ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Византийский Грааль
Византийский Грааль
  • Автор: Vasiliev |
  • Дата: 25-10-2020 15:04 |
  • Просмотров: 221

Андрей Васильев, специально для сайта "Тайны истории"

Традиция Святой Чаши

В «Евангелии от Никодима», апокрифическом тексте, который датируется II-III веком по РХ, говорится, что богатый иудей и тайный христианин Иосиф Аримафейский, происходивший из рода царя Давида, получил разрешение на то, чтобы омыть тело распятого Христа и подготовить его к погребению.

Иосиф Аримафейский собирает кровь Спасителя в жертвенное блюдо. Иллюстрация к «Истории Святого Грааля». XIV век

Иосиф Аримафейский собирает кровь Спасителя в жертвенное блюдо. Иллюстрация к «Истории Святого Грааля». XIV век

Позже, именно из этого сюжета, как считают исследователи, появилась легенда о Святом Граале. Яков Ворагинский, монах-доминиканец, живший в XIII веке, уже с уверенностью утверждал, что Никодим собрал кровь Христа «в специальный сосуд из изумруда, чудесным образом, подаренный ему Богом»i

В эпоху Крестовых походов это древнее предание было положено в основу целого корпуса западноевропейской литературы. Несмотря на то, что на Западе существовало «коллективное умолчание» в отношении того, чем являлся Грааль, и католическая церковь так и не дала его одобренных толкований, поиск Грааля стал главной идеей европейского рыцарства.

Западноевропейские тексты о Граале относятся к периоду между 1170 и 1225 годом. Эта литература появилась и исчезла при жизни одного поколения. Ее основоположниками считают двух французских авторов Кретьена де Труда и Робера де Борона.

Кретьен был уже знаменит своими поэмами о легендарном короле Артуре и его рыцарях Ланселоте, Гавейне и Герейнте, христианизированными персонажами кельтских мифов. Благодаря произведениям Кретьена всеобщее внимание европейской аристократии было привлечено к истории Британии.

Последний труд Кретьена «Повесть о Граале» остался неоконченным. В нем идет речь о приключениях молодого и наивного юноши по имени Персиваль. Отправившись в дремучий лес, чтобы испытать свое мужество, он увидел двух рыцарей, которых принял за ангелов. С этого момента он решил следовать за ними и узнать, чем они занимаются. На своем пути он испытал много приключений, связанных со Святым Граалем.

Оказавшись в замке своего дяди, который получил прозвище Король-рыбак, Персиваль стал свидетелем таинственной церемонии, во время которой посреди зала появился сосуд, который мог быть использован для помощи раненому королю. Из вежливости он не стал задавать вопрос о том, что означает эта церемония, за что заслужил упреки присутствовавших, так этот вопрос мог помочь исцелить короля и спасти разоренную страну. Персиваль был вынужден отправится в странствия, итог которых не известен, так как Кретьен не окончил свою поэму.

Бургундский рыцарь Робер де Борон, чьему перу принадлежит трилогия «Иосиф Аримафейский», «Мерлин», и «Персиваль», приступил к своей работе еще до Кретьена. Он сообщает, что Грааль это Чаша Тайной Вечери. Ученик Христа – Иосиф Аримафейский - собрал кровь, стекавшую из ран Спасителя после снятия его с креста.

Впоследствии Иосиф собрал группу учеников и создал общину, в которой хранилась Святая Чаша. Следующим хранителем Чаши был Хеброн муж сестры Иосифа, который именовался также Королем-Рыбаком. Именно с связи с именем Хеброна впервые упоминается таинственное Братство Грааля.

Несколько другое описание Грааля дается у немецкого поэта Вольфрама фон Эйшенбаха, младшего современника Труа и Борона (годы жизни около 1170-1240). В предисловии к своему роману «Парцифаль», он пишет, что Грааль это огромный изумруд, упавший со лба Люцифера, в момент его низвержения из рая. Эту историю ему рассказал некий ученый язычник Флегетанис, полуеврей, полуараб по происхождению:

«...Когда небеса сотрясало войною

Меж Господом Богом и сатаною,

Сей камень ангелы сберегли

Для лучших, избранных чад земли...»

К оставшемуся неоконченным произведению Кретьена в период с 1190 по 1230 год было написано четыре продолжения. Были и другие романы: «Дидот Персиваль», «Перлесвос» и обширная компиляция «Цикл Вульгата», дополненная многочисленными легендами о короле Артуре и представляющая самое полное изложение преданий, связанных с Граалем. Авторы этого цикла связаны с цистерцианским монашеским орденом, возможно даже были монахами.

Средневековые поэты, писавшие о Граале, утверждали, что не выдумали этот сюжет, а взяли его в древних книгах. Внезапное появление, а затем столь же внезапное исчезновение произведений «цикла Грааля» вызывало недоумение у многих исследователей.

«Похоже, речь идет о внезапном проявлении чего-то такого, чему мы не можем даже пытаться дать точное определение, - писал французский традиционалист Рене Генон; - это нечто появилось неожиданно и столь же неожиданно вернулось в тень… Если за спинами певцов Грааля стояла некая организация посвященных, она могла постоянно руководить ими так, что они об этом даже не догадывались; возможно, некоторые из ее членов сообщали поэтам подробности сюжета, дабы те воплощали их в своих произведениях, и делали это посредством внушения или же иного воздействия гипнотического порядка, менее ощутимого, однако не менее реального и эффективного».

Эта загадочная «организация» получила в средние века название «Братство Грааля» (впервые оно упоминается у Робера де Борона). По мнению Рихарда Рудзитиса, хотя ни один церковный историк не обмолвился об этом таинственном обществе, средневековые европейцы относились к Граалю и его Братству как к реальности. ii

Само Братство находится где-то на Востоке. Туда и возвращается Грааль, поскольку, по мнению его хранителей, Запад оказывается слишком греховным для него. Эпилог странствий Грааля почти везде одинаков: он возвращается на Восток – на родину, по замечанию Рихарда Вагнера. В старо-французском романе о Граале последние рыцари Грааля Галахад и Парсеваль перевозят чашу Грааля в восточную страну Саррас и помещают ее в «духовном замке». В другом тексте Галахад переносит Святой Грааль из Британии, которая уже недостойна лицезреть его, в ту же восточную страну. И в древнекельтской легенде о Мерлине хранители священного сосуда Грааля отправляются на Восток. В провансалькой легенде хранительница Грааля Эсклармонда, укрыв чашу Грааля глубоко в недрах горы, сама превращается в белую голубку и улетает на горы Азии, где живет и по сей день в земном раю.

Восток был родиной христианства. В течение первых шести столетий нашей эры духовная жизнь сосредотачивалась преимущественно на Востоке, а пришедшие в последующие века в упадок в связи с арабским завоеванием церкви Александрии и Антиохии были известны своим богатством и большим количеством христианских святынь. Все это заставляет нас, в поисках истоков преданий о Граале, обратиться к Востоку, вернее к традициям Восточного христианства.

ExOrienteLux

Многие авторитетные исследователи традиции Грааля пришли к парадоксальному выводу: легенды о Граале были навеяны византийскими апокрифическими текстами и ритуалами восточных христианских церквейiii

Действительно в многочисленных апокрифах Востока мы встречаем немало упоминаний о легендарной личности Иосифа Аримафейского – первого хранителя Святой Чаши. Таковы восточные апокрифы «Евангелие от Никодима» и «Книга, написанная Иосифом Аримафейским, учеником Господа нашего Иисуса Христа» (VIII век).

В последнем от имени Иосифа говорится:

«16. Я поднялся на Святую Голгофу, где стоял Крест Господень и собрал…кровь, которая текла из Его бока».

В Византийском синаксаре Великого Поста вместо Иосифа Аримафейского выступает Иоанн Богослов, собирающий в сосуд кровь Спасителя.

Отсылки к Византии неоднократно встречаются в текстах Граалины и Артурианы. Так роман де Труа «Клижес» оканчивается браком принца Артурова дома и византийской принцессы. Символизм этого события помогает нам прояснить другой текст, известный как «Мабинагион», в нем хранительницей священной чаши выступает «императрица Константинополя».

В «Первом продолжении» романа де Труа мы находим описание мистерии Грааля, которую с большой долей вероятности можно назвать византийской церковной службой: «крест нес высокий священник. И видно было, что священнику тяжело нести этот крест. На нем был стихарь и туника из Константинополя. За ним следовала процессия клириков, одетых в шелковые одежды, которые громкими голосами пели молитвы»». iv

Не вызывает сомнений связь Грааля с главным таинством Церкви Евхаристией. Исследователи пишут, что «воздействие Грааля на того, кто его видел, было подобно воздействию Причастия».v

Первый раз это таинство было совершено Христом на Тайной Вечере:

26 И когда они ели, Иисус взял хлеб и, благословив, преломил и, раздавая ученикам, сказал: приимите, ядите: сие есть Тело Мое.

27 И, взяв чашу и благодарив, подал им и сказал: пейте из нее все,

28 ибо сие есть Кровь Моя Нового Завета, за многих изливаемая во оставление грехов.

29 Сказываю же вам, что отныне не буду пить от плода сего виноградного до того дня, когда буду пить с вами новое вино в Царстве Отца Моего. (Евангелие от Матфея).

О тайне Грааля как о Евхаристии говорится у де Борона:

      Отныне Плоть и Кровь Мою       Я хлебом и вином даю.       И будет эту благодать       народ вкушать и наблюдать,       и приобщаться ко святыне неукоснительно отныне..vi

Природа таинства Причащения играет большую роль в мистической образности Грааля. Христос одновременно имел Божественную и человеческую природу. Также и хлеб и вино перед освящением были просто хлебом и вином: после освящения они становятся телом и кровью Христовой, хотя внешне они все так же остаются хлебом и вином. vii

В Восточной церкви существовала длительная традиция аллегорической интерпретации литургии. Она начинается с Иоанна Златоуста, Кирилла Александрийского и Максима Исповедника. Все они указывают на связь между атрибутами литургии (алтарем, чашей, дискосом) и страстями и погребением Христа. Торжественная процессия с выносом священных предметов во время византийской службы на удивление близка той, которую описывает Кретьен в своей «Повести о Граале». В литургическом прологе, который происходит в алтаре, священник пронзает гостию Священным копьем, произнося при этом слова из Евангелия от Иоанна. Затем возлагает ее на дискос – глубокий сосуд на ножке. Во время великого выхода процессия следует в следующем порядке: первыми идут ликтора с зажженными свечами, за ними священник с чашей, затем дьякон с дискосом, затем служка в копьем, еще один – с губкой, а за ними остальные с Евангелием и реликвиями. Все это совершенно непохоже на католическую мессу, которая по сути своей не является жертвоприношением и священное копье не играет в ней никакой роли.

В свою очередь у Кретьена процессия описывается следующим образом: «…в зал вошел слуга: он нес в деснице белое копье, держа его за середину древка…Все находившиеся в зале узрели белое копье и белый-белый наконечник; и кровь текла за каплей капля из кончика его…Затем явилось два оруженосца; в руках они несли подсвечники из золота чистейшего, украшенные черною эмалью…В подсвечниках у них горели свечи по десять счетом в каждом. За юношами следовала дева, прекрасная в прелестном одеянье, в руках она несла Грааль. Когда она вошла, неся Грааль, вокруг разлился столь пречудный свет, что свечи вмиг утратили свой блеск, как звезды и луна при свете солнца. За нею следом шла другая дева, державшая серебряное блюдо….Участники процессии прошли неторопливым шагом и через дверь ушли в другую залу». viii

Немецкий ученый Конрад Бурдах полагает, что и процессия Грааля и греческая служба могут восходить к элевсинским мистериям: «В этом действительно сохраняется еще пережиток старых эллинистических жертвенных обрядов…И не преображение ли этом…не отзвук ли это процессий…в которых юные девушки благородных родов вносят на головах наполненные священными жертвенными хлебами и жертвенными ножами плоские широкие коробы, столь похожие по форме на дискос?» ix

Еще больше параллелей с византийской службой в более поздних описаниях торжественных церемоний в честь Грааля, описанных в «Поисках» и «Истории Святого Грааля». Во всех этих описаниях непременно присутствуют ангелы. В романе «Перлесво» Гавейн видит одного, а затем трех сопровождающих Грааль ангелов, а затем ему предстает видение Распятия в Чаше. Все это имеет конкретное соответствие определенному моменту византийской литургии. Дело в том, что Причастие предваряется в ней «Херувимской песнью», в которой есть такие слова: «Яко да Царя всех подымем, ангельскими невидимо дориносима чинми». В этом песнопении небесный сонм ангельских сил подъемлет и возносит Бога как Царя всего сущего. Идея присутствия ангелов на мессе нехарактерна для западного христианства и упоминается чрезвычайно редко. x

Запад в течение многих столетий был оторван от своих классических христианских корней. Только в IX веке Амалариус из Меца, посетив Константинополь, написал на латинском языке «Эклогу», основанную почти исключительно на восточных представлениях на природу Причащения. Для Амалариуса Евхаристическая чаша представляла собой тело Христа, также как в теле есть кровь, так и в чаше находится вино. Принимая тело и кровь Христову, христианин становится единым со Спасителем.

Но этот взгляд так и не прижился в средневековой Европе. Тонкая идея восточной церкви о «теозисе» - обожении человека «довольно трудна для постижения, и западная церковь постаралась приуменьшить ее значение. В восточной же церкви было иначе, там эта идея была просто предметом веры».xi

Эта разница во взглядах проявилась в разном подходе к евхаристической практике. Если Восточная церковь практиковала причащение Телом и Кровью, то в западной не разрешалось давать мирянам во время причастия хлеб и вино, чтобы не пролить Святую Кровь. Последний запрет был официально закреплен решением Латеранского собора 1215 года, который поставил точку в длительных Евхаристических спорах – дискуссиях о природе Причащения, которые велись во второй половине XII-начале XIII, как в Европе, так и в Византии. Интересно, что Евхаристические споры по времени точно совпадают с созданием Цикла Грааля, который несет на себе явные отпечатки восточного византийского влияния.

Где находился замок Грааля?

Но если традиция Святой Чаши является восточной, то почему Грааль столь часто связывают с Артуровской Британией? Ведь в старых кельтских легендах Артуровского цикла, относящихся к предшествовавшей крестовым походам эпохе, нет никаких упоминаний о священной реликвии. Ответственность за это ложится на средневековых западноевропейских авторов, которые пишут о путешествии Иосифа Аримафейского в Европу. Попробуем разобраться, на чем основывались их утверждения.

Апокрифический текст «Книга, написанная Иосифом Аримафейским, учеником Господа нашего Иисуса Христа», появившийся примерно на 500 лет раньше западных сказаний о Граале, сообщает нам, что Иосиф Аримафейский проповедовал вместе со святым Филиппом и основал церковь в Луде (Диосполис), около Иерусалима. Из «Деяний Пилата», в свою очередь, мы узнаем о миссионерской деятельности Филиппа в Самарии и Цезарее в Палестине, а также в Галатии в Малой Азии. Последняя область находится в центре Анатолии. Главные города исторической Галатии Анкара, Иконий и Хиераполис. Таким образом, исторические документы связывают Иосифа исключительно с Востоком.

Начало мистификации было положено в 530 году, когда анонимный монах, переписывавший римскую епископальную хронику Liber Pontificus, дополняя ее источниками из других летописей, вставил туда фразу о том, что при папе Элевтерии (170-185) в Риме «было получено письмо от Британского короля Люциуса (Britannio rеge Lucio), который желал стать христианином». Сейчас прекрасно известно, что во втором веке никого короля Британии Люциуса быть не могло, так она являлась в это время римской провинцией. Однако этот факт был задействован достопочтенным Бедой в его «Церковной истории Британии», которая для средневековых авторов являлась самым авторитетным источником. Таким образом, возникло мнение о крещении Британии во II веке. xii

Впоследствии Вильям из Малмсбери в своей истории Гластонберийского аббатства (около 1125 года), основываясь на истории Беды предположил, что если святой Филипп проповедовал в Галлии (последнее предположение не имеет под собой ничего кроме туманных намеков, по преданию Филипп проповедовал в Галатии, а не в Галлии), возможно именно он был послан в ответ на просьбу Люциуса в Британию. Несмотря на то, что в истории Вильяма нет ни слова об Иосифе Аримафейском, именно эта фраза из его книги позволила впоследствии утверждать, что он был основателем аббатства в Гластонбери. В 1191 году английские монахи объявили о находке в Гластонбери захоронений короля Артура и королевы Гвиниверы, а также могилы Иосифа Аримафейского, в которой находилось два небольших сосуда. Спустя пол столетия текст Вильяма был отредактирован и стал звучать следующим образом: «Святой Филипп был направлен в Галлию…Он направил 12 учеников для проповеди в Британии, во главе их был его любимый ученик Иосиф Аримафейский». xiii

Авторитетнейший российский ученый академик Веселовский полагал, что легенда об Иосифе сложилась в среде сирийских христиан. Проанализировав восточные христианские апокрифы, он нашел множество совпадений с версиями легенды из «Иосифа Аримафейского» и «Истории Святого Грааля». Впоследствии этот сюжет был перенесен на британскую почву и скомбинирован с циклом Артурианы. Механические приемы этой фальсификации бросаются в глаза.xivВ настоящий момент данную точку зрения поддерживают большинство исследователей.

Де Борон вслед за анонимными авторами апокрифов пишет о том, что после распятия Христа, Иосиф был обвинен в похищении его тела и посажен в тюрьму, где он провел сорок лет. После освобождения из тюрьмы, вместе со своей сестрой, ее мужем по имени Хеброн (Брон) и небольшой группой последователей он удалился в изгнание. Был создан стол, называемый Первый столом Грааля, и символизировавший стол, за которым происходила Тайная Вечеря. Двенадцать человек могли сесть за этот стол, а тринадцатое место оставалось пустым, считалось, что это место Христа. Грааль после смерти Иосифа должен был быть передан сыну Хеброна, по имени Алайн, который пожелал остаться девственником, после его смерти следующим хранителем должен стать его потомок по брату Галахад.

После смерти Иосифа его последователи Хеброн и Алайн отправляются проповедовать куда-то на запад.

Имена собственные и топонимы легенды выдают ее восточное происхождение. Хеброн (Hebron) имя с сирийским корнем Habra (habro), что может означать «товарищ» или «сотрапезник». Персонаж с именем Хеброн упоминается в ветхозаветной книге «Чисел» (3.19 и далее).Его связь с Хеброном из Граалиды несомненна. Ветхозаветный Хеброн – один из четырех хранителей священных предметов скинии завета, включая священные сосуды, ковчег и стол. Имя его сына Алайн (Alain) происходит от арамейского “alana” – «пастырь».xv

Братство Грааля у де Борона это объединение родственников, друзей и соседей Иосифа, в котором чаша Грааля передается по родственной, хотя и не прямой линии. Веселовский указывает на его несомненную связь с еврейскими и иудео-христианскими «фратриями» первых веков, также состоявшими из родственников и друзей. Члены этих братств собирались по субботам или в праздники для совершения ритуала: преломления хлеба над чашей вина.

В другой средневековой поэме «История Святого Грааля», которая, по мнению Веселовского восходит к самостоятельному и более раннему источнику, чем поэма де Борона, даны более подробные сведения об Иосифе и его общине.

Первым местом его проповеди называется местность Вифанию, где он крестил 68 человек. Эта область находится к востоку от Тивериадского озера. С юга к ней прилегает область Галлад, созвучная имени Галахад западных легенд.

Затем Иосиф со своими спутниками приходит в город Саррас (Харран в Месопотамии), то есть еще восточнее Вифании. Здесь правит царь Эвалах Неузнанный. В его имени легко узнать сирийское имя Jabbalah (Феодор). Здесь же в Харране Иосиф и его сын наблюдают первую литургию Грааля, и Иосиф-младший посвящается самим Спасителем в епископы.

После проповеди Иосифа Эвалах принимает христианство, становясь первым христианским правителем, и вместе со своим шурином Серафом, при помощи ангелического всадника, разбивает войска своего главного врага царя Толома. Последнее событие происходит в районе Оркауса (Эдессы) – города в восточной Сирии. Иосиф и его ученики крестят народ в Харране и Эдессе. Здесь же происходят чудеса, связанные с Граалем. Иосиф попытавшийся вмешаться в Божий суд, получает рану в бедро Святым копьем, а Сераф, заглянувший в Грааль слепнет, но ангел исцеляет его при помощи священного копья.

Далее следуют совершенно фантастические приключения и путешествия, включая телепортации героев в разные страны, в результате чего они вместе с чашей Грааля оказываются в Британии. Продолжением «Истории Святого Грааля» является книга «Поиски Святого Грааля», где действие происходит уже при дворе короля Артура.

Веселовский указывает на многочисленные умышленные или неумышленные «коррективы», которые для приближения легенды к Британии вносили в оригинальные тексты переписчики и поздние издатели. Так, первое место проповеди Иосифа Бетанея (Bethanea) иногда превращается в Британию (Britannia), долины Аварона (Левкосирии в Малой Азии) в Аввалон. Направление движения Иосифа в сторону Евфрата (Effrate) после проповеди в Саррасе, меняется на Францию (en France). xvi.

Добавим, что могила Иосифа Аримафейского была обнаружена в 605 году в Иерусалиме. Сирийская несторианская хроника VII столетия сообщает нам о том, что иудеи получили разрешение от персидского военачальника Шарбараза раскопать могилу Христа, чтобы найти, якобы спрятанное там сокровище. Никакого сокровища там, разумеется, не было, зато был обнаружен саркофаг с надписью: «Это саркофаг члена синедриона Иосифа, который предоставил могилу для тела Христа».

В конце «Поисков Святого Грааля» священная реликвия вновь оказывается в Саррасе, который называется уже «святым городом». Здесь его находит Галахад, который становится королем этой страны. Он правит ею в течение года, а затем, когда он умирает, чаша Грааля и Кровоточащее копье возносятся с ним на небо. У Мэлори Саррас является частью Вавилонии, а у его современника Джона Хардинга, герои, чтобы достичь Сарраса отправляются в Крестовый поход на Восток.

Веселовский отождествил Саррас с Харраном (Каррами) – городом в Северной Месопотамии, где процветали сабейские астрологические культы. Правда христианство в Саррасе не прижилось, что подтверждается эпизодом из «Поисков Святого Грааля», где Галахаду приходится заново крестить жителей этой страны, спустя много поколений, после проповеди Иосифа Аримафейского в «Истории Святого Грааля».

Возможно также, что средневековые авторы поэм о Граале могли иметь в виду под Саррасом город Эдессу, столицу расположенного рядом древнего христианского царства.

Царство Осроена со столицей в Эдессе приняло христианство в II веке, за 150 лет до Римской империи, став первым христианским государством в мире. Там хранилось множество святынь, в частности, Нерукотворный образ Божий – Святой Убрус, по версии де Борона, тесно связанный с Граалем xvii. Это государство охватывало земли северо-западной Месопотамии между реками Евфрат, Тигр и Кхабур, часть современной Турции и Сирии. Согласно преданию, царь Осроены Авгарь V написал письмо Иисусу, предупреждая, что иудеи намереваются распять его, за что впоследствии был исцелен одним из апостолов. В 216 году царь Авгарь X Север был приглашен в Рим императором Каракаллой и предательски убит. Осроену провозгласили римской провинцией. Спустя несколько лет, последние Авгариды потеряли свое политическое влияние на Востоке. Во время первого крестового похода Эдесса перешла под власть крестоносцев. Найденный в городе в 1101 году сосуд из изумруда одно время отождествляли с Чашей Тайной вечери.

Именно в Эдессе правил реальный, а не мифологический царь Люциус, которого в Средние века стали считать первым христианским королем Британии. Известный исследователь Библии Адольф Харнак доказал, что король Люциус из Liber Pontificus, это на самом деле царь Эдессы Люциус Аврелиус Септимиус Мегас Авгарь VIII (177-212), единственный «король Люциус», который жил во времена папы Элевтерия. В 205 году этот правитель построил крепость Бирфу, которая в латинских источниках называется Britio Edessenorum, что и стало причиной, по которой в VI веке он был назван королем Британии. xviii

Таким образом, история Святого Грааля как она представлена в книге Борона «Иосиф Аримафейский» и анонимной работе «История Святого Грааля» вполне возможно восходит к древним апокрифическим книгам, которые еще сохранялись в эпоху средневековых походов на Востоке. Нелишне заметить, что в начале «Истории Святого Грааля» говорится о некоей тайной книге, написанной Спасителем и переданной им праведному отшельнику.

Альтернативная версия связывает происхождение легенды о Граале с древними традициями христианства Египта и Эфиопии.

Г. Ваксмут в своей «Мистериальной и духовной истории человечества», завершая рассказ о расцвете христианского гнозиса в египетско-коптском мире, пишет: «Древняя христианская мудрость, созревшая на египетской почве, позднее была полностью уничтожена. Эфиопскому христианству выпала участь еще в течение многих столетий быть сокровищницей древних мистерий и раннего христианства».

Цари Эфиопии возводили свой род к Соломону. К нему же возводили родословную Галахада авторы средневековых поэм о Граале.

В этом отношении показательно продолжение «Истории Святого Грааля». После проповеди в Саррасе братство Грааля разделяется. Иосиф младший посвящает 33 епископов, которые отправляются в разные страны. С ним остаются 16 человек, становящихся частью его общины. Они также отправляются проповедовать. После смерти Иосифа хранителем Чаши становится Алайн. Странствия Алайна приводят его в Заморье. Здесь в городе Маальте правит царь Калафей. Он принимает крещение и христианское имя Альфасан.

Калафей-Альфасан строит замок для Грааля Корбеник (что по тексту романа означает «святая чаша») и выдает свою дочь замуж за брата Алайна Иосуэ. Именно в ряду их потомков, согласно «Истории» будет храниться Грааль. А Элейн, дочь владетеля Корбеника короля Пеллеса станет матерью Галахада – последнего героя цикла Грааля.

В этом загадочном правителе некоторые исследователи видят царя Эфиопии Элла Ацбеху II (годы правления: 519-536, вариант транскрипции Калеб Элесбаас, в Православной церкви причислен к лику святых как Елезвой). Этот правитель прославился как ревнитель христианства, он заключил союз с Византией и сокрушил иудействовавших сабеев Йемена. В эфиопской традиции он считается образцом христианского правителя. xix Правление Калеба ознаменовалось грандиозным храмовым строительством в попытке превратить Эфиопию в «новый Иерусалим».

В житиях эфиопских аскетов есть немало параллелей с эпизодами из романов о Граале. Там и там встречается некий священный сосуд, который служит источником пищи, в сосуде подвижники видят младенца и т. д.

Так, об абиссинском святом Маба Сионе рассказывается, что он избрал для себя праздником день Распятия Господа. 27 числа каждого месяца он готовился к этому празднику, сам молол и пек хлебы, рубил дрова и носил их на плечах и на голове, уподобляясь Христу, понесшему крестное древо. Людям, которые приходили к нему он давал вкусить от тех хлебов и поил их из чаши. «Хлеб памяти» совершал чудеса: один монах, открыв сосуд, куда он положил «хлеб памяти», увидел вместо него Богоматерь с младенцем. При совершении молитвы святым Абия-Эгзэ и Амда-Микаэлю спускаются с неба хлеба и чаша. Габра Эндерес служит обедню, с неба сходит Дух Святой в виде белого голубя, чтобы освятить дары и садится на чашу и совершает чудо: «наполнилась чаша вина Божественного до края своего».xx

Эфиопская церковь никогда не претендовала на то, чтобы объявлять себя хранительницей Чаши Господней. Однако до сих пор эфиопские христиане верят в то, что в городе Аксуме в храме Святейшей девы Марии Сиона находится реликвия, тесно связанная с Граалем – Ковчег Завета, хотя видеть его нельзя даже духовенству, а на праздники выносится лишь копия реликвии.

Ковчег был построен Моисеем и в нем хранились каменные Скрижали Завета с Десятью заповедями. Он являлся символом союза Бога с народом Израиля и служил свидетельством присутствия Бога в его среде. При этом Ковчег Моисея рассматривался как подобие нерукотворного Ковчега, сделанного самим Богом для пребывания Его Славы и сияющего ярким светом, подобно различным драгоценным камням.

Последнее упоминание этой реликвии относится к 622 году до нашей эры. В эфиопской легендарной книге «Слава царей», написанной в XII веке, утверждается, что Ковчег был тайно перенесен в Эфиопию во времена царя Соломона и царицы Савской.

В период Второго храма вместо исчезнувшего Ковчега был сделан новый. Этот «новый» Ковчег имел вид не дерева, хотя бы и обитого золотом, а сияющего драгоценного камня (возможно сапфира).

Отождествление Ковчега как места присутствия Божьей Славы с плитой из сапфира генетически восходит к «краеугольному камню Сиона» и далее к камню-менгиру, поставленному праотцом Иаковом в Вефиле или Лузе (см. главу 1). Именно на плите из сапфира Бог предстал в видениях пророку Иезекиилю (Иез. 1, 26; 10,1).

По мнению авторитетного исследователя традиций восточного христианства Григория Лурье, Ковчег Завета в этот период мог состоять из двух элементов: плиты из сапфира и находившейся на ней чаши - «очистилища» - служившей для собирания жертвенной крови.

В 394 году в Иерусалиме был освящен храм Сиона на месте, где проходила Тайная Вечеря. В «седьмом круге этого храма», в «Святой Святых» находился комплекс из двух предметов: алтарной плиты (без которой немыслим ни один храм) и чаши. При этом именно чаша считалась главным из них.

В «Слове Святого Иоанна Иерусалимского на освещение этого храма говорится о ритуале, предполагающем питье из этой чаши: «Се истинный столп седьмоосновный, на немже мудрие водружаются, радостотворяий яже любовию звани суть на чашу».

Все это заставляет вспомнить о сакральном эллинистическом тексте Corpus Hermeticum, где говорится о чаше («кратире» - именно от этого слова некоторые специалисты выводят этимологию слова Грааль): «Бог наполнил чашу великую и послал его на землю вместе с Вестником, повелев тому так провозгласить, дабы вняли этой вести сердца человеческие: всякий, кто…примет крещение в Чаше сей; и всякий верующий взойдет к Тому, Кто ниспослал чашу сию, и всякий, познавший происхождение свое! Те, кто уразумел весть, принесенную Посланцем, и погрузился в Чашу Разума, причастились Гносису; восприняв Разум, они сделались совершенными людьми. Не те, кто не уразумел сей вести – обладая лишь Рассудком, а не Разумом, - остаются в неведении, почему и как они появились на свет». xxi

Испить из Кратира приглашаются все, но сделать это могут только те, кто в состоянии понять свою миссию. Таким образом, в ходе вышеописанной мистерии люди разделяются на два разряда: тех, кого гнозис пресуществил в «совершенных» людей и тех, кто никогда не узнает, зачем они пришли в этот мир.

Пока священные предметы использовались при богослужении, они находились внутри алтаря и не могли выставляться для поклонения.xxii. Несколько позже ситуация поменялась в результате изменения иерусалимской литургии. Паломник Антонин из Пьяченцы (VI век) видел обе реликвии. Камень она называет «краеугольным камнем», «столпом церквей», который Господь, войдя в дом своего брата Иакова, увидел отброшенным, но взял и положил в угол. Что касается чаши, то это та самая чаша, в которой апостолы после воскресения Христова совершали Евхаристию.

В восстановленном после разгрома персами в 614 году храме св. Сиона этих святынь, скорее всего, уже не было. Возможно, что чашу вовремя перевезли в Константинополь. Византийские императоры активно перевозили в свою имперскую столицу священные реликвии, связанные со Спасителем, Богоматерью, апостолами и первыми мучениками.

В «Житии Святого Константина Философа» мы встречаемся с упоминанием некоей чаши Соломона, хранившейся в главном храме Вселенского Православия Святой Софии:

«Философ же пошел в Царьград и, повидав цесаря, жил тихо, молясь Богу, пребывая в церкви святых Апостолов. Есть же в Святой Софии чаша из драгоценного камня, сделанная Соломоном, а на ней письмена еврейские и самаритянские, написанные на гранях, которые никто не мог ни прочитать, ни перевести. Взял же ее Философ и прочел и перевел (надписи). На первой же грани так (написано): «Чаша моя, чаша моя, прорицай, пока (светит) звезда. Напои Господа, первенца, бодрствующего ночью». Затем на другой грани: «Чтобы вкушал Господь, создана из иного древа: пей и упейся весельем и возгласи: алилуйя». И затем на третьей грани: «Вот - Князь и увидит весь сонм славу Его и царь Давид посреди ни».

Тщательно проанализировав эту загадочную надпись, Григорий Лурье пришел к выводу, что она была сделана не позднее раннехристианского периода и представляет собой эсхатологический текст о пришествии Мессии. Богослужебное действие, о котором идет речь в надписи – очищение с вхождением в Святая Святых. В христианской литургике ему соответствует Евхаристия. Сама надпись полностью соответсвует чину, совершенному Спасителем на Тайной вечере. xxiii

Чаша Соломона сделана из драгоценного камня, вероятно из сапфира, что соответствует представлению Грааля одновременно в виде камня и чаши.

При этом, как следует из контекста надписи, сама Чаша представляет собой образ Сына и имеет пророческую и порицательную функции. xxiv Именно таковы функции Чаши Грааля в классических произведениях Граалианы! О пророческих функциях Грааля говорится у Эйшенбаха: на нем появлялись имена хранителей из династии Грааля. Тогда как в «Перлесовсе» говорится, что отшельник, совершавший мессу Грааля, «обнаружил на покрове, покрывавшем чашу, таинственную надпись. Ее буквы гласили, что Сам Бог желает, чтобы тело его было принесено в жертву в такой Чаше в воспоминание о нем». xxv

В «Младшем Титуреле» дается описание духовного замка Грааля. По мнению искусствоведов, этот замок больше всего напоминает византийские храмы, и в первую очередь храм Святой Софии. По крайней мере, когда вдохновленный творчеством Вагнера Людвиг Баварский решил построить аналог «храма Грааля» в своем замке Нойшванштайн, то художник Эдуард Илле, опиравшийся на «исторически достоверные» описания создал нечто напоминающее интерьер главного храма вселенского Православия Святой Софии. Такое же виденье замка Грааля отразилось в декорациях к опере Вагнера «Парсифаль».

Что касается камня Сионской горницы, то не исключено, что он был подарен правителю Аксума в знак союза между двумя великими христианскими державами и, быть может, по мнению Григория Лурье именно это «событие стало историческим прототипом перенесения Ковчега Завета из Иерусалима в Эфиопию» в легендарной «Славе царей».

Любопытно, что автор весьма скептического исследования по традиции Ковчега Завета в Эфиопской Православной Церкви Стюарт Манро-Хэй, полностью отрицая тождество святыни из Аксумского храма Марии Сионской с подлинным Ковчегом Завета Соломона, приводит множество свидетельств, доказывающих, что аксумская реликвия представляет собой именно камень.

Так в средневековой «Книге Аксума» (XV век) говорится о том, что в храме Марии Сионской находился «камень берот, рядом с троном, что несет имя Иерусалима…в центре его красное пятно размером с чашу». Посетивший в том же столетии Аксум португальский путешественник Франциско Альварес пишет о том, что алтарный камень этой церкви «был из Сиона, как говорят».

Существование священного камня в храме Марии Сионской, подтверждает, спустя несколько десятилетий, и арабский хронист. Рассказывая о завоевании мусульманами Аксума, он пишет, что император Лебна Денгель, приказал спрятать святыню:

«Они собрались здесь в огромном количестве и (царь Абиссинии) вынес из церкви великого идола. Это был белый камень с золотыми инкрустациями…Они отнесли его в крепость Шир, имя этому идолу было Табор, и здесь они оставили его». xxvi

Эти и другие, в том числе современные свидетельства заставили автора прийти к выводу, что «Ковчег Аксума – это не деревянный ларец, а священный камень». xxvii

По легенде у Чаши Господней была копия: «Вторая драгоценная чаша, благородная и изысканная по виду была сделана в точности как первая. В святости она не имела ни малейшего порока. Жители Константинополя проверили и опробовали ее, и (найдя), что она богаче и лучше украшена признали ее истинным Граалем». Так говорится в немецком тексте «Младший Титурель»,

Считается, что эта чаша хранилась в храме Фаросской Богоматери императорского дворца, где собирались реликвии, связанные со Страстями Христовыми.

Когда в 1204 году Константинополь был взят штурмом и разграблен рыцарями-крестосносцами, этот сосуд находился все в той же Фароссой церкви. Робер де Клари упоминает сосуд с кровью Спасителя, среди добычи, захваченной здесь крестоносцами. xxviiiЕпископ и мародер Гарнье де Транель отправил чашу в Труа. Судя по документам, реликвия находилась там вплоть до 1610 года, а впоследствии в годы Французской революции исчезла. xxix

Судьба Чаши из Святой Софии неизвестна. Хотя на Западе некоторые потомки крестоносцев позже заявляли, что они унаследовали от своих предков Чашу Грааля, похищенную ими из горящего Константинополя, вряд ли эти предметы могут серьезно рассматриваться в качестве главной христианской святыни.

Весьма интересен тот факт, что Жан де Несль, Готье де Монбельяр и граф Тьерри Фландрский, известные как покровители поэтов, писавших о Граале, отказались примкнуть к орде крестоносцев, которая шла грабить Константинополь, а вместо этого направились в Святую Землю. Вполне возможно это неслучайно. Детально исследовавший средневековые романы о Граале академик Веселовский утверждал, они вполне могут быть делом рук группы связанных друг с другом людей, «стремившихся из борьбы папской и имперской власти к умиротворению общественных и религиозных отношений», в идеальном христианском стиле. xxx

Как тут не вспомнить, приведенные в начале главы, слова Рене Генона о тайной организации посвященных, которая стояла за спиной авторов Граалианы?

Вскоре после разграбления Константинополя перестают появляться оригинальные произведения о Граале. На Западе укореняется мнение, что Святая Чаша навсегда потеряна для греховного мира. На Востоке, однако, традиция Грааля продолжает жить…

Примечания

iМэтьюз Джон. Традция Грааля. Москва: Изд-во Трансперсонального Института, 1997. – с. 69.

iiРудзитис Рихард. Братство Грааля. - Рига: Угунс, 1994,-320 с.

iiiВеселовский А. Сказания о Вавилоне, скинии и св. Граале. Несколько материалов и обобщений//Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ, 1896. –т.1, кн.4. - с.647-694. Веселовский А. Где сложилась легенда о святом Граале// Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ., 1900.- т.5. – с. 393-450. Scavone Daniel. Joseph of Arimathea, the Holy Grail and the Edessa Icon. – Arthuriana. 9.4, winter 1999. - pp.3-39.

ivScavone,8

vМэтьюз, 51.

viРобер де Борон. Роман о Граале. //Пер. Елены Кассировой.- Спб.: Евразия. - с.86-87.

viiМэтьюз Джон. Традиция Грааля. Москва: Изд-во Трансперсонального Института, 1997. –с.54.

viii Цит. по Барбер Ричард Святой Грааль. М.: «Эксмо», 2006 – с. 38-39.

ix Комаринец Анна. Энциплопедия короля Артура и рыцарей Круглого Стола. Москва: «АСТ», 2001 – 138-139.

x Барбер, 165.

xiМэтьюз Джон. Традция Грааля. Москва: Изд-во Трансперсонального Института, 1997. – с.58.

xiiScavone Daniel. Joseph of Arimathea, the Holy Grail and the Edessa Icon. – Arthuriana. 9.4, winter 1999. - pp.9.

xiiiВеселовский А. Где сложилась легенда о святом Граале// Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ., 1900.- т.5. – с. 394-395. Scavone Daniel. Joseph of Arimathea, the Holy Grail and the Edessa Icon. – Arthuriana. 9.4, winter 1999. - р.10.

xivВеселовский А. Где сложилась легенда о святом Граале// Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ., 1900.- т.5. – с. 394.

xvВеселовский А. Где сложилась легенда о святом Граале// Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ., 1900.- т.5. – с. 414-416.

xviВеселовский А. Где сложилась легенда о святом Граале// Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ., 1900.- т.5. – с. 418.

xviiРобер де Борон. Роман о Граале. //Пер. Елены Кассировой.- Спб.: Евразия. - с. 87.

xviiiScavone Daniel. Joseph of Arimathea, the Holy Grail and the Edessa Icon. – Arthuriana. 9.4, winter 1999. - pp.10.

xix Веселовский А. К вопросу о родине легенды о Святом Граале//Мерлин и Соломон М: «Эксмо-пресс», 2001 – с.412.

xx Веселовский А. К вопросу о родине легенды о Святом Граале//Мерлин и Соломон М: «Эксмо-пресс», 2001 – с 401-402.

xxi Дэвид Фидлер Иисус Христос – солнце Бога. Античная космология и раннехристианский символизм. – Киев: «София». – 2005. – с. 85.

xxiiВ. Лурье. Из Иерусалима в Аксум через храм Сломона: архаичные предания о Сионе и Ковчеге Завета в составе Кебра Негест и их трансляция через Константинополь//Христианский Восток, 2(8), 2000. - с. 202

xxiii В.М.Лурье. Чаша Соломона и скиния на Сионе. Часть 1. Надпись на Чаше Соломона: текст и контекст// Byzantinorossica, 3, 2005.- с.70.

xxiv Там же – с.41.

xxv Цит по: Барбер. Указ.соч – с.92.

xxvi Стюарт Манро-Хэй. В поисках ковчега Завета. – СПб.: «Амфора», 2006 – 132-135.

xxvii Там же. – с. 235.

xxviii Робер де Клари. Завоевание Константинополя. М. Наука. 1986

xxix Барбер. Указ. соч – с.249.

xxx Веселовский А. Сказания о Вавилоне, скинии и св. Граале. Несколько материалов и обобщений//Издание отделения русского языка и словесности имперской академии наук. – СПБ, 1896. –т.1, кн.4. - с. 694.

 

Читайте также: