ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Массовый террор в 1937 году против казаков и железнодорожников
Массовый террор в 1937 году против казаков и железнодорожников
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 04-01-2015 21:55 |
  • Просмотров: 3685

Перед кровавой Тройкой прошли все, в том числе и омские железнодорожники

С развертыванием кампании массового "большого" террора в 1937 году сталинская истребительная машина не оставила в стороне ни одну категорию населения. Поистине, никто не был забыт: рабочие и крестьяне, служащие и интеллигенция разного рода занятий. Не было забыто про­шлое. В том числе, происхождение - из дворян, из бывших кулаков, тор­говцев, офицеров. И, не дай Бог, служивших в белой армии, в армии Кол­чака.

Недавний авангард революции - железнодорожники не были исклю­чением. Едва закончился февральско-мартовский пленум ЦК ВКП(б), при­нявший программу борьбы против японо-немецко-троцкистских шпионов и диверсантов, как в Омске начались аресты мнимых троцкистов и иных двурушников и диверсантов. Железнодорожников это коснулось в первую очередь.

На пленуме ЦК ВКП(б) стоял отдельный вопрос о вредительстве, диверсиях и шпионаже в наркомате путей сообщения. Теперь предстояло подтвердить, чщ повсеместно на транспорте орудуют эти самые вредители и диверсанты. Постановление обязывало искоренить их.

26 марта 1937 г. были арестованы руководители ряда подразделений Омской железной дороги. В обвинении И. А.Вильянова говорилось, что он арестован как “участник контрреволюционной троцкистской организации, существовавшей на Омской железной дороге, и является организатором большой вредительской группы из числа руководящего состава". Были арестованы начальник производственного отдела паровозовагоноремонт­ного завода (ПВРЗ) А.П.Могилин, главный бухгалтер А.И.Шитиков, стар­ший инспектор наркомата путей сообщений по приемке паровозов Г.Ш. Сорокин, начальник котельного цеха Г.М. Осинцев, начальник отдела кадров Н.И.Орлов, технический директор Ф.Ф. Чистоховский и всего было арестовано 19 человек, которые и предстали перед судом.

Учитывая состав этой "вредительской группы" решение об их судьбе принимало Особое совещание при НКВД СССР. Относительно руководителя организации было записано: В ходе предварительного следствия в предъявленном обвинении Вильянов виновным себя не признал". Другие также отвергли обвинение и не признали себя виновными. Но участь была одинаковой. 28 декабря 1937 г. Особое совещание вынесло приговор. А далее в документе отмечено, что 2 января 1938 г. приговор приведен в исполнение...

Но дело о вредителях из числа руководящего состава ПВРЗ не было единственным. В июле-сентябре 1937 г. на ПВРЗ снова проведены аресты. Случайно или не случайно (по плановому заданию?), но снова обвинение предъявлялось девятнадцати работникам этого завода.

Руководителем этой "троцкистской вредительской организации следствие определило мастера инструментального цеха Виллама Владимира Кирилловича.

Уроженец Киева, Владимир Виллам был членом ВКП(б), исключён за сокрытие сведении о своей службе в армии Колчака. В предъявленном ему обвинении говорилось, что он “являлся организатором к.р. вредительской белогвардейской организации, осуществлял вредительскую деятельность, срывал работу по выполнению производственных заданий, выводя станки из строя, издевайся над стахановцами.

В расчете на одобрение своей деятельности следствие докладывало: "По делу арестовано и полностью разоблачено 19 человек, в прошлом активных белогвардейцев, кулаков и прочего классово чуждого элемента, враждебно настроенного к существующему строю".

Членом организации следствие считало Котова Константина Алексеевича, уроженца г. Омска (1900 г. р.). Служил в белой армии, затем состоял в ВКП(б). Обвинялся в том, что "выпускал непригодные детали": вызывавшие крушения на железной дороге. Подобное обвинение предъяв­лено Синельникову Александру Матвеевичу. Коренной омич, 1899 г. рож­дения, член ВКП(б), вредил "путем непригодного выпуска паровозных деталей". Машинист маневрового поезда Смирнов Александр Николаевич, член ВКП(б), "готовил взрыв парового котла", разрушал паровоз. Диспетчер механического цеха, член ВКП(б), Демидов Александр Иванович, так­же "занимался вредительством, выводил из строя станки и оборудование". Фрезеровщик Андреев Семен Афанасьевич, член ВКП(б), "выпускал не­доброкачественные детали, выводил из строя станки и оборудование".

Был арестован парторг цеха Гринь Иван Иванович. И ему предъяв­лялось обвинение в том, что выпускал недоброкачественные детали,, выводил из строя оборудование. И еще обвинение: знал о существовании троцкистской организации и не донес...

На закрытом заводском партийном собрании И.Гринь заявил, что можно приписать ему все, "но я мерзавцем не был и не буду”. С этим и вышел под расстрел этот мужественный человек.

Через многие годы в заключении по реабилитации осужденных ПВРЗ будет отмечено, что из анализа "материалов дела и проведенной дополнительной проверки принадлежность Виллам, Пшеничного, Пуршис и других осужденных по настоящим делам лиц к антисоветской группировке материалами дела не доказана”. Затем в протесте прокурора Римского областного суда в июне 1956 г. будет отмечено, что из 19 обвиняемых в принадлежности к этой организации ”12 человек являлись членами ВКП(б) и относить старых рабочих к чуждым элементам могли только фальсификаторы настоящего дела”. Президиум Омского областного суда отменил решение Тройки от 25 октября: 1937 г. относительно осужденных. Но это было в 1956 г. А тогда, в 1937 г., через несколько дней после решения Тройки, рабочие-железнодорожники были расстреляны.

Карательная машина на железной дороге продолжала свою крова­вую деятельность. "Выявлялись" новые группы. Выслеживались баптисты. И снова крупная организация на железной дороге. На этот раз непосредст­венно "на путях". Вредительскую организацию следствие обнаружило на южной ветке Омской железной дороги на Кулунду.

26 октября 1937 г. омская Тройка подписала очередной протокол.

Он был уже под номером 35 (всего в 1937 г. будет подписано 50 протоколов). В протоколе названо 717 фамилий всякого рода врагов народа, шпионов-диверсантов. Среди них с номера 469 по номер 521 будут назва­ны омские железнодорожники (53 человека).

Руководству этой организацией приписывалось дорожному мастеру Гринченко Тимофею Петровичу. В обвинительном заключении говорилось, что по заданию японской разведки он. создал диверсионно- повстанческую организацию на железнодорожном транспорте и лично завербовал в нее 13 человек. А далее шло обычное: "проводил антисовет­скую контрреволюционную пораженческую агитацию, умышленно подго­товлял и совершал ряд крушений поездов, проводил разрушения железно­дорожного пути путем применения вредительского ремонта”. Можно пола­гать, что дорожного мастера можно было обвинить во всех неполадках на любой магистрали: и вредительский ремонт, и умышленное разрушение пути, и прочее.

Среди обвиняемых в принадлежности к вредительской организации был член ВКП(б), Котов Александр Гаврилович (1895 г. р.), комсомолец, Клещенко Федор Петрович (1912 г. р.), молодые рабочие: Титов Семен I Степанович (1917 г. р.), Волохин Николай Иванович (1918 г. р.), Клещенко Дмитрий Акимович (1918 г. р.). Были рабочие и постарше. К расстрелу приговорены Снопковский Иван Яковлевич (1878 г. рожд.), Цыцшенко Василий Андреевич (1887 г. рожд ).

В некоторых потомственных ветвях железнодорожников опустошался "мужской корень", прерывался род. Самым старшим из "вредителей" был Дюжий Николай Иудович, 1866 г. рождения. К расстрелу был приговорен его сын Константин (1900 г. рожд.). Другой сын, Иван. (1914 г. рожд ), отправлен в концлагерь на 10 лет. Расстреляны Розум Иосиф Ильич (1876 г. рожд.) и два его сына - Андрей (1903 г. рожд.) и Григорий (1907 г. рожд.). Расстреляны Бураченко Никита Федорович (1875 г. рожд.) и его сын Андрей (1911 г. рожд.).

Пройдут годы. Верховный Суд СССР 16 апреля 1955 г. вынесет определение по решению омской Тройки того черного дня, 26 октября 1937 г. В определении Верховного Суда будет отмечено, что обвинение действовало "путем применения незаконных методов следствия, фальсификации показаний свидетелей и составления фиктивных документов". В результате нового исследования всего дела об этой вымышленной организации будет  принято решение: постановление омской Тройки от 26 октября 1937 г. об  осужденных отменить "за отсутствием в их действиях состава пресгупления".

На много-много лет запоздает такое решение. По решению омской  Тройки по этому фальсифицированному делу были расстреляны 38 человек. Еще 15 приговорены к 10 годам заключения в ИТЛ.

В лагерь на 10 лет была отправлена Расюк Едизавета Степановна. Тоже вредила...

В тот же день, 26 октября 1937 г. омская Тройка вынесла решение еще об одной вредительской группе на железной дороге. Перед Тройкой  предстали 11 человек. Это были "пробравшиеся" на транспорт бывшие  кулаки, ремесленники и другие "чуждые элементы". Мищенко Андрей Игнатьевич арестовывался в 1930 г. за противодействие коллективизации. Красуля Елисей Данилович был даже членом ВКП(б), но в 1931 г. исклю­чен за контрреволюционную агитацию. В этой группе вредителей оказа­лась Яхонтова Неонила Григорьевна. Работала на телеграфе, здесь и вела контрреволюционную агитацию среди служащих. А самым веским "основанием" для обвинения было то, что являлась... дочерью генерала.

Были и другие фальсифицированные дела о вредительстве на желез­ной дороге. Иногда "выявлялись" отдельные группы, членам которых вме­нялось в вину, что они "пробрались" на транспорт для умышленного вре­дительства. Малиновский Игнатий вместе с Афонским и Гантимуровым "пролез на железнодорожный транспорт", вел подрывную деятельность, "направленную на подрыв мощи Соввласти". Расстреляны.

Родионов Николай Иванович проводил вредительство на транспор­те. Расстрелян.

Минеев Василий Васильевич ранее состоял в партии эсеров. Про­брался на транспорт, работал.в плановой службе пути. Занимался вреди­тельством, вербовал служащих и рабочих в контрреволюционную органи­зацию. Расстрелян.

Николай Иванович Новоселов, член ВКП(б), Копылов Василий Те­рентьевич прибыли на работу с КВЖД. Н Новоселов в Харбине "имел при­надлежность к японской разведке", в Омске развернул контрреволюцион­ную деятельность. Вместе с Копыловым создал вредительскую группу.

В.Копылов подготавливал побеги за границу. Расстреляны.

Лянгузов Дмитрий Дмитриевич, бывший офицер, прапорщик, в Калачинске вел контрреволюционную работу. Было приведено даже точное подтверждение этого: "14 июля, будучи на ст. Калачинская, в присутствии пассажиров открыто выражал террористические настроения по отношению вождей партии". Расстрелян.

И самый коварный замысел вынашивал Тойко Андрей Васильевич.

Мало того, что собрал шпионские сведения, но и "вел разговоры о взрыве железнодорожного моста через р. Иртыш и складов". Расстрелян.

Еще и еще обвинения железнодорожников. За всеми фальсифика­циями неизменно следовали жестокие решения Тройки. Так омское следст­вие отрабатывало установки о борьбе с врагами, шпионами и диверсанта­ми на транспорте.

...И казаков расстреливали

В середине 1937 г. в Омске было подготовлено грандиозное фаль­сифицированное дело о широком заговоре некоей офицерско- довстанческой организации. Следствие сочинило легенду, что частью этого повстанческого движения являются казачьи формирования. Казачьи груп­пы и целые отряды сформированы в Омске и бывших станицах казачьего войска. Начался погром в казачьих селах.

В конце июля 1937 г. в Омске были арестованы 35 казаков. По ле­генде, следствия, общее руководство движением сибирского казачества осуществляли генералы Бабиков, Блохин, Михайлов, находившиеся эмиграции. Они и направили в Омск своих представителей для организм ции и объединения казачьих групп и подготовки их к восстанию. Легенда следствия о казачьем заговоре была незамысловатой. В изложении одного из организаторов казачьего подполья, следствие представило этот замысел в следующем виде.

- Каким путем намечалось организовать восстание?

Ответ: Для практического осуществления вооруженного восстаний Мне генерал Блохин предложил организовать в городе Омске повстанческий штаб по бывшему 2-му отделу Сибирского казачьего войска. Я должен был наладить связь со станицами, приступить к созданию боевых ячеек по следующему расчету:

  1. В каждом поселке организуется взвод казаков, в станицах - сотни
  2. На каждый взвод и сотню я должен подобрать руководителей,
  3. Подбор других руководителей должен производить Бабиков Сергей Иванович, имеющий в городе Омске большие связи среди старых бывших казачьих офицеров.

В руководстве восстанием должны принять участие генерал-майор Концов, войсковой старшина Корбовский, полковники Путинцев и Вологодский, есаулы Дорохов, Корнилов и другие. В Омске уже создавался штаб. В него вошли есаул Дорохов, подъесаул Гольцов, Жуков, Макаров Щ др. Работу по созданию штаба начал уроженец станицы Ачаирской Василий Николаевич Жуков, затем дело возглавил Степан Макаров. В Омске повстанческими ячейками руководит Артемий Темирев.

Целью восстания являлось восстановление Сибирского казачьего войска в прежнем составе (три отдела). Само собой, это было возможно только после свержения советской власти. Атаманом войска должен был стать генерал Блохин. "Во время к.р. восстания он в г.Омск должен прибыть вместе с генералом Михайловым B.C. из Владивостока”. В материалах следствия было отмечено, что в Омске в ячейках состоят несколько десятков человек. В станице Захламинской - 40, в Атаманской -16, в Ково-Омске (ныне Кировский район) - 13. И еще названы станицы, в которых уже сформированы повстанческие группы. В Большом Атмасе - 4, В Изылбашской - 11, в Соляном - 3, в Покровке - 19, в Ачаире - 9, в Усть-Заостровке - 28 и т.д. По этим адресам и пойдет карательная машина, заметая казаков.

В материалах следствия появились имена руководителей повстанче­ских групп. В Татарке работу организует И.П.Переверзев. в Соляном И.М.Сопов, в Лебяжинской - Александр Черкашин, в Боголюбовской - Павел Любых. Названы имена организаторов повстанческой группы.

Следствие все расширяло и расширяло сеть повстанческих органи­заций. Например, "в результате к.р. деятельности Шабалина и Кононова в станицах Изылбашского, Черлакского и Омского районов были организовано: к.р. формирования казачества. Речь идет уже не об отдельных ячейкаx и группах, а о формированиях.

В обвинении Березовского Алексея Андреевича записано:

Стал центральной фигурой по объединению вокруг себя к.р. казачества, как-то: активных карателей Черкашина, Колмогорова, Березовских и других, среди которых, выезжая в с. Черлак, проводил явно к.р. агитацию". А.Березовский и группа казаков арестованы в конце мая 1937 г.

Уже в протоколе N 6 омской особой тройки 26 августа 1937 г. будет записано постановление о группе казаков, организатором которых является Алексей Березовский, уроженец Большого Атмаса. К заговорщикам причислены 14 человек. Как и всегда, обвинение начиналось с упоминания о прошлом и родственниках. У колхозницы Анфисы Гилевой брат оказался за границей. А в 1935 г. исчез сын. К этой трагедии матери добавлялось вольное толкование следствия - бежал в Китай. И обычное трафаретное . обвинение - к.р. агитация против соввласти и партийного руководства. И приговор: 10 лет ИТЛ.

Пройдет много лет, и президиум Омского областного суда отметит, что “дело велось поверхностно и с нарушениями норм Уголовного кодек­са... В процессе следствия осужденные допрашивались в основном по во­просам биографического порядка, о родственных связях и о службе в цар­ской армии, а по существу предъявленного им обвинения они не допраши­вались”. И при полной недоказанности обвинения 11 казаков приговорены к расстрелу. Среди них Грязнов Семен Никифорович, 1867 г. рождения, молодой казак, чернорабочий черлакского "Заготзерна", Перов Михаил Иванович (1912 г. рожд.).

В конце июля 1937 г. были арестованы 23 жителя Черлака и Боль­шого Атмаса. По отработанной легенде следствие установило вину каждо­го. Все обвинялись в принадлежности к повстанческой организации каза­ков. И уже 19 сентября Тройка вынесла свое кровавое постановление. 22 казака приговорены к расстрелу. Только Захар Михайлов был отправлен в концлагерь на 10 лет. К расстрелу приговорены бухгалтер промартели в Чердаке, Баранов Иван Федорович, бригадир колхоза в Большом Атмасе, Березовский Алексей Николаевич, рабочий черлакского кирпичного заво­да, Белослудцев Степан Лукич, сборщик утиля в Черлаке, Бородихин Иван Федорович, колхозники из Большого Атмаса: Власов Илья Алексеевич, Горшков Алексей Павлович, плотник колхоза, Чикишев Константин Сер­геевич. Еще и еще - колхозник, рыбак, разнорабочий, сторож...

Только в декабре 1956 г. прокурор Омской области в своем чении отметит, что "из материалов дела и проведенной по нему проверки видно, что арестованные по настоящему делу лица осуждены были необоснованно, 17 человек арестованных на допросах свою причастность контрреволюционной организации отрицали. Очные ставки между обвиняемыми не проводились". Решение Тройки было отменено, дело прекращено "за отсутствием в их действиях состава преступления".

А люди были расстреляны. Так сказать, необоснованно... 25 октября 1937 г. Тройка вынесет приговор 35 казакам Омска.

По делу об этой группе и будет завершена разработка всей легенды о заговоре казаков. Здесь и руководство со стороны эмигрантского центра и поддержка заговора японскими кругами, и совместные действия с офи­церским центром в Омске, которым руководит генерал Н. Артамонов.

Среди приговоренных к расстрелу был рядовой казак, Волошин Иван Платонович, 1864 г. рождения. Колхозник. И еще трое Волошиных - Александр, Константин и Николай Михайловичи. Рассгреляны пятеро Вяткиных - Василий Андреевич, Григорий Петрович, Константин Петрович, Михаил Григорьевич. Истреблялся казачий корень рода Пахотиных. К рас­стрелу приговорены 6 человек: Александр Иванович, Александр Яковле­вич, Алексей Васильевич, Василий Егорович, Петр Ильич, Яков Констан­тинович. Самым старшим из них был Алексей Васильевич, 1863 г. рожде­ния. Егор и Яков родились в 1868 г. Из казачьего рода Рыбиных расстре­ляны 4 человека - Василий Петрович, Петр Петрович, Даниил Степанович, Николай Васильевич.

Все дело об омском казачьем центре повстанческой организации окажется фальшивкой. Это была расправа с невинными людьми за их при­надлежность к казачеству.

Военный трибунал СибВО в своем решении от 27 сентября 1957 г. отметит: постановление Особой тройки омского УНКВД от 25 октября 1937 г. "отменить и дело о них прекратить... за отсутствием в их действиях состава преступления".

Еще один крупный удар следствие, а затем и Тройка нанесли в но­ябре 1937 г. 10 ноября в протоколе N 41 будут названы имена приговорен­ных по двум группам казачьих повстанцев. В одной группе будет 21 чело­век, в другой -11. Будут расстреляны организаторы вымышленного подпо­лья - Жуков Василий Николаевич, Дорохов Николай Васильевич.

В.Жукову будет предъявлено обвинение в том, что он, "будучи завербован­ным в Китае генералом Блохиным для к.р. повстанческой работы, прибыл в Омск, создал нелегальный повстанческий штаб с целью организации и подготовки войск из казачьего населения для свержения Соввласти". Входил в штаб повстанческой организации, создал ячейку. Буторин Сергей Александрович руководил ячейкой в Омске, Из 21 обвиняемого к расстрелу приговорены 20. Под расстрел пошли старые казаки Палагин Федор |Дьвович и Саломатов Василий Степанович, оба 1866 г. рождения, Ерыгин Иван Николаевич, 1870 г. рождения и др.

В другой группе все 11 обвиняемых были приговорены к расстрелу, и здесь Тройка не пощадша стариков. Окуневу Дмитрию Николаевичу Исполнился 71 год, Карнаухову Александру Ивановичу было 63 года. Был расстрелян и его брат Александр. Кокареву Ивану Семеновичу был 61 год. Затем 22 ноября Тройка подпишет протокол N 47. В нем будет на­гадано 440 фамилий приговоренных. С номера 398 по номер 440 названы 43 участника еще одной повстанческой казачьей группы. Руководителем этой группы следствие считало Фирулева Степана Николаевича. Участник гражданской войны на стороне белых, эмигрировал в Китай. Затем вернулся на родину. С этого и началось обвинение. Будучи в Китае, завербован антисоветским центром. В Омске установил связь с направленным сюда в качестве руководителя подполья В.Жуковым. По его заданию и начал соз­давать целый повстанческий отряд.

В Молотовском и Черлакском районах работу проводил Александр Дорохов. Ефим Щечихин развернул работу и вербовку в повстанческую группу в Усть-Заостровке. Так и удалось создать ядро повстанческой орга­низации.

Из 43 обвиняемых к расстрелу приговорен 41. Среди них почтенные старики Фурсов Аристарх Сергеевич. (1865 г. рождения), Аббакумов Гри­горий Иванович (1867 г. рождения) и др.

Первым пунктом обвинения многих казаков было то, что они нахо­дились в эмиграции - при отступлении ушли в Китай. После этого естест­венно следовали другие пункты - были завербованы и заброшены на роди­ну для подготовки восстания.

Дорохов Александр Алексеевич вернулся в 1922 г. Дорохов Иван Семенович, Бородихин Иван Николаевич, Шабалин Иван Николаевич вер­нулись в 1923 г. и т.д. В дополнение к этому криминальному обстоятельст­ву в виде обвинения выдвигалось и происхождение. Бубенов Петр Анд­реевич - "из семьи Кулака, поселкового атамана", а Путинцев Андрей Ива­нович - бывший помощник поселкового атамана. Так трагически оборачи­валось для судеб казаков их прошлое самобытное самоуправление. Пове­рив советской власти и вернувшись на родину, они здесь попали под кара­тельный меч.

Еще и еще "выявлялись” повстанческие группы. Погромы в казачь­их поселениях продолжались. И все также будет следовать решение Тройки - расстрел, 8 или 10 лет ИТЛ. Чаще расстрел. И за каждым приговором судьбы не только приговоренных, но и их родственников.

Минует более 20 лет. И уже признавая незаконность арестов и расправы над неповинными людьми в том 1937 году, “органы" будут сооб­щать ложь родственникам расстрелянных. Черкашин Григорий Родионович (1894 г. рождения) имел пятерых детей. На запрос жены Елизаветы Фоминичны о судьбе мужа последовал ответ: "В 1937 году был осужден на - 10 лет ИТЛ, находясь в заключении, умер 11 апреля 1943 т. от рака почек“. Варваре Кузьминичне Малаховой ответили, что ее муж умер "1942 г. 18 октября... Причина смерти - острый нефрит" (куда уж острее!). Родствен­никам расстрелянного Егора Васильевича Пахотина ответили: ”В 1937 го­ду осужден на 10 лет и, находясь в местах заключения, умер 25 ноября 1941 г. от кровоизлияния в мозг . Расстрелянный казак, Волошин Алек­сандр Михайлович, умер 12 января 1939 г. от крупозного воспаления лег­ких. А Бутаков Иван Иванович умер 18 декабря 1941 г. от бронхопневмо­нии. После расстрела долго умирал Темерев Артемий Михайлович. Ока­зывается, он умер только 14 октября 1943 г. от эмфиземы лёгких.

И так бесконечной чередой тянулась ложь о трагических последних днях невинно расстрелянных людей. Родственники так и не узнали всей правды о трагедии близких.

Может быть, теперь настала пора тем же "органам" взять на себя инициативу, обнародовать подлинные сведения о всех репрессированных на Омской земле в годы сталинского лихолетья? Такой опыт имеется. В ряде областей России, в том числе в Сибири, уже изданы такие Книги па­мяти о жертвах террора 30-50-х годов.

Пора бы и в Омске сделать это.

В.М.Самосудов

Из сборника «О репрессиях в Омском Прииртышье», - Омск: Изд-во ОмГПУ, 1998.

Читайте также: