничего общего с картой не имеет. Но в действительности налицо попытка якобы исследования и обоснования границ «Ве­ликой Армении» ранней христианской поры.

Под картой помещена заметка, в которой говорится: «Наз­вания армянского летосчисления происходят от исторических названий гор, рек Армении и имен богов нашего языческого пан­теона (Арамазд, Анаид, Ваагн и др.). На карте, составленной ака­демиком С. Еремяном, под порядковыми числами обозначены названия исторических мест Армении - гор, рек, языческих хра­мов, которые превратились в названия календарных дней: Арам, Астгик, Пархар, Анаит и др.». Некоторые из них помещены на территории Южной Грузии, что совершенно непонятно!

На карте, опубликованной в журнале, «Царство Великой Армении» занимает ту же территорию, с той лишь разницей, что здесь раздвинуты временные рамки его существования в этих границах. Если на карте 1979 года Армянское царство предполо­жительно имело эти границы с 298 по 385 год, то в журнале 1988 года проставлены другие цифры - с 190 года до н. э. по 385 год н. э. Один этот факт наводит на мысль, что границы эти очерчены произвольно.

Таким образом и тут, как и в случае с азербайджанскими картами, политическая картина царства выглядит неизменной на протяжении 600 лет.

Если сопоставить армянские и азербайджанские карты, по­лучится очень интересная картина: политические границы с вос­тока - Алванского царства, а с юга - Армянского... вплотную подходят к Тбилиси. И такое положение, оказывается, сохраня­лось на протяжении 600 и даже 1000 лет! В Картлийское царство, как выясняется, входили только Шида Картли, Самцхе и Аджа­рия, и население его ограничивалось жителями этих трех облас­тей! (см. схему на стр. 108) Естественно возникает вопрос: каким потенциалом должна была обладать эта горстка людей, чтобы на протяжении столетий обороняться от столь могущественных со­седей, а впоследствии не только присоединить к себе всю терри­торию бывшего Алванского и большую часть земель Армянского царства, но и объединить и подчинить своему влиянию весь Кав­каз?! Если стать на точку зрения азербайджанских и армянских ис­ториков, ответить на этот вопрос будет очень трудно!

Как же обстояло дело в действительности?

Согласно древнегрузинской исторической традиции в IV – III веках до н. э. южная граница Картли (Иберии) проходила по водораздельному хребту между Курой и Араксом, начиная с вер­ховьев реки Бердуджи (ныне Дзегамчай, Аз. ССР) до провинции Тао. То, что это было именно так, подтверждает Страбон (конец I века до н. э. - начало I века н. э.). Он рассказывает, что с 190 года до н. э. Армения, которая до той поры была маленькой страной, усилиями военачальников Антиоха Великого - Артаксия и Зари- адрия, превращается в большую державу. Они захватили у со­седних стран часть их территории, в частности, «у иберов - пред­горье Париадра, Хорзену и Гогарену, которая находится по ту сторону Куры». Страбоновская «Гогарена», которая по его же яс­ному указанию была территорией иберов, в древнеармянских ис­точниках называется «Гугарком». Территорию Гугарка уточняет армянский историк Мовсес Хоренаци (V век): это Квемо Картли - от Джавахети до Хунана и южнее - до водораздела Куры и Аракса. Коренное население этой страны - «гугары» - о которых армянский историк говорит, что это «великое и могучее племя», - по его же указанию, являются грузинами, а точнее картлийцами. Грузинами считают гугаров и другие армянские историки. Как видно, «гугары» или «гогары» были одним из грузинских племен, живших непосредственно по соседству с армянами. Подтвержде­нием этому служит тот факт, что до последнего времени у подно­жия водораздельного хребта между Курой и Араксом в Бамбак- ском ущелье, в верховьях реки Дебедачай (Кироваканский район, Арм. ССР) находилось село «Гогарани», бесспорное свидетель­ство того, что грузинское племя гугаров жило непосредственно на границе с Арменией. В настоящее время это селение переиме­новано в Гугарк!

Таким образом, мы могли убедиться в том, что не только грузинские, но и армянские и греческие исторические источники указывают, что граница между Арменией и Грузией в III веке до н. э. проходила по водораздельному хребту между Курой и Араксом, и грузины жили на северной его стороне.

В Картлийское (Иберийское) царство ко времени его соз­дания входил и весь бассейн реки Чорохи. Это подтверждается, во-первых, свидетельством греческого историка Мегасфена (на­чало III века до н. э.), согласно которому грузины жили на юго­восточной стороне Черного моря. Из его слов ясно, что Картлийс- кое царство в начале III века до н. э. имело выход к Черному морю, и, таким образом, можно предположить, что в него входил и бассейн реки Чорохи. Об этом же говорит уже приводимое выс­казывание Страбона, что до II века до н. э. иберам принадлежали не только Гогарена, но и «предгорье Париадра и Хорзена». Пари- адр - это нынешний Понтийский хребет, отделяющий Лазистан от бассейна реки Чорохи. Еще армянский историк Н. Адонц ука­зывал, что в справке Страбона имеются в виду будущие средневе­ковые провинции Тао и Спери, которые занимали верхнюю (юж­ную) часть бассейна реки Чорохи.

Следовательно, в 190 году до н. э. армяне присоединили к себе южную часть территории Картлийского царства: провинции Спери, Тао и Гогарену (Квемо Картли). Но это отнюдь не озна­чает, что на протяжении шести веков они были неотъемлемой частью Армянского царства. Согласно свидетельству Аполлодора (140 год до н. э.) граница между Иберией и Арменией проходила по Араксу, а это уже говорит о том, что к середине II века до н. э. Картлийское (Иберийское) царство не только вернуло отнятые ар­мянами исконные свои провинции, но и расширило свои владения до реки Аракс (видимо, тут имеются в виду верховья Аракса).

Во времена Страбона - ситуация такая же, как и в начале II века до н. э., но вскоре положение вновь меняется.

I-II века нашей эры - это эпоха усиления Картлийского (Иберийского) царства. По сведениям римских историков Диона Кассия и Тацита, начиная с 35 года н. э. по 50-е годы н. э. Армян­ское царство находится в руках иберийских царевичей. Тацит рассказывает, что, пользуясь поддержкой римлян, иберийский царь Фарсман «после изгнания парфян сам отдал ее (Армению) Митридату», своему брату.

В 60-м году н. э. римляне восстановили в Армении царство и возвели на престол армянского царевича Тиграна. Тот же Тацит рассказывает: для того, «чтобы ему (Тиграну) было легче удер­живать за собою новый престол, определенным частям Армении, смотря по тому, к чьим землям они примыкали, было велено по­виноваться Фарсману» и другим соседним с Арменией династам.

Все это убеждает нас в том, что именно в этот период, то есть в 30-60-е годы I века н. э. Картлийское (Иберийское) царство имело свои изначальные границы (IV-III века до н. э.).

Согласно свидетельству Плиния (70-е годы I века), Иберия, в которую входят «Триарская» (или Триалетская) и «Тасийская» (или Таширская) провинции, в известных нам границах занимает земли до «Паригедрийского», или Париадрского, по Страбону, хреб­та. Это говорит о том, что весь бассейн реки Чорохи находится в границах Картлийского царства. Плиний еще более уточняет свое свидетельство, называя эту территорию «землей месхов».

В первой половине II века политическая география Иберии фактически остается без изменений. По свидетельству Плутарха (120 год), истоки Куры находятся в пределах Иберии и поэтому можно полагать, что государственная граница с Арменией вновь проходит по водоразделу между Араксом и Курой. Согласно то­му же историку, «земли иберов простираются до Мосхийских гор и Понта Эвксинского». Следовательно, во времена Плутарха Кар- тлийское (Иберийское) царство также выходило к Черному морю, что подтверждает и Ариан (131 год). Это - береговая полоса, в которую входит Аджария и прилегающая к ней часть турецкого Лазистана. «Мосхийские горы» - система водораздельных хреб­тов в верховьях, с одной стороны, Чорохи и Куры, а с другой сто­роны - Евфрата и Аракса, которая отделяет Месхети, то есть юг Картлийского царства, от Армении. Свидетельство Плутарха не оставляет сомнений в том, что в первой половине II века Картлийс- кое царство оставалось в исторически сложившихся границах.

На это же указывает Дион Кассий, который говорит, что в 141-144 годах, когда царь Фарсман вместе с супругой приехал в Рим, император расширил границы его царства. Если учесть то, что во времена Фарсмана II Картлийское (Иберийское) царство было мощным государством, не покорявшимся и Риму, то можно утверждать, что грузинский царь владел не только основными своими землями, но распространил свою власть на гораздо боль­шую территорию.

Если предположить, что все сведения Клавдия Птолемея относятся ко времени, в которое он жил (что довольно сомни­тельно), то тогда следует думать, что в последней трети II века Картлийское (Иберийское) царство вновь теряет значительную часть своих земель. В частности, Тао и Спери опять отходят к Ар­мении, но Кларджети остается в пределах Иберии. Это подтвер­ждает и греческий географ, в числе перечисляемых городов Ибе­рии называющий «город Артаноиса» или Артануджи (центр Кларджети). Квемо Картли (Гогарена) снова находится в преде­лах Армении.

Для III века нет почти никаких данных, если не считать сведения Асиния Квадрата, который явно повторяет Птолемея, говоря, что Гогарена (Квемо Картли) входит в состав Армении, а также Солина, утверждающего, что «река Кура протекает по гра­нице Армении и Иберии». Если эти сведения аутентичны (что считается сомнительным), то здесь, безусловно, имеется в виду небольшой отрезок Куры чуть ниже Руставско-Караязского поля. Действительно, ведь, по словам Диона Кассия (первая треть III века), «иберы живут по обеим сторонам реки Кирна» (то есть Куры).

Согласно армянской «Географии», к первой половине IV века, как мы уже знаем, вся Южная Грузия (провинции: Спери, Тао, Кларджети, Артаани, Джавахети, Квемо Картли) принадле­жала Армении. Но к середине этого же века Картлийское (Ибе­рийское) царство вернуло себе все вышеперечисленные провин­ции, кроме Тао и Спери, и государственная граница между Гру­зией и Арменией, по «Картлис цховреба», вновь проходит по во­доразделу между Курой и Араксом. Эти сведения древнегрузин­ского источника подтверждают и армянские историки V века - Фавстос Бузанд и Мовсес Хоренаци.

Фавстос Бузанд рассказывает, что к середине IV века «пи- тиахш Гугарка» (правитель Квемо Картли) восстал против ар­мянского царя, и, надо полагать, присоединился к Картлийскому царству. И действительно, первого грузинского христианского царя Мириана, который правил в 30-60-е годы IV века, Мовсес Хоренаци называет «предводителем иберов и питиахшем Гугарка». Стало быть, к тому времени Квемо Картли была частью Иберии.

По другому свидетельству Фавстоса Бузанда, в 70-е годы III века армянский военачальник «Мушег пошел в поход против иберийского царя... нанес ему поражение и покорил всю страну иберов. Взяв в плен питиахша Гугарка, который ранее был под­властен армянскому царю, и отрубил ему голову... занял земли до старой границы между Арменией и Грузией, то есть до великой реки Куры». Если это сведение хоть в какой-то мере соответству­ет действительности, то покорение Гугарка армянским царем бы­ло временным: в 387 году, как известно, эта провинция вновь и окончательно отошла к Картлийскому (Иберийскому) царству.

Мовсес Хоренаци, опираясь на показания Агафангела, по­вествующего о событиях IV века, говорит, что просветительница Нино обратила в христианство все края Иберии, от Кларджети до Кавказского хребта. Следовательно, уже в IV веке Кларджети вновь в границах Иберийского царства. Это подтверждает и «Картлис Цховреба», в котором рассказывается, что царь Мирдат построил церковь в Тухариси в Кларджети, поставил там священ­ников, а в паству им определил все население Кларджети.

Таким образом, на основании существующих источников мы проследили политическую судьбу южных провинций истори­ческой Грузии (от Квемо Картли до бассейна реки Чорохи) на протяжении семи веков. Читатель мог убедиться, что эта террито­рия, которая, по утверждению Страбона, была изначально гру­зинской как в политическом, так и в этническом отношениях, на протяжении длительного времени не раз становилась объектом экспансии со стороны соседнего Армянского царства, что вполне понятно, если учесть тогдашние политические взаимоотношения.

Тем не менее, сведения древних источников не дают осно­ваний полагать, что на протяжении всех шести веков эти гру­зинские земли являлись неотъемлемой принадлежностью Ар­мянского царства. Издание карт, отражающих подобную картину, мы считаем, с научной точки зрения, нецелесообразным. Они не дают верного представления о динамике развития историко-поли­тических или этнокультурных явлений, то есть, попросту говоря, они - антиисторичны, дают неверную информацию об историчес­ком развитии народа, следовательно, они - антинаучны . Это тем более огорчительно, что карты являются учебными и предназна­чены для учащейся молодежи.

Следует отметить, что не только эти карты грешат против истины. В 1986 году издательством «Советакан грох» выпущена была в свет на русском языке «История Армении» армянского ис­торика Х века Иованнеса Драсханакертци. К ней приложены три исторические карты, на которых изображена «Армения и грани­чащие с ней страны» в 591-653, 701-862 и 862-953 годах.

Мы не будем подробно останавливаться на них. Отметим только некоторые неточности. Так, например, на первой карте Та- шири вновь обозначена как армянская территория, хотя никаких оснований для этого нет, не говоря уже о том, что, согласно ар­мянской «Географии», написанной именно в первой половине VII века, Ташири - иберийская провинция. Любопытно, что Чанети (нынешний Лазистан) тоже внесена в границы Армении, что так­же совершенно непонятно.

На второй карте уже все Закавказье, кроме Западной Гру­зии, включено в состав Армении. Правда, тут очерчены границы арабской провинции «Арминии», которая возникла в результате завоевания Закавказья арабами и в которую, согласно админис­тративному делению арабского халифата, входили независимыми друг от друга единицами Восточная Грузия, Алвания и собствен­но Армения. Но по карте создается впечатление, что Восточная Грузия и Алвания в VIII-IX веках принадлежали Армянскому царству.

На третьей карте владения «грузинских Багратиони» так от­делены от владений «таоских Багратиони», словно они принад­лежали представителям разных династий!

Думается, такого рода неточности отнюдь не способствуют лучшему пониманию истории своей родины.

Историко-политическая география - одна из самых дели­катных областей исторической науки. Несмотря на то, что она отображает политическую ситуацию прошлых веков, к каждому фиксируемому на карте факту следует относиться с предельной научной осторожностью, а сами эти факты, естественно, должны быть строго аргументированы.

При отображении на карте конкретной политической си­туации той или иной страны, при недостатке исторических источ­ников весьма возможны споры вокруг той или иной проблемы. Поэтому в этих случаях надо учитывать всю предыдущую и последующую историю данного вопроса.

Познавательная ценность историко-политической геогра­фии по понятным причинам выходит за рамки чисто научных интересов, поскольку она несет и общественную нагрузку. Поэто­му аргументация ее должна быть строго объективной, требующей исключительной щепетильности.

Грузинская историография имеет богатые традиции в этом отношении. Грузинские историки, начиная с академика Ив. Джа- вахишвили, руководствуются правилом - насколько можно адек­ватно отображать на картах процесс развития политической исто­рии. Именно с учетом этого требования несколько лет назад от­дел исторической географии Института истории, археологии и эт­нографии АН ГССР подготовил макет исторического атласа Грузии, который содержит более шестидесяти карт. Мы надеемся, что, нес­мотря на бюрократические препоны, он вскоре увидит свет[1].

Р-S. Недавно на страницах армянской газеты «Гракан терт» (26.VIII.88) была напечатана статья П. Мурадяна «Тенденциозная историческая точка зрения», в которой, наряду с другими вопро­сами, рассматривается и наша статья, опубликованная в «Литера- турули Сакартвело» (13.V.88). Автор, печально известный свои­ми попытками доказать армянское происхождение шедевров древнегрузинской архитектуры (напр. храма Мцхетского Джва- ри), древнегрузинской топонимики, известных грузинских дея­телей прошлого и настоящего, остается верен себе и на этот раз. Это неудивительно. Удивителен его ничем не обоснованный мен­торский тон. Осуждая наш метод использования древних источ­ников, он предлагает свой собственный, следуя которому, оказы­вается, что в приведенной нами справке Аполлодора под рекой

Аракс подразумевается вовсе не Аракс, а река Кура! Грузинское название реки (и исторической области) «Алгети» происходит от армянского «Айлгет» (т. е. «другая река»?!); Вновь утверждается, что грузинский топоним «Таос-кари», означающий «Врата Тао» (или «Таоские врата»), имеющий форму очень распространенных в Грузии топонимов (ср. «Тасис кари», «Клде-кари» и др.), яв­ляется лишь грузинской огласовкой несуществующего в природе армянского топонима «Тайоц-кар» и т. д. и т. п. Подобные бездо­казательные утверждения вызывают ассоциацию с тем, как на страницах журнала «Наука и жизнь» (!) со всей серьезностью «доказывалось», что название столицы Грузии, - Тбилиси - про­исходит от русского слова «теплица»! Такие догадки, конечно, из области «научных» курьезов. К сведению П. Мурадяна, который считает, что статьи, подобные нашей, следует публиковать в ака­демических изданиях, а не в газете, надо сказать, что развернутая аргументация всех поднятых в ней проблем давно опубликована именно в академических изданиях, в том числе и в изданиях на русском языке.

Все сказанное еще раз убеждает в том, что историческая география, являющаяся, как мы уже отмечали, весьма деликатной дисциплиной исторической науки, должна быть сферой специ­альных научных исследований, а не ристалищем дилетантов.

«Литературная Грузия», 1988, №10



[1] «Атлас истории Грузии» был издан в 2003 году [ред.].

Читайте также: