ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Плита с латинской надписью со Спасской башни и титул государя всея Руси
Плита с латинской надписью со Спасской башни и титул государя всея Руси
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 26-05-2014 18:36 |
  • Просмотров: 2404

В фондах музеев Кремля хранится уникальная плита с латин­ской надписью, которой посвящена обширная литература[1]. Упоминания о плите включались в общие работы по истории Кремля и русского зодчества. Отдельные статьи, посвященные непосредственно этому памятнику, касались в основном текста плиты и ее палеографических особенностей. В то же время исто­рическое значение латинской надписи и причины ее появления оставались за рамками исследований. В нашей работе главное внимание уделяется историческому значению этого памятника.

Плита с латинской надписью была выбита в честь закладки Спасской башни в 1491 г. и находилась на отводной стрельнице башни над северной проездной аркой под рамкой киота. В совет­ское время (вероятно в 1930-е гг.) плиту пытались уничтожить: была стесана профилированная рамка, а также сбит почти весь текст на лицевой стороне, после чего ее забелили. По словам ар­хитектора А. И. Хамцова, когда во время реставрации Спасской башни в 1949 г. была смыта побелка, выяснилось, что уникальный памятник сильно поврежден. Тогда было принято решение заме­нить плиту. В том же году поврежденный подлинник был снят с башни, а на его месте помещена копия, которую под руковод­ством профессора Б.Н. Гракова выполнил мастер-белокаменщик Б.Н. Яковлев.[2] Плита была обнаружена автором в 1978 г. в Судной палате под Архангельским собором и перевезена в фонд Архитек­турного декора, где и хранится в настоящее время.

Памятник представляет собой тонкую плиту прямоугольной формы. По толщине плита Спасской башни приближается к толщине надгробных плит. По краям плиты расположены квадрат­ные углубления, в которые вставлялись скобы для крепления плиты к стене. Первоначально плиту окаймляла высокая профи­лированная рамка, относительно которой текст был углублен. По продольным сторонам плиты в кладку были вделаны тре­угольники. Внутри рамки помещается текст. Текст плиты состоит из восьми строк. Буквы текста неглубоко врезаны в камень. Плита сохранила остатки покраски — розовый фон и темно-синие буквы[3]. В этом оформлении ее текст легко читался даже на большой высоте. Все дореволюционные авторы изучали текст на расстоянии в бинокль. Это привело к многочисленным ошибкам и неправильному прочтению текста. Впервые полусбитый текст самой плиты исследовал Д.А. Дрбоглав, ему же принадлежит по­следнее, наиболее точное прочтение плиты, а также ее перевод[4].

На южном фасаде Спасской башни расположена строи­тельная плита с русским текстом, являющимся переводом латин­ского текста[5]. В отличие от северного фасада, проездная арка юж­ного оформлена небольшими пилястрами с антаблементом, вероятно позднего происхождения. Плита с русским текстом помещена во фризе антаблемента над замковым камнем, что явно указывало на вторичность ее местоположения. Все исследо­ватели считали, что обе плиты — латинская и русская — были вы­полнены одновременно. При этом никаких аргументов не приво­дилось. Однако на плитах указывается разная дата: мартовские календы на латинской и июль — на русской. При сопоставлении текстов латинской и русской плит исследователи обнаружили определенные различия: в русской плите дата была перенесена в начало плиты, выполнена в буквенном обозначении, в русской говорится об одной стрельнице, не совпадает порядок наимено­ваний титула, опущена фамилия «Солари»[6]. Внешне русская пли­та также отличается от латинской: она больше ее по высоте, отсутствуют боковые треугольники, профилировка мелкая, текст резан неровно. Любопытно отметить, что резчики плиты при разметке текста допустили ошибку, в результате чего последняя строка надписи оказалась не заполнена. Несомненно, латинский памятник послужил образцом для русской плиты, однако текст переводили неточно, с довольно вольными изменениями. Такие выражения как «града Медиолана», «бысть», «государя всея Руси» явно указывают на то, что текст плиты резал русский мастер. Разная форма плит и профилировки, отсутствие харак­терных треугольников, вольный перевод, и ошибки в разметке, — все это указывает на то, что плита была вырезана без руководства итальянского зодчего. Исследователи справедливо указывали, что латинская плита была выбита в честь закладки башни, а рус­ская — в честь ее завершения. Уже это обстоятельство свидетель­ствует о том, что русская плита появилась позднее латинской. Не исключена вероятность того, что русская плита могла быть вы­полнена и в более позднюю эпоху. Во всяком случае, датировка русской плиты остается проблематичной.

Следует отметить, что Московский Кремль был выстроен по основным принципам европейского фортификационного искусства. Он представлял собой крепость, предназначенную, прежде всего для обороны города. Этой цели были подчинены основные членения стен и башен: высота, форма, ширина прясел. Первоначально крепостные башни были увенчаны невысокими деревянными шатрами, а зубцы стен покрыты деревянной кровлей. Окруженный со всех сторон водными преградами, которые состояли из двух рек и выкопанного рва, связанный с окружающим миром посредством подъемных мо­стов, Кремль казался приезжим иностранцам не городом, а крепостью. Не удивительно, что иностранцы часто называли кремлевскую цитадель «замком»; колокольня же Ивана Великого казалась им башней, своеобразным донжоном этого большого замка. Функциональное назначение кремлевской цитадели определило и его внешний вид, поэтому первона­чально башни Кремля имели довольно суровый облик. Глухие кремлевские башни фактически не имели никакого декора. Цоколь трех угловых башен был скупо декорирован белока­менными витыми валиками. Замки арок проездных башен были архитектурно выделены: у Спасской башни это были де­коративные кронштейны (не исключена вероятность, что они были значительно изменены в более позднее время) и так называемый «ездец» у Боровицкой башни[7]. Кроме того, на пла­не «Кремленаград» у Спасской башни над проездной аркой изображена квадратная рамка киота, вероятно, для иконы. Возможно, что подобные киоты украшали фасады и других проездных башен. В таком виде Московский Кремль просуще­ствовал почти двести лет и только в конце XVII в. его башни получили каменные надстройки с шатрами, которые имели уже больше декоративное, чем военное значение.

На фоне суровых башен кремлевской цитадели резко выделя­лась латинская плита — единственный иноязычный памятник эпиграфики эпохи. Латинская плита служила своеобразной деко­ративной вставкой, несколько сгладившей суровый облик глав­ной проездной башни Кремля. Следует отметить, несмотря на то, что в Москве было обнаружено довольно много иноязычных надгробных плит XV—XVII вв., однако с латинским текстом было найдено всего три плиты, которые относились ко второй полови­не XVI в.[8] В настоящее время это единственная строительная плита с латинским текстом в России.

Этой плитой итальянский зодчий подчеркнул особое значение главных ворот Кремля — резиденции великого князя Москов­ского. Плита Спасской башни стала эпохальным памятником грандиозным фортификационным работам в Кремле, продолжав­шимся около 20 лет. Однако этими историческими свидетельства­ми не исчерпывается вся важность уникального памятника. Сам текст плиты имел особое значение.

Среди письменных источников следует отметить грамоту ве­ликого князя в Кафу и верительную грамоту послу в Германию, где впервые отражена титулатура великого князя Московского[9]. Латинская плита была единственным монументальным памятни­ком эпиграфики эпохи Ивана III, где приведен полный титул великого князя. Помещенный на главных воротах столицы, он наглядно свидетельствовал о величии и могуществе московского князя. В титуле юридически зафиксировано объединение рус­ских княжеств под эгидой Москвы и присоединение к Москов­скому княжеству Новгорода и других земель, бывших ранее неза­висимыми. Также впервые в надписи было отражено образова­ние нового государства. В титуле это понятие подчеркивается специальным определением «всея России государь». Это опреде­ление употребляется впервые в контексте обобщения разных на­именований титула великого князя. Следует отметить, что в кон­це XV в. понятие «всея России государь» не соответствовало дей­ствительности: в тексте перечислены всего 9 наименований, что охватывало менее половины территории России. Подобным об­разом великий князь не только подчеркивал свою гегемонию над другими русскими князьями, но и обосновывал претензии Московского государства на дальнейшие приобретения. Не уди­вительно, что в дальнейшем эта формула стала главной в титуле и была перенесена в его начало.

Разумеется, памятник столь высогоко государственного зна­чения мог появиться только по заказу великого князя или его ближайшего окружения. Об этом свидетельствует торжествен­ный стиль надписи, содержание текста, посвященное целиком великому князю; его имя, поставленное впереди; прямое указа­ние на волю государя. Хотя имя итальянского зодчего и упомяну­то в тексте, но оно имеет явно второстепенный характер: он про­сто исполнитель воли великого князя. В связи с этим непонятно, почему текст плиты высечен на латинском, а не на русском язы­ке. Исследователи не обращали на этот факт внимания, считая само собой разумеющимся, что итальянский зодчий просто пов­торил традиционные формулы и стиль итальянских эпиграфиче­ских памятников XIV—XV вв., большинство которых было выполнено на латинском языке[10]. Нам представляется, что вос­произведение титула великого князя «всея Руси» на латыни име­ло более серьезные причины, чем просто прихоть итальянского зодчего. Следует отметить, что кремлевская цитадель и кремлев­ский дворец имели подчеркнуто европейский облик. Подобным путем великий князь хотел показать, что московская столица ма­ло чем отличается от других европейских столиц. Плита с латин­ским текстом подчеркивала европейский характер столицы Руси. Как известно, основной идеей нового государства была идея «Москва — третий Рим». Возможно, латинский текст наглядным образом утверждал эту идею[11]. Кроме того, Спасские ворота были главными, парадными, воротами столицы, предназначенными для торжественных въездов важных особ, в том числе и европей­ских послов. Для последних титул государя всея Руси на русском языке был бы совершенно непонятен. Другое дело — латынь, ко­торая на протяжении многих веков была международным языком науки, медицины, юриспруденции и дипломатии. Читая плиту на известном им языке, иностранцы должны были осознавать вели­чие и могущество московского государя. В пользу этого пред­положения говорит тот факт, что, когда была вытесана плита с русским переводом, то она не заменила латинскую, а была уста­новлена на второстепенном фасаде Спасской башни — видимо, московское правительство стремилось выделить парадный фасад главных ворот столицы именно плитой с латинским текстом.

Остается загадочной причина изготовления плиты. Конечно, латинская плита выделяла главные ворота Москвы, однако пред­ставляется странным, почему не была отмечена аналогичными памятными знаками закладка других башен Кремля, не было за­фиксировано завершение грандиозного строительства цитадели (тем более, продолжавшееся около двадцати лет!). В связи с этим допустимо предположить, что появление плиты могло быть вызвано другими обстоятельствами, лишь отчасти связанными со строительством Спасской башни. Здесь очень любопытно уточнение в тексте о том, что плита была высечена в 30-й год пра­вления Ивана III. На первый взгляд, особой необходимости в этом уточнении не было: через строчку в тексте указана точная дата закладки башни. Но появление этой уточняющей формули­ровки в таком важном государственном памятнике не могло быть случайным, тем более что оно приводилось сразу же после пол­ного титула великого князя. Кроме того, латинская плита была задумана явно раньше завершения постройки башни. В связи с этим можно предположить, что плита была выбита в честь юби­лея княжения московского государя, а закладка новых башен лишь послужила поводом для этого.

В последующее время ряд памятников Московского Кремля был также украшен надписями с полным титулом государя всея Руси. Вероятно, первым таким титулом была надпись, располо­женная во фризе Грановитой палаты. В источниках сохранилось любопытное упоминание о ней: «Майя 22 день (1684 г. — А.Г.) приказал боярин князь Василий Васильевич Голицын на Грано­витой полате подпись, что подписана по медным листам, спи­сать, в то время как будут подвязаны подвязи, а в котором месте подписи учинилась поруха и списать ее будет немочно и те рухо- мые места описать...»[12].

По документам следовало, что эта надпись шла по периметру Грановитой палаты и ее сеней. «Порухи» свидетельствуют о древнем происхождении надписи. Вероятно, она была также вы­полнена под руководством итальянцев: фризовые надписи явля­ются характерной чертой многих архитектурных памятников итальянского Возрождения[13]. Истоки этой традиции можно ус­мотреть в надписях на зданиях и триумфальных воротах древне­го Рима. Неизвестно, на каком языке была выполнена надпись на Грановитой палате: русском или латыни. Последний вариант весьма возможен, учитывая прямое влияние итальянских зод­чих. К сожалению, текст надписи не сохранился, однако о его содержании можно судить по тексту другой надписи, которая располагалась на фризе Средней палаты великокняжеского дворца. Вместе с другими обветшавшими частями дворца Сред­няя палата была снесена во второй половине XVIII в. К счастью, сохранилось подробное описание утраченного фриза с надпи­сью. Он был выполнен золотыми буквамина медных листах и помещен на фасаде палаты по распоряжению Ивана Грозного в 1561 г. Фриз содержал 11 наименований полного титула и кро­ме наименований был также украшен декоративной росписью[14]. Все наименования титула написаны по-русски, по русской тра­диции, дата имеет буквенное обозначение. Видимо, первона­чально фриз никаких украшений не имел. Место расположения надписи и ее техника свидетельствуют о том, что титул Ивана Грозного подражал надписи Грановитой палаты, находившейся в непосредственной близости. Следовательно, можно заключить, что и надпись Грановитой палаты представляла собой полный государев титул. Судя по размерам фриза, надпись Грановитой палаты была высотой более 40 см. Такой титул был хорошо раз­личим с земли.

Титул государя Всея Руси подчеркивал особое назначение Грановитой палаты - главного тронного зала кремлевского двор­ца. Титул служил ярким свидетельством величия и могущества русского государя. Также уместно было выделение титулом Сред­ней палаты, которая по царскому церемониалу занимала второе место после Грановитой. Надпись на фризе Средней палаты бы­ла выполнена, вероятно, в память завершения большого ремонта дворца после пожара 1557 г. Также она повторяла схему надписи Грановитой, подчеркивая преемственность традиции великокня­жеской власти. Надписи на фризах палат зримо свидетельствова­ли о властных прерогативах великого князя.

Исследователи неоднократно упоминали о надписи на коло­кольне Ивана Великого, однако вопрос об истоках ее происхож­дения не ставили. Между тем, надпись выполнена в той же технике, что и надписи Грановитой и Золотой палат дворца, схема текста — близка надписи Средней палаты. Надпись на ко­локольне Ивана Великого подражала надписям Грановитой и Золотой палат дворца. Зодчий Бориса Годунова, надстраивав­ший колокольню в 1600 г. подчеркнул, таким образом, преем­ственность новой династии и в тоже время связал между собой наиболее важные постройки Соборной площади[15]. В то же вре­мя, надпись на колокольне значительно отличается от образца: она имеет сокращенный царский титул без наименований и рас­положена в виде трех лент.

Последняя надпись с титулами государя всея Руси принадлежа­ла фризу Запасного дворца и была выполнена из резного белого камня в конце 70-х гг. XVII в. К сожалению, надпись дошла до нас частично, во фрагментах, однако первоначально фриз с титулом государя представлял собой торжественный, монументальный памятник[16]. Он стал своеобразным заключительным аккордом кре­млевских монументальных титулов.

Таким образом, главные постройки Кремля были выделены надписями с полным царским титулом. Это подчеркивало госу­дарственное значение Кремля — резиденции государя Всея Руси. В соответствии с ростом Русского государства изменялся и госуда­рев титул: он увеличился с 9 наименований до 35. Традиция разме­щения царского титула на памятниках архитектуры Кремля просу­ществовала в течение двух веков, что соответствовало расцвету Русского государства и кремлевской резиденции царя. С перене­сением столицы империи в Петербург, государственный титул пе­рестал употребляться в оформлении памятников архитектуры.

А.В. Гращенков

Из сборника «Вопросы эпиграфики. Выпуск 1», 2006



[1] Снегирев И.М. Памятники московской древности с присовокуплением очерка монументальной истории Москвы. М., 1841—1845. С. 328; Забелин И. История города Москвы. М., 1905. Ч. 1. С. 139; Бартенев С.П. Московский Кремль в старину и теперь. Т. 1. М., 1912. С. 129; Хрептович-Бутенев К.А. Латинская надпись на Спасских воротах и их творец Петр-Антоний Солари // Сборник статей в честь гр. П.С. Уваровой. М., 1915. С. 217—218; Повести о начале Москвы. Исследование и подготовка текстов М.А. Салминой. М.; Л., 1964. С. 180, 187; Белоброва О.А. Латинская надпись на Фроловских воротах Московского Кремля // ГММК. Материалы и исследования. Вып. V: Новые атрибуции. М., 1987. С. 51—57; ДрбоглавД.А. Камни рассказывают... Эпиграфические латинские памятники. XV — первая половина XVII в. (Москва, Серпухов, Астрахань). М., 1988. С. 12—16.

[2] Дрбоглав Д.А. Камни рассказывают... С. 20.

[3] Исследование покрасок проводились В.Н. Ярош, Р.В. Лобзовой и М.Г. Безруковым.

[4] Дрбоглав Д.А. Камни рассказывают. С. 13.

[5] [Орешников А.В, Трутовский В.К.]. Русская надпись на Спасских воротах // Сборник статей в честь гр. П.С. Уваровой. М., 1915. С. 229—230; Белоброва О.А. Латинская надпись. С. 51.

[6] Белоброва О.А. Латинская надпись... С. 52.

[7] Бартенев С.ДМосковский Кремль...

[8] Дрбоглав Д.А. Камни рассказывают. С. 24—28.

[9] СГГД. Ч. 2. М., 1819. С. 24-25. № 20; С. 25. № 21.

[10] Дрбоглав Д.А. Камни рассказывают... С. 16

[11] Эта мысль была высказана Д.В. Вальковым в беседе с автором.

[12] Козлитина Э.М. Документы XVII в. по истории Грановитой палаты Московского Кремля // ГММК. Материалы и исследования. Вып. I. М., 1973. С. 108.

[13] Forcella V. Iscrizioni delle chiese e degli altri edifice di Milano. Milano, 1889-1893. V. I-XII.

[14] Забелин И.Е. Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях. М., 1990. Кн. 1. С. 174.

[15] Гращенков А.В. Царский титул на фризе дворцов Московского Кремля // ГИКЗМК. Материалы и исследования. Вып. XV. М., 2003. С. 166.

[16] Гращенков А.В. Царский титул. С. 162—166.

Читайте также: