ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
?


!



Самое читаемое:



» » «Обряды перехода» в арабо-мусульманской культуре
«Обряды перехода» в арабо-мусульманской культуре
  • Автор: admin |
  • Дата: 02-01-2014 21:15 |
  • Просмотров: 23506

Ольга Бибикова

Из книги «Арабы. Историко-этнографические очерки», 2008

«Обряды перехода» — это этнографический термин, подразумевающий совокупность церемоний, которые сопровождают человека, когда он осуществляет переход из одной общественной или возрастной группы в другую или из одного пространства в другое. Как отмечает известный французский этнограф Арнольд ван Геннеп (1873—1957), «каков бы ни был тип общества, жизнь конкретного человека обусловлена последовательными переходами от одного возраста к другому и от одного рода деятельности к другому... Самый факт жизни делает неизбежным последовательные переходы из одной среды в другую, из одного общественного положения к другому. Поэтому человек в своей жизни проходит некие этапы, и окон­ание одного этапа и начало другого образуют системы единого порядка»[1].

По мнению многих ученых (Арнольд ван Геннеп, Марсель Мосс и др.), можно выделить три особые категории обрядов перехода: обряды отделения, обряды промежуточные и обряды включения. Сущность многочисленных обрядов перехода заключается в следующем: каждый человек в течение своей жизни проходит ряд этапов — переходит от одного состояния к другому. Такая последовательность, оформленная в систему обязательных ритуалов, имеется во всех обществах, независимо от их традиций и степени продвинутое в развитии экономики и политики. Естественно, что у каждого народа существуют свои обряды и традиции, сопровождающие путь каждого человека от материнского лона до последнего пристанища.

Большинство праздников, существующих в религиозных или этнических культурах, сопровождаются церемониями, смысл которых состоит в «переходе». Ван Геннеп отмечает, что «обрядом перехода является и обряд единения с божеством (или группой божеств), например, праздник еврейской Пасхи, ибо само слово «Пасха» означает «переход» и... является одной из церемоний включения»[2]. Однако, кроме классической череды церемоний от родов до смерти[3], существуют обряды меньше­го масштаба, например, включение индивида в новое для него сообщество, переезд в новый дом и т.д. На бытовом уровне че­ловек ежедневно осуществляет действия, суть которых — переход из одного пространства в другое, причем многие из процедур давно утратили свой сакральный смысл и объясняются с рационалистических позиций, например, мытье рук, стряхивание грязи с обуви и т.д. Естественно, что у каждого народа существует свой собственный комплекс этих обрядов, сформированный на протяжении истории и под влиянием географических, климатических и исторических обстоятельств. Под по­следними подразумеваются и внешние влияния, то есть обряды, сформировавшиеся под влиянием соседних народов, их тра­диций, в том числе и религиозных.

Рождение ребенка

В большинстве арабских стран (особенно в городах) рождение ребенка происходит в больницах, где родовспоможение производится в соответствии с уровнем медицинского учреждения. Конечно, будущий отец-мусульманин заранее поинтересуется вероисповеданием врача, хотя среди образованных людей авторитет и опыт врача, вне зависимости от его вероисповедания, может стать главным критерием выбора.

В сельской местности роды принимает акушерка или повитуха (муваллида, кабила, дайа). За день-два до предполагаемой даты родов повивальная бабка приносит в дом роженицы специальное кресло с широким отверстием в сиденье (курси ал-виляда). Его накрывают красивой шалью, концы которой украшают кисточками и бантиками. Как правило, практически все женщины этого квартала или даже деревни рожают именно на этом кресле.

При рождении ребенка присутствуют только женщины, в основном уже рожавшие, их присутствие должно успокаивать роженицу. Однако ее мужу надлежит быть неподалеку. Если женщина рожает в больнице, то муж остается в палате, когда роженицу (нафса’) увозят в операционную. При этом можно наблюдать, как мужчины переживают за исход родов, перебирают четки, беззвучно произнося молитвы, а иногда даже плачут.

Когда ребенок появляется на свет, то полагается прочитать ему слова азана (призыв на молитву) в правое ухо, а также/яяк-бир (Аллах велик) и шахаду (символ веры). А в левое ему нашептывают слова Фатихи, первой суры Корана. В ладошки младенцу втирают несколько капель «сладкой воды». В сирийской деревне таковой считается вода из Евфрата.

Через несколько дней подруги молодой матери готовят сладости, в основном из орехов, меда, сливочного масла, муки и ароматических веществ (в Сирии этомуфаттака, кишк, либаба и хильба). Это угощение разносят по соседям, друзьям и близким, приглашая, таким образом, посетить роженицу и поздравить ее с рождением ребенка. Обычно это происходит на седьмой день, когда все подруги, соседки и родственницы собираются в доме молодой матери. Ее торжественно сажают на курси ал-виляда, в надежде, что в будущем ей предстоят еще не одни роды. Выносят младенца, передают его из рук в руки. Стараясь преодолеть его страхи, женщины стучат пестиком о ступку, трясут ребенка в сите. В некоторых деревнях существуют свои обряды от сглаза, но главным образом от зависти. Каждая из женщин должна пожелать что-нибудь малышу, а матери новорожденного присутствующие хором желают родить еще раз. На ребенка накидывают платок, в уголки которого завязаны старин­ые золотые монетки. Это не дары, потом этим платком наг кроют следующего ребенка, родившегося в этой деревне. В этот же день семья роженицы делает подарки повитухе[4].

Сама же родильница в течение 40 дней считается «нечистой». Она ест отдельно от семьи, отдельно моют ее посуду. По истечении этого срока подруги ведут ее в баню. После этого женщина считается выполнившей свой долг: она может вернуться на супружеское ложе, заниматься хозяйством и своим ребенком.

Естественно, что рождению мальчика отдается большее предпочтение, чем девочки. «Если родится мальчик, отец с радостью бежит к дому, размахивая руками и выкрикивая как можно громче: «Бшара!Бшара!» («Добрая весть!»)... Если родилась девочка, то посланец направляется к отцу с печальным видом, и тот догадывается о постигшем его несчастье. Чтобы утешить его, посланец напоминает ему о предстоящем удовлетворении (имеется в виду получение части махра при выдаче дочери замуж. — О.Б.), говоря: «Да будет благословенная невеста!» На это огорченный отец отвечает: «Да благословит тебя Бог»[5]. Характерно, что в случае смерти новорожденной родственники, принося соболезнования родителям, произносят традиционное пожелание: «И пусть Аллах заменит ее братом!»

У арабов сохраняется патронимия[6] — наименование по отцу, доминирование мужского (по отцу) рода. Патронимия представлена группой родственных больших и малых семей, имеющих определенное хозяйственное, общественное и идеологическое единство. Поэтому важное значение придается кузенным бракам, а также рождению мужского потомства, ибо это означает продолжение рода. Известно, что в доисламские времена арабские племена избавлялись от девочек, закапывая их в песок. Впрочем, традиция умерщвлять новорожденных девочек в древности существовала и в других районах мира. В частности, в Древней Греции только в середине IV века до н.э. царь Филипп II Македонский, отец знаменитого полководца Александра, отменил этот обычай. Детоубийство, особенно девочек, чаще всего было ритуальным, то есть детей приносили в жертву богам по каким-то конкретным поводам. Однако ряд исследователей (Э.Б. Тейлор, М. Мосс) считают, что первопричиной была невозможность прокормить детей. В условиях, когда общество еще не знало способов регулирования семьи, ритуальное детоубийство стало именно таким средством.

Отсутствие мужского потомства — вопрос болезненный для араба, будь то мусульманин или христианин. Более того, по этой причине мужчина может потребовать развода или привести в дом новую жену. Впрочем, последнее могут себе позволить или очень богатые люди, например, в аравийском регионе, или бедняки в Йемене[7], или в наиболее отдаленных от цивилизации селениях или бедуинских кочевьях, где новая жена не в последнюю очередь рассматривается и как рабочая сила.

Рождение ребенка меняет имя его родителей. Теперь к отцу ребенка обращаются, называя его абу... (и далее имя сына). Точно так же меняется имя матери. Теперь к ней обращаются умм... При этом невестка, родившая сына, пользуется большим уважением в семье. В то время как жизнь невестки, родившей девочку, превращается в ад. Естественно, что и пода­рок, который традиционно должен сделать муж жене после рождения ребенка, в случае рождения мальчика может быть более дорогим.

Обрезание

Родившийся ребенок на разных этапах детства участвует в различных обрядах, цель которых предохранить его от дурного глаза, заражений, демонов и прочих напастей. Но самым главным обрядом является обряд включения его в сообщество. В мусульманской традиции этим обрядом стало обрезание. Обрезание — хитан или суннет (тюрк.) — относится к разряду инициаций. Этот обряд характерен не только для иудеев и мусульман. Его практиковали и практикуют разные народы. Этнолог М. Заборовски отмечает, что обрезание принято не только у коптов Египта, но и других христиан Африки, а также некоторых племенных религий Сенегала, Гамбии, Гвинеи, Конго, Занзибара, Мозамбика, Мадагаскара и др.[8] Причем, судя по тому, что обряд осуществляется в разном возрасте, он имеет прежде всего социальное значение. Арнольд ван Геннеп отмечает, что в разных культурах обрезанию придается разный смысл[9]. Речь идет о том, что обрезание нельзя отнести только к обрядам, которые проводят при переходе индивида из одной возрастной группы в другую. Иудеи сегодня делают обрезание 8-дневным младенцам (считается, что на 8-й день кровь приобретает способность свертываться) и 35-летним мужчинам — репатриантам в Израиль[10]. Впрочем, согласно Библии, сам праотец семитских народов Авраам был обрезан в 99 лет[11].

На Ближнем Востоке обрезание было широко распространено среди кочевых народов, и в частности, среди семитов. Последние археологические исследования свидетельствуют о том, что древние египтяне также практиковали этот обычай.

Коран не упоминает об этом обряде. Но это свидетельствует о том, что среди арабов он был распространен повсеместно и не было нужды оговаривать его специально. Само название обряда суннет связанно со словом «сунна», что означает путь, образ жизни пророка. Для того чтобы стать «человеком сунны», то есть членом сообщества мусульман, мужчины должны были пройти через этот обряд. Более того, человек, не прошедший его, не имеет права совершить хадж — паломничество к святым местам ислама.

Французский исследователь Э. Дутте соотносит обряд обрезания с первой стрижкой волос или церемониями по поводу прорезывания молочных зубов. Однако в последнее время среди этнографов утвердилось мнение, высказанное Рейнахом и Р. Андре[12], высказанное по поводу обрезания, практикуемого иудеями. Рейнах, опираясь на божественный приказ, изложенный в Библии: «Обрезывайте крайнюю плоть вашу, и сие будет заветом между Мною и вами»[13], — определяет сущность этого обряда как вид договора с Богом, а Андре обращает внимание на то, что святость договора подкрепляется пролитой кровью. Кроме того, членовредительство — будь то отрезание крайней фаланги мизинца в Южной Африке, или прокалывание мочки уха или носовой перегородки у народов Австралии, или обре­зание крайней плоти у семитов — есть средство окончательной дифференциации, то есть обряд включения в соответствующий социум. Еврейский мальчик становится членом иудейской общины, так же как ребенок, родившийся в мусульманской семье, становится мусульманином после прохождения соответствующего ритуала. В этом плане обрезание можно сопоставить с обрядом крещения у христиан. В пользу мнения о том, что обрезание является прежде всего актом социального значения, говорит и различие в возрасте подвергаемых обряду обрезания детей среди арабов.

Ислам в отличие от иудаизма не устанавливает возраста, когда следует произвести процедуру обрезания. Кроме того, с точки зрения канонов иудаизма, мусульманское обрезание не полностью удаляет крайнюю плоть и носит скорее символический характер. В этой связи евреи считают, что с точки зрения гигиены процедура обрезания, сделанная «по-иудейски», более совершенна.

Шариат возлагает ответственность за совершение обряда обрезания на родственников мальчика — родителей или опекунов, а после достижения совершеннолетия — на самого юношу. Характерно, что в разных мусульманских странах и даже в разных племенах, исповедующих ислам, этот обряд осуществляется в разном возрасте. Так, российский востоковед М. Родионов отмечает, что в Западном Хадрамауте «обрезание делают мальчикам через неделю после рождения... реже — через месяц или даже несколько лет. Бедуины совершают обрезание еще позже; а в Восточном Хадрамауте эта операция делается 14—16-летним юношам, иногда непосредственно перед свадьбой»[14]. То обстоятельство, что возраст мальчиков, подлежащих этой процедуре, колеблется между 7 днями и 15—16 годами, а также то, что сам обряд и сопутствующие ему церемонии не стандартизированы, говорит о его широком распространении и одновременно о позднем атрибутировании этого обряда. Ряд исследователей обращают внимание на то, что наличие большого числа письменных источников, свидетельствующих о широком распространении этого обычая в османский период, объясняется тем, что в многонациональном османском государстве принадлежность к мусульманской общине давала гарантии безопасности и правоспособности любому из подданных Высокой Порты, поэтому обряд обрезания становился своеобразной «путевкой в жизнь» для бывших гяуров, то есть тех, кто не был рожден мусульманином, но принял ислам. Иначе говоря, «воздержание от употребления в пищу свиного мяса и обрезание стали в известной мере критерием ислама»[15].

Средневековые арабские историки ат-Табари, ал-Балазури и ал-Макризи, рассказывая о распространении ислама на покоренных территориях и массовом переходе в ислам христиан и язычников, вообще не упоминают об обрезании как условии принятия ислама. Более того, халиф Умар ибн ал-Хаттаб (время правления 634—644 гг.) в беседе с наместником Хорасана, который предложил подвергнуть новых адептов процедуре обрезания, выразил сомнение в необходимости делать это немедленно. Он сказал: «Тем самым я оттолкну их от ислама. Но если они уже приняли ислам и он у них будет добродетельным, то они сами поспешат совершить обряд»[16]. Любопытно, что во времена правления Аббасидов один из арабских полководцев, Афшин Хейдар ибн Каус, попав под подозрение в лояльности халифу, был привлечен к суду. В ходе дознания выяснилось, что Афшин не прошел процедуру обрезания. На вопрос судьи, почему он не сделал обрезания, Афшин ответил, что «не видит в этом уклонения от норм ислама, а не сделал из-за боязни, что если у него отрежут часть тела, то он умрет»[17]. Позднее процедура проверки, прошел ли человек обрезание или нет, стала осуществляться по отношению к человеку, которого подозревали в неискреннем отношении к исламу, хотя подобная мера никогда не была узаконена шариатом.

Традиционно обрезание у мусульман проводится чрезвычайно торжественно. Для этого приглашают гостей из числа ближайших родственников, соседей и именитых знакомых. Мальчика наряжают в новый костюм. Иногда через правое плечо ему вешают ленту с надписью «Машаалах», что означает «Это угодно Аллаху». Предварительно с ребенком проводят беседу о том, что после этой операции он станет сильным и храбрым, поэтому ему не надо бояться боли. В церемонии участвует восприемник — мужчина из рода отца, который готовит мальчика к обряду, обучает его основным молитвам. В дальнейшем он должен опекать мальчика до его совершеннолетия.

Вот как описывает обряд обрезания у бедуинов племени атейба в Южной Аравии немецкий исследователь Лотар Штайн: «Отец мальчика приводит тахара, того, кто будет делать обрезание. Ему дают деревянную миску, переворачива­ют ее и сажают на нее мальчика двух-трех лет. И тогда к нему подходит шахар с кусочком кожи величиной с крупную монету, в которой есть отверстие. И он протягивает крайнюю плоть мальчика сквозь отверстие, перевязывает ее ниткой и говорит ему: «Подыми голову, и ты увидишь на небе маленькую газель!» И левой рукой он вытягивает крайнюю плоть и обрезает ее бритвой, а места обреза посыпает пеплом и солью. И тогда отец мальчика стреляет над шатром из ружья, забивает двух коз или овец, а каждый из родственников дарит ему по овце...»[18]

В городских условиях сегодня эту операцию чаще всего производят у специалиста — врача, обязательно мусульманина, с обязательным соблюдением всех предписаний шариата и медицинских норм. Однако в сельской местности эту операцию доверяют местному лекарю или даже цирюльнику. Турецкий еженедельник «L’Orient-Express» утверждает, что в результате манипуляций цирюльников «до 10000 мальчиков (из 500000 прошедших обрезание) ежегодно становятся жертвами плохо сделанной операции»[19]. И это в одной только Турции!

УилфридТэсиджер, английский путешественник, побывавший в 50-х годах прошлого века в Южном Ираке, благодаря захваченным с собой лекарствам уже в начале своего путешествия прослыл табибом (лекарем). Это послужило причиной того, что местные жители стали просить его сделать их детям обрезание. Вот что пишет У. Тэсиджер: «Среди племен Южного Ирака — как маданов (живущих в дельте реки Шатт ал-Араб. — О.Б.), так и скотоводов — операция часто откладывается до зрелого возраста; ее вообще редко делают до наступления половой зрелости. Обрезание делают специальные люди, которые летом объезжают деревни. Традиционное вознаграждение — петух, но чаще они взимают по пять шиллингов. Образчики их хирургии, которые мне довелось видеть позже, были ужасающими. Они пользовались грязной бритвой и куском бечевки и не применяли никаких антисептических средств. Закончив операцию, они посыпали рану специальным порошком и затем туго перевязывали ее тряпкой. Организм людей, живущих в суровых условиях, приобретает удивительную сопротивляемость инфекции, но подобных действий никто не может вынести безнаказанно, и мальчики иногда болели по два месяца, испытывая ужасные мучения»[20].

Характерно, что в некоторых отдаленных районах население игнорирует практику обрезания. У. Тэсиджер приводит факты, когда «отцы не позволяли делать операцию своим сыновьям, потому что некому было присматривать за буйволами. Некоторые утверждали, что они были обрезаны ангелом при рождении, — суеверие, которое распространено также и в Египте. «Позднее, — пишет У. Тэсиджер, — я бывал в деревнях... в которых, по слухам, почти никто не был обрезан, хотя трудно представить, чтобы это было среди мусульман»[21].

Любопытно, что после того, как англичанин сделал обрезание в одной деревне, в следующих деревнях его уже ждали как специалиста, что связано прежде всего с применением антисептиков, которые облегчали заживление раны. Местные специалисты (таххар, мутаххир, мухаттин) для того, чтобы снять с себя ответственность за последствия, придумали массу аргументов в свою защиту. Их пациенты «верили, что после обре­ания рана может воспалиться от запаха пекущегося хлеба или аромата благовоний. Поэтому они затыкали ноздри куском ткани или вешали на шею связку лука... Не полагалось также есть рыбу, творог, арбуз, пока совсем не поправишься; воды следовало пить очень мало...»[22]

Знаменитый арабо-испанский ученый конца X — начала XI века Абу-л-Касим Халаф ибн Аббас аз-Захрави (известный в Европе как Абулькасис), автор обширной медицинской энциклопедии, посвятил вопросам обрезания и «исправления ошибок при лечении» целый раздел. Умелый врач разработал комплекс рекомендаций по осуществлению операции: «Опыт приучил меня отдавать преимущество обрезанию ножницами (а не бритвой) и перевязыванию нитками...»[23] Аз-Захрави подробно объясняет форму ножниц и даже приводит их изображение. Примечательно, что врач рекомендует проводить операцию в два приема и каждый раз развлекать мальчика, с тем чтобы не травмировать психику ребенка.

В современных условиях обрезание обычно делают сразу нескольким мальчикам из одного рода или квартала. Так как обрезание относится к категории обязательств (ваджиба) для каждого мусульманина, после операции устраивается праздник с обильным угощением. Родители и гости дарят подарки виновникам торжества. Естественно, что чем выше положе­ние родителей, тем грандиознее праздник по поводу обрезания их детей. Османские султаны отмечали обрезание своих сыновей чрезвычайно пышно. В Стамбуле на площади, где в доосманское время был ипподром, устраивалось торжественное шествие, которое порой длилось две недели. В нем принимали участие представители ремесленных цехов, демонстрировавшие продукты своего труда (и даже процесс их изготовления), которые они преподносили султану и его отпрыскам в связи с совершением обрезания. Известный арабский историк Таки ад-дин Ахмад ал-Макризи (1364—1442 гг.) в «Книге поучения и назидания относительно кварталов и памятников Каира» описывает пышную церемонию, которую устроил в июле 1264 года мамлюкский султан аз-Захир Рукн ад-дин Байбарс I ал-Бундукдари (1260—1277 гг.) по случаю обрезания своего сына. Вместе с сыном султана обряду обрезания подверглись 1645 юношей[24].

Обрезание меняет правовой статус ребенка. После этого мальчик может посещать мечеть вместе с мужчинами, становясь на намаз рядом с ними. Кроме того, мальчик, прошедший обряд обрезания, с точки зрения шариата может выполнять функции старшего мужчины в доме. В том случае, если в семье нет отца или мужчины, взявшего на себя заботу о ней, мальчик имеет право заключить брачный контракт от имени своей сестры. Таким образом, обрезание делает мальчика дееспособным с точки зрения шариата.

Характерно, что некоторые европейские семьи, долгое время живущие на Востоке, подвергают обрезанию своих сыновей, объясняя это требованиями гигиены. Действительно, по мнению врачей, подобная операция препятствует распространению ряда болезней.

Практика женского обрезания

Обычай обрезания женщин менее известен, однако он распространен достаточно широко. Он встречается у некоторых племен Австралии, среди племен Мексики и Перу, а также в Африке, среди части мусульманских народов, в том числе про­живающих в Европе. По оценке Всемирной организации здравоохранения, этой операции подвергаются до 70% женщин Буркина-Фасо, Джибути, Эритреи, Эфиопии, Мали, Сомали, Сьерра-Леоне, Судана, 50—60% жительниц Бенина, Центрально-Африканской Республики, Чада, Кот д’Ивуара, Египта, Гамбии, Гвинеи, Гвинеи-Бисау, Кении, Либерии, Нигерии, Того, от 20 до 30% женщин Ганы, Мавритании, Нигера и Сенегала и от 5% до 10% жительниц Уганды, Объединенной Рес­публики Танзании и Заира[25]. К этому списку следует добавить прибрежные районы Йемена, а также ряд районов Саудовской Аравии, где живет много выходцев из Восточной Африки. Возникновение этого обычая объясняют стремлением сохранить девственность женщины до вступления в брак. В деревнях, где существует этот обычай, девушке, которой в детстве не было сделано обрезание, трудно найти себе жениха. Практика женского обрезания среди мусульманского населения носит название хитан[26]. И хотя эта процедура не считается обязательной, в ряде мест родители подвергают своих дочерей этой операции в обязательном порядке.

М. Родионов указывает, что «в Западном Хадрамауте, как и повсюду в стране[27], практикуется и обрезание девочек — частичная клиторотомия (изалат ал-базр). Обычно это делает повитуха через семь дней после рождения. Одновременно она прокалывает мочки ушей, а раньше — носовую перегородку... Местные религиозные авторитеты подчеркивают, что этот обычай идет от пророка Мухаммада»[28].

Женское обрезание заключается обычно в удалении части клитора. Следует отметить, что у ряда африканских народов, в том числе на юге Египта и Судана, практикующих эту процедуру, клитор удаляют полностью. При этом высказывается мнение, что якобы клитор является половым признаком мужчин и, следовательно, для того, чтобы стать настоящей женщиной, девочка должна избавиться от него. Кроме того, считается, что эта операция способствует сохранению целомудрия девушки и защищает женщину от сексуальных искушений.

Немецкий врач Клаус-Дитер Шруль, работавший в Йемене уже после революции, пишет, что «существует четыре вида обрезания в зависимости оттого, какая часть наружных гениталий удаляется»[29]. Чаще всего делают «исламское» (называемое также суннитским) обрезание, реже — «фараоново обрезание». Обе операции дополняет зашивание влагалища. Последнее обстоятельство заставляет предположить, что в эпоху возникновения подобной операции сексуальное насилие над девочками было заурядным явлением. Сам К.-Д. Шруль, работая в Йемене, столкнулся с необходимостью провести операцию по устранению сращений, явившихся результатом зашивания наружных гениталий. Пациентка — йеменская девушка- невеста — явилась в клинику в сопровождении своей будущей свекрови, которая после операции попросила выдать справку о невинности девушки...

Российский исследователь, специалист по Египту, Владимир Беляков отмечал, что этот «обычай наносит непоправимый вред психике женщины. На самом деле женщина становится фригидной, ее сексуальная природа разрушается»[30]. В. Беляков отмечает, что вокруг этого обычая периодически вспыхивает полемика. Образованные врачи квал ифицируют этот обычай как варварский.

В то же время высокопоставленные мусульманские шейхи по-разному относятся к хитану. Муфтий республики Египет шейх Мухаммад Сейид Тантауи в середине 90-х годов говорил, что женское обрезание не имеет никакого отношения к исламу, тем более что в Коране о нем нет ни слова. Однако его оппонент, Али Гадд ал-Хакк, преподаватель ведущего исламского университета Ал-Азхар, утверждал, что так же как и мужчинам, женщинам рекомендовано обрезание Сунной, то есть образом жизни Мухаммада и его семьи. На страницах печати приводились цитаты из трудов мусульманских авторитетов прошлого, выдержки из хадисов, в которых высказывалось мнение в пользу совершения этой операции. В то же время издаваемые на русском языке брошюры, призванные разъяснить российским мусульманам суть мусульманских обрядов, отнюдь не требуют совершения этого обряда в обязательном порядке, однако квалифицируют это действие как «похвальное»[31].

В 60-е годы официальная медицина Египта отказалась от совершения женского обрезания. Однако эта мера не означала упразднения обряда. Процедуру обрезания стали делать по старинке, причем родители стали обращаться не только к повитухам и знахарям, но и местным цирюльникам. Естественно, что в этих обстоятельствах имели место случаи заражения крови, кожных инфекций и т.п.

В 1994 году в Каире состоялась конференция ООН по народонаселению и развитию. Как раз в период ее работы египетское телевидение показало небольшой документальный фильм, снятый оператором Си-эн-эн, о том, как в одном из кварталов египетской столицы парикмахер простыми ножницами делает обрезание восьмилетней девочке. Фильм шокировал не только делегатов конференции, но и заставил задуматься египетскую общественность. Власти приняли решение разрешить официальной медицине — государственным и частным клиникам делать эту операцию, ибо лучше довериться профессиональному хирургу, чем акушерке или лекарю-самозванцу. Министерство здравоохранения разработало специальную программу, в соответствии с которой, прежде чем совершить хи-тан, гинеколог, педиатр и психиатр обязаны поговорить с родителями девочек, разъяснить им негативные последствия операции. Характерно, что некоторые родители соглашаются делать чисто символический надрез клитора, с тем чтобы не калечить девочку.

Проблема хитана по-прежнему остается в центре внимания общественности. Махер Михран, бывший министром народонаселения и планирования семьи во второй половине 90-х годов, настаивал на безоговорочном запрете этого обычая[32]. Но правительство пошло на запрет его совершения вне стен официальных медицинских учреждений, предусмотрев крупные штрафы и даже тюремное заключение для тех (акушерок, лекарей, цирюльников), кто берется делать обрезание в домашних условиях без учета возможных последствий. Кстати, на конференции ООН в Каире был разработан пункт о правах ребенка, который представители мусульманских стран обещали рассмотреть и включить в конституции своих стран. Всемирная организация здравоохранения взяла на себя работу по пропаганде запрета обрезания девочек. В частности, на практику обрезания обратил внимание журнал «Курьер ЮНЕСКО», который приводит данные о тяжелых последствиях этой операции для девочек разных стран: поданным Всемирной организации здравоохранения, более 130 миллионов девочек подвергаются генитальной хирургии[33]. Одна из сотрудниц ЮНЕСКО, африканка по происхождению, рассказывала на страницах журнала о том, как в детстве ее семья поехала в гости к родственникам. Дом был разукрашен ветками и цветами, стол ломился от угощений. Но ни она, ни ее сестра не знали, по какому поводу организован этот праздник. Неожиданно ее тетя и женщины из ближайшего окружения позвали девочек в какую-то комнату, где набросились на них и, несмотря на крики и рыдания, совершили хитан. Женщина описывала те мучения, которые сопровождали заживление раны, и те страдания, которые девочки испытали от унижения их достоинства...

Сам факт обращения ООН к проблеме женского обрезания знаменателен. В специальном параграфе доклада Конференции по народонаселению и развитию говорилось, что по отношению к девочкам «дискриминация по признаку пола начинается на самых ранних этапах жизни...», и делались рекомендации (Раздел IV, гл. 4, ст. 22) правительствам вышеназванных стран «запретить проведение калечащих операций на наружных половых органах женщин... и оказать решительную поддержку усилиям неправительственных общественных и религиозных организаций по искоренению этой практики...»[34]. Этой операции подвергаются девочки в возрасте от 4 до 16 лет, что является нарушением прав ребенка, поэтому в Конвенции о правах ребенка осуждается проведение операций, пагубных для здоровья детей.

Однако проблема до сих пор не решена окончательно. Как пишет В. Беляков, «по данным Египетской организации по правам человека, ежедневно 3600 девочек становятся сексуальными калеками...»[35]. К этому стоит добавить, что женское обрезание осуществляется не только в среде мусульман. В Египте этот обычай продолжает практиковаться и среди коптов, местных христиан.

Следует также отметить, что социальная значимость обрезания у мужчин и женщин различна. Для мальчика этот обряд открывает двери в сообщество мужчин, где он уже может рассматриваться как полноценный мусульманин, делает его правоспособным при совершении ряда церемоний, в то время как для девушки ситуация не меняется: она по-прежнему остается под контролем своих родителей, но ее шансы выйти замуж должны повыситься.

Свадебные обряды

Следующая стадия жизни мусульманина посвящается созданию семьи. Брак — это одно из тех событий, которое отмеряет определенный этап жизни каждого человека, поэтому будет правомерно сказать, что подготовка и торжества по данному случаю являются важной составляющей праздничной культуры всех народов.

Обряды и ритуалы свадебного цикла имеют свой особый социальный смысл и являются важным механизмом поддержания взаимоотношений между людьми. Заключение брака — не личное дело двух людей, а прежде всего занятие определенного статуса в социальной иерархии общества. Брак означает созда­ние нового семейно-родственного союза, и центральную роль в нем играют не столько сами молодожены, сколько их род­твенники. Поэтому многие обряды направлены на последо­вательное знакомство и объединение, принятие взаимных обя­зательств двух семейно-родственных групп. Каждый обряд и ритуал играет определенную социальную роль (заложение крепкого фундамента семейной жизни, сохранение традиций в но­вой семье, установление добрых межпоколенных отношений).

Для жениха и невесты по своему эмоциональному воздей­ствию это событие не имеет себе равных. Как правило, торже­ство по случаю бракосочетания (заввадж) в традиционном обществе происходит один раз в жизни, поэтому подготовка к празднику и сам праздник имеют значение как для жениха и невесты, так и для их родителей.

Свадебные церемонии везде и всегда представляли синтез обычаев и ритуалов разного времени. В них отражались различные аспекты жизни общества, этические, эстетические, правовые, психологические нормы, принятые в различных культу­рах. Обрядовая символика указывает на причастность к опре­деленному хозяйственно-культурному типу, что отражается в свадебной трапезе, составе махра (приданого) и т.д.

В каждой социальной ячейке с течением времени, с передачей социального опыта происходило накопление элементов, связанных с комплексом свадебных обрядов. Часть из них ста­овилась традицией и воспринималась всеми социальными группами общества, часть была воспринята лишь определенными классами и сословиями, некоторые обычаи исчезали или трансформировались.

Свадебные торжества во всех этнических культурах условно можно разделить на три этапа. Первый предполагает поиск невесты, знакомство, сватовство, урегулирование правовых вопросов, предусмотренных брачным договором. Второй — церемонии, связанные с подписанием брачного договора, и праздничные торжества. Третий — послебрачные церемонии, смысл которых состоит в представлении новобрачной как жены. В некоторых регионах арабского мира основные подарки преподносят именно после свадьбы. Таким образом, трехэтапность брачных церемоний в арабской культуре соответствует трехчастной форме большинства обрядов перехода, существующих в традиционных обществах.

Многие из современных путешественников и даже востоковедов считают, что ничто так не изменилось среди арабских обрядов, как свадебные церемонии. Здесь вполне уместно говорить о вестернизации, ибо появление на экранах арабских стран огромного числа американских, западноевропейских и даже индийских фильмов заставило арабов пересмотреть свое отношение к свадебным торжествам. Собственно обновлению подверглась лишь внешняя сторона церемониала, да и то среди наиболее образованной части населения, в то время как юридическая сторона бракосочетания практически сохраняется прежней. Этапы, предшествующие браку, — знакомство, сго­ор, определение суммы предусмотренных выплат, а также прав и обязанностей супругов по-прежнему совершаются на основе установлений шариата. Но современный арабский кинематограф демонстрирует нам пары счастливых молодоженов. Она — в белом платье с фатой, он — в черном смокинге... Вместе они разрезают огромный многоэтажный торт, увенчанный симво­лической марципановой парочкой... Но это внешняя сторона церемонии, на самом деле и бракосочетание, как типичный обряд перехода, остается незыблемым в своей основе.

Обычно сватовство происходит в понедельник, среду или вечером в пятницу, то есть в дни, которые считаются наиболее благоприятными для мусульман. Сватовство — дело деликатное, поэтому пока семья невесты не ответит другой стороне, другие семьи воздерживаются засылать своих сватов в этот дом.

Любопытно, как определяется брак в книге «Изложение начал мусульманского законоведения», изданной в Санкт-Пе­тербурге в 1850 году: «Брак есть обязательство между двумя лицами различного пола, составленное по правилам Шари’э (так в тексте. — О.Б.) и имеющее целью супружеское сожитие. Брак есть действие, совершения которого должно желать всякому мусульманину. Он обязателен для тех лиц, кои, оставшись безжёнными, могут впасть в прегрешения плоти»[36].

Шариат, регламентирующий права и обязанности мусульманина, подробно рассматривает обычаи, предшествующие сватовству. Предусматривается вы плата махра (у тюрков — калыма), который, как правило, надлежит выплатить сразу после подписания брачного договора. Сумма махра определяется родственниками невесты, исходя из тех сумм, которые полагались за женщин рода по отцу. В случае если родственники матери принадлежат к тому же племени, что и отец, допускается определение суммы махра согласно традиции материнского рода.

При выборе невесты учитываются следующие качества: хорошее происхождение, девственность (для выходящих замуж впервые), приверженность вере, способность к деторождению (которая определяется по количеству детей среди женщин ее рода). Характерно, что формально требуется получить от предполагаемой невесты согласие на брак. Однако по шариату «девицы изъявляют согласие молчанием», хотя оговаривается, что при этом они не должны плакать или убегать. Последнее же чаще всего истолковывается родственниками невесты не как знак несогласия, а как «нежелание расставаться со своей семьей». Вдова или разведенная женщина дает согласие сама или через своего доверенного родственника. Существует легенда о том, что Хадиджа, первая жена Мухаммада, осмелилась сама сделать брачное предложение Мухаммаду[37], проигнорировав таким образом мнение старшего мужчины среди своих родственников.

Препятствием к браку является близкая степень родства, однако арабская литература демонстрирует массу примеров, когда родители, пытаясь пристроить свою дочь, идут на нарушение этого принципа шариата. В таких случаях обычно говорят, что подобный шаг был продиктован стремлением устроить жизнь дочери, обеспечить ее материально и т.д. В некоторой степени это справедливо, ибо незамужняя женщина в мусульманском обществе, несмотря на образование или даже экономическую самостоятельность, не пользуется уважением и даже подвергается унижению. Однако очень часто родители преследуют чисто экономическую цель — сохранить имущество внутри рода.

До сегодняшнего дня подбор невесты осуществляют свахи (хатыба). Ими чаще всего бывают вдовы или наиболее авторитетные женщины, обычно многодетные, активно проявляющие себя на общественной ниве. Прежде практически в каждом квартале была такая женщина, но и сегодня без подобных услуг не обходится ни один слой общества. Именно к ней может обратиться юноша, чтобы разузнать о понравившейся ему девушке, к ней же обращаются матери, ищущие для своего сына невесту или желающие устроить засидевшуюся в девичестве дочь. Иногда свахи сами предлагают свои услуги и всегда получают определенную плату.

Когда стороны достигнут соглашения и определят сумму махра, можно переходить к составлению брачного контракта. В доисламское время махр передавался родителям жены. Коран предусматривает передачу махра новобрачной, которая предлагает супругу распорядиться им. Наделе же отец по-прежнему берет себе большую часть махра. В старину в состав махра могли входить животные (овцы, козы, верблюды и т.д.), лю­бое имущество, деньги, ценности и даже долговые обязательства. На размер махра влияет степень родства. Самый «дешевый» брак — орто- или кросскузен ный[38], самый «дорогой» — выходящий за пределы родственной или племенной группы.

Сегодня в ряде аравийских государств правительства были вынуждены в законодательном порядке ограничить сумму мах­ра, так как из-за завышенных требований родителей невест женихи стали искать невест за пределами своих государств. Впрочем, попытки ограничить сумму махра предпринимались и в более раннее время. Петербургский этнограф М.А. Родионов, ссылаясь на английского исследователя Р. Сарджента, рассказал о неоднократных попытках, предпринимавшихся йеменскими властями в конце XIX века, а также в середине 30-х годов XX века и в конце 50-х годов ограничить сумму махра[39]. Характерно, что инициатива подобных указов исходила от религиозных деятелей, которые видели в пышных церемониях бракосочетания отказ от аскетических традиций, введенных в аравийском регионе в середине XVIII века, в период доминирования ваххабитской морали, и рассматривали их как бид'а — греховное нововведение. На деле же махр оставался прежним, снижались лишь суммы, которые шли на оплату музыкантов и танцовщиц, приглашаемых для увеселения гостей. Впрочем, проблема ограничения расходов на свадебную церемонию рассматривалась и позднее. Специальные оговорки по этому поводу введены в общегосударственный закон о браке, принятый в 1974 году в Йемене.

По-прежнему широкое распространение имеет и эндогамный брак. Заключая подобный брак, родители исходят из принципа «не испортить свою кровь». На самом деле на первое место выступают экономические мотивы[40]. Невеста, выходя замуж, получала приданое, а после смерти отца и долю имущества. Таким образом, эндогенный брак дает возможность сохранения родового имущества в пределах рода. В оазисах эндогамные браки практикуются до сих пор чаще, чем в городах. В ряде племен родители, у которых нет сыновей, выдают дочь замуж при условии, что будущий зять поселится в доме тестя. Обычно на такой брак соглашались дети-сироты, юноши из малообеспеченных семей или дети близких родственников, и тогда жених освобождается от выкупа за невесту.

Заключение брачного договора происходит в присутствии муллы, имама или кади, который должен прочитать положенные молитвы в присутствии двух свидетелей. Для заключения брака жениху и невесте необходимо произнести формулу бракосочетания. Невеста говорит: «Считаю себя твоей женой по определенному махру» («Завваджтука нафси аля- сиддак ал-махлук»), на что жених отвечает: «Бракосочетание принял» («Кабилту ат-тазвидж»). Обычно брак регистрирует нотариус, занимающийся исключительно семейными от­ношениями (.махзун)[41].

С давних пор интересы невесты представляет ее отец или брат, а в случае их отсутствия старший из мужчин рода ее отца. Невесте полагается находиться в соседней комнате или здесь же, но за занавеской. У шиитов брак заключается в присутствии жениха и невесты. Обычно они сидят рядом, взявшись за руки, которые накрыты белой тканью. Характерно, что в шиитских семьях принято, чтобы жених и невеста обязательно увидели друг друга до свадьбы.

Конечно, сегодня браки, когда родители сговариваются, не спрашивая мнения детей, встречаются все реже. Однако это только на первый взгляд. Нередко заключению брака предшествует длительное противостояние поколений, которое разрешается лишь благодаря вмешательству авторитетных и эмансипированных родственников. Что касается описанной выше процедуры с участием имама, то на самом деле очень часто пышному торжеству в пятизвездочном отеле предшествует скромная церемония в доме невесты, происходящая по старинному обычаю.

В разных слоях общества процедура заключения брака имеет свои нюансы. Кроме того, существуют особенности, которые присущи той или иной местности. У приверженцев ханифитской школы права не принято, например, приводить жену в дом мужа в тот момент, когда солнце находится в знаке Рака[42]. В уже цитированном нами «Облегчении исламского права» сказано: «По Сунне бракосочетание заключается вечером по пятницам, так как это время есть добрый час...»[43]

М.А. Родионов отмечает, что в Западном Хадрамауте во многом сохраняются старинные обычаи. Он ссылается на книгу Ф. Старк, которая путешествовала по этому региону в 1936 году[44]. Ф. Старк рассказывала, что порой девочки даже не подозревали, что их судьба уже решена, а платья, которые шьют якобы «для племянницы», на самом деле часть ее приданого. Девочка начинает догадываться, только когда накануне свадьбы ее начинают торжественно готовить к церемонии: мыть голову, делать специальные косметические манипуляции (накладывают на л нцозабид — смесь масла, воска и куркумы), расписывают руки и ноги хной[45]. После этого невеста восседает три дня под красным свадебным покрывалом, которое снимает новобрачный накануне первой брачной ночи. Ф. Старк пишет, что на следующее утро он оставляет на подушке своей жены 10 талеров, через день — поднос с платком, десятью талерами, кучкой гвоздики, духами и благовониями[46].

И все же современная свадьба, даже в сельской местности, уже мало похожа на скромную церемонию по шариату. Например, в Марокко дата бракосочетания устанавливается заблаговременно, обычно после завершения полевых работ. К этому дню женщины из семей невесты и жениха заготавливают продукты, параллельно обговаривая, какие подарки следует сделать новобрачным, с тем чтобы помочь им обзавестись собственным хозяйством.

Но этапы подготовки к свадьбе представляют собой обычай, зафиксированный временем. Например, в марокканских деревнях таким этапом становится ритуал подготовки муки, необходимой для свадьбы. Ею занимается специальная группа женщин, которая подсушивает зерно, очищает его, а затем относит на мельницу. Затем, вернувшись, они просеивают муку и готовят из нее сладости. Второе ритуальное действо — это сбор хвороста. Им занимаются неженатые мужчины, которые собираются перед домом, где должна состояться свадьба. Отсюда с шутками и песнями они отправляются за хворостом. А когда возвращаются, то хозяева угощают их чаем с мятой.

В некоторых племенах Алжира принят ряд церемоний, цель которых сблизить две семьи. Послесвадебные церемонии длятся обычно семь дней и предполагают обмен подарками и взаимные пиры. В Тлемсене предусмотрены обычаи, цель которых принять нового мужчину в мужское сообщество родственников невесты. В городе Константина подобные церемонии устраиваются женщинами семьи невесты для женщин семьи жениха и мужчинами семьи жениха для мужчин семьи невесты[47].

Целый комплекс церемоний связан с подготовкой невесты. Ее наряжают в свадебные одежды, усаживают таким образом, чтобы ее пятки оставались на весу, ибо их поверхность надо окрасить хной. Подруги невесты окружают девушку. Одни расчесывают ее волосы и закалывают фату, другие поют специальные свадебные припевки и отбивают ритм бубном. Самая старшая из родственниц наносит кисточкой хну на поверхность стоп и ладоней невесты. В некоторых деревнях хна наносится в виде татуировки, представляющей сложный гео­метрический узор.

Наиболее талантливых мастериц, преуспевших в своем деле, называют накашат и даже приглашают в соседние деревни. Естественно, что их услуги стоят дороже. Характерно, что современные накашат используют не только кисть, но и шприц с довольно широким отверстием, так как краска, представляю­щая смесь хны, сока лимона, цветочной воды и даже сахарного сиропа, напоминает собой жидкое тесто. Некоторые мастерицы несколько раз увлажняют нанесенный рисунок крепким чаем, что, по их мнению, должно способствовать долговечности рисунка. Характерно, что обряд нанесения хны на руки и ноги невесты распространен повсеместно. Его совершают в Сирии и Марокко, Аравии и Центральной Азии.

Любопытные обычаи подготовки невесты к свадьбе описал Э.У. Лэйн. Естественно, что они относятся ко времени его пребывания в Египте — между 1825 и 1849 годами, однако отголоски этих обычаев можно наблюдать и в сегодняшнем Египте. «В предшествующую бракосочетанию среду (или субботу), примерно в полдень или несколько позднее, невеста отправляется в баню. Процессия, следующая в баню, называется заф- фат ал-хаммам. Впереди идут музыканты с одним или двумя гобоями (вероятно, речь идет о разновидности флейты. — О.Б.) и с разнообразными барабанами... Иногда процессию невесты возглавляют двое мужчин, несущих утварь и белье для бани на двух подносах, покрытых вышитым или гладким платком... Но, как правило, впереди кортежа невесты движутся парами несколько замужних женщин из числа ее подруг или родственниц, а за ними несколько молодых девушек... Далее следует невеста под ярким шелковым балдахином... Одеяние невесты полностью скрывает ее лицо... Замыкает процессию вторая группа музыкантов... Вернувшись домой, невеста ужинает вместе со всеми, кто сопровождал ее в баню... Затем невеста берет в руки заранее приготовленный брусок пасты из хны и получает подарки от гостей, при этом все втыкают в хну по монете (обычно золотой). Когда весь брусок утыкан монетами, невеста отлепляет его от ладони, проводя рукой по краю таза с водой. Потом ее руки и ступни покрывают хной и обвязывают полотном до следующего утра: к тому времени они вполне окрашиваются в густой красно-оранжевый цвет. Остатками хны красят руки гостьи невесты. Эту ночь называютлейлат ал-хан-на (ночь хны)»[48].

Особый интерес представляет собой платье новобрачной. Какого-то единого образца ислам не предусматривает, поэтому можно говорить о том, что свадебная одежда многовариантна. Например, в Западном Хадрамауте, поданным М.А. Родионова, нашитые на платье новобрачной мешочки Суке) с кардамоном, ладаном и медоносным хармалем (рута) или пучки шерсти с хвоста козла должны обеспечить обильное потомство, а серебряные колокольчики — отогнать злых духов. В частности, узор на спине в виде четырехлучевой звезды (гутра), вышитой серебром, составленной из раковин каури или аппликацией из ткани, призван защищать от недоброго глаза. Спереди гутре соответствует восьмиконечная звезда (нукта) из блесток, аппликаций или вышивки»[49].

Брачную церемонию автор наблюдала в сирийской деревне в начале 80-х годов. В намеченный день гости прибыли сначала в дом жениха, где он находился среди своих друзей. Затем навестили невесту, которая сидела на возвышении под балдахином, украшенным искусственными цветами и разноцветными лампочками. Ее родственницы и старшие гости, а также подруги разместились вдоль стен. В соседней комнате гости оставили подарки. Свадебного стола не было, но всех гостей угощали горячим блюдом типа хаша (мясо в бульоне), а также сладостями. Мне объяснили, что если свадьба происходит в ресторане, то степень угощения бывает разной. Иногда гости заказывают себе еду за дополнительную плату. Родители новобрачных обычно нанимают оркестр, исполнительницу танца живота, а также певицу или певца, чаще всего импровизатора, исполняющего куплеты на тему свадьбы. Иногда тексты подобных куплетов бывают вполне двусмысленны, но это никого не смущает. На свадьбы приходят семьями. Маленькие дети танцуют, младенцы спят в колясках, молодежь знакомится и флиртует.

Российские журналисты С. Медведко и Д. Осипов, написавшие обстоятельный путеводитель по Сирии, рекомендуют в том случае, «если вас связывают с пригласившими более тесные отношения, нежели простое знакомство», посетить молодоженов дней через 5—7, принеся на этот раз уже «солидный» подарок, а не сувенир, как это было вдень бракосочетания. Эта «традиция, — пишут журналисты, — характерна в основном для больших городов. В южных районах, у друзов, подарки на второй день после свадьбы утром принимает жених (они могут быть и в виде мешка риса или живой овцы). В некоторых местах це­ремония вручения подарков происходит на третий или четвертый день»[50].

Все свадьбы — деревенская и городская — заканчиваются торжественным отбытием невесты в дом жениха. Некоторые этнические общины организуют «умыкание», которое на самом деле является данью традиции[51], а не примером нарушения воли родителей. Как правило, процедура оговаривается заранее, а финансовая сторона брака решается уже после его совершения.

Одним из наиболее интересных моментов свадебного церемониала является вход невесты в дом супруга. Малек Шебель, французский этнограф, приводит обычай одного из североафриканских племен, когда тесть впускает в свой дом молодую невестку, накрыв ее полой своего бурнуса. Таким образом демонстрировалось, что теперь молодая женщина, переступившая порог дома своего мужа, находится под покровительством его семьи[52]. Джеймс Фрэзер указывал, что в Марокко «невесту переносят на руках через порог дома ее мужа, причем ее родственники строго следят за тем, чтобы не задеть порога»[53]. При этом если ее ноги коснутся порога, это рассматривается как плохое предзнаменование. Почти аналогичный обычай существует и в Палестине при вхождении невесты в дом будущего мужа. Жених встречает будущую жену на пороге своего дома, и когда девушка с полным кув­шином на голове поднимается на порог, он сбрасывает кувшин с ее головы. Арнольд ван Геннеп, ссылаясь на мнение ученого Трамбалла, объясняет этот обряд как способ, позволяющий отделиться от прежней среды и включиться в новую среду «путем соверше­ния действия, подобного крещению»[54].

Дж. Фрэзер приводит массу примеров относительно распро­странения обычая переноса человека — невесты, вернувшегося из паломничества человека и т.д. — в Китае, на Яве, в Сьерра-Леоне, Индии, Шотландии, на Балканах и других местах. В каждом конкретном случае есть свое объяснение этому обычаю. Например, в Марокко полагают, что у порога обитают злые духи — джинны. Малек Шебель по этому поводу пишет, что переход, пересечение порога (атаба, ускуфа, дженаб) означает смену пространства или статуса. Мусульманин при этом должен произнести таемийу (Во имя Аллаха)[55].

Кульминационным моментом брака является леилат ад-духуль (дословно: ночь вхождения, то есть первая брачная ночь), которая в ряде местностей сопровождается традиционной демонстрацией простыни, однако в городской среде этот обычай потерял свое значение.

Естественно, не везде обычаи бракосочетания унифицированы в соответствии с требованиями шариата. На окраинах арабо-мусульманского ареала обитает много неарабских племен, по-прежнему следующих своим обычаям. В частности, в районе Белого Нила на юге Судана на территории 100 тысяч квадратных километров проживает400 тысяч кочевников — нуэров. У них обряд бракосочетания растягивается на несколько дней. Все начинается с перегона скота, уплаченного за невесту, в ее деревню. В жертву духам приносится бык. А невесте, наряженной в свадебное платье, обривают голову. Лишенная «волос девичества», она отныне по существующей традиции принадлежит не к роду своего отца, а к роду мужа. По мнению Арнольда ван Геннепа, «отрезать волосы означает отделиться от прежнего мира»[56]. Именно этот обряд завершает отделение невесты от родительской семьи. Однако брак считается совершенным лишь после рождения первенца. Рождение второго ребенка означает окончательное скрепление брачных уз[57]. Таким образом, бракосочетание, как обряд перехода, растягивается во времени. Переход считается завершенным тогда, когда женщина выполнила свой долг — родила ребенка (лучше мальчика), и с этого времени ее признают полноценным членом семьи.

Похоронный обряд

Среди других обрядов перехода, практикуемых мусульманами, похоронные обряды отличаются большей традиционностью. Это можно наблюдать при погребении как простых смертных, так и глав государства. Обряд совершается в соответствии с правилами, изложенными в шариате. Ряд арабских богословов подробно рассматривает все этапы ритуала, так как речь идет о подготовке к моменту, когда мусульманин должен дать отчет о своих земных деяниях. Не обошел своим вниманием эту тему и величайший шиитский авторитет — имам аятолла Хомейни, написавший трактат «Таузихал-масаил», в котором подробно разбираются все этапы погребальной церемонии.

Почувствовав приближение смерти, мусульманин должен произнести формулу шахады. Если он не в состоянии этого сделать, следует прошептать эту формулу ему на ухо. В таком случае ему достаточно поднять вверх указательный палец правой руки (этот жест называют шахид — с ударением на первую гласную).

Человека, чьи часы сочтены, обычно кладут на спину, таким образом, чтобы его ноги были обращены в сторону Мекки. У изголовья умирающего читают шахаду, а также суры 36 и 37 (Йа син и ас-Сафат[58]). Характерно, что в этот момент никто не должен касаться тела умирающего, ибо «нельзя мешать душе выйти из тела». У шиитов полагается ладони и ступни ног окрасить хной. Считается, что Накир и Мункар, ангелы, занимающиеся делами умерших, прежде всего посмотрят, окрашены ли они. Это должно свидетельствовать, что это действительно шиит и что он готов к смерти.

Э.У. Лэйн, описавший традиции египтян первой половины XIX века, рассказывая о погребальных обычаях, пишет: «Когда образованный и благочестивый мусульманин чувствует приближение смерти, он иногда, так же как и перед молитвой, совершает омовение, чтобы уйти из жизни в состоянии телесной чистоты, и обычно повторяет символ веры: “Нет божества, кроме Аллаха...”» Отправляясь в военный поход или долгое путешествие, особенно в пустыню, мусульманин обычно берет с собой одежду для погребения. Нередко случается так, что путешественнику в подобных обстоятельствах приходится самому выкапывать для себя могилу. «Измученный усталостью и лишениями или же угасающий от смертельного недуга в пустыне, мусульманин совершает омовение (если возможно — водой, а если нет — песком или пылью), а потом, выкопав в песке яму, заворачивается в саван, ложится в могилу и засыпает песком свое тело, оставляя открытым только лицо. Так он ожидает смерти, которая избавит его от страданий, надеясь, что ветер завершит погребение...»[59]

Удостоверившись в кончине родственника, его близкие приглашают обмывал ыликов. Чаще всего это делается дома, но в некоторых странах в мечетях у кладбищ имеется специальное помещение для обмывания. Здесь, как правило, обмывают покойников, у которых нет родственников. В этом случае процедура оплачивается за счет садаки (добровольной милостыни) или отчислений от вакфных средств. В некоторых странах, например в Йемене, процедуру обмывания совершают родственники. Естественно, что женщину обмывают женщины, а мужчину — мужчины. Гусль — омовение совершается в соответствии с принятыми правилами. Мугассиль (человек, совершающий омовение) всегда находится справа от тела, и, совершая свои действия, он должен произносить определенные молитвы.

Тело усопшего заворачивают в саван (кафан), причем состоятельный человек заготовит для себя три савана. Усопшего дважды — ниже плеч и на уровне коленей — обвязывают белыми полотняными лентами. После этого читают молитву за умершего л ибо в его доме, либо в мечети, для чего тело помещают в погребальный ящик или носилки и несут в мечеть. Проведение заупокойной церемонии в мечети не характерно для шиизма, но в некоторых странах, где исповедуют ислам суннитского толка, это практикуется[60].

Мусульманина не принято хоронить в гробу, но это не запрещается, а в случае если он умер насильственной смертью, даже рекомендуется. Если мусульманин скончался на борту судна, то рекомендуется довезти его до ближайшего порта, если это возможно, в течение ближайших суток или же, если до суши далеко, опустить тело в море, предварительно заключив его в большой кувшин или корзину, с тем чтобы отсрочить момент, когда его тело станет добычей морских животных. Естественно, что и в этом случае требуется исполнить все необходимые предписания, в том числе совершить погребальную молитву.

Погребальная молитва совершается следующим образом. Молящиеся встают за погребальными носилками и четырежды произносят молитвенную формулу, так называемый так-бир (Аллаху акбар!). При каждом такбире молящиеся вслед за имамом поднимают руки вверх и, помимо обычной формулы возвеличивания Аллаха, произносят определенные тексты, в том числе суру «ал-Фатиха», «молитву Ибрагима»[61], призыв за упокой души умершего. В отличие от других церемоний погребальный намаз в мечети совершается без поклонов и простираний ниц. Погребальная молитва не читается над умершими детьми младше шести лет, а также над мертворожденными младенцами.

На кладбище идут только мужчины. Причем погребальные носилки (табут) сопровождает нечетное количество мужчин, которые должны быстрым шагом дойти до места захоронения[62].

Если траурная процессия встречает мужчину, то ему следует сказать: «Нет Бога кроме Аллаха», а затем пройти минимум 7 шагов вместе с процессией и даже сменить одного из тех, кто несет носилки. Считается, что это действие принесет благодать[63]. Подходя к могиле, они замедляют шаги и трижды останавливаются, опуская носилки на землю. Человек, который помогает правильно расположить тело в погребальной камере, спускается туда без головного убора и обуви. А тот, кто первым бросает в могилу горсть земли, должен сказать: «Все мы принадлежим Богу и возвращаемся к Нему». Засыпанная могила должна возвышаться над уровнем земли всего на четыре пальца.

Сопровождавшие тело мужчины стараются не задерживаться на кладбище и вместе покинуть его, так как существует поверье, что тот, кто покинул кладбище последним, скоро умрет.

Обычно погребение совершается в течение суток. Если смерть наступила утром, то погребение должно состояться в тот же день, предпочтительно до захода солнца, но если человек умер днем или вечером, после захода солнца, то его хоронят на следующий день. Подобная традиция, вероятно, отражает практику регионов с жарким климатом, но, несмотря на возможность замораживания тел усопших сегодня, практически везде арабы следуют традиции. Даже в таких случаях, когда умирают правители арабских стран и со всего света съезжаются президенты, короли, высокие представители разных государств, похоронный обряд не может быть отложен и совершается в течение суток.

Погребальная яма роется на глубину примерно два метра (рост человека с поднятой рукой). Существует несколько форм погребальной камеры. Наиболее древняя форма, отра­жавшая обычаи кочевников, представляет собой прямоугольную яму с нишей или подбоем (ляхд) на дне. Эта ниша должна была предотвратить возможность выкапывания трупа животными. Иногда могилу делают с нишей над головой покойника. Предполагалось, что когда в Судный день (йаум ал- хисаб) покойник восстанет, ниша предохранит его голову от удара.

Сегодня чаще всего практикуется обычная могила, но, как и прежде, она должна быть ориентирована таким образом, чтобы человек лежал на правом боку лицом к Мекке. Когда покойника кладут в могилу, то развязывают полотняные ленты, дважды стягивающие его тело, а также снимают саван с лица. В деревнях придерживаются старинного обычая, вкладывая в складки савана записочки, в которых говорится, что покойный был примерным мусульманином. Само погребение сопровождается чтением сур из Корана[64].

В Йемене, как пишет М. Родионов, «на мужской могиле ставят два камня (столбика или стелы) — в головах и ногах, на женской — три (дополнительный в центре) или, если женщина скончалась в родах, пять-шесть небольших стел»[65]. Анри Лот, выдающийся исследователь Сахары, описывая обряд погребе­ния у туарегов Ахаггара, не находит в нем какой-либо специ­фики, отмечая лишь, что «современные туарегские могилы имеют надгробные камни (шуахеды): по одному в ногах и в из­головье — у мужчин, по одному в изголовье и по два в ногах — у женщин. Могилы овальной формы, вершина могильного холма напоминает купол; вокруг могилы обычно выкладывается ограда из камней с оставленным с восточной стороны проемом. Нередко по краям могилы вкапываются деревянные колья или палаточные подпорки, а также большие шаровидные куски кварца, которыми, по словам туарегов, натирали тело покойного... В местах, где водятся гиены, могила обычно покрывается сверху ветками колючего кустарника, чтобы животные не могли добраться до трупа»[66]. Схожесть погребальных обычаев йеменских арабов и туарегов — представителей одного из североафриканских племен, подвергшихся с приходом в этот район исламизации, — приводит к выводу, что описанные погребальные обычаи имеют древнее происхождение. Вероятно, они характерны для всех народов, живущих в схожих климатических условиях[67].

В первые века существования ислама обряд погребения еще не был окончательно разработан. Когда скончался пророк Мухаммад, его соратники даже не знали, как его похоронить, пока Абу Бакр, ближайший сподвижник пророка, не напомнил им слова самого Мухаммада о том, что якобы все пророки были похоронены на том же месте, где закончился их земной путь. Поэтому Мухаммада похоронили прямо в доме его жены Айши, «на том месте, где стояло его ложе»[68]. Впоследствии его могила была обнесена высокой стеной, ибо сам Мухаммад говорил, что нельзя поклоняться могилам пророков. Впрочем, это указание мусульмане скоро забыли. Сегодня почитание могил известных имамов, суфийских шейхов распространено практически повсеместно. В старину существовала традиция хоронить своих близких в «святых местах»[69].

Обычно над могилой ставят небольшую стелу с указанием имени усопшего и каким-либо кораническим высказыванием, выгравированным искусным камнерезом. Иногда можно увидеть стелы с навершием в виде тюрбана — знак высшего общественного положения погребенного[70].

Каменные стелы ставят обычно месяцев через 6—8 после погребения, когда могила осядет. Традиции украшения могил цветами у арабов-мусульман нет. Но шииты украшают могилы своих покойников, особенно шахидов (ими, как правило, объявляют погибших на войне), зелеными ветками. После ираноиракской войны появились стелы с фотографиями шахидов[71].

Как и в предыдущих «обрядах перехода», в погребальных обрядах мы имеем дело с трехчастной церемонией, которая включает в себя подготовку к смерти и погребению, само погребение и, наконец, траур. Как отмечает А. ван Геннеп, траур — это «промежуточное состояние для тех, кто остается в живых, в которое они входят благодаря обрядам отделения и из которого они выходят благодаря обрядам реинтеграции в общество (обряды снятия траура)... Длительность траура зависит от степени родства и устанавливается согласно свойственному каждому народу обыкновению вести счет родства»[72].

В первый вечер траура незадолго до вечернего намаза в доме покойного читается молитва, называемая вахшат (опустошение). Таким образом родственники выражают свое сочувствие по поводу того, что усопший находится в одиночестве в могиле. Родственники обращаются к Аллаху с просьбами, чтобы тот сжалился над усопшим и изгнал из могилы злых духов. О покойном говорят только хорошее. Смысл этой церемонии заключается в том, что именно в эту ночь, которая называется лем-лат ал-вахда (ночь одиночества), за покойником приходят два ангела смерти — Накир и Мункар, которые начинают расспрашивать усопшего о его земных делах. Молитва родственников должна помочь ему пройти этот допрос. Эти два ангела сопровождают человека повсюду: и в путешествии, и дома, при всех ситуациях — во время намаза и т.д. Ангелы записывают намерения и сердечные устремления человека и то, что он собирается совершить. Поэтому мусульманин должен всегда иметь хорошее намерение, это — работа души, а избавление от плохих мыслей и намерений — работа сердца. Эти же ангелы примут усопшего и сопроводят его к престолу Аллаха: «Вот принимают два приемщика, справа и слева, сидя. Не произнесет он ни единого слова, как у него — готовый надсмотрщик»[73].

Э. Лэйн среди обрядов, совершаемых родственниками усоп­шего после его погребения, упоминает также обряд, называе­мый сабха (четки), суть которого состоит в облегчении вхождения усопшего в состояние блаженства. Кроме того, в первый четверг женщины из семьи усопшего собираются вместе и начинают причитать. На следующий день они идут на кладбище, чтобы впервые посетить могилу. Надо отметить, что первое посещение могилы женщинами совершается в разное время. В ряде стран это происходит только на 40-й день.

Шариат запрещает оплакивать умерших. Сам пророк Мухаммад резко выступал против плача по мертвым, считая этот обычай языческим. Однако искоренить этот обычай так и не удалось. Следует отметить, что традиция оплакивания и даже самоистязания была широко распространена среди семитских народов. Дж. Фрэзер, рассматривая следы этого обычая на Востоке, отмечает, что «арабские женщины во время траура срывали с себя верхнее платье, царапали ногтями грудь и лицо, били себя обувью и обрезали свои волосы. Когда умер великий арабский воин Халид ибн-ал-Валид, в его племени банумунджира (так в тексте. — О.Б.) не осталось ни одной женщины, которая бы не срезала своих волос и не положила их на могилу...»[74].

О древности этого обычая свидетельствуют многочисленные фрески и барельефы, сохранившиеся в Месопотамии и Египте еще с древних, доисламских времен. Они демонстрируют оплакивание мертвых как важный этап ритуала погребений. С тех времен существовали профессиональные плакальщицы, которых приглашали для совершения обряда. Однако среди хадисов, собранных ал-Бухари в известный сборник «Сахих», приводится хадис, в котором устами Умм ‘Атиййа говорится о том, что пророк, «принимая... клятву (на верность исламу)... взял с нас обещание не причитать по покойным»[75]. Впоследствии мусульманские богословы, объясняя этот запрет, говорили, что ислам считает терпение (ас-сабр) высшей добродетелью мусульманина. Обычно во время заупокойной молитвы имам, обращаясь к семье покойного, напоминает им слова, которые якобы сказал Али, четвертый праведный халиф: «Терпение в вере — что голова на туловище». И тем не менее в арабских деревнях традиция оплакивания сохраняется[76]. В Средние века были распространены имена, в состав которых входил ла-каб[77], обозначающий профессию. Среди персонажей книги знаменитого философа Ал-Джахиза в «Книге о скупых» неоднократно упоминаются профессиональные плакальщики, например, Йахйа ал-Бакка, Хайсам ал-Бакка и Сафван ибн Мух-риз ал-Бакка, прозвища которых (бакка — плакальщик) свидетельствовали об их занятии[78].

Шариат детально рассматривает условия соблюдения траура по умершему. Как правило, в течение недели в доме не готовят еду, а соседи и родственники берут на себя приготовление пищи. В ряде стран считается, что жена покойного должна соблюдать траур в течение года. Однако хадис, передатчиком которого была Умм Хабиба (жена пророка. —О.Б.), сообщает, что сам пророк Мухаммад сказал: «Непозволительно женщине, верующей в Аллаха и в Последний день, носить траур по покойному более трех (дней), если только дело не касается ее мужа (по которому траур следует соблюдать четыре месяца и десять дней)»[79]. Предполагается, что женщина в это время должна воз­ерживаться от употребления косметических средств и благовоний и не покидать свой дом без крайней необходимости.

У шиитов траур по случаю смерти взрослого человека длится от шести месяцев до года. Он включает в себя ношение тра­урных одежд в течение всего периода, отказ от участия в каких- либо общественных мероприятиях. Кроме того, мужчины в период траура не бреются. Завершение траура отмечается поминками и подарками семье умершего со стороны родственников.

Мало отличаются от арабских обычаи туарегов Ахаггара. Траур —удхуф — соблюдается в течение трех дней, если у мужчины умерла жена, и четыре месяца и десять дней — если у женщины умер муж. Каждый из овдовевших супругов в течение срока траура не должен появляться на людях. А. Лот отмечает, что «туареги никогда не грустят о том, что человек умер. Свое соболезнование (родственникам покойного. —О.Б.) они часто выражают такими словами: «Ты счастливый; тот, кого ты любил, теперь у Господа в раю»[80].

В ряде стран существует традиция выделения 3-го, 7-го и 40-го дня траура для поминания покойного. В Западном Хадрамауте, по сообщению М. Родионова, траур после погребения «держат десять дней. В первые три дня устраивается церемония соболезнования (тазийа). Обычно это бывает вечером, между 6 и 8 часами после вечерней молитвы, когда поминается умерший. Родственники выставляют угощение (его приносят каксадаку в дом покойного, где запрещено разводить огонь) — кофе, чай, прохладительные напитки, иногда финики (в дерев­нях это может быть и вареная козлятина). Пришедшие должны сказать: «Ал-умр илейкум!» или «Ал-Бакийа фи хаяткум\» (что переводится скорее как тост — «Жизнь вам!» и «Оставшееся в твоей жизни да продлится!»). Трое (реже пятеро) уважаемых людей одновременно читают Коран»[81]. Вероятно, от христиан современные мусульмане переняли обычай занавешивать зеркала и экраны телевизоров. Впрочем, церемониал соболезнований в ряде стран практически идентичен христианскому.

Государственный траур в арабских странах обычно длится 7 дней. В этот период радиостанции и телевидение воздержи­ваются от трансляции развлекательных программ и веселой музыки[82]. Поминальных, или родительских, дней, отмечаемых ежегодно христианами, в исламе нет. Обязательным считается посещение могилы на 40-й день, а также в годовщину. В дальнейшем ситуация зависит от воли и желания родственников покойного. Бедуины, захоронив своего покойника, обычно снимаются с места и откочевывают, с тем чтобы больше сюда не возвращаться. Как сообщают различные исследователи, в последнее время они стремятся захоронить своих покойников на сельских кладбищах. Религиозные ведомства отпускают средства на содержание кладбищ. Естественно, что всякая попытка городских властей сократить территорию кладбища вызывает недовольство мусульман[83].

Традиция возведения небольшого купольного помещения над могилой наиболее выдающихся мусульман возникла в VIII—IX веках во времена Аббасидов. Подобные сооружения называют макбара — усыпальница, мазар — место поклонения или место для совершен нязииарата (поклонения) ипидарих — мавзолей. Типичным образцом последнего является мавзолей великого арабского полководца Саладина в Дамаске, представляющий простейшее квадратное в плане сооружение с куполом[84]. В первые века ислама надмогильные сооружения строились в соответствии с традицией того времени. Это были скромные надгробия, иногда без указания имени покойного. Но уже при Аббасидах возникают погребальные мечети, которые из­начально задумывались как место последнего пристанища правителя. Большинство подобных построек и сегодня являются украшениями городов и привлекают многочисленных посетителей.

Паломничество к могилам правителей особенно распространено среди шиитов. Как правило, город, в котором находится погребальная мечеть имама-шахида (имама-мученика), становится священным. Погребальная мечеть обрастает сопутствующими службами, которые вместе составляют комплекс, обслуживающий паломников. Для всех мусульман, суннитов и шиитов, кроме Мекки, священной является Медина (Мадинат ан-Наби, бывший Ясриб), где были погребены пророк Мухаммад и его ближайшие сподвижники. Многие престарелые мусульмане из числа паломников мечтают о том, чтобы смерть застигла их во время хаджа, тогда они могут быть похоронены на знаменитом кладбище ал-Баки рядом со многими известными персонажами раннего ислама. Для арабов-шиитов священными городами являются ряд городов Ирака и Ирана. В Ираке это в первую очередь Кербела, где похоронен Хусейн, внук пророка Мухаммада (сын Али и Фатимы, дочери Мухаммада); Неджеф, где якобы находится могила Али; Казимейн (район Багдада), где захоронен шиитский имам Муса ал-Казим; Самарра, где находятся погребения Али ибн Мухаммад ан-Наки и Хасан ибн Али ал-Аскари, а также склеп, в котором, по легенде, исчез Мухаммад, последний, 12-й, шиитский имам. В Иране это Мешхед, где находится гробница имама Али Ризы, а также Кум, в котором возведены мечеть над кенотафом Фатимы, сестры имама Ризы, и мечеть имама Хомейни, расположенная на середине пути между Тегераном и Кумом.

Отношение арабов к смерти можно определить одним словом — фатализм. Поговорка «Бог дал, Бог взял» вполне арабская по смыслу. «Ма фата —мата, уамамата — фата» («Что прошло — то умерло, что умерло — то прошло»).

Как мы уже отмечали, мусульмане вслед за христианами и иудеями верят вСудный день, когда каждый предстанет перед лицом Божьим. В Коране и в преданиях довольно детально разработан образ рая, поэтому для верующих переход в мир иной не представляется катастрофой. Принято считать, что идея инкарнации чужда мусульманам. Однако у исмаилитов существует понятие «мировой души», которая вечна, а человеческое тело — лишь последовательная цепь ее жилищ. У исмаилитов (низаритов и друзов) считается, что душа умершего мужчины переселяется в тело новорожденного.

Анализируя обряды жизненного цикла арабов-мусульман, следует отметить, что именно похоронный обряд можно отнести к наиболее традиционным, ибо благодаря ему человек возвращается к Богу. В то же время обряды, связанные с рождением и родами, более отражают местную традицию, возникшую еще в доисламские времена. Что касается брачных церемоний, то здесь при сохранении центрального ядра обряда мы можем наблюдать открытость внешним влияниям. Недаром современная арабская свадьба в городе совершается в два этапа: первый представляет собой традиционную процедуру с участием имама, а второй, который организуется для друзей и родственников, больше напоминает европейскую свадьбу. Сюда же следует отнести и обряд обрезания, в котором сама процедура по-прежнему совершается согласно традиции, хотя образованные родители все чаше прибегают к современной медицине, но само празднество зависит от культурных традиций данной местности. В целом обряды перехода являются вехами на жизненном пути человека, и именно они отражают его принадлежность к этнорелигиозному сообществу.

Среди других обрядов перехода следует отметить обряды, связанные с переходом из одного пространства в другое. До начала проповеди Мухаммада арабы, входя в дом или выходя из него, гладили рукой изображение домашнего божества. Точно так же и иудеи, каждый раз проходя через главную дверь дома, касаются пальцем правой руки продолговатой коробочки, прикрепленной к косяку дома, где находится бумажная ленточка, полоска ткани или другого материала с написанным или вышитым именем Бога. Затем следует поцеловать палец и сказать: «Господь предохранит твой выход и вход сейчас и навсегда». Современному мусульманину полагается при входе в дом сказать: «Боже, прошу у тебя добра при входе и добра при выходе. Во имя Аллаха мы вошли, во имя Аллаха мы вышли, на Аллаха, владыку нашего, уповаем»[85].

Характерно, что предписания ислама распространяются на такие ситуации, как вход и выход в такие места, как мечеть, кладбище, рынок или незнакомое место. Более того, определенные фразы мусульманин произносит, входя елевой ноги в туалет и выходя из него с правой. Все эти обряды являются продолжением старинной традиции, принятой еще древнейшими народами. Практически в каждой культуре Востока вход, выход, переход обставляются определенными ритуалами[86].

Естественно, что среди племен также существуют обряды, которые предшествуют переходу. Например, в Северной Африке под ноги того, кто собирается в путь, выплескивают воду[87]. Анализируя обряды перехода, существующие в арабомусульманской культуре, приходишь к выводу о том, что мусульманская цивилизация восприняла и адаптировала многие древние обычаи, придав им новую, исламскую интерпретацию. На самом деле все доставшиеся нам в наследство от предков обычаи претерпели изменения, однако это и есть культурно-преемственная связь, позволяющая исследователю обнаружить культурное единство, существующее между разными народами.

Геннеп считает, что путешественник как бы переходит своеобразный рубеж.



[1] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 8—9.

[2] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 42.

[3] В данной статье рассматриваются только обряды жизненного цикла: рождение, обрезание, брак и погребение.

[4]      Для акушерки (повитухи) имеет большое значение, какое количество родов она приняла. В частности, в Касабланке (Марокко) повитухи носят своеобразное ожерелье, сделанное из веревки. На ней завязаны узлы, количество которых соответствует числу принятых родов.

[5] Народы мира в нравах и обычаях. Пер. с англ. Петроград, 1916, с. 484-485.

[6] Патронимия (греч.) — наименование по отцу от pater — отец и onyma — имя, одна из форм организации, характерная для патриархально-родового строя и часто сохраняется в классовом обществе.

[7]  В последние годы число полигамных браков в Йемене резко сократилось, так как до трети взрослого мужского населения Йемена ищет заработка в соседних нефтедобывающих странах. Это способствует разрушению традиций в семейно-брачной сфере.

[8] Bulletin de la Socie’t’ d’anthropologie, 18 janvier 1894, p. 655.

[9] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 70.

[10] В 1984 году в результате операции «Моисей» в Израиль перебралась община эфиопских евреев численностью 15 тысяч человек. Три года спустя в Израиле разгорелся скандал в связи с тем, что раввины отказались считать «фалаша» (так называют эфиопских евреев) полноценными иудеями до тех пор, пока они не пройдут процедуру вторичного обрезания, что должно было подтвердить их принадлежность иудаизму.

[11] Библия. Бытие. Гл. 17, ст. 24.

[12]   Andree R. Beschneidung. — Ethnographische Parallelen. Lpz., 1889, с. 166—212.; Reinach. La lutte de Jacob et de Moise avec Jahve et l’origine de la circoncision. — Revue des Etudes Ethnographiques et Sociologiques, 1908, p. 360.

[13] Библия. Бытие. Глава 17, ст. 11.

[14]    Родионов М.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994, с. 138-139.

[15] Цит. по: Массе А. Ислам. М., 1982, с. 109.

[16] Хрестоматия по истории халифата. М., 1968, с. 168—169.

[17] Буниятов 3. Азербайджан в VII—IX вв. Баку, 1965, с. 281.

[18]    Штайн J1. В черных шатрах бедуинов. М., 1981, с. 91.

[19] Цит. по: Chebel М. Histoire de la circoncision des origines ‘a nos jours. P. 1997, p. 26.

[20] Тэсиджер У. Озерные арабы. М., 1982, с. 94—95.

[21] Там же, с. 95.

[22] Там же, с. 96.

[23]    Аз-Захрави Абу-л-Касим. Трактат о хирургии и инструментах. М., 1983, с. 134.

[24] Семенова J1.A. Салах ад-дин и мамлюки в Египте. М., 1966, с. 181.

[25]    Женщины мира. 1995. Статистика и тенденции. ООН, Н.-Й., 1995, с. 99.

[26]    Обычай обрезания у девочек, известный в литературе под названием эксцизии (от лат. excisio — вырезание), существует не только у бедуинов, но и у других народов, в том числе и африканских. Пьер- Доминик Гэсо зафиксировал этот обряд у коренных жителей Гвинеи. (См. Гэсо П.-Д. Священный лес. М., 1979, с. 121 и далее.) Известный французский антрополог Малек Шебель обращает внимание на то, что само арабское название обряда «хитан» происходит от корня kh- t-n. От этого же корня образован глагол, означающий «выдавать замуж». Таким образом, процедура предполагает подготовку девушки к замужеству. (Chebel М. Histoirede lacirconcisiondesorigines'anosjours. P., 1997, p. 55.)

[27] Шруль К.-Д., напротив, считает, что арабское население Южной Аравии отвергает все виды обрезания. Но в прибрежных районах Йемена проживает много выходцев из Сомали и Эфиопии, сохраняющих свои обычаи. (Шруль К.-Д. Сабах — утренняя заря. М., 1986, с. 91.)

[28] Родионов М.А. Этнография ЗападногоХадрамаута. М., 1994, с. 139.

[29]    Шруль К.-Д. Сабах — утренняя заря. М., 1986, с. 90.

[30] Азия и Африка сегодня. М., 1995, № 9, с. 55. В докладе ООН на конференции по народонаселению и развитию (Каир, 1994) приводятся результаты обследования, проведенные в одной из обшин в при­городе Могадишо. Медики обнаружили, что до 40% женщин страдает от серьезных осложнений, возникших сразу после операции, и еше 40% — от осложнений долговременного характера.

[31]   Облегчение исламского права. Сост. д. Салих бин Ганим Ас- Садлан, Эр-Рияд, 1415 г.х., с. 26.

[32] Курьер ЮНЕСКО. М., 2001, июль/август, с. 47.

[33] Там же, с. 47—49.

[34]    ООН. Конференция по народонаселению и развитию. Каир, 1994, Н.-Й., 1995, с. 25,27.

[35] Азия и Африка сегодня. М., 1995, N° 9, с. 55.

[36]    Изложение начал мусульманского законоведения. Санкт-Петербург, 1850, с. 131 — 132.

[37]    Среди хадисов, собранных имамом ал-Бухари, есть хадис 1760 (5121), в котором говорится, что «женщина может предлагать себя в жены праведному мужчине». Сахих ал-Бухари. М., 2003, с. 715.

[38]    Ортокузенный брак — брак между детьми родников (двоюродных сестер или братьев) одного пола, кросскузенный брак — брак между детьми родников разного пола.

[39]    Родионов М.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994, с. 140.

[40] К эндогамному браку часто прибегали в случае, если невеста была увечной или не хороша собой.

[41]    Некоторые отличия в ритуале продиктованы принадлежностью жениха и невесты кханифитскому, маликитскому, шафиитскому или ханбалитскому толку ислама. В настоящее время эти различия практически сглажены, но реликты их можно обнаружить в некоторых частях арабского мира.

[42] Изложение начал мусульманского законоведения. Санкт-Петербург, 1850, с. 145.

[43] Облегчение исламского права. Эр-Рияд, 1415 г.х., с. 168.

[44]    Родионов М.А. Этнография ЗападногоХадрамаута. М., 1994, с. 139.

[45] Невольно на память приходят строки русской народной песни «Матушка, матушка, что во поле пыльно...», когда девушку в русской деревне оповещали о предстоящем замужестве, не спрашивая ее со­гласия...

[46] РодионовМ.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994,с. 139.

[47]    Gaudefroy-Demombynes. Les ce’re’monies du mariage chez les indige’nesde PAlge’rie. P., 1901, pp. 71—76.

[48]    Лэйн Э.У. Нравы и обычаи египтян в первой половине XIX века. М., 1982, с. 160-161.

[49] Родионов М.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994, с. 123.

[50] Медведко С., Осипов Д. Сирия: шаг за шагом. М., 2001, с. 523.

[51]    Умыкание часто практикуют выходцы с Кавказа, проживающие на Ближнем Востоке. Этот обряд представляет собой некое театрали­зованное действо, характерное для этнических культур.

[52]Chebel, Malek. Dictionnairedessymbolesmusulmans. P., 1995, p. 77.

[53] Фрэзер Дж. Фольклор в Ветхом Завете. М., 1985, с. 347.

[54] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 123.

[55]    Chebel, Malek. Dictionnaire des symboles musulmans. P., 1995, p. 387.

[56] Геннеп А., ван. Обряды перехода, М., 1999, с. 152.

[57] За рубежом. М., 1981, № 21 (1090).

[58]   Название суры происходит от двух букв «Йа» и «Син», стоящих в начале суры. Некоторые специалисты считают, что этими двумя буквами обозначено обращение «Йа, инсан!», то есть «О, человек!». Название суры «ас-Сафат» переводится как «стоящие в ряд».

[59]    Лэйн Э.У. Нравы и обычаи египтян в первой половине XIX века. М., 1982, с. 395.

[60] Хисматулин А.А., Крюкова В.Ю. Смерть и похоронный обряд в исламе и зороастризме. Санкт-Петербург, 1997, с. 82. Автор присутствовала (в качестве переводчика иностранной делегации) на салят ал-джаназа — погребальной молитве — в одной из мечетей Узбекистана. В углы ящика с телом покойного, внесенного в мечеть, были вставлены шесты, вокруг которых обернута белая ткань. Служащие мечети объяснили, что таким образом верующие не видят покойника, но он остается открытым взору Аллаха.

[61]     Молитва Ибрагима: «Боже, благослови Мухаммада и род Мухаммада, как благословил Ты Ибрагима и род Ибрагима, ниспошли благословение Мухаммаду и роду Мухаммада, как ниспослал ты благословение Ибрагиму и роду Ибрагима в этом и иных мирах. Воистину Ты достоин всякой хвалы и славы». Далее после поворота головы направо следует обратиться к стоящим рядом со словами: «Мир вам, милость Аллаха и Его благословение» (*). Затем следует повернуть голову налево и приветствовать стоящих слева.

(*) Мусульманину об исламе. Обряды и молитвы. Черкесск, 1992, с. 31-32.

[62] Со слов одного из авторитетных передатчиков хадисов, Абу Хурайры, известно, что пророк Мухаммад сказал: «Несите покойного побыстрее, ибо если он был праведным, то вы приближаете его к бла­гу...» Ап-Бухари. Сахих. М., 2003, с. 252.

[63]    Хисматулин А.А., Крюкова В.Ю. Смерть и похоронный обряд в исламе и зороастризме. Санкт-Петербург, 1997, с. 83. Считается, что тому, кто пронес тело умершего до места его погребения, будут прошены 25 его грехов.

[64]    Чаше всего это суры 1,2, 18, 36, 44, 97.

[65] Родионов М.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994, с. 143.

[66] Лот А. Туареги Ахаггара. М., 1989, с. 190—191.

[67]    Путешественники, посещающие страны Магриба, обращают внимание на кучи камней, сложенные у дорог. Иногда эти кучи довольно внушительные — до метра высотой. Это так называемые кер-куры или реджемы. Их происхождение объясняют по-разному. Одни говорят, что это оставшиеся от прежних времен указатели караванных путей, другие считают, что это старые могилы, к каждой из кото­рых путник должен добавить камешек, помянув таким образом усопшего.

[68] Большаков О.Г. История халифата. Том. I, М., 1989, с. 191.

[69] Петербургский исследователь А. Хисматулин, ссылаясь на книгу «От рождения до смерти» Мухаммада Катираи, вышедшую в 1970 году в Тегеране, приводит иранскую пословицу: «Экспорт Кума — ахунды, импорт — мертвецы». Имеется в виду, что город Кум, нахо­дящийся в непосредственной близости от Тегерана, является религиозным центром страны. Здесь обучаются молодые богословы, но сюда же свозили покойников со всего Ирана. (Хисматулин А.А., Крюкова В.Ю. Смерть и похоронный обряд в исламе и зороастризме. Санкт-Петербург, 1997, с. 88.)

[70]   На мусульманском кладбище в Бахчисарае до сих пор можно видеть так называемые обезглавленные надгробия. Рассказывают, что пришедшие к власти крымские ханы имели привычку срубать саблей мраморные тюрбаны на надгробиях своих усопших предшественников.

[71] Само понятие «шахид» предполагает, что накануне своей кончины человек успел произнести «шахаду».

[72] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 135.

[73]    Коран. Сура 50, аяты 16—17.

[74] Фрэзер Дж. Фольклор в Ветхом Завете. М., 1985, с. 414.

[75]    Ал-Бухари. Сахих. М., 2003, с. 251.

[76] Когда в связи со строительством высотной Асуанской плоти­ны должен был быть затоплен участок, где находилось древнееги­петское кладбище, в том числе захоронение нескольких фараонов, правительство Египта приняло решение о переносе останков фараонов в другое место. К берегу причалило небольшое судно, на кото­ром должны были перевезти мумии фараонов. Рабочие погрузили тела на носилки и направились к причалу вдоль Нила. На противоположной стороне реки собрались жители деревни, которые наблюдали за процессией. И вдруг, как рассказывают археологи, раздались звуки погребальных песнопений. Женщины, распустив волосы и подняв руки, прощались с фараонами точно так же, как это делали древние египтянки. Описывая эту сцену, археологи поразились совпадению поз современных плакальщиц с позами женщин, оплакивавших юного фараона Тутанхамона, изображенных на фресках стен его усыпальницы.

[77] Лакаб — прозвище, кличка, почетный титул, дающий представление о наиболее ярких внешних качествах или занятиях того или иного человека.

[78] Аль’Джахиз. Книга о скупых. М., 1965, с. 23.

[79]    Ал-Бухари. Сахих. М., 2003, с. 246.

[80]ЛотА. Туареги Ахаггара. М., 1989, с. 191.

[81]    Родионов М.А. Этнография Западного Хадрамаута. М., 1994, с. 144.

[82] Когда в середине 80-х годов один за другим скончались два секретаря ЦК КПСС Ю. Андропов и К. Черненко, арабские страны в знак уважения соблюдали государственный траур в течение семи дней в отличие от СССР, где траур длился три дня!

[83] Власти Стамбула, расположенного на холмах, пытаясь упорядочить систему дорожных развязок, были вынуждены обратиться к религиозным авторитетам для того, чтобы согласовать с ними вопрос о строительстве туннеля, который предполагалось прорыть в толще одного холма, на вершине которого расположено мусульманское клад­бище. Стороны пришли к соглашению о строительстве туннеля при условии, что прах усопших не будет потревожен во время строительных работ. Р.Г. Ланда сообщил об аналогичной ситуации в Алжире, когда власти были вынуждены перенести кладбище, а также построить новую мечеть.

[84]    В этой же традиции было построено купольное помещение над могилой Наби Абеля (пророка Авеля) в окрестностях Дамаска. Однако кенотаф (ложная гробница) имеет необычные размеры: его длина составляет 5—6 метров. Человек, ухаживающий за помещением, сказал, что «кенотаф накрыл след крови Авеля».

[85]    Мусульманину об исламе. Обряды и молитвы. Черкесск, 1992, с. 49.

[86] Уместно напомнить, что сам римский бог Янус (чье имя озна­чало «двери», «ворота», эпитеты: «отпирающий», «запирающий») был богом всех входов, выходов и переходов. Именно с его именем связа­но название месяца, начинающего календарный год, — январь.

[87] Геннеп А., ван. Обряды перехода. М., 1999, с. 38.

 

Читайте также: