ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:


Самое читаемое:



» » » К вопросу о коронации Антигона Одноглазого
К вопросу о коронации Антигона Одноглазого
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 19-12-2014 01:08 |
  • Просмотров: 1804

Коронация Антигона Одноглазого является одним из важнейших моментов в истории античной госу­дарственности. Приняв в 306 г. до н. э. царский ти­тул первым из всех диадохов, Антигон не только узаконил собственную единоличную власть, но и по­ложил начало эллинистической монархии как та­ковой. До сих пор, однако, остается неясным, в ка­ком качестве Антигон провозгласил себя царем — как официальный преемник Александра Македон­ского и властитель всей его империи или же как пра­витель собственного царства, ограниченного терри­торией, «завоеванной копьем». Долгое время исследователи склонялись к первому варианту, но в последние десятилетия, благодаря работам Э. Гру- эна и Р. Биллоуза, в научной литературе широко распространилась противоположная точка зрения, согласно которой коронация Антигона была не бо­лее чем актом провозглашения первой эллинисти­ческой монархии — царства Антигонидов. Рассмот­рим, насколько обоснованным является такой пересмотр взглядов.

Проблема коронации Антигона, в сущности, сво­дится к двум вопросам: имел ли этот диадох притя­зания на господство во всей державе Александра и мог ли он принять царский титул лишь на основа­нии личного харизматического превосходства, как это делали некоторые эллинистические правители впоследствии? Что касается первого вопроса, то его решение зависит прежде всего от трактовки сведе­ний Диодора Сицилийского и Плутарха. Оба они свидетельствуют о том, что Антигон (по крайней мере, с 315 г. до н. э.) достаточно открыто стремил­ся к господству во всей державе Александра и пер­венству среди диадохов. Р. Биллоуз и некоторые другие исследователи возводят все эти свидетель­ства к пропаганде противников Антигона, которая попала к Диодору и Плутарху через сочинение Иеронима из Кардии — родственника злейшего вра­га Антигонидов, Эвмена. Иероим, однако, писал свое сочинение уже после смерти Эвмена, в то время, когда служил придворным историографом у самих Антигонидов, и поэтому ложная информация о по­литике Антигона вряд ли содержалась бы в его тру­де. К тому же анализ политики Антигона в период 316-307 гг. до н. э. подтверждает достоверность со­общений античных авторов об «имперских амби­циях» этого диадоха. Не менее красноречивой яв­ляется и его политическая пропаганда тех лет.

Возможность принятия Антигоном царского ти­тула только на основании личного превосходства также находится под сомнением. В пользу такой воз­можности, по мнению Э. Груэна и Р. Биллоуза, сви­детельствует тот факт, что поводом для коронации Антигона послужила победа его войска над Птоле­меем в битве при Саламине Кипрском, якобы под­твердившая его личное превосходство. Однако по­вод и официальное основание коронации — отнюдь не одно и то же. Отстаивая харизматическую осно­ву власти Антигона, исследователи обычно ссыла­ются на различные эллинистические тексты, в ко­торых говорится, что право царя на власть происте­кает из его личных заслуг и добродетелей. Между тем, эти тексты составлены уже после того, как об­разовались и доказали свою жизнеспособность мо­нархии других диадохов, провозгласивших себя царями без всяких на то прав — лишь в ответ на ко­ронацию Антигона. До этого времени македонская политическая практика не знала подобных преце­дентов: все монархи правили на основании их при­надлежности к роду Аргеадов. Связь с этим родом через свою супругу Стратонику, очевидно, имел и сам Антигон, что должно было оправдать его пре­тензии на трон после смерти прямых наследников Александра. На родственную связь с Аргеадами пре­тендовал также и Птолемей, и, очевидно, именно поэтому победа над ним послужила официальным поводом для коронации Антигона.

В начале I в. до н. э. международная ситуация в Передней Азии обусловила вторжение армянского царя Тиграна II в сферу влияния римлян. Несмот­ря на попытки армянского царя избежать открыто­го конфликта с Римом, в начале 60-х гг. I в. до н. э. войска Луция Лукулла вторглись во владения Тиг­рана II. Решающим эпизодом этого конфликта ста­ли события 66 г. до н. э., когда армянский царь под­чинился новому римскому полководцу — Гнею Помпею. В работах современных исследователей капитуляция Тиграна II рассматривается как логич­ное следствие военного поражения Армении и един­ственно возможный политический шаг армянского царя. В то же время, развитие римско-армянских отношений в 60-е гг. I в. до н. э. было более сложным и не зависело исключительно от военных факторов.

В течение 90-70 гг. I в. до н. э. Тигран II, несмотря на достаточно агрессивную внешнюю политику, стре­мился сохранить мирные отношения с Римом. После успешного проведения парфянской войны и захвата Сирийского царства, Тигран II отказался предоставить помощь Митридату VI в третьей римско-понтийской войне. Армянский царь фактически создал условия для переговоров с римлянами, когда отказался встре­титься с бежавшим в его царство Митридатом VI. Однако Луций Лукулл, откровенно стремившийся к войне с Арменией, напал на царство Тиграна II, не имея на это разрешения сената. Неудачный ход войны с Луцием Лукуллом заставил армянского царя обра­титься за помощью не только к Митридату VI, но и к парфянам, так как переговоры с римским полковод­цем были невозможны. Замена Луция Лукулла в 67 гг. до н. э. Гнеем Помпеем коренным образом изменила ситуацию в регионе.

Таким образом, есть веские основания полагать, что Антигон Одноглазый принял царский титул как легитимный правитель державы Александра, а не как харизматический властелин «территории, завоеван­ной копьем». Понятие о праве такого властелина на собственный трон в то время еще не превратилось в юридическую норму. Очевидно, именно поэтому Птолемей целых два года не решался на «ответную коронацию». Когда он все же осмелился провозгла­сить себя «альтернативным» царем, необходимый прецедент был создан, и царские титулы сразу же приняли остальные диадохи, а за ними и более мел­кие правители и тираны. Только тогда возникла эл­линистическая монархия в классическом понимании, а вместе с ней и «харизматическое право» на власть. Антигон же короновался как преемник Александра, и поэтому и он сам, и его сын Деметрий Полиоркет никогда не отказывались от претензий на господство над всей бывшей державой Александра.

Нефедов К. Ю. (Харьков)

Доклад на V Международной научной конференции, посвященной 350-летию г. Харькова и 200-летию Харьковского национального университета им. В. Н. Каразина.

4-6 ноября 2004 года

Читайте также: