ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Рыцари-тамплиеры в Иерусалиме в 12 веке, битва с войском Саладдина
Рыцари-тамплиеры в Иерусалиме в 12 веке, битва с войском Саладдина
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 30-04-2016 21:55 |
  • Просмотров: 2091

Надежнейшим бастионом Иерусалима были госпитальеры св. Иоанна и рыцари Храма Соломона; в характерном для них странном сочетании монашеской и военной жизни можно заподозрить фанатизм, но избранная ими линия поведения кажется полностью оправданной. Цвет европейской знати стремился принять обеты этих почитаемых орденов; их дух и дисциплина были непоколебимы; и пожалованные им вскоре двадцать восемь тысяч поместий, или маноров, дали им возможность содержать постоянные конные и пешие войска для защиты Палестины.

Магистр, Филипп де Наплу, сложил свои полномочия через три года, и его преемником стал Одо де Сент-Аман, гордый и свирепый воин, беспримерной храбрости и решительности, не страшившийся, согласно Гийому Тирскому, ни Бога, ни человека пред своими очами [93 - Will. Tyr., lib. XXI, cap. 29.].

Тамплиерам теперь предстояло столкнуться с более сильным противником, чем когда-либо ранее; с человеком, которому суждено было вновь добиться превосходства Полумесяца над Крестом и водрузить знамя пророка над стенами священного города.

Когда халиф Фатимидов получил донесение о вторжении Амальрика в Египет, он послал волосы одной из своих жен - один из знаков величайшего несчастья, известных на Востоке, - благочестивому Нуреддину, и тот немедленно отправил к нему на помощь войско под предводительством Ширкоха и его племянника, Юсуфа-бен-Акуба-бен-Шади, знаменитого Саладдина. Ширкох умер вскоре после прибытия в Египет, а Юсуф заступил на место командующего и был назначен визирем халифа. Юсуф провел юность в удовольствиях и увеселениях, в праздности и лени: он с сожалением оставил радости Дамаска ради пустынных равнин Египта; и если бы не вероломная вылазка короля Амальрика и госпитальеров против неверных, то блестящие таланты и неукротимая энергия молодого курдского вождя, изменившие коренным образом положение дел на востоке, возможно, никогда бы не проявились.

Как только Саладдин взял в руки меч и получил под свое командование войско, он бросил все безумства юности и начал новую жизнь. Он отказался от мирских удовольствий и стал вести жизнь святого. Саладдин носил одежду из грубой шерсти; вода была единственным его питьем; он строго воздерживался от всего, что не одобрялось мусульманской религией. Пять раз в день он публично совершал молитву, окруженный своими друзьями и последователями, и его манеры стали строгими, серьезными и сдержанными. Он храбро сражался духовным оружием против мирских искушений; ночи часто проводил в созерцании и размышлениях, и всегда был усерден в постах и изучении Корана. С тем же рвением он сражался телесным оружием с врагами ислама, и его восхищенные последователи дали ему имя Салах-эд-Дин («чистота религии»), коротко Саладдин.

Во главе сорока тысяч всадников и пехотинцев он пересек пустыню и вторгся в Палестину; яростные бедуины и воодушевленные арабы с далекого юга собрались под его знаменами и ревностно стремились достичь мученического венца, защищая веру. Достопамятный и устрашающий арабский победный клич «Аллах акбар» вновь прозвучал на равнинах и в горах Палестины, и великая борьба за обладание священным городом Иерусалимом, равно почитаемым и мусульманами, и христианами, разгорелась с новой силой. Саладдин осадил укрепленный город Газу, который принадлежал тамплиерам и считался вратами в Палестину со стороны Египта. Роскошные сады, пальмовые и оливковые рощи этого города среди пустыни были уничтожены яростными всадниками, и бесчисленные шатры арабского войска раскинулись на соседних песчаных холмах. Воинственные монахи ордена тамплиеров постились и молились, призывая помощь Бога воителей; ворота города распахнулись, и в неожиданной вылазке во вражеский лагерь тамплиеры явили такие чудеса храбрости, что Саладдин, отчаявшись взять город, снял осаду и вернулся в Египет [94 - Will. Tyr., lib. XX, XXI, XXII.].

На следующий год знаменитая булла папы Александра omne datum optimum, подтвердившая прошлые привилегии тамплиеров и даровавшая им дополнительные права и льготы, была оглашена в Англии. Она начинается такими словами:

Александр епископ, раб рабов Божьих, своим возлюбленным сыновьям Одо, магистру рыцарей Храма, находящемуся в Иерусалиме, и его последователям, и всем братьям.

Каждый лучший дар и каждая совершенная награда [95 - Omne datum optimum et omne donum perfectum desursum est, descendens a Patre luminum, apud quem non est transmutatio, nec vicissitudinis obumbratio.] приходят свыше, ниспосланные Отцом света, предвечного и неизменного. Поэтому, о возлюбленные чада Господа, мы молим Всемогущего Бога о милости к вашему святому братству, ибо ваш достопочтенный орден прославлен по всему миру. Воистину, хотя по природе вы - дети греха и рабы удовольствий этого мира, но по неизреченной милости Господней вы не остались глухи к проповеди, а, отбросив все земные великолепия и увеселения и отвергнув торные стези, ведущие к смерти, смиренно избрали узкие тропы к вечной жизни. Искренне исполняя долг воинства Христова, вы постоянно носите на груди знак Животворящего Креста. Более того, подобно истинным сынам Израиля и искушеннейшим воинам в божественной битве, воспламененные истинным благочестием, вы воплощаете своими деяниями слово Господне: «Пастырь добрый полагает жизнь свою за овец» [96 - Ин. 10:11. - Прим. ред.], так что, повинуясь словам великого пастыря, вы готовы не колеблясь сложить жизни за ваших братьев и защищать их от набегов язычников; и вас по справедливости можно назвать святым воинством, ибо вы призваны Господом быть защитниками церкви и сокрушителями врагов Христовых.

После этой преамбулы папа горячо призывает тамплиеров следовать с неустанным рвением своему высокому призванию; защищать Восточную церковь, призвав на помощь все свое мужество и все силы души, и ниспровергать врагов Креста Господня.

Властью Господа и святого Петра, первого из апостолов, мы повелели и утверждаем, чтобы Храм, в котором вы собрались вместе во славу Божью для защиты верующих и укрепления церкви, остался навсегда под защитой и покровительством святого апостольского престола, вместе со всем имуществом, которым вы сейчас по закону располагаете, и со всем, что вы в дальнейшем можете законно приобрести, щедростью христианских королей и князей и милостыней и пожертвованиями верующих.

И далее, мы здесь провозглашаем, что строгий порядок, который милостью Божьей был установлен в вашем доме, должен неукоснительно соблюдаться, и братья, которые посвятили себя служению всемогущему Господу, должны жить вместе в чистоте и не имея собственности; и исполняя свое призвание в словах и в делах, они должны повиноваться всем приказам магистра или того, кого магистр поставит над ними.

И далее, поскольку главная община в Иерусалиме стояла у истоков вашего священного сообщества и ордена, ее магистр всегда должен рассматриваться как глава и предводитель всех общин и обителей, принадлежащих к ордену. И далее, мы провозглашаем, что по кончине Одо, нашего возлюбленного сына во Христе, и каждого из наследующих ему, никто не может предводительствовать братьями указанной общины, кроме того, кто принадлежит к монашескому и военному ордену и был по всем правилам принят в ваше братство и кто будет избран капитулом единодушно или во всяком случае большинством братьев.

И отныне не дозволяется никакому церковному или светскому лицу нарушать или отвергать обычаи и постановления вашего ордена, принятые магистром и братьями совместно; и те правила, которые были записаны и соблюдаются вами с давних времен, не могут быть изменены, кроме как властью магистра, с согласия большинства капитула.

Ни один клирик или мирянин да не осмелится требовать от магистра и братьев храмовников клятв, обещаний или других подобных гарантий, которые обыкновенно требуют от мирян.

С тех пор как ваша священное сообщество и религиозное рыцарское служение установлено Божественным Провидением, не следует вам вступать в какую-либо другую общину с намерением вести жизнь более подобающую монахам, ибо Господь предвечный и неизменный не одобряет непостоянства сердца, но желает, чтобы благая цель, избранная однажды, сохранялась до конца жизни.

Сколь много великих людей служили господину власти земной при оружии и в плаще! Сколь много выдающихся людей, вооружившись вместе, храбро сражались в наше время за Благую Весть Господа и в защиту законов Отца нашего; и, омочив руки в крови неверующих в Господа, обрели, после своих бед и трудов в боях этого мира, жизнь вечную! И вы поэтому, одновременно рыцари и монахи, неутомимо исполняйте свой обет, и по словам апостола «Каждый оставайся в том звании, в котором призван» [97 - 1 Кор. 7:20. - Прим. пер.]. И мы повелеваем, чтобы братья ваши, если они принесли обеты и были приняты в ваше священное братство и разделили с вами ваше воинское и монашеское служение, не могли вновь вернуться в мир; и никто не вправе, вступив однажды в орден, отказаться от Креста и обычаев вашего братства ради того, чтобы вступить в иной монастырь более строгого или более мягкого устава, без согласия братьев или магистра, или того, кого магистр поставил над ним; и ни одному клирику или мирянину не дозволяется принять или поддерживать его.

И поскольку те, кто является защитниками церкви, должны содержаться за счет церкви, мы запрещаем взимать десятину с вас, идет ли речь о движимом или недвижимом имуществе, или любой собственности, принадлежащей вашему достопочтенному сообществу.

И дабы ничего не было упущено из того, что потребно для окончательного вашего спасения и заботы о ваших душах; и чтобы вы имели больше возможностей слушать божественную службу и приобщаться Таинств в вашем священном сообществе мы повелеваем, чтобы было законно для вас допускать в ваше братство праведных и благочестивых священников столько, сколько вам действительно требуется; и принимать их из любой страны, откуда бы они ни явились, как в вашу главную общину в Иерусалиме, так и во все другие общины и обители, подчиненные ей; требуется, чтобы они не принадлежали ни к какому другому монастырю или ордену, и чтобы вы спросили о них у епископа, если они явились не издалека, но если почему-либо епископ откажет, вы вправе принять их и дать им приют властью апостольского престола.

Если кто-либо из священников, принятых вами таким образом, окажется бесполезным или принесет беспокойство в вашу общину, дозволяется вам с согласия большинства капитула удалить его и дать ему разрешение вступить в любой другой орден или монастырь, где он пожелает служить Господу, и заменить его другими; они должны пройти испытание в один год в вашей общине; и когда год пройдет, если их поведение будет достойно вашего братства и они будут сочтены годными для вашего служения, тогда позвольте им жить в соответствии с вашим уставом и повиноваться магистру, и пусть они получат еду и облачение, и жилье вместе с братьями.

Им, однако, не разрешается принимать участие в совещаниях вашего капитула или в управлении общиной; лишь тогда им дозволяется это, когда вы сами призовете их. Что касается заботы о душах, они вправе заниматься этим лишь в тех случаях, когда от них этого требуют. Более того, они не должны подчиняться никакому человеку, власти или авторитету, кроме вашего капитула, но пусть они слушаются во всех делах и во всех случаях нашего возлюбленного сына во Христе, Одо, и его преемников как своего магистра и епископа.

И далее мы приказываем, чтобы вам дозволялось посылать ваших клириков для рукоположения в сан к любому католическому епископу, угодному вам, и тот, облаченный нашей апостольской властью, пожалует им то, чего они просят; но мы запрещаем им проповедовать с целью получить деньги, или для иных мирских выгод, если только по случайности магистр ордена не повелит сделать это во имя каких-то особых целей. И кто бы из священников ни был принят в ваше сообщество, он должен дать обещание, что будет тверд в своих намерениях, изменит к лучшему свои нравы, что он станет сражаться за Господа во все дни своей жизни и беспрекословно подчиняться магистру Храма; и да поклянется он в этом, возложив на алтарь книгу, в которой все эти установления содержатся.

И далее мы, не ущемляя прав епископов в получении десятины, пожертвований и денег за отпевания, предоставляем вам власть строить частные молельни во владениях, дарованных святому ордену Храма, где вы и ваши помощники и слуги могут проживать; так что и вы, и они смогли бы присутствовать на божественных службах в этой часовне и получать там причастие; ибо было бы неподобающим и весьма опасным для душ братьев, если бы им пришлось смешаться с толпой мирян и оказаться в обществе женщин, по дороге в церковь. Но что касается десятины, все то, что по совету и с согласия епископов вы можете своим рвением вытребовать от клира или мирян, и то, что с согласия епископов вы можете требовать с их собственного клира, мы отдаем вам нашей апостольской властью.

Данная булла далее закрепляет различными мерами привилегии в мирской и религиозной сфере тамплиеров и распространяет благоволение, послабление и апостольское благословение помимо рыцарей на всех слуг, состоящих в ордене. Папа также дарует братству важную привилегию своей властью позволять церквям городов и деревень, находящихся под интердиктом, открываться раз в году для проведения службы [98 - Acta Rymeri, tom. I, ad ann. 1172, p. 30, 31, 32.].

Булла, очень похожая на эту, как выяснилось, была выпущена папой Александром в седьмые иды января 1162 г. и передана магистру Бертрану де Бланфору [99 - Wilcke. Geschichte des Tempelherrenordens, vol. II, p. 230.]. Обе они в значительной степени являются просто подтверждением привилегий, пожалованных тамплиерам ранее.

Использование этих привилегий или злоупотребление ими быстро привело к конфликту тамплиеров с церковной властью. На церковном соборе в Риме (1179), названном Третьим Латеранским, святые отцы высказали в адрес ордена суровые упреки. «Мы обнаружили, - заявили они, - по частым жалобам епископов, наших товарищей, что тамплиеры и госпитальеры злоупотребляют привилегиями, пожалованными им святейшим престолом; что капелланы и священники их орденов получают приходские церкви без согласия архиепископа; что они совершают Таинства над отлученными лицами и хоронят их со всеми обычными церковными обрядами; что они также злоупотребляют пожалованным братству разрешением служить один раз в году службу в городах, находящихся под интердиктом, и что они принимают мирян в свое братство, с целью обеспечить им те же права и льготы, как если бы они действительно принесли обет». Чтобы поставить барьер на пути подобных злоупотреблений, собор запретил воинским орденам в будущем получать в пользование церкви и десятину без согласия архиепископа; что же касается церквей, не основанных ими самими, где не служат капелланы их ордена, они должны представить священников, которым собираются эти церкви препоручить, епископу диоцеза и ограничить свое вмешательство только светскими делами принадлежащих им владений; что они не должны разрешать службу в церквях под интердиктом чаще раза в год и не вправе предавать погребению там кого бы то ни было; что ни один из членов братства или «сочувствующих» не должен пользоваться привилегиями ордена, если он не приносил обета [100 - 3 Concil. Lat., cap. 9.].

Несколько епископов из Палестины присутствовали на этом соборе, вместе с архиепископом Кесарии иГийомом, архиепископом Тирским, знаменитым историком Латинского королевства.

В ордене тамплиеров к этому времени выделились три главных разряда: рыцарей, священников и братьев-служителей. Все они давали обет беспрекословно повиноваться магистру иерусалимской общины, главе всего ордена. Каждый кандидат на вступление в разряд рыцарей должен был снискать себе почет и уважение в соответствии с рыцарским кодексом, прежде чем его допускали к принесению обета; и поскольку ни один человек низкого сословия не мог получить рыцарское звание, то братья, принадлежавшие к первому разряду, т. е. рыцари-тамплиеры, были все людьми благородного происхождения и великой доблести. До собора в Труа орден состоял только из рыцарей, но устав, утвержденный на соборе, разрешает принимать в братство оруженосцев и слуг в таких словах:

LXI. Мы узнали многих из разных провинций, как слуг, так и оруженосцев, которые во имя спасения души возжелали вступить для жизни в наше братство. Надлежит, чтобы вы допускали их до принятия обетов, чтобы древний враг не подстроил им ловушку в их служении Господу, и не сбил их с пути истинного.

Таким образом появился большой разряд братьев-служителей (fratres servientes), которые сопровождали рыцарей на поле битвы пешими или верхом и внесли свой вклад в военные заслуги ордена. Братья-служители были вооружены луками, алебардами и мечами; им вменялось в обязанность находиться всегда возле рыцаря, предоставить ему новое оружие и свежую лошадь в случае необходимости и оказывать ему любую помощь в бою. Оруженосцы были, как правило, служителями ордена, но среди них встречались и миряне.

Орден тамплиеров содержал большое количество слуг и наемников, конных и пеших, которыми предводительствовали рыцари. Эти люди одевались в черные или коричневые одежды, чтобы, согласно уставу [101 - Regula, cap. 20.], отличаться от членов ордена, одетых в белое. Черное или коричневое одеяние предписывалось для всех, кто был связан с тамплиерами, но не приносил обета, чтобы репутация членов ордена не страдала из-за проступков или ошибок мирян, находившихся у них на содержании [102 - Regula, cap. 21, 22.].

Белый плащ тамплиеров с красным крестом на груди слева был их официальной монашеской одеждой; его носили поверх кольчуги и закрепляли так, чтобы он не мешал выхватывать меч. На голове тамплиеры носили белую льняную шапочку, а сверху - небольшую круглую шапку из красной ткани. Перед боем, вероятно, надевался железный шлем. Теперь мы должны рассмотреть вкратце военную организацию ордена тамплиеров и основные внутриорденские должности.

Следующим по власти и авторитету после магистра был маршал, который командовал тамплиерами на поле битвы. Он был вторым лицом в иерархии, и в случае смерти магистра управление орденом переходило к нему до избрания нового главы братства. В его обязанности входило поставлять оружие, палатки, лошадей и мулов, и все необходимое военное снаряжение.

Приор, или прецептор Иерусалимского королевства, также называемый «главный прецептор Храма» [103 - В русскоязычной литературе также встречается наименование «великий командор», что является калькой с французского слова commandeur. - Прим. ред.], непосредственно управлял главной общиной ордена в Иерусалиме. Он был казначеем ордена и распоряжался всеми его доходами и расходами. Когда магистр отсутствовал в Иерусалиме, управление орденом переходило к нему.

Хранитель одежд распоряжался одеяниями и должен был распределять одежду, «не давая повода для обвинений в заносчивости или расточительности» между всеми братьями. Ему предписывалось особенно заботиться о том, чтобы одежды не были «слишком длинными или слишком короткими, но подходили по размеру тому, кто их носит, с братским попечением следить, чтобы глаз сплетника или недоброжелателя не мог ни за что зацепиться» [104 - Regula, cap. 20, 27.].

Знаменосец (Balcanifer) нес знаменитый Босеан, воинский стяг, в битву; при нем состояли несколько рыцарей и оруженосцев, которые клялись защищать знамя ордена и не допустить, чтобы оно попало в руки врага.

Туркопол командовал легкой кавалерией, которая называлась Туркополье. Это были уроженцы Сирии и Палестины, рожденные чаще всего от матерей-турчанок и отцов- христиан, воспитанные в христианской вере и служившие тамплиерам как наемники. Они одевались на азиатский манер, хорошо переносили местный климат и были хорошо знакомы с географией и топографией местности, а также с мусульманскими методами ведения войны, благодаря этому они оказались очень полезны тамплиерам в качестве легкой кавалерии и застрельщиков, и всегда сопровождали орденские войска.

Настоятель молельни (Custos Capellae) отвечал за переносную молельню и украшения алтаря, который тамплиеры всегда брали с собой в поход. Эта переносная молельня представляла собой круглую палатку, которая устанавливалась в центре лагеря; палатки братьев размещались вокруг нее, так что они могли подобающим образом слушать мессу и исполнять религиозные предписания устава.

Помимо главного прецептора Иерусалимского королевства, имелись также главные прецепторы Антиохии и Триполи, а также прецепторы различных орденских общин в Сирии и Палестине, все они командовали войсками в бою и в ходе военных кампаний брали на себя определенные обязанности под присмотром магистра.

Тамплиеров и госпитальеров назначили хранителями Креста, когда он был извлечен из священного склепа в церкви Воскресения, дабы его несли впереди христианской армии. Тамплиеры стояли справа от священного символа, а госпитальеры - слева, и то же положение занимали войска двух орденов на поле битвы [105 - Jac. de Vitr. apud Martene, tom. III, col. 276, 277.].

Свидетельства очевидцев, наблюдавших тамплиеров в бою, говорят нам, что они всегда были первыми в битве и последними в отступлении; что они шли в бой в строгом порядке, в молчании и не теряя головы, и беспрекословно повиновались командам магистра. Когда их предводитель давал сигнал к началу сражения и трубы играли наступление, - вспоминает свидетель, - «они смиренно пели псалом Давида, Non nobis, non nobis,

Domine, sed nomini tuo da gloriam, „Не нам, не нам, Господи, но имени Твоему“, и выставив вперед свои копья, разбивали строй врага или умирали. Если кто-либо из них случайно отступал или проявлял меньше мужества, чем следует, то белый плащ, эмблему ордена, позорно срывали с его плеч, крест, который носят братья, снимали с него, и он изгонялся из сообщества братьев; в наказание он должен был есть на земле без салфетки или скатерти на протяжении года; и ему запрещалось отгонять собак, которые собирались вокруг и кусали его. По прошествии года, если он воистину раскаивался, магистр и братья возвращали ему пояс, одежду и крест, и вновь принимали его в орден. Тамплиеры действительно практикуют соблюдение строгих религиозных правил, живут в смиренном повиновении магистру, не имеют собственности и проводят большую часть времени в палатках в открытом поле» [106 - Narratio Patriarchae Hierosolymitani coram summo Pontifice de statu Terrae Sanctae, ex MS. Cod. Bigotiano, apud Martene thesaur. nov. anecd., tom. III, col. 276, 277.]. Так описал образ жизни тамплиеров один из высших сановников Латинского королевства.

Теперь мы должны завершить наш рассказ об основных событиях, связанных с орденом.

В 1172 г. рыцарь-храмовник Вальтер дю Мениль был обвинен в подлом убийстве, что вызвало настоящую сенсацию на Востоке. Члены одиозной религиозной секты, предположительно последователи персидских исмаилитов, поселились в горах около Триполи. Они слепо повиновались вождю, которого хронисты крестовых походов называли «горным старцем», предоставив в полное его распоряжение свои тела и души, и тот использовал их в качестве орудий для самых страшных и жестоких убийств, какие знал мир. И христианские, и мусульманские авторы перечисляют с ужасом имена прославленных людей, павших от их кинжалов. Члены секты маскировались и меняли внешность всеми возможными способами для достижения своих гибельных целей и, как правило, не носили никакого оружия, кроме маленького кинжала, спрятанного в складках одежды, именовавшегося на персидском языке «хассисин»; в результате этих негодяев стали называть ассасинами [107 - Современная наука связывает название «ассасины» с гашишем, который они курили. - Прим. пер.], их предводителя - шейхом ассасинов, и само слово, сохранив все свои зловещие коннотации, перешло в большинство европейских языков [108 - Dissertation sur les Assassins, Acadftmie des Inscriptions, tom.

XVII,    p. 127, 170. De Guignes. Hist. des Huns. - Will. Tyr., lib. XX, cap. 31.].

Раймонд, сын князя Триполитанского, был убит фанатиками в тот момент, когда стоял на коленях у алтаря в церкви Богоматери в Каркузе, или Тортозе; тамплиеры взялись за оружие, чтобы отомстить за его смерть; они проникли в твердыни и крепости «горного вождя» и в конце концов вынудили его заключить мир на условиях выплаты ежегодно двух тысяч золотых в сокровищницу ордена. На девятом году правления Амальрика Синан бен Сулейман, имам ассасинов, послал надежного человека в Иерусалим, предложив тамплиерам от своего имени и от имени своих людей, что они примут христианскую веру, если тамплиеры освободят их от ежегодной дани. Тамплиеры охотно согласились на такое предложение; посла чествовали несколько дней, а когда тот собрался в обратный путь, король дал ему проводника и эскорт, чтобы доставить его в целости до границы. Исмаилит достиг границ Латинского королевства и был почти в виду крепостей своих соратников, когда его безжалостно убил тамплиер Вальтер дю Мениль, напавший на эскорт с группой своих воинов [109 - Jac. de Vitr., lib. III, p. 1142. Will. Tyr., lib. XX, cap. 32.].

Король Иерусалима, справедливо возмущенный таким коварством, собрал баронов королевства в Сидоне, чтобы определить, какая расплата должна последовать за этим неправедным деянием; и было решено, что двое баронов должны отправиться к Одо де Сент-Аману и попросить о выдаче преступника. Надменный магистр тамплиеров повелел им известить его величество короля, что члены ордена тамплиеров не подлежат ни его юрисдикции, ни юрисдикции его вассалов; что тамплиеры не признают никакой земной власти, кроме власти папы; и что лишь один наместник святого Петра может разбирать это дело. Тем не менее он объявил, что преступление должно быть сурово наказано, что он приказал арестовать преступника и заковать в железо и намеревается препроводить его в Рим, но пока приговор не вынесен, он запрещает кому бы то ни было вмешиваться [110 - Adjecit etiam et alia a spiritu superbioe, quo ipse plurimum abundabat, dictata, quae praesenti narrationi no multum necessarium est interserere. - Will. Tyr., lib. XX, cap. 32.].

Вскоре, однако, магистр переменил свое мнение и перестал столь жестко настаивать на привилегиях своего братства. Брат Вальтер дю Мениль был выдан королю и заключен в одну из королевских тюрем, но о его последующей судьбе сведений нет.

После смерти Нуреддина, султана Дамаска (1175) Саладдин стал верховным правителем Египта и Сирии. Он собрал в Каире огромную армию и пересек пустыню, вновь развернув знамя Магомета над священной землей Палестины. Его армия состояла из двадцати шести тысяч легковооруженных пехотинцев, восьми тысяч всадников, отряда лучников и копейщиков верхом на верблюдах и восьми тысяч простых солдат. Саладдина окружала стража из тысячи мамлюков, одетых в желтые плащи поверх панцирей.

В великой битве при Аскалоне (1 ноября 1177 г.) Одо де Сент-Аман, магистр ордена тамплиеров, во главе восьмидесяти рыцарей разметал стражу мамлюков, убил их командира и ворвался в шатер султана; сам султан едва успел бежать, почти голый, верхом на верблюде; неверные пришли в смятение и были перебиты или бежали в пустыню, где погибли от голода, усталости или беспощадного зноя [111 - Will. Tyr., lib.

XXI,    cap. 20, 22, 23. Abulpharag, Chron. Syr., p. 379.]. На следующий год Саладдин собрал огромную армию в Дамаске; и тамплиеры, чтобы защитить дорогу, ведущую из Дамаска в Иерусалим, начали сооружать мощную крепость на северной границе Латинского королевства, вблизи брода Иакова на реке Иордан, в месте, которое сейчас называется Джисс бен-Якуб, «мост сынов Иакова». Саладдин выступил во главе своих войск, чтобы воспрепятствовать строительству, а король Иерусалима и все рыцарство Латинского королевства собрались на равнине, чтобы прикрывать тамплиеров и их рабочих. Крепость была возведена, несмотря на все усилия неверных, и тамплиеры поставили в ней сильный гарнизон. Тогда Саладдин с удвоенным усердием попытался разрушить твердыню.

По сигналу мусульманских труб «защитники ислама» ринулись на «мстителей за Христа»; христианское войско смешало свои ряды, преследуя врага, и быстрая бедуинская конница, ударив с флангов, разгромила и уничтожила практически всю армию Креста. Тамплиеры и госпитальеры, вместе с князем Триполитанским, держали оборону на вершине небольшого холма и долгое время давали отпор торжествующему врагу. Князь Триполитанский под конец прорубился через ряды неверных и бежал в Тир; магистр госпитальеров, увидев, что большинство его соратников убиты, переплыл Иордан и, весь израненный, укрылся в замке Бофор; а тамплиеры, которые сражались со своим обычным рвением и фанатизмом вокруг стяга с алым крестом, развевавшимся над кровавой схваткой, все убиты или взяты в плен, и магистр, Одо де Сент-Аман, попал живым в руки врага [112 - Capti sunt ibi de nostris, Otto de Sancto Amando militiae Templi Magister, homo nequaquam superbus et arrogans, spiritum furoris habens in naribus, nec Deum timens, nec ad homines habens reverentiam. - Will. Tyr., lib. XXI, cap. 29. Abulpharag, Chron. Syr., p. 380, 381.]. Тогда Саладдин осадил вновь построенную крепость, которую защищали достаточно надежно толстые стены и могучие угловые башни с военными машинами. Оставшийся в крепости гарнизон доблестно сопротивлялся, но она была подожжена и затем взята штурмом. «Тамплиеры, - пишет Абульфарадж, - бросались в огонь и там сгорали, иные кидались в Иордан, другие прыгали со стен на скалы и разбивались; так погибали враги». Крепость сравняли с землей, и разъяренный султан, как говорят, приказал всех тамплиеров, захваченных в плен, разрубить пополам, кроме самых выдающихся рыцарей, которых он оставил в живых с целью получения выкупа, и отправил в цепях в Алеппо [113 - Abulpharag, Chron. Syr.; Menologium Cisterciente, p. 194.; Bernardus Thesaurarius de acq. Terr. Sanc., cap. 139.].

Саладдин предложил Одо де Сент-Аману свободу в обмен на освобождение своего племянника, который был пленником тамплиеров; но магистр высокомерно ответил, что он считает унизительным подчиняться и не станет подавать подобного примера своим рыцарям, что тамплиер должен побеждать или умирать, и ему нечего предложить в качестве выкупа, кроме пояса и кинжала [114 - Dicens non esse consuetudinis militum Templi ut aliqua redemptio daretur pro eis praeter cingulum et cultellum. Chron. Trivet apud Hall, vol. I, p. 77.]. Гордый дух Одо де Сент-Амана не мог смириться с потерей свободы; он жестоко тосковал и умер в темнице Дамаска, его преемником стал Арнольд де Торрож, с именем которого связаны некоторые важные страницы истории ордена в Европе [115 - Eodem anno quo captus est in vinculis et squalore carceris, nulli lugendus, dicitur obiisse. - Will.

Tyr., lib. XXI., cap. 29. Ibid., lib. XXII, cap. 7. Gallia christiana nova, tom. I, col. 258; ibid., p. 172, instrumentorum.].

Дела латинских христиан были в этот период в плачевном состоянии. Саладдин стал лагерем возле Тверии и совершал набеги на всю Палестину. Его легкая кавалерия пронеслась по долине Иордана на расстоянии дневного перехода от Иерусалима, и все земли, от Пании с одной стороны и до Бейсана, Дженина и Себастии - с другой, были преданы огню и мечу. Резиденции тамплиеров разграбили и подожгли; замки, принадлежащие ордену, были взяты штурмом [116 - Abulfeda, ad ann. 1182, 3. Will. Tyr., lib. XXII, cap. 16-20.]; но немедленное падение Латинского королевства удалось предотвратить благодаря частичному успеху, достигнутому христианскими воинами, и под умелым руководством их предводителей. Саладдину после того как он сжег Наплу и опустошил окрестности Тверии пришлось отступить в Дамаск. В 1184 г. начались переговоры о перемирии. Поскольку внимание султана было отвлечено интригами турецких вождей на севере Сирии и он снова оказался вовлечен в междоусобицы в Месопотамии, он согласился прекратить войну на четыре года, при условии, что христиане заплатят большую сумму денег.

Это перемирие могло спасти Латинское королевство. В Иерусалиме собрался большой совет, и было решено, что Ираклий, патриарх Иерусалимский, и магистры тамплиеров и госпитальеров должны как можно скорее отправиться в Европу, чтобы получить помощь от западных правителей. Король больше всего рассчитывал на помощь Генриха II Английского [117 - Unde propter causas praedictas generali providentia statutum est, ut Jerosolymitanus Patriarcha, petendi contra immanissimum hostem Saladinum auxilii gratia, ad christianos principos in Europam mitteretur; sed maxime ad illustrem Anglorum regem, cujus efficacior et promptia opera sperabatur. - Hemingford, cap. 33; Radulph de Diceto, inter; Hist. Angl. X script., p. 622.], внука Фулька, короля Иерусалима, и родственника Балдуина, правившего в то время. Генрих получил отпущение грехов за убийство святого Томаса Беккета на условиях, что он лично выступит во главе мощной армии на спасение Палестины и за свой счет вооружит двести тамплиеров для защиты Святой земли [118 - Concil. Magn. Brit., tom. IV, p. 788, 789.].

Патриарх и два магистра прибыли в Италию, и, вооружившись письмами папы, в которых наместник св. Петра угрожал английскому монарху адскими муками, если тот немедленно не искупит свою вину в соответствии с предписанием, отправились в Англию. В Вероне магистр тамплиеров заболел и умер [119 - Arnauld of Troy; Radulph de Diceto, p. 625.], но его спутники продолжили путешествие и благополучно прибыли в Англию в начале 1185 г. Они были приняты королем в Рединге и пав к стопам английского монарха, с плачем и стенаниями приветствовали его от имени короля, знати и народа Иерусалимского королевства. Они объяснили цель своего визита и предъявили ему, кроме письма папы, ключи от священного склепа, от башни Давида и от ворот Иерусалима, вместе с королевским знаменем Латинского королевства [120 - Eodem anno (1185) Baldewinus rex Jerusalem, et Templares et Hospitalares, miserunt ad regem Angliae Heraclium, sanctae civitatis Jerusalem Patriarcha, et summos Hospitalis et Templi Magistros una cum vexillo regio, et clavibus sepulchri Domini, et turris David, et civitatis Jerusalem; postulantes ab eo celerem succursum. qui statim ad pedes regis provoluti cum fletu magno et singultu, verba salutationis ex parte regis et principum et universae plebis terrae Jerosolymitanae proferebant. tradiderunt ei vexillum regium, etc., etc. (В этот год [1185] король Иерусалима Болдуин, тамплиеры и госпитальеры направили к английскому королю Ираклия, патриарха святейшего города Иерусалима и великих магистров госпитальеров и тамплиеров с королевским знаменем, ключами от Гроба Господня, башни Давида и города Иерусалима; стремясь таким образом получить помощь без промедления. они тотчас, пав к ногам короля со слезами и стенаниями, произнесли слова приветствия от лица короля, знати и всех жителей Иерусалимского королевства. было вручено королевское знамя.) - Hoveden, ad ann. 1185; Radulph de Diceto, p. 626.]. Их красноречивый и патетический рассказ о свирепых набегах Саладдина и об отчаянном положении Палестины заставили короля Генриха и всех его придворных плакать [121 - Matt. Westm. ad ann. 1185; Guill. Neubr., tom. I, lib. III, cap. 12, 13; Chron. Dunst.]. Английский государь ободрил патриарха и его спутников и обещал изложить все дело парламенту, который должен был собраться в ближайшее воскресенье в Ленте.

Патриарх тем временем поехал в Лондон и был принят рыцарями-храмовниками в Темпле, главной резиденции ордена в Британии. В феврале он освятил только что построенную прекрасную церковь Темпла, посвященную деве Марии [122 - Speed. Hist. Britain, p. 506, A.D. 1185.].

Из книги «История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла, написанная Чарльзом Дж. Аддисоном, эсквайром из Внутреннего Темпла»

 

 

Читайте также: