ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » С.Ю. Витте и его книжное собрание в Санкт-Петербургском государственном политехническом университете
С.Ю. Витте и его книжное собрание в Санкт-Петербургском государственном политехническом университете
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 16-08-2015 11:23 |
  • Просмотров: 1846

Интерес к наследию С.Ю. Витте, нараставший в последнее десятилетие XX в., завершился своеобразным пиком в 1999 г.[1] в обновленном контексте: две науч­ные конференции в его честь состоялись в Санкт-Петербурге[2] и Москве[3]. Россия вспомнила реформатора и выдающегося государственного деятеля в связи со 150-летием со дня его рождения. Безусловно, главным был не формальный повод, а неожиданная актуальность его творческого наследия для России в наши дни. Стра­на оказалась перед необходимостью решения практически того же круга государ­ственных проблем, которые не без успеха решал Витте в самом начале ХХ в. Рабо­ту по наиболее полному анализу наследия Витте возглавили академические ин­ституты — Санкт-Петербургский институт истории РАН, Институт экономики РАН. Институт экономики РАН принял решение об издании «Собрания сочинений и доку­ментальных материалов С.Ю. Витте». В этой работе важную роль играет комплекс книжного собрания Витте в Санкт-Петербургском Политехническом институте им­ператора Петра Великого (ныне Санкт-Петербургский государственный Политехни­ческий университет — СПб ГПУ). История распорядилась таким образом, что это собрание стало объектом внимания и исследования лишь в самом конце XX в. Сам факт его существования был впервые введен в научный оборот публикацией нашей работы в 1994 г., на основе анализа передаточной описи, имеющейся в Фун­даментальной библиотеке СПб ГПУ[4].

История формирования собрания практически неизвестна широкой научной общественности, поэтому стоит задержать на ней некоторое внимание. Это со­брание сформировалось в столичном Политехническом институте (ПИ) на протяжении 1902—1915 гг. Напомним, что Витте, как основатель института, был из­бран почетным членом ПИ в 1902 г., почти одновременно с В.И. Ковалевским и Д.И. Менделеевым (в зале Совета института был установлен и его портрет, утрачен­ный в 1917 г. и созданный заново современным художником в 1994 г.).

С 1913 г. Витте — председатель Общества вспомоществования студентам Поли­технического института. Почти до своей смерти он посещал институт; последний приезд состоялся глубокой осенью 1914 г. Он очень любил свое детище, «вложил душу» в его устроение и очень им гордился. При открытии института им были пода­рены юбилейные издания, специально посвященные ведомствам и учреждениям России, представленные с исключительной полнотой и, к тому же, в замечатель­ном художественном оформлении. Еще при жизни им были подарены поднесен­ные в свое время лично ему великолепные альбомы фотографий. Сегодня они представляют собой уникальные иллюстрации по истории техники, строительного и инженерного дела в России на рубеже XIX—XX вв.

Приведем здесь сведения о некоторых альбомах, преподнесенных С.Ю. Витте по разным поводам:

1)  Альбом видов Юго-Западной железной дороги. Фотография НА. Демчинского. Невский, № 188. Тисненая надпись: «Его Высокопревосходительству директору департа­мента ж-д дел С.Ю. Витте».

2)  Сооружение Всероссийской промышленной и художественнной выставки 1896 г. в Нижнем Новгороде. 1894—1896. Тисненая надпись: «Его Высокопревосходи­тельству г. министру финансов Сергею Юльевичу Витте».

3)  Альбом фотографических видов Рязанско-Казанской железной дороги и вет­вей. 1891—1894. Тисненая надпись: «Его Высокопревосходительству господину министру финансов Сергею Юльевичу Витте».

4)  Альбом-папка «Днепр, Сож, Припять, Десна, Березина». Тисненые надписи, на обложке и первом форзаце: «Его Высокопревосходительству господину управляющему мини­стерства путей сообщения Сергею Юльевичу Витте» и «От Высочайше утвержденного II Па­роходного общества по Днепру и его притокам. Киев, 19 июня 1892 года».

5)  Альбом-папка «Виды Русского отдела всемирной выставки 1893 г. в Чикаго». Тисненая надпись: «Его Высокопревосходительству Сергею Юльевичу Витте от Алексея Недыхляева».

6)  Альбом «Виды Промышленной и Художественной Выставки в Нижнем Новгоро­де 1896 г. Проекты казенных зданий и частных павильонов». Тисненая надпись: «Его Высокопревосходительству Сергею Юльевичу Витте от издателей. 1897».

7)  Альбом «Новая угольная гавань Мариупольского порта».

8) Альбом «Абиссинская выставка коллекций Н.С. Завенягина» (СПб., 1898).

Ряд дарственных актов последовал уже после отставки Витте в 1906 г. В1912 г. Он подарил институту переиздания своих трудов с автографами: «Национальная эконо­мия и Фридрих Лист» («В библиотеку СПб Политехнического института от Почетного члена графа Витте») и «Конспект лекций о государственном и народном хозяйстве» («В библиоте­ку СПб Политехнического института от инициатора его создания и с Высочайшего соизволения устроителя — графа Витте»).

Основная по численности часть книжного собрания поступила в институт после смерти Витте, в марте 1915 г. (библиотека из особняка на Каменноостровском про­спекте). Сама логика взаимоотношений Витте со столичным Политехническим при­вела к такому акту (библиотека была передана именно в Политехнический институт, а не в какое-либо известнейшее книгохранилище — Императорскую Публичную биб­лиотеку или библиотеку Императорской Академии наук).

Этот комплекс книг и копий документов всегда был необходимым инструмен­том работы Витте, и особенно в апогее его государственной деятельности. После же выхода в отставку, в связи с работой над текстом «Воспоминаний», предусмот­рительный Витте заранее предпринял меры к обеспечению сохранности наибо­лее важных копий архивных документов и переписки. Опасения оказались оп­равданными. Действительно, в день его смерти кабинет был немедленно опеча­тан по распоряжению властей (формально — премьер-министра Горемыкина), почти одновременно под предлогом охраны производился обыск на его вилле в Биаррице. Власть прежде всего интересовалась поиском «компромата» на Николая II и приближенных к нему лиц, а также текстом «Воспоминаний» Витте. Изъятые до­кументы после просмотра и частичного уничтожения были переданы в Импера­торские библиотеки и некоторые ведомства, а после 1917 г. составили фонд Витте, хранящийся ныне в РГИА. Именно к нему долгое время было приковано внима­ние научной общественности.

Судьба изъятых документов и переписки детально освещена в работе Б.М. Витенберга. Его вывод: «Власти удалось найти менее одной трети интересовавшего ее списка документов. Не найден был и текст “Воспоминаний”»[5]. Библиотека же и оказавшиеся в ней в основном печатные копии ряда документов (записок), в виде подготов­ленных по указанию Витте «конволютов», описанных в рукописном каталоге его библиотеки как книги, остались в распоряжении вдовы (вероятно, по мнению ге­нерала Максимовича, руководившего обыском, они не представляли интереса на фоне главной цели «высочайше» инспирированного расследования). М.И. Витте немедленно передала все это СПб Политехническому институту, «оставив у себя» личные документы и некоторые ценные издания, впоследствии вывезенные за пре­делы страны. Так замыкается вся информационная цепочка, связанная с судьбой принадлежавших Витте документов.

Общественность была оповещена об этом публикацией в журнале «Библиоте­карь» за 1915 г.[6] К сожалению, важное решение Совета СПб ПИ в отношении биб­лиотеки С.Ю. Витте не было реализовано в условиях Первой мировой войны и пос­ледовавшей революции. Поступившие книги были включены в общий инвентарь и описаны по существовавшим в то время правилам. При этом не был учтен характер многих единиц хранения, являющихся по современным понятиям архивными до­кументами (печатные записки, машинописные справки и составленные из них по указанию Витте конволюты — тематические подборки материалов)[7].

В Фундаментальной библиотеке (ФБ) СПбГПУ им был присвоен инвентарный номер наравне с книгами, а их содержание и принадлежность к библиотеке Витте не отражены на каталожных карточках. Библиотека Витте «растворилась» в общем фонде ФБ Политехнического института и, возможно, была тем самым спасена от уничтожения по идеологическим мотивам (такие попытки зафиксированы), одно­временно надолго выпав из поля зрения научной общественности.

Сегодня силами сотрудников ФБ СПб ГТУ проделана кропотливая работа по реконструкции книжного собрания Витте в СПб ГПУ и реконструкции каталога его личной библиотеки как в виртуальном (электронный каталог ФБ), так и в реальном, физическом плане. Сложная работа по реконструкции и собрания, и каталога за­служивает отдельного разговора. Остановимся здесь на некоторых первых наблюде­ниях и предварительных выводах как результате этой многолетней работы. Итак, основой для нас служит реконструированный каталог Книжного собрания Витте, подготовленный к печати в настоящее время. Автор идеи реконструкции и состави­тель каталога — автор настоящей публикации. Основой реконструкции стал рукопис­ный оригинал каталога, хранящийся в РНБ (на существование которого обратили внимание автора известные историки-исследователи Б.В. Ананьич и Р.Ш. Ганелин)[8]. Несомненное и главное его достоинство — указание на структуру разделов, исчез­нувшую при каталогизации библиотеки в Политехническом институте в 1915 г. Сопоставление его с указанной выше передаточной описью, одновременно с про­смотром самих книг в СПб ГПУ, и позволило восстановить состав библиотеки и судьбу практически каждого экземпляра. Печатный вариант реконструированного каталога (по сравнению с электронным каталогом ФБ) информационно полнее, т. к. содержит также сведения обо всех утраченных книгах[9].

Реконструированный каталог (в системе структуры знаний своего времени) по­зволяет в определенной мере представить круг авторов и идей, в той или иной степе­ни повлиявших на образ мышления Витте. Рукопись подготовленного к печати ката­лога находится в ФБ СПб ГПУ, часть информации (о просмотренных de visu книгах) представлена в общем электронном каталоге ФБ СПб ГПУ.

О сложной судьбе всего комплекса документов свидетельствует одна, но доста­точно красноречивая заметка из газеты «Весточка» (принципиально дистанциро­вавшейся от политики; издатель Л.Л. Толстой) за 27 августа 1918 г. «К судьбе библио­теки графа С.Ю. Витте»:

«По сведениям, дошедшим до художественной комиссии по охране памятников искусства и старины, библиотека С.Ю. Витте, находившаяся в его доме на Каменноостровском проспекте и представляющая большую ценность, подвергается систематическому расхищению, и часть входящих в состав ее книг была обнаружена у некоторых петроградских букинистов и уличных торговцев. Комиссия постановила обратиться в архив по управлению библиотеками с предложением принять соответствующие меры по прекращению дальнейшего расхищения означенной библиотеки и выяснить, что именно было расхищено».

Конечно, это обращение никаких практических последствий в то трудное вре­мя не имело. Более того, бесследно исчез не только остаток библиотеки, но и боль­шая часть обстановки особняка и все художественные ценности[10]. В здании разме­щались разные учреждения, последним из которых стала районная детская музы­кальная школа, находящаяся там и поныне.

Кстати, некоторые из утраченных книг «всплыли» недавно и обнаружились в ходе работы над реконструкцией каталога библиотеки Витте (например, позиция каталога VI. *3). Автографы известных и замечательных людей. Этот конволют с экслибрисом «Библиотека гр. С.Ю. Витте», состоящий из подлинников автографов ряда исторических лиц, хранится в настоящее время в Гарвардском университете, куда он поступил в 1972 г. (сообщение Б.В. Ананьича). В 1905 г. эти автографы были воспроизведены в одноименном издании: «Автографы известных и замеча­тельных людей (Из архива С.Ю. Витте). С предисловием и примечаниями А.П. Бар­сукова». (СПб.: тип. Стасюлевича, 1905.126 с.). Тот же самый материал воспроиз­веден в журнале «Старина и новизна» за 1905 г. (№ 9).

Другая принадлежавшая лично Витте книга, литографированные «Лекции по ин­тегральному исчислению доктора Е. Сабинина. Составил С. Витте», обнаружена во вспомогательном фонде РНБ автором настоящей статьи в 2001 г. (она поступила в Филиал РНБ в 80-е годы XX в.)

Третья книга находится в экспозиции Государственного музея политической истории (особняк М. Кшесинской) в Санкт-Петербурге («Великие деятели России 1906 года». На экземпляре четко виден печатный ярлык-экслибрис С.Ю. Витте и тисненая надпись «Специальный экземпляр»).

Первое издание книги «Принципы железнодорожных тарифов» с экслибрисом Витте недавно обнаружено в библиотеке юридического факультета СПб государ­ственного университета доцентом А.Л. Дмитриевым. Вероятно, и другие экземпля­ры книг из библиотеки Витте могли попасть в отечественные книгохранилища и частные собрания, но информация о них сегодня отсутствует.

Конволюты по определенной тематике (подборки документов в одном переплете), включающие в себя несколько разных самостоятельных изданий и записок, объе­диненных общностью вопроса, составлялись по указанию Витте. В едином перечне инвентарных номеров оказались соединенными издательские и архивно-докумен­тальные единицы хранения, вообще говоря, строго разделявшиеся в государствен­ной библиотечной и архивной системе СССР. Поэтому книжное собрание Витте в СПб ГПУ служит интересным дополнением, например, к известному фонду Витте в РГИА (Ф. 1622, Витте Сергей Юльевич), а также к фондам Министерства финан­сов и С.Е.И.В. Канцелярии).

Наиболее характерный пример — рядовая запись в каталоге (и передаточной описи под № II. 8. 58) «Материалы Особого совещания по нуждам сельскохозяйственной Промышлен­ности» (Т. I—XXXII). По форме это запись периодического издания. При просмотре de visu выявилось, что каждый том представляет собой сборник от 5 до 50 и более независимых печатных изданий и записок, подлежащих независимому библиографиче­скому описанию, без раскрытия которых полноценное информационное представле­ние невозможно. Таким образом, неточное и устаревшее описание приводит к потере важнейшей для читателя информации (в реконструированном каталоге этот конкрет­ный пример скорректирован — содержание конволютов полностью раскрыто).

Вообще конволюты в собрании Витте — это следы огромной подготовительной работы по ряду ключевых проблем в разное время: упомянутое совещание о нуждах сельскохозяйственной промышленности (1898—1904 гг.), анализ революционных и послереволюционных событий (1905—1908 гг.) и др.

Но, прежде всего, речь идет о сделанных по его указанию подборках документов, включая его собственные записки. Это конволюты под названием «Денежное обра­щение» (6 документов), «Вопросы общей политики» (12 документов), «Сибирская доро­га и Дальний Восток» (9 документов), «Экономические вопросы» (15 документов), «Ра­бочий вопрос» (11 документов). Это тщательно переплетенные (с золотым тиснением названий на корешке) подборки печатных записок, некоторые из которых имели офи­циальное хождение за его подписью (без тиснения фамилии Витте на обложке). В них отразилось его мнение, апробированное как по частностям (отдельные записки также подобраны в его собрании), так и собранное в систему, воедино. Фактически перед нами — реализованная привычка к систематической аналитической работе. Вряд ли эти подборки носили только вспомогательный справочный характер. Создается впечатление подготовки, задела для будущих книг. Витте рассматривал записки со своей подписью как свою безусловную собственность (а не как нечто, созданное чу­жими руками, на что был сделан акцент некоторыми его современниками, а также и позднейшими исследователями). В реконструированном варианте каталога пол­ное содержание этих конволютов впервые вводится в обращение.

Проведенная реконструкция собрания Витте — это извлечение из забвения, небытия своеобразного «пласта» исторических источников. Сам факт их существо­вания не исключает полностью версии неких контуров будущего собрания трудов Витте, неких набросков к подведению итогов. Деятельный и целеустремленный че­ловек, не лишенный навыков научного творческого труда, ставший крупным по­литиком мирового уровня, не мог полностью отказаться от честолюбивых замыс­лов научной карьеры, оставшейся в прошлом (по интерпретации позднейших ис­следователей). Научные исследования, аналитичность — были его стихией. Это отмечали близко работавшие с ним люди. Наиболее характерно в этом смысле мнение его сотрудника (в период работы Витте председателем Комитета и Совета министров), начальника канцелярии Комитета министров П.П. Менделеева:

«Широта кругозора, практическая сметка, своеобразный, не укладывающийся в общие рам­ки, ход мышления [вспомним попытки физико-математического исследования, тягу к аналитическому мышлению, навыки такового, опробованные на другом материале, опыт логики математика-философа. — В.Ч.], быстрое схватывание самой сущности вопроса, способность найти в нем такие стороны, которые оставались до того времени никем не замеченными. Продуманность большей части принимаемых решений. Упорная настойчивость и смелость в проведении их в жизнь. Исключительная трудоспособ­ность, неудержимое стремление к творческой, созидательной работе в самом широком мас­штабе. Неисчерпаемый родник новых мыслей, планов, предложений! [вполне понятное стремление использовать других людей для реализации всех планов и наметок; он владел главным — умением и знанием, что и как надо сделать. — В.Ч.] Готов­ность отказаться от тех из них, нецелесообразность или неисполнимость [добавим: несво­евременность. — В.Ч.] которых ему будет доказана. Чуткое внимание к чужим мнениям, ко всему, что покажется ему интересным у других»[11].

Неправомерно игнорировать подобные высказывания и сводить их исключи­тельно к апологетике и заискиванию перед «сильным человеком».

Взгляд на многие современные проблемы через призму книжного собрания де­ятеля такого масштаба весьма поучителен и производит поразительное, шоковое впечатление в сегодняшних условиях. К огромному сожалению, этот сконцентри­рованный интеллектуальный опыт, квинтэссенция финансовых, экономических, политических и нравственных подходов к решению задач русской государственно­сти почти на восемь десятилетий были выведены из поля зрения исследователей (и как следствие — политиков, до сих пор!), что и дало право охарактеризовать это собрание как «невостребованное наследие»[12].

Сам подбор, четкая функциональность разделов, количество самых необходимых книг в каждом, пометки на полях, автографы, посвящения авторов говорят чрезвычай­но много об их владельце, его замыслах, постоянной мыслительной работе. Излишне говорить, что библиотека — его творческая лаборатория, набор нужных «под рукой» источников. Знакомясь с тематическим составом библиотеки, нельзя отделаться от впечатления, что круг забот государственного деятеля почти столетие назад, на рубеже XIX—XX вв. почти полностью совпадает с проблемами, решением которых занято ны­нешнее российское общество. Именно сегодня осмысление и использование этого не­востребованного наследия актуально, с поправкой на динамику прошедшего столетия, на новом витке хода отечественной истории.

Запрещенные цензурой, а также не разрешенные к распространению в России книги в личном собрании С.Ю. Витте — также особая тема, характеризующая неоднозначную фигуру выдающегося государственного деятеля России с совершенно неизвестной его современникам стороны. Затронуть ее оказалось возможным только на самом исходе XX столетия, в связи с предпринятым исследованием его библиотеки и реконструкци­ей ее каталога на основе сохранившейся в Политехническом институте большей части библиотеки (см. реконструированный каталог).

Вероятно, начать следует с самой старой и знаменитой в России запрещенной книги — «Путешествия из Петербурга в Москву» А.Н. Радищева. В рукописном ката­логе личной библиотеки С.Ю. Витте (ныне хранится в РНБ) она значится в разделе VI. «История» в виде примитивно конспиративной записи «Путешествие из Петербурга в Москву. [Издано] В Санкт-Петербурге. 1790», без указания автора. Даже при такой записи нет сомнений в том, каков предмет нашего разговора. Эта книга (ее первое издание) была вожделенной мечтой всех сколько-нибудь значительных библиофи­лов России и являлась действительно большой редкостью. История ее уничтожения и судьба немногих чудом сохранившихся экземпляров прекрасно известна в изложе­нии Н. Смирнова-Сокольского[13]. Отметим только, что им приведен составленный Я.Л. Барсковым для предисловия к переизданию «Путешествия» издательством «Academia» в 1935 г. (с поправками на время) список владельцев 19 уцелевших экзем­пляров книги (более или менее точно известное число экземпляров на сегодня — 13, из них два за границей). Витте как владелец среди этих 19 (а также и 13 экземпляров) не значится. Судьба его экземпляра после 1917 г. неизвестна (часть библиотеки, не переданная в 1915 г. М.И. Витте в Политехнический институт, после 1917 г. была расхищена, что уже отмечалось ранее).

Другой пример очень известной в судьбе русского марксизма запрещенной кни­ги — сборник «Материалы к характеристике нашего хозяйственного развития» 1895 г. издания, часть тиража которого сохранилась (около 100 экземпляров, 7 из которых ныне хранятся в РНБ). Удалось спасти прямо из типографии П.И. Сойкина эти 100 экземпляров только благодаря энергии А.Н. Потресова и П.Б. Струве, одного из авторов сборника наряду с Г.В. Плехановым и В.И. Ульяновым. Экземпляр, сохра­нившийся в библиотеке Витте, попал к последнему, вероятно, более прямым путем и не входил в указанные спасенные Потресовым и Струве 100 экземпляров.

Эта книга была в библиотеке влиятельного министра финансов, а затем пре­мьера России и поступила официально в 1915 г. в качестве дара Политехническо­му институту для полноты ознакомления будущих управляющих российской эко­номикой и техникой, рассадником которых, по замыслу Витте, и должен быть сто­личный Политехникум. Известная издательница А.М. Калмыкова отметила в своих воспоминаниях, что первая работа Струве «лежала на столе у министров». Каталог свидетельствует, что это не образное выражение, а точный факт. Что касается самой книги, на ней имеются многочисленные обширные отчеркивания текста на по­лях статей только двух авторов — Струве и Тулина (псевдоним Ульянова). Кем они сде­ланы — сегодня неясно (для Витте они слишком аккуратны!), однако его вниманию они были предложены. Небольшая книжечка Ф. Лассаля «О сущности конституции» (речь, произнесенная в одном Берлинском бюргерском окружном собрании, в 1862 г.), изданная в Женеве (1876 г.) в типографии журнала «Набат» и запрещенная в России, содержит пометку небрежное подчеркивание красным карандашом (выделенное нами далее курсивом), вполне возможно самим Витте. Это место весьма любопытно: «Так и с конституцией. Все равно что написано на листке бумаги, если написанное противоречит реальному положению вещей, фактическим отношениям силы».

Среди других книг подобного рода в его библиотеке отметим «Новую историю» А.С. Трачевского в многотомном издании. В библиотеке Витте, как следует из ру­кописного каталога (см. VI. 306), был только второй том этого издания (охватываю­щий период 1750—1848 гг.). Но именно этот второй том был запрещен цензурой. Взамен его в 1908 г. в Петербурге в типографии М.В. Пирожкова был напечатан специальный второй том этого издания с купюрами и поправками.

Еще один пример (см. VI. 322): Фохт И. «Девятнадцатый век. Политическая и культурная история цивилизованных стран в XIX столетии» (СПб.: изд. маг. «Книж­ных новостей», 1901. 339 с., 24 л. портр.). Это издание было уничтожено по поста­новлению Комитета министров.

Многочисленные сомнительные с точки зрения официальной церкви и власти авторы широко представлены в библиотеке Витте и легко будут отмечены внима­тельным читателем (например, Фаррар Ф.В., духовник английской королевы; из­вестны официальные опровержения, написанные столпами ортодоксальной пра­вославной церкви на его сочинения, посвященные каноническому христианству).

Раздел «Смесь» содержит явно неофициальные пристрастия и предпочтения Вит­те (сам их отбор, попадание в поле зрения, достаточно выразительно характеризует личность владельца). Это же относится и практически ко всем разделам. Например (IX. 60): Л.Н. Толстой. «Полное собрание сочинений, запрещенных в России» (Т. 2.1903). Приписка в рукописном каталоге: «Взят за границу в 1914 году Графом» (вероятно, име­ется в виду отъезд С.Ю. и М.И. Витте весной 1914 г. на отдых и лечение в Германию).

Автор запрещенной «Исповеди молодого человека XX века» Ихоров (вполне про­зрачный псевдоним профессора И.Х. Озерова) представлен двумя произведениями (IX. 25): «Записки самоубийцы» (М., 1911) и (IX. 2) «Песни бездомного, фантазия в прозе» (М., 1912).

Дополнительным свидетельством неявных, но определенных контактов Витте с окружением М. Горького, возможно, служит присутствие в личной библиотеке Витте книг берлинского издательства И.П. Ладыжникова. Предварим дальнейшее изложе­ние краткой справкой об этом издателе: Ладыжников Иван Павлович (1874—1945, умер в Москве). В 1901 г. — в составе первого нижегородского комитета РСДРП. В том же году познакомился с М. Горьким. В 1904 г. переехал в Петербург и активно вклю­чился в революционную работу. По поручению ЦК РСДРП в 1905 г. организовал в Женеве издательство «Demos», перенесенное в том же году в Берлин под названием «Издательство И.П. Ладыжникова» (Berlin: J. Ladyschnikow). Человек из близкого ок­ружения М. Горького. Выпускал марксистскую литературу, сочинения М. Горького и писателей, группировавшихся вокруг «Знания». Часть дохода от изданий шла в партийную кассу большевиков. В 1914 г. И.П. Ладыжников вернулся в Петербург и стал работать с Горьким в издательстве «Парус» и журнале «Летопись». После 1917 г. член редколлегии издательства «Всемирная литература» и газеты «Новая жизнь» вплоть до ее закрытия (1918 г.). С1921 г. в Берлине — в акционерном обществе «Кни­га» (впоследствии преобразованном в «Международную книгу»). С 1936 по 1943 г. — научный консультант архива М. Горького[14]. Конкретно отметим следующие кни­ги: 1) «Записки генерала Куропаткина о русско-японской войне. Итоги войны», 1909 (см. раздел VI. 132); 2) «Смерть Павла I. Пьеса в 5 действиях» Д. Мережковского, 1909 (см. раздел VI. 192); 3) «Так говорил Христос» О.Д. Дурново (Берлин, 1912) (см. разд. IX. 19 ).

Обращает на себя внимание прекрасной осведомленностью во внутренних рус­ских делах круг неизвестных пока людей, предложивших берлинскому издатель­ству Е. Frowein весьма острые, злободневные издания: 1) Бурцев В.Л. «Царь и вне­шняя политика. Виновники русско-японской войны» (Берлин: Е. Frowein, 1910. 76 с.) (VI. 40); 2) «Петергофское совещание о проекте Государственной Думы под личным Его Императорского Величества председательством [Секретные протоколы]» (Берлин: E. Frowein, 1905) (VI. 241).

Определенно заслуживает упоминания изданная по свежим следам событий 1905 г. «История Совета Рабочих депутатов Санкт-Петербурга» (статьи Н. Троцкого, А. Кузовлева, Т. Хрусталева-Носаря, В. Звездина и др.) (СПб.: Глаголев, 1905) (см.

  1. 155), ставшая запретной в последующие годы.

Примером неэффективного, запоздалого цензурного курьеза может служить зап­рет отдельного издания уже напечатанных газетных фельетонов (XV. 29): Лазарев М.Н. Наблюдения и впечатления оптимиста. Фельетоны газ. «Восход». 1882—1902. (СПб.: т.-л. А.Е. Ландау, 1902.195 с.). Издание уничтожено по постановлению Ко­митета министров.

В 1886 г. впервые на русском языке вышла работа К. Маркса «Нищета филосо­фии. Ответ на “Философию нищеты” г-на Прудона». Это был уже пятый выпуск се­рии «Библиотека современного социализма», которую в 1883 г. начала издавать груп­па «Освобождение труда». В написанном Г. Плехановым «Извещении» об издании этой серии (своеобразном манифесте группы) первой ее задачей было объявлено распространение «идей научного социализма путем перевода на русский язык важнейших произведений Маркса и Энгельса». С этим трудным делом Группа справилась. По реко­мендации Энгельса, к которому обратилась В. Засулич как переводчица, в книгу было решено включить четыре произведения К. Маркса: «Нищета философии. От­вет на “Философию нищеты” г-на Прудона», «О Прудоне» — письма И.Б. Швейцеру, отрывок из «Процесса против Рейнского окружного комитета демократов» и отры­вок из работы «К критике политической экономии», а также статью Ф. Энгельса «Маркс и Родбертус», открывавшую первое немецкое издание «Нищеты философии». Энгельс высоко оценил перевод В. Засулич 1886 г., и все последующие издания этой книги на русском языке (в т. ч. и 1902 г.) придерживались его как канона. На этих переводах воспитывалось не одно поколение российских революционеров проле­тарского периода освободительного движения России. Эта работа издания 1902 г. значится в каталоге библиотеки Витте под номером XV. 39 (видимо, следуя прин­ципу «врага надо знать в лицо»).

Литературно-художественные новинки скандально-политического толка регуляр­но и своевременно появлялись на полках библиотеки. Например: Andreev L. «Theseven who were hanged» (New-York, 1902) (IX. 71). Добавим сюда же публицистику Л.Н. Тол­стого, опубликованную за рубежом: (VI. 213) Толстой Л.Н. «Не могу молчать (О смерт­ных казнях)» (Berlin: Г. Штейниц, 1908) и (VI. 214); Толстой Л.Н. «О присоединении Боснии и Герцеговины к Австрии» Berlin: Г. Штейниц, 1909).

Рассмотренные издания из собрания Витте затрагивают лишь лежащие на поверхности факты, связанные с темой запрещенных, а также неразрешенных к распространению в России книг, изданных за границей. Сама тема оказалась возможной для постановки, обсуждения и, вероятно, нетрадиционных выводов лишь на исходе XX столетия, особенно в связи с предпринятой реконструкцией полного каталога личной библиотеки Витте, работа над которой в настоящее время завершена.

Раритеты в библиотеке Витте — издания, интересные с точки зрения истории книгопечатания, имелись в собрании, но дальнейшая судьба их большей частью неизвестна. Пристрастие Витте к раритетам-подлинникам не вызывает сомнения, он был ценителем изданий подобного рода. О книге Радищева 1790 г. и конволюте из документов отечественной истории XVII—XVIII вв. уже упоминалось. С этой же точки зрения определенно загадочна одна позиция в каталоге: V. *59. — «Кар­та России 1614 г.». Речь идет, вероятнее всего, об очень подробной карте, изданной в Амстердаме нидерландским картографом Гесселем Герритсом именно в 1614 г.[15] Основой для составления карты послужили, безусловно, русские картографические материалы, неизвестным путем попавшие в руки Герритса. Эта карта, по сравне­нию с другими картами, изданными иностранцами, отличается большей точно­стью. Она охватывает пространство Европейской России, северо-восточный угол карты включает небольшую часть Азии. Западная часть карты обнимает часть Швеции, Ингрию, Пруссию, Лифляндию, Литву, Волынь, Подолию, Молдавию, Валахию, Булгарию, Романию и южнее Черного моря — Натолию. Размер карты 20,7 х 15 дюймов. Масштаб карты 87 верст в градусе. На карте имеется сеть ме­ридианов и параллелей; в верхнем левом углу карты помещен подробный план Москвы; с правой стороны помещен общий вид Архангельска. По мнению компе­тентных лиц, специально исследовавших карту Герритса, основанием для состав­ления этой карты послужил «Большой чертеж», т. е. официальная карта Москов­ского государства.

Сюда же следует отнести издание VI. *259: «Правда воли Монаршей во определении наследника державы своей, уставом блаженного и вечнодостойного памяти державней- шего государя Петра Великого Отца отечества <...> прешедшего 1722 года, февраля в 11 день публикованным утверждена и всенародной присягой свидетельствована. Напеча­тана в Московской типографии, 1726года». Этот раритет утрачен, как и книга Радище­ва, в 1918—1919 гг. Однако не исключено, что подобные вещи, как и конволют с авто­графами, были вывезены М.И. Витте за границу, проданы и могут всплыть в какой- либо университетской или частной коллекции за рубежами России.

Математическая литература в личной библиотеке Витте — результат его серь­езного увлечения математикой в университетские годы и некоторое время после окончания университета. Она в основном сосредоточена в разделах « Технологии» и «Счетоводство». Витте был учеником видного математика профессора Е.Ф. Са­бинина (известная Харьковская математическая научная школа), принимал ак­тивное участие в литографированном издании его лекций. Ряд книг снабжен авто­графами довольно известных в свое время отечественных математиков (О. Вржесневский, В. Лигин, И. Виноградов и др.). Стоит отметить издания Ж.Л. Лагранжа и П.С. Лапласа на французском языке, непосредственно использовавшиеся Вит­те во время обучения на физико-математическом факультете Императорского Новороссийского университета.

Нельзя не обратить внимания на п. XII. *35 каталога: Maupin G. Le Comte Witte Mathematicien (Paris, 1908) (Мопен Ж. Граф Витте как математик. Париж, 1908). После сложного и длительного библиографического поиска удалось установить, что это оттиск статьи историка математики французского профессора Ж. Мопена. В статье приведен и полный текст работы Витте на степень кандидата по физико­математическим наукам, защищенной им в Новороссийском университете. Эта ра­бота Витте, под названием «Разъяснение понятия предела», написана под явным вли­янием русского математика Е.Ф. Сабинина и французского математика Г. Фрейсине — специалиста в области инфинитиземальных исчислений. Работа была удостоена серебряной медали осенью 1871 г. и признана «несомненно достойной внима­ния»[16], а затем передана Ж. Мопену по его просьбе, в виде машинописной копии, директором Новороссийского университета профессором Занчевским. Написан­ная на русском языке, она «имеет французский стиль изложения»-. Опубликована на французском языке в журнале Revue Scientifique с комментариями Ж. Мопена (в переводе с русского артиллерийским офицером Линардом; именно артиллери­сты в то время были активными носителями математических знаний; напомню, что первый ректор Политехнического института князь А.Г. Гагарин был артилле­рийским офицером). Собственно, именно этому этапу своего образования Витте обязан аналитическому складу ума, что даже отмечено («его ум был сформирован под влиянием изучения математики») его выдающимся современником и оппонентом М.М. Ковалевским[17].

Здесь же, возможно, кроются истоки непростых отношений Витте и Н.А. Выш­неградского. Витте как математик принадлежал к лагерю «чистых математиков», «математиков-философов»; Вышнеградский — к лагерю «математиков-вычислителей», «математиков-прикладников». Витте даже иронизирует в своих «Воспомина­ниях» по этому поводу. Любопытно, что это разделение в полной мере сохраняется и в современной математике; правда, взаимоотношения этих лагерей в профессио­нальной математической среде более толерантны: время показало важность и не­обходимость как тех, так и других для науки в целом.

Автографы в собрании С.Ю. Витте. Просмотр книг собрания Витте выявил свы­ше 120 автографов. Перечислить все невозможно, но некоторые известные в рус­ской истории имена стоит упомянуть: К.П. Победоносцев, В.К. Саблер, Н.В. Му­равьев, Б.Н. Чичерин, М.И. Туган-Барановский и многие другие. Даже всего в че­тырех автографах отразилась эволюция отношений Д.И. Менделеева и С.Ю. Витте (а согласно каталогу, еще две книги Д.И. Менделеева имеют пометку «оставлена у себя»); от формального «Его Высокопревосходительству С.Ю. Витте» в 1895 г. до «Высо­коуважаемому Сергею Юльевичу Витте душевно преданный и благодарный Д. Менделеев. Август 1903». В одном из автографов Витте назван «двигателем русской промышленно­сти», а это многого стоит в устах Менделеева. Очень много книг было подарено Витте его ближайшими сотрудниками, членами его «команды» (И.И. Кауфман, А.Н. Миклашевский и др.).

Содержание библиотеки, совокупность и детали отраженных в ней проблем не­ожиданно стали созвучны и близки нашему обществу на исходе XX в. Библиотека Витте медленно, но неуклонно «всплывает» из глубин небытия как знаковый объект отечественной культуры, востребованный историей в наши дни.

Строго говоря, источниковедческую и книговедческую ценность представля­ет именно полный каталог книжного собрания С.Ю. Витте, как та часть собра­ния, которая сохранилась в Фундаментальной библиотеке Санкт-Петербургско­го государственного Политехнического университета, так и его утраченная из особ­няка Витте часть, полную информацию о которой удалось собрать и представить (уточнения библиографических описаний проводились с помощью служебного Генерального алфавитного каталога (ГАК) РНБ). Сегодня сложная задача науч­ной реконструкции книжного собрания Витте завершена, а ее результаты пред­ложены вниманию читателя-исследователя и тем самым вводятся в научный обо­рот в виде реконструированного каталога его личного книжного собрания. Де­тальное и неторопливое ознакомление с этим громадным информационным пластом отечественной истории, политических, идеологических и прочих при­страстий рубежа XIX—XX вв. вызовет у каждого читателя цепь собственных ассо­циаций и выводов как в отношении истории России, так и в отношении выдаю­щегося государственного деятеля России Витте (а в какой-то степени и переоцен­ки стереотипов), начало чему было положено рядом посвященных ему и его эпохе публикаций в 1999 г., в связи со 150-летием со дня его рождения.

В заключение выражаю признательность И.В. Лукоянову за весьма полезные за­мечания в ходе обсуждения работы перед публикацией.

В.В. Чепарухин

Из сборника «Между двух революций 1905-1917» (Ежеквартальный журнал истории и культуры России и Восточной Европы «НЕСТОР» № 3, 2000)

 



[1]        Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб., 1999; Корелин А.П., Степанов С.А. С.Ю. Витте. М., 1998; Шепелев Л.Е. Сергей Юльевич Витте. СПб., 1999.

[2]        С.Ю. Витте — выдающийся государственный деятель России // Тезисы докладов и сообщений научной конференции, посвященной 150-летию со дня рождения С.Ю. Витте. СПб., 1999.

[3]        Сергей Юльевич Витте — государственный деятель, реформатор, экономист (к 150- летию со дня рождения) /Отв. ред. Н.К. ФигуровскаяиА.Д. Степанский. М., 1999.Ч. 1—2.

[4]        Чепарухин В.В. Состав и судьба библиотеки С.Ю. Витте // Актуальные проблемы теории и истории библиофильства. Тез. докладов. СПб., 1994. С. 50.

[5]        Витенберг Б.М. К истории личного архива С.Ю. Витте // Вспомогательные истори­ческие дисциплины. Вып. XVII. СПб., 1985.

[6]       Хроника русского библиотечного дела //Библиотекарь. Вып. 1. С. 75—76.

[7]        Чепарухин В.В. Архивные материалы в личной библиотеке С.Ю. Витте. Междуна­родная научная конференция «Санкт-Петербург. Три века истории. Новые открытия и материалы» (Санкт-Петербург, 27—28 ноября 2003 г.), (в печати)

[8]        Каталог библиотеки С.Ю. Витте. РНБ, Кабинет библиотековедения. Рукопись. 231 с.

[9]        Там же.

[10]         Санкт-Петербургский государственный архив литературы и искусства. Ф. 36. Оп. 1. Д. 23.

[11]        Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. Сергей Юльевич Витте и его время. СПб., 1999. С. 155.

[12]         Чепарухин В.В. Невостребованное наследие Сергея Витте // Северная столица. 17—23 ноября 1995 г.

[13]         Смирнов-Сокольский Н. Рассказы о книгах. М., 1960. С. 99—101.

[14]        Антропов В.И. И.П. Ладыжников. Челябинск, 1972.

[15]        Лиодт Г.Н. Картоведение. М., 1948. С. 60.

[16]       Maupin Georges. Le Comte Witte Mathematicien // Revue Scientifique. 1908. T. 9. № 19.

p. 586-594.

[17]       Kovalevsky M. Les transformations recentes du comte Witte //Revue bleue. 1907. № 19 (4). p 7°9-710'

Читайте также: