ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Приход крупной буржуазии и обуржуазившихся помещиков к политической власти в скандинавских странах (ок. 1815-1865 гг.)
Приход крупной буржуазии и обуржуазившихся помещиков к политической власти в скандинавских странах (ок. 1815-1865 гг.)
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 29-07-2017 19:17 |
  • Просмотров: 55

Экономический застой и политическая реакция конца 10-х и 20-х годов XIX в. Первые годы мира принесли скандинавским странам долгую депрессию. Расстройство финансов, особенно в Да­нии и Норвегии, затруднения с экспортом в Англию, утрата Копенгагеном его былого положения торгового центра Балтики, много­численные банкротства и крайняя дороговизна кредита, общая финансовая зависимость от Гамбурга усугубились, прежде всего для Дании, крутым падением цен на хлеб, аграрным кризисом. Современники замечали, что дворцов в Копенгагене больше, чем кораблей.

Не обошла Скандинавию и общеевропейская политическая ре­акция времен Священного союза. В Швеции Карл XIV Юхан Бернадот с помощью тайной полиции зорко следил за возможной неле­гальной оппозицией, легальную же душил посредством закрытия и конфискации неугодных газет и журналов. В качестве короля Нор­вегии Карл Юхан пытался, хотя и безуспешно, пересмотреть и уре­зать либеральную Эйдсволльскую конституцию (ввести абсолютное вето короля). Явно в пику королю общественность Норвегии с 1827 г. стала праздновать День конституции - 17 мая.

В Дании самодержавие оставалось незыблемым, и отдельные попытки демократической агитации жестоко карались.

Переход от мануфактуры к фабрике и завершение основных буржуазных хозяйственных реформ (30-60-е годы). Несмотря на политическую реакцию, аграрные реформы, начатые еще в пред­шествующем веке, продолжались.

Раньше всего раздел и огораживание земель закончились в маленькой Дании, открыв путь агротехническому прогрессу. Ново­введения, такие, как новый легкий плуг без колес и с отвалом луч­шей формы, первые минеральные удобрения, искусственное траво­сеяние, затронули преимущественно помещичье хозяйство. С 1830 г. в истории датского земледелия начался полувековой период неви­данного ни прежде, ни впоследствии большого экспорта зерна в страны Западной Европы. Возобновился и выкуп крестьянами сво­их наделов, приостановившийся в годы аграрного кризиса. Число крестьян-собственников быстро росло. За 1830-1880 гг. удельный вес арендаторов-фестеров в Дании снизился с !/з До 7ю всех кресть­ян. Феодальные пережитки после революционных событий 1848 г. устранялись быстрее прежнего, барщина все чаще уступала место денежным платежам. Исчезли такие остатки средневековья, как право наказания хусмена землевладельцем, дворянская охотничья привилегия и пр.

В Швеции постановление 1827 г. о «законном разделе» («лага шйфте») предусматривало принудительную ликвидацию сельской общины по требованию одного из хозяев - ее членов. К 1870 г. пе­реход от общины к хутору в основных зерновых районах Швеции уже завершился, так же как раздел основных лесных массивов между частными владельцами и казной. Положительные послед­ствия межевых реформ сказались быстро: к 40-м годам Швеция, издавна ввозившая зерно и муку, стала крупным экспортером овса. При частых неурожаях жизненно важным для народа оказалось широкое распространения картофеля.

В Норвегии с ее обычными хуторскими поселениями чересполо­сица была редкостью. Общинное же пользование пастбищами, ле­сами, водоемами, напротив, держалось в Норвегии даже дольше, чем в Швеции. Первый акт об огораживании общинных земель был принят стортингом в 1821 г.

Вполне буржуазной стала к 60-м годам и классовая структура сельского населения. Крестьяне-собственники по своему социаль­ному положению были куда ближе к буржуазии, чем к сельской бедноте. Полупролетарские и пролетарские слои составляли к 1870 г. громадное большинство сельского населения и основную массу про­летариата скандинавских стран вообще.

В целом в Скандинавии аграрный вопрос при переходе от фео­дализма к капитализму был решен в пользу зажиточного крестьян­ства К Вместе с тем в отдельных земледельческих районах, особен­но в Южной и Средней Швеции, восторжествовал мучительный для крестьян прусский путь развития, сохранялись феодальные повин­ности, а около половины держателей лишились своих наделов. Осу­ществление буржуазного аграрного переворота с учетом интересов помещиков надолго упрочило политическое влияние шведского и в меньшей степени датского дворянства.

После 1815 г. в промышленности скандинавских стран царили застой и даже частичный регресс. В Дании, например, власти поощ­ряли восстановление цехового строя в городах. На протяжении первых двух третей XIX в. в скандинавской промышленности пре­обладала мануфактура, централизованная (в металлургии) или рассеянная (текстильные промыслы). Во многих отраслях торговый капитал еще держал в зависимости от себя промышленников. Так, шведские купцы-экспортеры вплоть до середины века регулярно по старинке кредитовали брукспатронов (система «ферлага»). Тем не менее передовые скандинавские предприниматели уже применяли машины, и после 1830 г. число фабрик, т. е. предприятий с машин­ной техникой, стало расти - сначала в Швеции, после 1840 г.- в Норвегии, после 1850 г.- в Дании.

Наступление промышленного переворота в 30-40-х годах мож­но проиллюстрировать примерами. Первая шведская хлопкопрядильня была основана в 1813 г., а в 1850 г. в стране работало уже 119 подобных фабрик. Ввоз сырого хлопка на протяжении 40-х го­дов вырос в десять раз. В конце 40-х годов паровые лесопилки по­ложили начало техническому перевороту в лесной промышленно­сти и освоению северных районов Швеции. Техническое обновле­ние затронуло и консервативную шведско-норвежскую металлур­гию. В 30-40-х годах усовершенствованные, «британские» способы ковки стали теснить «немецкий», или «валлонский», принесенный в Швецию еще в XVII в. В 60-х годах пришла пора стального литья в новых печах Бессемера - Еранссона (последний - швед).

Первые датские и шведские пароходы были спущены на воду еще в конце 1810-х годов, однако долгое время использовались на внутренних и каботажных линиях. Именно для пароходного сооб­щения была сооружена, а частью восстановлена система Гёта-канала (1832), соединившая Стокгольм и Гетеборг. Железнодорож­ное сообщение раньше привилось в Дании с ее малыми расстояния­ми: Копенгаген - Роскилле 1847 г. В Норвегии первый поезд был пущен в 1854 г., а в Швеции - в 1856 г. В 1853-1,855 гг. во всех скандинавских странах заработали, первые электротелеграфные ли­нии, был также проложен подводный кабель между Данией и Шве­цией.

На протяжении 40-х - первой половины 60-х годов исчезли все ограничения для частной торгово-промышленной деятельности в каждой из трех стран.

Еще в 1825 г. Швеция и Норвегия значительно снизили, а час­тью упразднили пошлины в торговле между обоими участниками унии. Пошлины на ввоз были резко снижены в Норвегии с 1842 г., в Дании - с 1844 г., в Швеции - с 1851 г. В Швеции, кроме того, с 1826 г. постепенно сводились на нет строгости старинного «Про­дукт-плаката» (см. с. 82). В 1857 г. Дания прекратила многовеко­вое взимание зундских и бельтских /пошлин. Ее таможенный тариф 1863 г. устанавливал крайне низкие ввозные сборы и носил вполне фритредерский характер. Торговым договором 1865 г. с Францией Соединенные королевства Швеции и Норвегии также фактически перешли к полной свободе торговли.

Важным условием начавшегося экономического переворота бы­ло упрочение скандинавских денежных систем - постепенно урав­нение курса бумажных денег с серебряными и возвращение к чисто серебряному стандарту в Швеции с 1834 г., в Норвегии - с 1842 г.„ в Дании - с 1845 г. Все три скандинавские страны уже имели после

1814    г. свои национальные банки, занимавшиеся, впрочем, преиму­щественно выпуском бумажных денег. Однако развитие промыш­ленности тормозилось нехваткой кредитных учреждений. Крупные частные банки для финансирования промышленности и транспорта и с прочными международными связями возникли в Скандинавии в 50-х годах. Наиболее заметными были «Стокгольме эншильда банк» А. Валленберга (1856), «Норшке кредитбанк» в Кристиании (1857) и копенгагенский «Приватбанкен» (1857). Однако главными источниками кредита еще долгое время оставались торговые фир­мы, отдельные банкиры и купцы.

Важной особенностью промышленного переворота в Скандина­вии была активная роль государства. Правительства скандинавских стран брали займы за границей и финансировали крупные хозяйст­венные начинания середины XIX в., непосильные для частных кру­гов, например железнодорожное строительство.

Буржуазные либералы и крестьянские демократы в борьбе за политические реформы (30-40-е годы). Общий экономический подъем 30-х и последующих годов сопровождался и значительными социальными сдвигами. Главным из них было появление, а частью возрождение ранее разорившейся промышленной буржуазии. Круп­ные капиталисты - промышленники и торговцы - уже играли при всей своей малочисленности важную роль и в общественно-полити­ческой жизни скандинавских стран.

В Швеции и Дании у власти стояла королевская бюрократия и крупные помещики. Бюрократия эта уже сильно обуржуазилась, как и само дворянство. В Норвегии она вообще смыкалась с бур­жуазией. Наряду с королевской бюрократией и помещиками-дворянами оплотом старого порядка (привилегий, монополий, цехов) была и часть буржуазии - городской патрициат, цеховые мастера скандинавских городов.

Новая торгово-промышленная буржуазия и "Тесно связанная с ней разночинная интеллигенция стали в Швеции и Дании ядром либеральной оппозиции. В Норвегии, где буржуазно-либеральные политические порядки были частично установлены еще в 1814 г., главной оппозиционной силой стало зажиточное крестьянство - сельская мелкая буржуазия, вместе со своей интеллигенцией выс­тупившая с умеренно-демократической программой.

Буржуазные революции 1830 г. во Франции и Бельгии дали скандинавским оппозиционерам сильный толчок к практической деятельности. Она заключалась в издании газет (самые извест­ные - норвежская «Моргенбладет», 1819; шведская «Афтонбладет», 1830; датская «Федреландет», 1834) и брошюр, в проведении соб­раний и банкетов, в парламентских выступлениях.

В Дании либералы добивались конституционного ограничения самодержавия, гражданских свобод (свободы печати, например) „ в Швеции - расширения полномочий риксдага за счет короля и правительства и реформы самого сословного риксдага - его прев­ращения в бессословный буржуазный парламент. В Норвегии крес­тьянская оппозиция требовала экономии государственных средств, упразднения старинных поземельных налогов, усиления обществен­ного контроля над чиновниками как через стортинг, так и на ме­стах. Остро стоял во всех странах и вопрос о местном самоуправ­лении. В Дании и Норвегии оно в пору абсолютизма вообще исчез­ло, а в Швеции сохранилось, но целиком было в руках имущих сло­ев. Экономическая программа либералов во всех странах пример­но совпадала (кроме аграрного вопроса).

Отчасти под нажимом оппозиции, отчасти под впечатлением ев­ропейских революций 1830 г. правительства скандинавских стран пошли на куцые реформы. Датский король - старик Фредрик VI в 1831 г. объявил о предстоящем созыве провинциальных совеща­тельных сословно-представительных собраний. Избирательное пра­во - активное и пассивное - получили только землевладельцы и состоятельные арендаторы - примерно V40 самодеятельного населе­ния. В 1834 г. впервые были созваны четыре собрания: отдельно на островах, в Ютландии, Шлезвиге и Гольштейне. В 1837-1841 гг. было введено местное самоуправление в виде окружных, городских и приходских советов, избираемых богатеями.

Эти незначительные уступки как Фредрика VI, так и его преем­ника Кристиана VIII (1839-1848) [1] только толкали либералов на дальнейшую борьбу за конституцию. В условиях датской триединой монархии (королевство и герцогства Шлезвиг и Гольштейн) борьба эта все более принимала характер не только классовый, но и наци­ональный. С 1830 г. в обоих герцогствах развернулось немецкое се­паратистское движение. Шлезвиг-голштинские либералы-немцы требовали полного слияния герцогств в рамках особой конституци­онной монархии и отделения их от Дании. Однако Северный и Сред­ний Шлезвиг все еще были населены преимущественно датчанами. Датские либералы требовали включения всего Шлезвига в состав Дании (лозунг «Дания до Эйдера») [2] и предельного ослабления связи его с Гольштейном. Эта программа была выдвинута в 1842 г., после чего датских либералов стали называть национал-либе­ралами.

В 40-х годах в Дании возникло также крестьянское движение. В 1842 г. стал выходить еженедельник «Друг простого народа». Разделяя идеи политического либерализма, журнал выдвинул и чисто крестьянские требования: превращение фестеров в собствен­ников с помощью государства; устранение всех элементов сослов­ной приниженности крестьян - введение всеобщей воинской повин­ности, равного налогообложения и пр. Демократическая агитация в сельской местности напугала власти, но привлекла сочувствие либералов. В 1846 г. вожди последних основали «Общество друзей крестьян» и взяли руководство движением в свои руки. Это обстоя­тельство притупило демократическое острие движения, за предела­ми которого остались малоимущие низы сельской Дании (хусмены и пр.).

В Швеции престарелый Карл XIV Юхан упорно противился ре­формам. Однако на риксдаге 1840-1841 гг. либеральная оппози­ция (один из видных либералов - журналист и предприниматель Ларе Ерта), опираясь на горожан и крестьян, впервые заставила уйти в отставку наиболее реакционных членов государственного совета. В 1842 г. был принят важный закон об обязательном посе­щении народной школы, в 1843 г. несколько демократизировано ме­стное самоуправление (к участию в нем были допущены неземле-владельцы), в 1844 г. установлена полная свобода печати. Сын Карла XIV король Оскар I (1844-1859) в начале своего правления охотно шел на реформы.

В Норвегии демократическая оппозиция выдвинула своего иде­олога, поэта и журналиста X. Вергеланна Младшего (см. с. 129). В 1833 г. в стортинг впервые была избрана крупная группа крестьян (один из популярных вождей - сельский учитель У. Уэланн). Вме­сте с демократическим крылом горожан оппозиция завоевала боль­шинство в парламенте. В 1837 г. она добилась введения самоуправ­ления в сельской местности и городах. Параллельно оппозиция стала энергично добиваться от короля большего равенства Норве­гии в ее унии со Швецией. С 1836 г. на должность королевского наместника назначались только норвежцы. При Оскаре I, который уже владел норвежско-датским языком, Норвегия получила (1844) собственный военный флаг (торговый она уже имела с 1821 г.) *. Общий герб Соединенных королевств был теперь исправлен в духе равенства обоих партнеров.

Революционный 1848 год - конец датского самодержавия. Скан­динавизм и первая шлезвиг-голштинская война. Революции 1848- 1849 гг. оказали на Скандинавию более непосредственное воздейст­вие, чем любое другое революционное движение в Европе со вре­мен Реформации.

На протяжении 40-х годов датско-немецкая национальная рознь быстро росла. Соответственно уходили в прошлое традиции дат­ско-шведской вражды. Опасаясь остаться наедине с Германией, датские либералы всячески, старались придать культурным и на­учным связям с северными соседями Дании характер политической солидарности. В 1840-х годах возникло буржуазно-либеральное движение скандинавизма, провозгласившее не только историческую и культурную, но и политическую общность трех скандинавских стран. Несмотря на свою либеральную окраску, политический скан­динавизм в Дании служил Делу аннексии всего Шлезвига и мешал национальному воссоединению немцев. Скандинавизм способство­вал всемерному слиянию Швеции с Норвегией в рамках унии, т. е.

 

подчинению норвежцев, а также служил целям прошведской агита­ции в Финляндии. Между тем возврат в состав шведского государ­ства противоречил национальным интересам финнов. Положитель­ное значение скандинавизма XIX в. ограничивалось в основном рам­ками культурной жизни.

Правительство короля Кристиана VIII отвечало на рост немец­кого и датского национальных движений династической политикой «неделимого государства». В 1846 г. Кристиан в открытом письме провозгласил общий порядок престолонаследия для Дании и Шлез­вига, чем вызвал взрыв возмущения немецких подданных короля.

В январе 1848 г. королевский и герцогский престолы занял без­детный Фредрик VII (1848-1863) - последний в древнем роде дат­ских Ольденбургов. Он обещал даровать Дании и обоим герцогст­вам общую конституцию, неприемлемую именно по этой причине для буржуазии составных частей монархии. 20-21 марта 1848 г. под впечатлением не только радостных вестей из Вены и Берлина* но и тревожных из герцогств, где готовилось выступление немецких патриотов, датские либералы организовали митинг в копенгаген­ском театре Казино и народное шествие к Кристиансборгу - коро­левскому дворцу. Напуганный король поспешил удовлетворить тре­бования либералов. 22 марта было образовано новое правительство с участием их вождей - богослова Д. Монрада, адвоката О. Лема­на и артиллерийского офицера А. Ф. Чернинга. Народу был обещав созыв учредительного собрания для выработки конституции. Но­вое правительство задалось целью включить весь Шлезвиг в сос­тав Дании. «...Германия переживала революцию, и Дания, как всег­да, повторяла ее на провинциальный манер»[3].

В ответ вспыхнуло антидатское восстание в герцогствах. Вре­менное правительство в Киле во главе с герцогом Кристианом Авгу­стом Аугустенбургским[4] провозгласило отделение обоих герцогств от Дании. Восстание переросло в датско-германскую войну. В обеих армиях царили националистические страсти, однако справед­ливость была скорее на стороне немцев, боровшихся за воссоедине­ние Германии «снизу». Уже в апреле 1848 г. датчане были разбиты, и войско их укрылось на острове Альс, пруссаки же вступили в Се­верную Ютландию. Швеция, впервые действуя в духе скандинав­ской солидарности, прислала вспомогательный корпус, но в бой его не ввела. Главную поддержку Дания получила от царской России. Навязав датчанам свою точку зрения о необходимости восстано­вить статус-кво, царь Николай I добился вывода прусских войск из Ютландии. При деятельном посредничестве шведов стороны заклю­чили перемирие в Мальмё (июль 1848 г.), выгодное для Дании.

Военные действия возобновились в 1849 г., шлезвиг-голштинцы, лишившиеся поддержки Пруссии, были разбиты при Фредерисии (6 июля 1849 г.) и при Истеде (25 июля 1850 г.). В 1850 г. был за­ключен Берлинский мир Дании с Пруссией; в 1852 г. пять великих держав, Швеция и Дания подписали реакционный лондонский про­токол о неприкосновенности датской монархии, а также согласовали вопрос о кандидате в наследники престола Дании и герцогств. Им стал принц Кристиан Глюксбург - отпрыск младшей ветви Ольденбургской династии в обход средней Аугустенбургской ветви.

Во время военных действий в Копенгагене заседало Учредитель­ное собрание. 5 июня 1849 г. (этот день стал национальным празд­ником - Днем конституции) король утвердил принятую собранием конституцию - творение национал-либералов. Июньская конститу­ция была одной из самых прогрессивных в тогдашнем мире. Поло­жительно сказался нажим демократической левой - «Друзей крес­тьян» - на либералов. Конституция вводила двухпалатный парла­мент, избираемый мужчинами, достигшими 30 лет, кроме лиц, получающих помощь по бедности. Нижняя палата (фолькетинг) избиралась прямо, верхняя (ландстинг) - двухстепенно, причем от депутатов ландстинга требовались имущественный ценз и солидный возраст - 40 лет и более. Король делил с парламентом законода­тельную власть, но подпись его контрассигновывал ответственный министр. Правительство по-прежнему назначалось и увольнялось королем. Наряду с гражданскими свободами и всеобщей воинской повинностью провозглашалась обязанность правительства печься о нуждающихся и о всеобщем обучении. Дворянские привилегии от­менялись.

Революционные отклики 1848 года в Швеции и Норвегии. За­рождение рабочего движения и утопического социализма в Сканди­навии. В Швеции и Норвегии буржуазия и крестьянство были на­строены еще менее революционно, чем в Дании, поскольку и коро­левский произвол, и феодальные пережитки были в Швеции и тем более в Норвегии слабее, чем в Дании. Вместе с тем рабочий класс был в обеих странах относительно многочисленнее, чем в Дании, где промышленный пролетариат вообще только зарождался. Поло­жение рабочего класса раньше стало там общественной проблемой, раньше возникла и социалистическая мысль, и в 1848 г. сильнее проявились революционные настроения бедноты, городской (в Шве­ции) и сельской (в Норвегии).

Еще в 1838 г. шведская столица стала свидетелем многодневных народных волнений, возглавляемых демократами. Накануне рево­люции 1848 г. отдельные просветительные кружки уже изучали за­рубежную коммунистическую литературу. Шведский книгоиздатель П. Етрек, последователь Сен-Симона и Кабе, в конце 1848 г. выпу­стил перевод «Манифеста Коммунистической партии».

При вести о Французской революции активизировалось либе­ральное «Общество друзей избирательной реформы» в шведской столице. 18 марта оно устроило политический банкет, тогда как ра­бочие и бедные ремесленники двинулись к королевскому дворцу. Манифестации и нападения на дома реакционных министров про­должались в Стокгольме и на следующий день, пока войска не по­давили волнения, при этом погибло до 30 человек.

Оскар I вынужден был составить новое правительство с участи­ем умеренных либералов, которое и внесло на сессии риксдага

1848    г. проект парламентской реформы (двухпалатный цензовый парламент). С одобрения короля консервативные в своем большин­стве сословия риксдага отложили обсуждение проекта и приняла закон о подавлении «бунтов». Полицейский надзор и репрессии уси­ливались. Позже, в начале 50-х годов, проект парламентской ре­формы был провален риксдагом.

В Норвегии известие о французской революции застало стор­тинг в сборе. Группа наиболее радикальных оппозиционных депу­татов предложила выразить недоверие консервативному правитель­ству и протест против пережитков самодержавия в управлении страной. Однако в стортинге, как и в шведском риксдаге, консер­ваторы взяли верх и увлекли за собой либералов. В это время сре­ди сельских рабочих и бедняков-хусменов развернул агитацию мо­лодой школьный учитель и журналист Маркус Тране. Его привлек­ла программа английских чартистов. В 1848 г. он стал создавать местные «рабочие объединения» и выпускать газету «Листок рабо­чих объединений». В 1850 г. число этих организаций достигло 273„ а число их членов превысило 20 тыс. человек. В том же году Тране собрал 12 000 подписей под петицией с требованием демократиче­ских реформ - всеобщего избирательного права, всеобщей воин­ской повинности, отмены ввозных пошлин, улучшения положения хусменов и пр. Тране резко нападал на стортинг как орган город­ских и сельских богачей, власть имущих. В 1851 г. напуганные вла­сти прибегли к репрессиям. Последовали сотни арестов. Тране был осужден, вышел из тюрьмы в 1853 г. и эмигрировал в Америку. Объединения транистов распались.

Шведский нейтралитет и отход от него во время Крымской войны. Шведско-Норвежское королевство едва не нарушило своего нейтралитета во время шлезвиг-голштинской войны 1848-1850 гг. К тому времени Соединенные королевства более тридцати лет не воевали, балансируя между Англией и Россией. Декларация Карла XIV Юхана о нейтралитете в случае европейской войны (1834) бла­гоприятствовала британским интересам: кораблям воюющих дер­жав разрешалось входить в подавляющее большинство шведских и норвежских портов, а в таком разрешении нуждалась, конечно, не­балтийская держава.

При новом восточном кризисе в 50-х годах как Швеция-Норвегия, так и Дания приняли согласованные декларации о нейтралите­те, неблагоприятные для России (1853). Флот союзников действо­вал на Балтике, опираясь на шведские порты. В 1855 г. шведско- норвежский король заключил с Англией и Францией «Ноябрьский трактат», по которому западные державы гарантировали неприкос­новенность Соединенных королевств от посягательств России. Британская дипломатия и печать еще с 20-х годов распространяли ложную версию об агрессивных замыслах России в отношении ат­лантических портов Норвегии.

Отойдя столь явно от нейтралитета, Оскар I намеревался всту­пить в войну с Россией, несмотря на военную неподготовленность страны. Парижский мир 1856 г. сорвал его опасные для самой же Швеции планы. При мирном урегулировании шведская диплома­тия добилась лишь заключения англо-франко-русской конвенции о демилитаризации Аландского архипелага. Вспышка шведского ре­ваншизма надолго охладила отношения с Россией.

Вторая шлезвиг-голштинская война. Поражение Дании. В 50-х годах датские правительства - консервативное, а затем вновь на- ционал-либеральное - упорно старались провести в жизнь реакци­онную политику неделимого государства. С этой целью в 1854 г. бы­ло установлено таможенное единство Дании и герцогств. В 1855 г. была принята и весьма реакционная конституция «для общих дел датской монархии», т. е. общая для Дании и герцогств. Она «над­страивалась» над июньской, собственно датской конституцией и над местными сословными конституциями герцогств. «Общая конститу­ция» не только укрепляла власть Дании над герцогствами, но и су­щественно сужала применение демократической июньской конститу­ции в самой Дании. «Общая конституция» вызвала яростные проте­сты шлезвиг-голштинцев и стоящих за ними государств Герман­ского союза.

Политика неделимого государства оказывалась невыполнимой, и в начале 60-х годов правительство национал-либерала Халля ре­шило разрубить узел. Новый шведский король Карл XV (1859- 1872), убежденный скандинавист, обещал (без ведома своего прави­тельства) военную помощь Фредрику VII. В ноябре 1863 г. дат­ский парламент принял новую конституцию «для общих дел коро­левства Дании и герцогства Шлезвиг» взамен конституции 1855 г. В общем двухпалатном и цензовом «государственном совете» (рик- сроде) депутатам от Дании обеспечивалось абсолютное большин­ство мест. Отныне Шлезвиг соединялся с Гольштейном и Лауэнбургом лишь одной личной унией. Многовековое единство управле­ния обоих герцогств упразднялось.

Конституция 1863 г. была явным вызовом и Германскому сою­зу, й великим державам. Взволнованный король Фредрик умер на второй день после ее принятия риксдагом, и подписывать консти­туцию пришлось уже Кристиану IX Глюксбургу (1863-1906), быв­шему «принцу по протоколу».

После того как датское правительство (новый премьер Мон- рад) отклонило ультиматум германских государств, требовавших в 48 часов отменить новую конституцию, австро-прусские войска вторглись в Шлезвиг (1 февраля 1864 г.). Датская армия сража­лась храбро, но была плохо подготовлена.

Древние укрепления на шлезвиг-голштинской границе - вал Даневирке - пришлось оставить и вновь закрепиться на острове Альс. 18 апреля пруссаки в кровопролитном штурме взяли Дюб- бельские позиции, после чего состоялось перемирие. Однако согла­сительная конференция великих держав в Лондоне успеха не име­ла в значительной мере по вине Дании, не желавшей делить Шлез­виг по линии, предложенной Бисмарком.

В июне 1864 г. военные действия возобновились: датчане поте­ряли и остров Альс и Ютландию. Вконец скомпрометированные национал-либералы уступили место консервативному кабинету, 30 октября в Вене был подписан мир. Гольштейн, Лауэнбург и почти весь Шлезвиг перешли в совместное управление Австрии и Пруссии. За пределами Дании остались 200 тыс. датчан Шлезвига[5].

Война нанесла удар политическому скандинавизму. Шведы и норвежцы не оказали датчанам серьезной помощи.

Реакционный пересмотр датской конституции и ограниченная парламентская реформа в Швеции. После поражения 1864 г. руко­водство Данией перешло к консерваторам, т. е. главным образом к помещикам. В 1865 г. правительство возглавил К. Фрийс - круп­нейший землевладелец страны. Его поддержала правая часть «Дру­зей крестьян» во главе с И. А. Хансеном (в прошлом издатель журнала «Друг простого народа»). Тех и других объединяли враж­да к национал-либералам и некоторые общие аграрные интересы. Новое правительство стремилось устранить двойную конституцию 1849 и 1863 гг.

«Друзья крестьян» не подняли уставшие от войны и поражения массы в защиту демократических завоеваний Июньской конституции. В 1866 г. последняя была пересмотрена, а конституция 1863 г. отме­нена. При пересмотре были сохранены широкие полномочия коро­ля - абсолютное вето и право издавать временные законы между сессиями риксдага. Было отменено всеобщее избирательное право для выборов большинства депутатов ландстинга. Впредь их должны были избирать крупные земле­владельцы либо их прос­то назначал король. По­мещичья верхняя пала4· та - ландстинг - обеспе­чила земельным магна­там значительную долю власти в стране.

К еще более ограни­ченным по сравнению с Данией политическим итогам пришла в том же 1866 году Швеция. Пар­ламентская реформа ста­новилась все более необ­ходимой по мере успехов буржуазного развития страны. Основные группы предпринимателей, чи­новников, лиц свободных профессий оставались не представленными в рикс­даге до конца 50-х годов. С начала 60-х годов сто­ронники реформы начали систематическую агитацию, прибегая, в частности, к сбору подпи­сей и подаче петиций правительству. В пользу реформы были на­строены и члены новых массовых организаций - стрелковых об­ществ, внушавших опасения властям.

Под давлением широкой общественности правительство, воз­главляемое министром юстиции бароном Луи де Геером - либе­ральным бюрократом,- занялось подготовкой реформы. Важным шагом навстречу ей была реформа местного самоуправления 1862 г. Она отделила светское самоуправление от церковного и предоста­вила коммунальное избирательное право всем жителям в прямой зависимости от их материального положения, т. е. сугубо неравное.

В декабре 1865 г. очередная сессия шведского риксдага приняла правительственный проект реформы. В столицу прибывали десятки депутаций с адресами, и были стянуты войска. Проект был столь умеренным, а брожение умов в стране столь сильно, что даже «па­лата рыцарства», т. е. дворянство, большинством голосов одобрила проект. В 1866 г. новое «Положение о риксдаге» стало законом и составной частью конституции страны.

Отныне четырехсословный риксдаг уступил место двухпалатно­му. На выборах нижней (второй) палаты активное избирательное право давалось мужчинам с 21 года, оно ограничивалось высоким имущественным цензом, дифференцированным в пользу сельских округов. Иначе говоря, к выборам допускалось кулачество, но от­странялись городская мелкая буржуазия и низшее чиновничество, не говоря уже о крестьянской бедноте и рабочем классе. Верхняя палата выбиралась косвенным путем - депутатами провинциаль­ных собраний (ландстингов, существовавших с 1862 г.) и городских собраний (в крупных городах). Ее депутатами могли быть владель­цы больших состояний - помещики, правительственные сановники, предприниматели. Для принятия закона, как и в Дании, требова­лось согласие обеих палат. Однако по вопросам бюджета, государ­ственных финансов голоса обеих палат складывались, и тогда ниж­няя, как более многочисленная, имела перевес. В целом реформа 1866 г. благоприятствовала крупной буржуазии, особенно поме­щикам.

Шведско-норвежский спор об условиях унии на рубеже 50-60-х годов. Правящие круги Норвегии - чиновничество и тесно связан­ная с ним крупная, в особенности торговая, буржуазия - при Оска­ре I вполне примирились с унией. С одной стороны, король этот со­блюдал условия унии, с другой - при наличии крестьянско-демо­кратической оппозиции правящие слои Норвегии больше ценили унию, видя в ней оплот и гарантию собственного господствующего положения в стране.

На исходе 50-х годов, однако, вновь осложнились и внутриполи­тическая обстановка в Норвегии, и шведско-норвежские отношения. Предпосылкой для политической перегруппировки внутри страны были накопившиеся результаты социально-экономических сдвигов. Круто вырос удельный вес городского населения: в крупнейших центрах - Христиании, Бергене, Тронхейме - жили уже десятки тысяч людей. В основном это были различные группы средней и мелкой буржуазии, мелких чиновников и буржуазной интеллиген­ции. Именно эти круги потребовали новых реформ, и притом реформ политических - демократизации государственного управления и подлинного уравнения Норвегии со Швецией в рамках унии. Вож­дем буржуазных демократов стал популярный адвокат и оратор Ю. Свердруп (1816-1892). Союзника он нашел в лице старого вож­дя крестьян в стортинге - У. Г. Уэланна, за которым теперь шла, правда, лишь передовая, наиболее демократическая часть крестьян­ских депутатов из западных районов страны. В 1859 г. Свердруп и Уэланн основали «Общество реформы», задуманное как общена­циональная политическая партия с местными отделениями. Подлин­ной целью Свердрупа было создание правительства, опирающегося не на доверие короля, а прежде всего на поддержку парламентского большинства. Хотя «Общество реформы» вскоре распалось, оно по­служило делу политического просвещения и сплочения крестьян во­круг национал-демократической программы Свердрупа.

Поводом к возобновлению после «почти 15-летнего перерыва спо­ра об условиях унии послужил вопрос о королевском наместнике в Норвегии. В 1859 г. стортинг с негласного одобрения Карла XV отменил эту должность. Такой односторонний акт возмутил правящие круги Швеции. Под их давлением слабохарактерный король наложил вето на резо­люцию стортинга.

Возмущенный решением стортинга, шведский еще со­словный риксдаг потребовал в 1860 г. приступить к пересмот­ру всех условий унии. Велико­державных шведских полити­ков более не удовлетворял ее ограниченный характер. Стор­тинг столь же единодушно от­стаивал равноправие Норвегии и ее полный суверенитет в во­просах, не оговоренных актом унии 1815 г. Однако норвеж­ский консервативный кабинет во главе с адвокатом Ф. Стан- гом не возражал против укре­пления унии и сближения со Швецией на условиях равно­правия. В 1865 г. был создан шведско-норвежский комитет для пересмотра условий унии. Спустя два года комитет пред­ставил свой реакционный пропарламент-«государственный совет», частично сливались вооруженные силы и пр. Судьба этих предложений решалась уже в 70-х годах.

Расцвет романтизма в Скандинавии и зачатки буржуазного реа­лизма. С начала XIX в. в идейной жизни скандинавского общест­ва - прежде всего датского и шведского - раньше в философии и литературе, а позже, с 30-40-х годов, также в изобразительных ис­кусствах почти безраздельно воцарился романтизм. Скандинавские романтики вдохновлялись и учились у поэтов немецкой «бури и на­тиска» XVIII в., у немецкого романтизма в целом и у классической догегелевской философии (Кант, Фихте, Шеллинг).

Сравнительная сглаженность социальных противоречий, преоб­ладание патриархального мещанства и крестьянства предопредели­ли идейно-политическую умеренность, в особенности датского и шведского романтизма. И реакционно-феодальные крайности, и ре­волюционный радикализм выражены слабо. Радикализм больше всего присущ сравнительно позднему норвежскому романтизму 30-50-х годов.

Романтизм господствовал в Скандинавии вплоть до 60-х годов XIX в. включительно. Заслуга лучших скандинавских романтиков состояла в преодолении подражательного характера национальных литератур, особенно зависимости датской от немецкой и норвежской от датской, в широком обраще­нии к народным традициям (издание сказок, баллад, ска­заний). Известный уже скан­динавизм - порождение ро­мантизма, умирающее вместе с ним в 60-х годах.

Наиболее выдающимся дат­ским романтиком был поэт и драматург Адам Эленшлегер (1779-1850), автор трех «Се­верных поэм»; его считают также родоначальником всего скандинавского романтизма.

Шведские романтики не имели одного признанного вождя. От первоначальной группы сенти­ментально-мистических фосфо­ристое (по названию их жур­нала «Фосфорос», 1810) вско­ре отпочковался национально­консервативный «ётский союз»

(от наименования древнешвед­ского племени ётов) с журна­лом «Идуна» (1811). Вождем ётов стал Эрик Густав Гейер (1783- 1847)-самый разносторонний из шведских романтиков, поэт и философ, историк и общественный деятель. К романтикам отчасти примыкал крупнейший шведский поэт Исайя Тегнер (1782-1846), автор поэмы «Сага о Фритьофе». Норвежский поэт-романтик Хен­рик Вергеланн Младший (1808-1845) считается основоположни­ком новой норвежской литературы.

Норвежские романтики возглавили борьбу за возрождение на­циональной культуры, за преодоление многовекового датского за­силья. Романтизму Норвегия обязана и начавшейся норвегизацией своего литературного - датского языка. Параллельно было пред­принято восстановление норвежского национального языка на ос­нове крестьянских диалектов, ставшее делом жизни школьного учи­теля И. Осена (1813-1896). Воссозданный им язык получил назва­ние сельского языка - лансмола в противоположность норвежско- датскому языку горожан и вообще верхов -риксмолу. Так в 50-х годах XIX в. возник в Норвегии вековой спор между сторонниками обоих языков.

В 30-40-х годах XIX в. романтизм в Швеции и Дании превра­тился в эпигонское, уводящее от острых жизненных проблем тече­ние. В Швеции крупные писатели пришли к реализму уже в 30-х го­дах: К. И. Л.Алмквист (1793-1866) с его смелой повестью «Идет!». Самые выдающиеся датские и норвежские писатели середины XIX в. уже сочетали романтические черты с реализмом и социальной кри­тикой: датский поэт и сатирик Фр. Палудан-Мюллер (1809-1876); великий датский сказочник Г. Хр. Андерсен (1805-1875); классики норвежской литературы и драматургии Г. Ибсен и Б. Бьёрнсон в их раннем творчестве.

По сравнению с литературой изобразительные искусства первой половины и середины XIX в. куда менее самостоятельны и интересны. Упадок архитектуры в период до 1830 г. отразил общее материальное оскудение Скандинавии. Увлечение неоклассициз­мом удержалось надолго, примерно до 1840 г. Крупнейшими ма­стерами этого направления были всемирно известный датский скуль­птор Б. Торвальдсен и другой датчанин - живописец К. Эккерс- берг (1783-1853), ученик француза Давида. В 40-х грдах началась пора романтизма в архитектуре, проявившаяся в эклектическом тя­готении к готике и Ренессансу. Живопись развивалась под сильным влиянием немецкой мещанско-романтической дюссельдорфской школы и отличалась пристрастием к историко-литературным сюже­там. Романтизм, особенно в Норвегии, непосредственно подготовил и создание - главным образом уже во второй половине века - на­циональных музыкальных школ в каждой из трех стран, пробудив интерес к народному, в частности песенному, творчеству.

В первой половине XIX в. продолжали успешно развиваться на­уки - общественные и естественные. Романтизм был также эпохой расцвета исторической науки: во всех трех странах, позже других в Норвегии, создаются национальные исторические школы. Основа­телем шведской буржуазной историографии считают уже извест­ного Э. Г. Гейера, датской - К. Ф. Аллена и К. Палудан-Мюллера (брата писателя) норвеж­ской - П. А. Мунка. Датчане выдвинули также выдающих­ся языковедов (Р. Раск и Ю. Н. Мадвиг) и археологов (Кр. Томсен и Е. Ворсе), соб­ственно создавших на матери­але датских раскопок архео­логию как научную дисципли­ну. Другой датчанин - X. Кр.

Эрстед прославил себя откры­тием электромагнетизма. Шве­ды, как и в XVIII в., добились успехов в области точных на­ук. Так, в 1844 г. в Швеции были изобретены безопасные серные спички, в 1858 г. был усовершенствован бессемеров­ский способ плавки стали.

Швед А. Нобель создал при­мерно в то же время динамит, другой швед - ё. Эрикссон - гребной винт. Норвежец H. X. Абель (1802-1829) развил учение о функциональных уравнениях.

Наконец, в эпоху романтизма значительно окрепла самостоя­тельная философская мысль в Скандинавии. Первыми провозвест­никами немецкого классического идеализма были здесь датско-не­мецкий натурфилософ - шеллингианец X. Стеффене (1773-1845) и шведский кантианец Б. Хойер (из Упсалы). Учеником Стеффенса был датчанин Н. Грундтвиг (1783-1872). Создатель оригиналь­ной религиозной философии истории Грундтвиг искал синтеза хри­стианства с древнегерманскими добродетелями, но обращался к на­родным массам, считал крестьянство воплощением этих добродете­лей и тем способствовал развитию крестьянско-демократического движения в Дании. Он впервые организовал скандинавские выс­шие школы для взрослых - своего рода народные университеты. Самостоятельную, хотя и глубоко реакционную, систему классиче­ского объективного идеализма разработал «шведский Платон» Кр. Я. Бустрем (1797-1866). С радикальной, но опять-таки реакцион­ной критикой современного ему общества, морали и официальной церкви выступил теолог и философ-иррационалист Сёрен Кьерке­гор (1813-1855). Его творчество впоследствии оказало сильное влияние на европейскую буржуазную философию середины нашего века - экзистенциализм.

Кан А. С.

Из книги «История скандинавских стран», 1980

 

Примечания

[1] Бывший король Норвегии в 1814 г.

[2] Река Эйдер издавна отделяла Шлезвиг от Гольштейна.

[3]  Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 5, с. 422.

[4] Представитель боковой мужской ветви Ольденбургов, ранее заявивший

о  своих наследственных правах на оба герцогства.

[5] См.Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т. 10, с. 420.

Читайте также: