ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:


Самое читаемое:



» » Оккультный Рейх
Оккультный Рейх
  • Автор: Vedensky |
  • Дата: 21-01-2014 22:37 |
  • Просмотров: 2323

Оглавление

Тайные корни
Духовные предтечи
Дитрих Эккарт
Оккультный мессия
Розенберг, Гесс и другие
В оккультном помрачении
Черный орден Генриха Гиммлера
Архитекторы эволюции
«Дети дьявола»
Астрологи, ясновидцы и прочие
Теория полой земли
Аненербе
Святой Грааль найден?!
Поражение магов

Тайные корни

Начало подлинной власти совпадает с началом тайны...

Ханна Арендт

 

О Гитлере, нацизме и Третьем рейхе написано очень много книг. Вероятно, что больше чем о каком-либо ином периоде человеческой истории. Возникновение нацизма часто объясняется исключительно социальными или экономическими причинами. Такая чрезмерно упрощенная интерпретация одного из самых необычных исторических явлений не может удовлетворить тех, кто не разучился думать и выстоял под атаками тех, кто постоянно ведет «промывку мозгов». Поразительно, но тем не менее факт: большинство исследователей нацизма старательно уподобляются слепцам и упускают из виду весьма важный и жизненный элемент, без которого нельзя правильно понять и оценить экстраординарные события, происходившие в Германии в 20–40-е годы. Элемент этот – оккультизм.

В книге «Утро магов» французские авторы Павелс и Бержье справедливо замечают:

 

«...История нацизма остается необъяснимой в свете „позитивистского века“. Глубинная психология показывает нам, что действия человека, по видимости рациональные, в действительности управляются силами, о которых он сам не знает, или которые связаны с символизмом, совершенно чуждым обычной логике... В истории гитлеризма, или вернее, в некоторых аспектах этой истории все происходит так, как если бы ведущие идеи ускользали от обычной исторической критики, и как если бы нам, чтобы понять их, нужно было бы отказаться от нашего позитивного понимания вещей и совершить усилие, чтобы войти в мир, где картезианский разум перестает сочетаться с действительностью».

 

Для верного понимания психологии немецкого национал-социализма полезно обратить внимание на следующее высказывание бывшего нациста Германа Раушнинга:

 

«...Каждый немец стоит одной ногой в Атлантиде, где он ищет лучшую родину и лучшее наследие. Эта двойная природа немцев, эта способность к раздвоению, позволяющая им одновременно жить в реальном мире и проецировать себя в воображемый мир, в особенности выразилась в Гитлере и дает ключ к пониманию его магического социализма».

 

Стараясь объяснить восхождение к власти этого «великого жреца тайной религии», Раушнинг говорит, что много раз в истории «целые нации впадали в необъяснимое волнение. Они предпринимали походы флагеллантов. Их сотрясала пляска святого Витта. Национал-социализм – это танец святого Витта XX века».

Но откуда пришла эта странная болезнь? Не находя нигде Удовлетворительного ответа, Раушнинг отделывается лишь одной фразой: «...самые глубокие корни спрятаны в тайных местах». На что он намекал, что имел в виду?

Нельзя забывать о том, что Гитлер, Гесс, Гиммлер, Розенберг и некоторые другие лидеры национал-социализма были глубокими мистиками, серьезно интересовавшимися оккультными вопросами. Далеко неслучайно, что они выбрали свастику – древний арийский символ, происхождение которого затеряно в глубине веков, своим символом. Мистические наклонности высших иерархов нацизма нашли свое отражение в форме и ритуалах эсэсовцев и «гитлерюгенда» – молодежной организации. Обязательно нужно помнить и о том, что и в исключительно напряженные годы второй мировой войны нацисты не жалели тратить колоссальные деньги на Аненербе – специальное бюро, созданное по личному распоряжению Генриха Гиммлера и занимавшееся исключительно «наследием древних германцев».

Почему же некоторые историки в упор не видят все это, усматривая в нацизме всего лишь «крайнюю реакцию напуганной буржуазии»? Возьмем на себя смелость утверждать, что они, скорее всего, придерживаются распространенной среди обывателей точки зрения, что оккультизм – туманная область псевдознания, заниматься которой удел неудачников, старых дев и просто чудаков. Однако у нацистской элиты было совсем иное мнение относительно «средневековых предрассудков».

Гитлер и его ближайшее окружение видели мир иначе, чем подавляющее большинство людей в XX веке. Можно даже сказать, что они принадлежали к другой цивилизации.

Земля полая. Мы живем внутри нее.

Звезды – ледяные глыбы. Множество уже упало на землю... Вся история человечества объясняется борьбой между льдом и огнем.

Человек еще не завершен. Он стоит на пороге грандиозной мутации, она даст человеку то могущество, которое древние приписывали богам. И в мире уже существует несколько экземпляров нового человека, явившихся, может быть, из-за пределов времени и пространства.

Возможно, есть связи с Властелином Мира, «Королем Ужаса», царствующим в городе, скрытом где-то на Востоке. Те, кто подпишут с ним договор, на тысячелетия изменят жизнь на земле и придадут смысл судьбе человечества...

Таковы некоторые теории и концепции, питавшие зарождавшийся нацизм; в них верил Гитлер, верили члены группы, в которую он входил; эти теории и концепции в значительной мере определили социальные и политические факты недавней истории.

Именно из-за серьезного отношения «старых бойцов» к мистическим вопросам и их «оккультной чуткости», гонения на масонов и всякие тайные общества начались сразу же после прихода Гитлера к власти. Нацисты видели в них серьезную потенциальную угрозу. О позиции самого фюрера достаточно красноречиво говорит его монолог о масонстве, записанный Раушнингом: «Все практикуемые ими мерзости – скелеты, мертвые головы, гробы и разные таинства, – всего лишь игрушки для детей. Но в них имеется опасный элемент, с которым необходимо считаться. В масонстве образовался вид священнической знати. Они развили эзотерическую доктрину не только сформулированную, но и связанную посредством символов и мистерий со степенями посвящения. Иерархическая организация и посвящение через символические обряды, действующие магически на воображение, – опасный элемент... Разве вы не понимаете, что и наша партия должна быть такого же характера?.. Орден, иерархический орден секулярного священничества... Мы или масоны, или церковь – есть место только для одного из трех... Мы – сильнейшие из них, и потому избавимся от двух других».

Астролог Вильям Вульф, составлявший гороскопы для СС, в книге «Зодиак и свастика» приводит высказывание Генриха Гиммлера, свидетельствующее об интересе к оккультизму и объясняющее причину чистки любителей тайных знаний:

 

«Для нас политика значит... уничтожение всех сил, исключая тех, что содействуют претворению единственной конструктивной идеи...

В Третьем рейхе мы должны запретить астрологию... Мы не можем разрешить астрологам следовать их призванию, исключая тех, кто работает на нас. В национал-социалистическом государстве астрология должна находиться на привилегированном положении. Она не предназначена для широких масс».

 

Большое внимание, уделявшееся нацистской верхушкой «странным наукам», выглядит закономерным, когда узнаешь о той общей атмосфере, которая царила в Германии после первой мировой войны. Авторитетный историк и один из первых биографов Гитлера Конрад Гейден писал:

 

«...Лучшие из немцев находили пристанище от тягот будничной жизни в извращенном фанатизме, называвшемся „мистицизмом политического движения“.

 

Германия была подходящим местом для подобного развития. Вряд ли существовала какая-либо другая страна, где происходило такое количество «чудес», встречалось такое множество привидений, столь многие болезни вылечивались магнетизмом, составлялось несметное число гороскопов... Генерал Людендорф, командовавший немецкой армией в первую мировую войну, превратился в алхимика и пытался произвести золото... Он был готов верить любому предрассудку; когда люто ненавидимое им республиканское правительство отдало приказ покрасить железнодорожные барьеры в красный и белый цвета для лучшей видимости, Людендорф заявил, что этот приказ отдан потому, что Моисей вел евреев через пустыню под красно-белым полотнищем.

Другой генерал был убежден, что обладает тайной смертоносных лучей, которые вынудят самолеты и танки противника повернуть вспять на поле боя. Пароходная компания уволила своего менеджера из-за того, что его почерк не понравился графологу...

Среди приближенных Гитлера был человек, специальность которого на визитной карточке именовалась «колдун», и владелец этой не совсем обычной профессии требовал к себе самого серьезного отношения. Многие считали, что на ход мировой истории дурно влияют члены разных тайных обществ. В число таковые заносили не только масонов, но евреев и иезуитов...»

Страстное влечение ко всему потустороннему нельзя объяснить, лишь желанием бегства от тягот бытия. В Австрии и Германии еще в конце прошлого – самом начале нынешнего века зародилось полуоккультное пангерманистское движение. Широкое распространение получили популярные брошюрки с изложением расовых теорий, утверждавших превосходство арийцев и неполноценность евреев, их «вечный паразитизм». Уже тогда на улицах Вены и Берлина можно было встретить людей предрекавших появление нового, арийского мессии.

Гитлер открыл для себя эзотеризм во время блужданий по австрийской столице в 1909 году. Английский историк Алан Буллок отмечает: «...в тот период его чтение было беспорядочным и бессистемным: древний Рим, восточные религии, йога, оккультизм, гипноз, астрология...» Источником вполне определенных познаний для будущего фюрера послужил журнал «Остара», издававшийся ариософом Ланцем (фон Либенфельсом). Согласно некоторым свидетельствам, Гитлер даже навещал его.

«Остара» была типичным венским изданием тех лет. На ее страницах мирно уживались эротические, мистические и сентиментальные темы, не соединенные какой-либо четкой политической программой. Либенфельс часто писал о том, что белокурые арийцы должны править миром, подчинив или же уничтожив всех темноволосых, расово смешанных. Последних он считал неполноценными, однако, наделенными необычайной сексуальной потенцией. На страницах «Остары» постоянно появлялись изображения арийских женщин, отдающихся волосатым, обезьяноподобным созданиям.

Журнал вызывал у своих читателей поистине первобытный страх перед беспредельной силой евреев: их контролем финансов и прессы, их разлагающим влиянием в мире искусства и театра, их отвратительной похотливостью.

Один из биографов Либенфельса сообщает, что Гитлер получил посвящение от издателя «Остары», вступил в его масонского типа организацию «Орден Новых Храмовников» («Новых Тамплиеров»). Но на этот счет имеются серьезные сомнения: Адольф Гитлер был слишком горд для того, чтобы стать чьим-либо последователем.

Для обнаружения тайных корней нацистской партии не мешает также вернуться в 1912 год, когда на конференции оккультистов образовалось «магическое братство» – Германский орден. Среди его отцов-основателей были Теодор Фриче, редактировавший антиеврейский журнал «Гаммер» и мечтавший о создании националистического рабочего класса; Филипп Стауф – поклонник ариософа Гвидо фон Листа; Герман Поль – также ученик Листа и канцлер нового ордена. Внутренние распри, раздиравшие братство с самого начала, привели к тому, что в 1915 году Поля лишили канцлерства, после чего ему пришлось основывать свой орден – рыцарей святого Грааля. Вскоре к нему присоединился Рудольф Глауэр – астролог и авантюрист, практиковавший суфистскую медитацию, ненавидевший евреев, восхищавшийся работами Листа и Либенфельса и называвший себя бароном Себоттендорфом. Этого самозванного барона назначили гроссмейстером ордена в Баварии. В 1918 г. с согласия и одобрения Поля, Себоттендорф организует другое самостоятельное братство – Туле Гезельшафт (Общество Туле). Символом этой организации стала свастика с мечом и венком.

Туле, базировавшееся в Мюнхене, было первоначально еще одним «народным оккультным братством», взявшим свое название от легендарной доисторической нордической цивилизации, ушедшей под воду, как и знаменитая Атлантида. Идеология тулистов представляла собой смесь идей Блаватской, Листа, Либенфельса и Хьюстона Чемберлена, о котором кайзер Вильгельм II говорил, что он послан немцам самим Всевышним. В ритуале этого общества преобладали вагнеровские темы, доминировавшие и в предыдущих арийских братствах.

Себоттендорф проявил себя рьяным врагом евреев и марксистов. Помимо призывов к борьбе с иудаизмом и «иуда-изацией арийского мира» Туле проповедовало приход фюрера, который покончит с ненавистной демократией. Общество, интересовавшееся, по мнению обывателей, только «тевтонской стариной», покупало оружие, приобрело газету, возбуждало террористическую активность и ненависть к евреям. Вокруг Туле группировались те, кому было суждено сыграть решающую роль в формировании нацистской партии: Альфред Розенберг, Рудольф Гесс, Готтфрид Федер, Карл Харрер и Дитрих Эккарт. Но они не могли бы осуществить свои планы без человеческого феномена по имени Адольф Гитлер. Хотя у вышеперечисленных лиц вроде бы имелись идеология, ритуалы, символы и прочие атрибуты, нацизм без личности Гитлера вряд ли был бы возможен. Тем не менее стоит отметить, что фундамент нацизма не был создан Гитлером, а возник и развился в недрах Германского ордена, ордена Новых Храмовников и, особенно, – Общества Туле. Поэтому Себоттендорф имел полное право сказать впоследствии:

 

«Члены Туле были именно теми людьми, на помощь которых мог рассчитывать Гитлер, и они также отождествляли себя с ним».

Духовные предтечи

Фюрер с негодованием отметал, вероятно, по политическим соображениям, даже саму мысль о том, что он имел какое-то отношение к эзотерическим учениям. Однако факты говорят об ином: Гитлер и другие нацистские лидеры многому научились у оккультистов. Чтобы не казаться голословными, поближе ознакомимся с личностями и идеями тех, кто уже упоминался нами ранее.

Йорг Ланц (Либенфельс), сын учителя, родился в Вене в 1874 г. Он изменил дату и место рождения, чтобы сбить с толку астрологов. В детстве у него возникло сильное желание стать рыцарем-тамплиером и жить в своем собственном замке. Сильнейшее впечатление юности Ланца – опера «Тамплиер и еврейка», слушание которой приводило его в состояние экстаза. (Оккультисты всегда утверждали, что тамплиеры – средневековый религиозный и военный орден, являлся гностической сектой, стремившейся очистить мир от зла). В 1893 г., в возрасте 19 лет, он поступает послушником в цистерцианский монастырь Святого Креста. В следующем году ему на глаза попалось скульптурное изображение, которое, по-видимому, сильно повлияло на его мировоззрение: крестоносец, гордо попирающий человекоподобное существо, напоминающее безобразное животное. В этой скульптуре Ланц узрел триумф высших рас над низшими, и она стала своего рода символом его идеологии.

В 1900 г., через год после изгнания из монастыря (по его словам, «за идейные расхождения», но церковные власти намекали на «плотскую связь»), он объявляет себя «бароном фон Либенфельсом» и основывает свой «Орден Новых Тамплиеров», отличительным знаком которого избирается свастика. Внешне походящий на респектабельного ученого, Ланц привлек к себе внимание «национально мыслящих одиночек». Он поучал, что величайший грех произошел тогда, когда «героическая арийская раса» начала смешиваться с представителями «темных рас». Герой Фраджа (готтское имя для Иисуса) явился, чтобы спасти арийских женщин и научить их следовать завету: «люби своего соседа как самого себя, если он принадлежит к твоей расе». Так, по мнению Ланца, проповедовала католическая церковь в средние века. Свою теорию он называл ариософией. Самые причудливые и необычные идеи всегда отыскивают поклонников. «Барон фон Либенфельс» быстро обнаружил тех, кто был готов ему внимать. Среди них оказались и богатые люди, предоставившие в его распоряжение свой кошелек. С их помощью в 1907 г. он приобрел в Австрии замок Верфенштейн. Было куплено и несколько других замков, переделанных в храмы новой религии, в которых проводились церемонии «рыцарей святого Грааля». Используя свою монашескую выучку, Ланц написал «тайную библию для посвященных», составившую десять томов. Расовая борьба была основной темой «библии», но много внимания в ней также уделялось астрологии, каббале, френологии, гомеопатии и вопросам правильного питания.

После реконструкции замка Верфенштейн его украсили символами тамплиеров и впервые в Европе XX века был поднят стяг со свастикой. «Барон» и посвященные его ордена, окопавшиеся вдалеке от городского шума, в тишине и покое разрабатывали планы по спасению мира и искуплению «греха наших предков». Во имя «уничтожения человека-животного и прихода высшего, нового человека» Либенфельс призвал к осуществлению радикальной программы. Ее составными элементами являлись генетическая селекция, стерилизация, депортация неполноценных и даже уничтожение целых групп посредством несильного труда или же прямого убийства. «Принесите жертвоприношения Фрадже, вы, дети богов! – писал Либенфельс. – Положите ему на алтарь детей тьмы!» Он выступал также за создание специальных «человеководческих» колоний, в которых бы можно было выращивать «настоящих арийцев».

По его убеждениям, арийские герои – «творения богов», обладали специальными электромагнетическими и радиологическими органами, придававшими им особые силы. Осуществив надлежащие евгенические меры, возможно восстановить утраченные современным человечеством способности. По поводу такого рода идей, один из биографов Гитлера Иоахим Фест говорил: «В период нестабильности и волнений возникает элитистские наклонности к тайным обществам, появляется повышенный, нездоровый интерес к сомнительным наукам... (Либенфельс) был одним из ярчайших выразителей невротического настроения своего времени. Он внес весьма специфическую окраску в идеологическую атмосферу Вены, столь насыщенную разнообразными фантазиями».

Что общего у Гитлера с Либенфельсом? По словам Вильфрида Дайма – биографа Либенфельса. будущий фюрер не только зачитывался «Остарой», но и встречался несколько раз с основателем «Ордена Новых Тамплиеров». Сам же Либенфельс считал его своим учеником и писал в 1932 г.:

 

«Гитлер – один из наших... Вы вскоре убедитесь, что он победит и разовьет движение, которое заставит трепетать весь мир».

 

Гитлер старался всячески скрыть следы людей и влияний, оказавших воздействие на его формирование. Либенфельсу запретили печататься после того, как Германия аннексировала Австрию в 1938 г., Гитлер приказал убить Рейнгольда Ганиша – свидетеля его неудач и жалкого прозябания в Вене. Но влияние ариософии Либенфельса, несмотря на все усилия «спятать концы в воду», дает явственно знать себя в некоторых пассажих «Моей борьбы». Например:

 

«Защищая себя от еврейства, я вношу свой вклад в дело Господне... Евреизация нашей духовной жизни рано или поздно приведет к полной погибели... Грех крови и осквернение расовой чистоты – первобытный грех в этом мире и угрожает гибелью всему человечеству...

С сатанинским удовольствием, светящимся на их лицах, черноволосые еврейские юнцы подлавливают ничего не подозревающую белокурую девицу, которую они испачкают своей кровью и навсегда уведут от ее народа. Еврейство использует все средства для разрушения расовых основ того народа, который оно намерено подчинить. Евреи делают все, чтобы не только систематически развращать наших девушек и женщин, но и способствовать загрязнению крови по большому счету. Это они привезли негров в долину Рейна, никогда не предавая забвению свою тайную мысль и цель – разрушить ненавистную им белую расу, сбросить ее с культурного и политического пьедестала и стать господами мира».

 

В приведенном отрывке Гитлер откровенно повторяет писания Либенфельса. Вряд ли удастся когда-нибудь точно установить, был ли вождь нацизма членом «Ордена Новых Тамплиеров», но имеются достаточно серьезные основания утверждать, что идеи бывшего цистерцианского монаха нашли себе применение в Третьем рейхе.

Другой венский оккультист, оказавший заметное влияние на тайную нацистскую доктрину, – Гвидо фон Лист. Он родился в семье богатого торговца. Когда ему было 14 лет, он поклялся в знаменитом соборе святого Стефана в Вене, что обязательно построит храм для поклонения языческому богу Вотану. Лист, унаследовав торговую фирму своего отца, стал секретарем австрийского Альпийского общества, члены которого, приветствуя друг друга, кричали «хайль». Самого себя он считал посредником между современниками и древними священнослужителями германской языческой религии. Их святейшим знаком была свастика. Приняв этот же знак, он в 1908 г. организовал тайное общество «Арманен». Для древних германцев свастика являлась символом солнца, дарующего жизнь. Немецкие расисты полагали, что неравенство рас подтверждается среди прочего и неодинаковым отношением к солнцу: некоторые народы относятся к нему с большим почтением, чем другие. Поклонение солнцу стало языческим ритуалом среди немецких почвеннических групп. Листа же можно назвать пионером в деле возрождения тевтонского фольклора и мифологии, подготовившим климат для нацизма.

«Арманен» сумел привлечь в свои ряды довольно видных людей на общественном небосклоне. Среди его членов, например, были популярный мэр Вены Карл Люгер и знаменитый теософ Франц Гартман. Лист заявлял, что созданный им орден представляет лидеров арийско-германской расы, способных раскрыть тайны Вселенной. По его словам, они были подобны Богу. Нетрудно догадаться, что Лист и его ученики, считавшие себя избранными и призванными, отличались откровенно юдофобскими взглядами: «избранный народ» всегда стоит на пути у тех, кто верит в свои собственные, особые взаимоотношения с высшими силами...

Судя по именам последователей, у Листа не должно было быть финансовых помех для осуществления намеченных им целей. Прежде всего он считал необходимым восстановить утраченную или подзабытую эзотерическую мудрость. Для этого «ученики мастера» проходили курс обучения руническому оккультизму. Принято считать, что Вотан изобрел руны – древний алфавит, как часть его тайной науки. (Готтское слово «руна» значит «секрет», «секретное решение»; аналогично древнеиранское «рун» – «секрет», «мистерия»).

Мысль о том, что руны имеют оккультное значение, встречается уже у Тацита, писавшего, что германцы ставят какие-то отметки на деревьях для ритуальных целей. Лист написал книгу о рунах в 1908 году. (Совсем недавно, между прочим, ее впервые перевели на английский язык и издали в Америке. – В.П.). Как и другие немецкие оккультисты, он полагал, что в древнем алфавите, созданном Вотаном, заключена магическая сила.

Согласно английскому историку Тревору Равенскрофту – автору книги «Копье судьбы», базирующейся на откровениях некоего д-ра Вальтера Штейна, помимо изучения рун, у Листа были и другие, не совсем обычные увлечения. (Штейн обитал в Вене в одно время с Гитлером: в 1909–1913 гг.). Глубокий интерес к оккультизму, особенно к мистериям св. Грааля, в один прекрасный день привел молодого Штейна в книжную лавку в старом квартале Вены, часто посещавшуюся и Гитлером. У ее владельца Эрнста Третцше имелась фотография, запечатлевшая его самого вместе с Листом. Книги основателя «Арманена» были в моде и пользовались известным спросом. Но неожиданно в прессе появилось разоблачающее сообщение: Лист занимался черной магией. Вся Вена была шокирована, ибо «почтенного мудреца» представили как главу кровавого братства, прибегавшего в своей практике к сексуальным извращениям и заменившего крест свастикой. Гнев охватил добропорядочных венцев до такой степени, что Листу пришлось бежать из города. Равенскрофт пишет, что д-р Штейн рассказал ему, как Гитлер научился достигать высших уровней сознания с помощью наркотических средств и сумел проникнуть в тайны средневекового оккультизма и ритуальной магии. Претцше познакомил Гитлера с расширяющими сознание наркотиками и обучил его понятиям астрологического и алхимического символизма. Гитлер якобы сказал Штейну, что Претцше присутствовал при попытках Листа материализовать «инкуба» в ритуале, призванном родить «лунное дитя».

Возможность менять уровни сознания посредством наркотиков или практикой сексуальных извращений – давно известна оккультистам. Они считают, что нарушением разных табу, совершением актов, вызывающих отвращение у большинства нормальных людей, можно овладеть силами, о которых даже трудно мечтать в обычном состоянии. В Третьем рейхе постоянно ходили слухи о сексуальных отклонениях и странностях Гитлера (в частности, ему приписывали мазохизм). Никто не может, конечно, говорить о такого рода вещах с полной уверенностью, но нельзя исключать и того, что он вспоминал о наставлениях Либенфельса, Листа и некоторых других оккультных гуру.

В 1912 г. журналист Филипп Стауфф и несколько бывших последователей Листа образовали Германский орден. Особую активность в нем развил издатель и «научный антисемит» Теодор Фриче. С 1880 г. он считался лидером пангерманского движения. Написанные им книги и брошюры принесли ему заметную известность. В 1902 г. Фриче начал издавать журнал «Гаммер», стремившийся воспрепятствовать участию евреев в немецкой культурной жизни. В этом журнале публиковались обращения, призывавшие к созданию национальной организации, стоящей «над партиями». «Только подлинно арийская организация может дать настоящее просвещение немецкому народу».

Со взглядами Фриче солидаризировались Стауфф, Поль и несколько других бывших «листовцев». По их планам, Германский орден должен был стать тайным Бундом, противостоящим тому, что они называли еврейским тайным Бундом, «плетущим мировой заговор». Присоединиться к их организации можно было только доказав немецкое происхождение в трех поколениях. Фриче и его сторонники постоянно говорили о необходимости обучения расовой науке, о важности научного подхода в деле выведения «человеческой породы». По их мнению, источником всех несчастий являлось смешение рас. Принципы пангерманизма, как они считали, следовало распространять не только среди немцев, но и среди близких им по крови народов. Беспощадная и бескомпромиссная борьба должна вестись против всего враждебного арийскому духу. В первую очередь – против иудаизма и интернационализма.

Хотя Германский орден и выступал против масонства как интернациональной организации, служащей еврейским интересам, его структура и терминология были явно заимствованы у масонов. Поль утверждал, что это способствовало сохранению секретности и предохраняло от любопытства посторонних. Масонская концепция братства также способствовала лучшему взаимопониманию между его членами.

Среди их «святого наследия» числились свастика и руны; облачения братьев свидетельствовали о приверженности Вотану и язычеству. Глубокая тайна окружала собрания «национальных оккультистов». Не существовало описаний ритуалов Германского ордена: они не доверяли бумаге. Как бы то ни было, известно, что все происходящее в их ложах внешне походило на масонство. У них имелись степени посвящения, а мистерии раскрывались через знаки и символы, доступные пониманию лишь посвященных.

Перед Первой мировой войной, несмотря на щедрые пропагандистские усилия лидеров, рост Германского ордена проходил медленно. Английский исследователь Реджинальд Фелпс говорит: «...детские игры во всякого рода надуманные ритуалы и церемонии заметно утомлял членов ордена... Поль, кажется, полагал, что самое главное – устройство банкетов...»

Между 1914 и 1918 гг. орден фактически бездействовал, ибо большинство его участников находились на полях сражений...

Из всех, кто имел какое-то отношение к Германскому ордену, вроде бы только «великий антисемит» Теодор Фриче уцелел в памяти потомков. Его «Катехизис антисемита», написанный еще в 1877 году, выдержал более двадцати изданий. Большим успехом пользовалось и «Руководство по еврейскому вопросу», опубликованное в 1919 году. Благодарные последователи воздвигли в честь Фриче монумент в пригороде Берлина.

Во время Первой мировой войны все тайные общества, выражаясь языком масонов, были «усыплены». Поль ограничивался тем, что продавал бронзовые кольца с рунической гравировкой. Они обладали, по его уверениям, магическими свойствами, большая потребность в которых, понятно, ощущалась в те дни.

Лишь после окончания войны, когда пошли вовсю разговоры о том, что немцам нанесли «удар в спину», оккультные антиеврейские группы заметно активизировали свою деятельность.

Основатель Общества Туле барон Рудольф фон Себоттендорф, так же как и барон фон Либенфельс, появился на свет под совсем иным, не столь звучным именем. Он родился в 1875 г. в Силезии в семье железнодорожного рабочего и звали его Адам Рудольф Глауэр. В возрасте 26 лет он переселился в Турцию и стал турецким подданным. В 1909 г. ему повезло: в Стамбуле его усыновил барон Генрих фон Себоттендорф. Так он приобрел дворянский титул и новое имя. После тяжелого ранения, полученного в войне на Балканах, Рудольф в 1913 г. уезжает в Бреслау.

Во время пребывания в Турции он серьезно занимался восточной философией, каббалой, теососЬией и близко познакомился с учением суффистов. Себоттендорф не отрицал, что в тот же период состоялось и его посвящение в масоны. Как бы оправдываясь, он утверждал впоследствии, что турецкое масонство не имеет ничего общего с европейским, «уведенным евреями на путь лжи и обмана». «Необходимо показать, писал Себоттендорф, что восточное масонство продолжает оставаться верным древней арийской мудрости, преданной современным масонством, чья Конституция 1717 г. обозначила отход с правильного пути».

В 1918 г. он создает свою ложу – Туле Гезельшафт (Общество Туле) и назначает себя ее гроссмейстером. Вступить в Туле могли лишь те, кто были способны доказать расовую чистоту, отсутствие еврейской или негритянской крови. Принятые в ложу давали обет полного повиновения и верности гроссмейстеру. Сам же ахт принятия «символически означал возвращение домой потерянных арийцев».

Членство в Туле, как говорил Себоттендорф, возвышало над всем остальным человечеством: тулистам было предназначено спасти мир и подготовить приход высшей расы будущего – сверхчеловеков. Для осуществления таких целей недостаточно медитации и самосовершенствования, следовало проявлять активность и в политическом плане.

Вокруг «активных мистиков» из Туле в 1918–1920 гг. происходило объединение националистов, а также бывших военных, не находивших себе места в мирной жизни. Не является тайной, что именно тулисты сыграли решающую роль в подготовке правого путча в 1920 г., сокрушившего коммунистическое правительство в Мюнхене.

Общество «чудаков-антикваров» и любителей мифологии» распространяло заявления о том, что немецкий рабочий класс отравлен еврейской пропагандой, которой надлежит противостоять любыми средствами. На одном из собраний постановили образовать рабочий кружок для распространения политических идей Туле. В январе 1919 г. кружок соединился с другой организацией – Комитетом независимых рабочих, возглавлявшимся Антоном Дрекслером. Продуктом этого объединения и явилась Германская рабочая партия.

Таким образом маленькая политическая организация, к которой присоединился Адольф Гитлер, с самого начала имела поддержку влиятельного общества масонского типа.

Говоря о духовных предтечах и подлинных отцах-основателях, нельзя не сказать об оккультисте, сыгравшем колоссальную роль в формировании Гитлера. В последних строках «Моей борьбы» будущий фюрер Германии скажет о нем: «...я хочу также назвать одного из лучших, того, кто посвятил свою жизнь пробуждению своего, нашего народа, – в трудах, мыслях и, наконец, в делах».

Дитрих Эккарт

Кто он такой, почему он «один из лучших» для того, кто крайне редко признавал авторитеты? Немецкий историк Конрад Гейден утверждает: «Эккарт несет ответственность за духовное формирование Адольфа Гитлера». Поэтому, очевидно, нелишне сказать хотя бы несколько слов об этом учителе.

Дитрих Эккарт – поклонник Шопенгауэра и Ницше, принадлежал к числу посвященных оккультистов. Писал стихи, пьесы, статьи. Из его обильной литературной продукции особую известность приобрел сильно романтизированный перевод ибсеновского «Пер Гюнта».

В 1919 г. он открыто заявлял, что Германия нуждается в диктаторе. В книге Гейдена «Фюрер» приводится мнение, высказанное им в мюнхенском винном погребке Бреннессель:

«Во главе нам нужен парень, не шарахающийся от шума разрывающихся снарядов. Никто из офицеров не подойдет, ибо люди утратили к ним уважение. Лучше всего – рабочий, умеющий хорошо болтать... Ему не понадобится много мозгов... Он должен быть холостяком, чтобы привлечь в наши ряды женщин».

Эккарт верил, что ему предназначено приготовить путь для такого лидера, и он говорил об этом друзьям из Туле. Известны его контакты с тулистами и, в частности, самим Себоттендорфом. Они видели в нем своего, посвященного.

С Гитлером Эккарт впервые встретился в 1919 г., и они сразу нашли общий язык. Вскоре члены Общества Туле услышали от Эккарта: «Вот тот, для кого я – пророк и предтеча».

Однако, какую пользу мог извлечь для себя Адольф Гитлер от общения с посвященными и «братьями»? Приведем мнение специалистов по оккультизму Павелса и Бержье:

 

«Туле... остров, находившийся на крайнем севере и неожиданно затонувший. Подобно Атлантиде, Туле является магическим центром исчезнувшей цивилизации. Эккарт и его друзья верили, что не все тайны, не все знание Туле ушло без следа под воду... По их мнению, лидерами нашего мира должны быть посвященные – те, кому даровано судьбой соприкоснуться со священным знанием великих мудрецов глубокой древности. На такого рода вере строилась арийская доктрина Эккарта и Розенберга, и эти пророки магической формы социализма вложили свои идеи в медиумический ум Гитлера.

Общество Туле было серьезным магическим братством. Его деятельность не ограничивалась интересом к мифологии, соблюдением бессмысленных ритуалов и пустыми мечтаниями о мировом господстве. Братьев обучали искусству магии и развитию потенциальных возможностей. В том числе и умению контролировать тонкую, невидимую и всепронизывающую силу, называемую английским оккультистом Литтоном «врилом», а индусами «кундалини». Врил – это огромная энергия, из которой мы используем в повседневной жизни лишь бесконечно малую часть, это нерв нашей возможной божественности. Тот, кто становится хозяином врила, становится хозяином над самим собою, над другими и над всем миром. Кроме этого, нечего больше и желать. И к этому должны быть направлены все наши усилия...

И еще, может быть, самое главное: в Туле учили технике коммуникации с так называемыми Тайными Учителями или Неизвестными Сверхлюдьми, незримо руководящими всем происходящим на нашей планете. Если у нас не будет с Ними союза, мы окажемся среди рабов, в навозе, который послужит удобрением для того, чтобы цвели новые города...

Весьма вероятно, что Гитлер научился кое-чему у тулистов и, например, хорошо усвоил ту истину, что глубокая концентрация воли и твердая личная убежденность в собственной правоте способны буквально творить чудеса».

 

Представляется важным заметить, что в письме, написанном им в 1923 г. за несколько дней до смерти, Дитрих Эккарт призывал:

 

«Следуйте за Гитлером! Он будет танцевать, но это я, кто нашел для него музыку. Мы снабдили его средствами связи с Ними. Не скорбите по мне: я повлиял на историю больше, чем кто-либо еще из немцев».

Оккультный мессия

Некоторые, испытав в его присутствии трепет священного ужаса, думают, что в нем пребывают ангелы, Бог или высшая сила... Откуда бралась в нем сверхчеловеческая власть .. То, что я говорю, было бы романтизмом самого низкого сорта, если бы дело, совершенное этим человеком – я имею в виду силу, действующую через него – не было бы реальностью, приведшую в изумление наш век.

Дени де Ружемон

 

В трудные времена люди всегда ждут мессию, спасителя. Образ всемогущего отца настойчиво маячит в воображении тех, кто устал от тягот жизни. Немцы не были исключением: после поражения в войне и унизительного Версальского договора они мечтали о чуде, надеялись на вмешательство высших сил. «Откуда он придет, никто не может сказать. Но все знают: он – вождь, который однажды объявит о себе, он – тот, кого мы страстно ждем. Тысячи и сотни тысяч рисуют его образ в своем воображении, миллионы голосов зовут его, единая немецкая душа ищет его». Так писал в 1922 г. Курт Гессе, не зная, возможно, что Адольф Гитлер уже стал фюрером для нескольких тысяч немцев.

Английский историк Равенскрофт считает: «Дитрих Эккарт и маленькая группа посвященных из Туле подготовили приход германского мессии в целой серии спиритических сеансов...» И Эккарт первым распознал в бывшем ефрейторе долгожданного спасителя.

Но что известно нам о жизни Гитлера до того момента? За несколькими исключениями лишь то, что рассказал он сам: Адольф – сын таможенного чиновника, хотевшего, чтобы он пошел но его стопам; он боготворил свою мать, умершую от рака во время его скитаний в Вене, где ему не удалось стать художником; подлинное призвание открылось ему после ранения, полученного на войне.

Обозревая его жизненный путь, можно заметить, что он был трезвым и расчетливым реалистом, хорошо знавшим, как пользоваться представлявшимися ему возможностями. С другой стороны, есть достаточно оснований утверждать, что Адольф Гитлер был также и истинным знатоком оккультного, понимавшим смысл и значение торжественных и непонятных непосвященным ритуалов, силу и власть иного, невидимого мира.

Библиотека конгресса в Вашингтоне обогатилась тысячами книг, взятыми из личной библиотеки Гитлера после падения Третьего рейха. Одна из них – «Национализм», автором которой является известный индийский мистик и писатель Рабиндранат Тагор. На ней имеется дарственная надпись, датированная 20 апреля 1921 года и принадлежащая никому неизвестному Б. Штейнингеру: «Адольфу Гитлеру – моему дорогому брату по Арманен». «Арманен», как уже говорилось ранее, – эзотерическое братство Гвидо фон Листа, объявлявшее себя хранителем тайных знаний древних германцев. Их мудрость якобы передавалась из века в век в братствах посвященных. Сокровенное знание прочно скрывалось под покровом условных слов и знаков. В этом, конечно, нет ничего нового для тех, кто хотя бы поверхностно знаком с историей тайных обществ. Лист, как отмечалось в предыдущей главе, призывал к возрождению языческих верований. Его теориям следовал Германский орден, а позднее в них черпало вдохновение и специальное бюро СС – Аненербе.

Стоит заметить, что в библиотеке фюрера была и книга барона фон Либенфельса «Молитвослов ариософической расовой мистерии и антисемитизма». Лист и Либенфельс, как известно, проповедовали чистоту крови, ненавидели евреев и пророчили наступление «нового порядка». Оба избрали своим символом свастику.

Членство в тайных обществах обычно тщательно скрывается, поэтому не нужно удивляться тому, что нет никаких документальных свидетельств, подтверждающих принадлежность Гитлера к тому или иному братству. Теоретически, если принять во внимание информацию его друзей по «венским страданиям», он мог быть членом как «Арманена», так и «Ордена Новых Тамплиеров».

Йозеф Грейнер, опубликовавший свои воспоминания в 1947 году, рисовал Гитлера увлеченным оккультистом, изучавшим телепатию, йогу и знавшим, в частности, как контролировать биение сердца.

Август Кубичек, ближайший друг юношеского периода, писал, что еще в Линце «(Адольфа)... охватывали странные идеи, и он мог в одиночестве целыми днями бродить по городу, полностью поглощенный ими». Об увлечении Гитлера германской мифологией Кубичек говорил:

 

«„Эдда“ была для него священной книгой. Он знал Исландию как далекий северный остров, где еще действовали силы, участвовавшие в процессе созидания Земли...»

 

Оба, Кубичек и Грейнер, говорят, что Гитлера особенно интриговала власть, заключенная в воле человека. В этом интересе, по-видимому, отражалось его знакомство с тайными науками. Основная задача каждого посвященного оккультиста – трансформировать себя из простого смертного в сверхчеловека, самым главным для этого считается развитие и контролирование воли. Гитлер с юношеского возраста, в отличие от подавляющего большинства, уделял огромнейшее внимание воспитанию «железной воли». Знавшие его по Вене видели в нем романтического мистика, харизматическую фигуру, оказывающую гипнотический эффект на окружающих.

Можно долго и, вероятно, бесплодно спорить о том, был ли Гитлер членом магических братств, но, думается, что трудно оспаривать знание им оккультных традиций, секретов оккультизма. Наверно, был он знаком и с «Секретной доктриной» Блаватской. В этом труде «русская Изида», между прочим, указывала, что весь мир движется «той таинственной и божественной силой, дремлющей в воле каждого человека, и которая, если не вызвана к жизни и не развита упражнениями йоги, продолжает дремать в 999999 из миллиона и в конце концов атрофируется».

От глубокой древности до наших дней сохранилось учение о том, что глубокой концентрацией воли и умелым направлением ее можно достичь желаемых результатов. Если же желанная цель не достигнута, то происходит это только из-за каких-то ошибок в проецировании и направлении нашей мысли.

Как вспоминают однополчане Гитлера по Первой мировой войне, он был «странным парнем». Один из них рассказывал:

 

«...(Гитлер) часто сидел, не обращая ни на кого внимания, в глубокой задумчивости, обхватив руками голову. Затем неожиданно вскакивал и начинал возбужденно говорить о том, что мы обречены на поражение, ибо невидимые враги Германии опаснее, чем самое мощное, орудие противника».

 

Письма Гитлера военного времени полны веры в собственное высшее предназначение и покровительство Провидения.

 

«Это самое настоящее чудо, что я жив... Только благодаря чуду я продолжаю оставаться здоровым и невредимым».

 

В последний месяц войны, однако, он становится жертвой горчичного газа, примененного англичанами. Гитлер временно теряет зрение:

 

«...Мои глаза превратились в раскаленные угли; вокруг меня сплошная тьма».

 

В госпитале он узнает о капитуляции Германии.

 

«Опять мрак сгустился перед моими глазами; я с трудом дошел до кровати, накрылся с головой простыней и уткнулся в подушку.

С того дня, когда я стоял у могилы матери, я не знал, что такое слезы... Итак, все напрасно. Впустую жертвы и лишения, голод и жажда; бесконечные часы, когда мы, подавив трепет сердца, выполняли свой долг; напрасной оказалась и смерть двух миллионов... Во имя чего же германский солдат превозмогал чудовищную жару и снежнке заносы, переносил бессонные ночи и бесчисленные марш-броски? Во имя чего он лежал в аду артиллерийского огня и не содрогался в лихорадке газовых атак... А что сказать о тех, кто был там, в тылу?

Ничтожные выродки и преступники».

 

Гитлер продолжает:

 

«В те ночи ненависть душила меня, ненависть к тем, кто ответственен за происшедшее.

Вскоре я понял свое предназначение в мире... Я решил, что должен взяться за политическую работу».

 

Как удалось ему распознать свое собственное призвание? Одному из сподвижников он скажет позже, что озарение свыше, «сверхчувственное видение приказало спасать Германию».

В Мюнхене Гитлер продолжил работу для армии, служа в ее политическом отделе. В его обязанности входило наблюдение за разными партиями и группировками, подозревавшимися в подрывной деятельности. В ходе работы он узнал и об одном из сателлитов Общества Туле – Германской рабочей партии. Вскоре армейский «политрук» присоединяется к ней и довольно быстро становится одним из ее лидеров.

Любопытное сообщение содержится в статье Р. Фелпса, опубликованной в «Американском историческом ревью» за июль 1963 г. Оказывается, вначале номер членского билета Гитлера был 55, но затем, по какой-то неведомой причине, его поменяли на 7. Такое изменение вряд ли привлечет внимание поверхностного наблюдателя, но оккультисты хорошо знают значение семерки. Например, Лист писал:

«В семерке заложен секрет начала, развития и изменения в Великом целом во всех отношениях... в ней ощущается близость к кругу вечности...»

От Пифагора оккультисты приняли теорию о том, что каждая цифра обладает своим смыслом, своим значением. Они верят: в цифрах заключен ключ к пониманию законов человеческой и космической жизни.

Как бы то ни было, – из простого предрассудка или знания «законов космоса», – но семерка стала номером Гитлера. А даже начинающий оккультист знает, что именно эта цифра лучше всего подходит тому, кто намеревается выступить в роли спасителя.

Кем была поручена ему ведущая роль? Избрала ли его какая-то группа адептов тайного знания или же только Дитрих Эккарт? Этот вопрос остается неотвеченным и по сию пору.

Согласно Курту Людке, хорошо знавшему Гитлера и Эккарта на заре нацистского движения, в Эккарте «было нечто гениальное, и он в значительной мере – духовный отец Гитлера и предтеча нацизма. Будучи человеком состоятельным, он явился также и первым финансовым благословением для Гитлера».

Больше похоже на правду то, что Эккарт был не столько богат сам, сколько обладал многочисленными связями с «нужными людьми». У него были контакты со сливками высшего общества Мюнхена. Он ввел молодого Гитлера в этот круг и представил его, как «долгожданного спасителя». По воспоминанию Альфреда Розенберга, Эккарт говорил: «Да сбудется воля и желание Провидения, но я верю в Гитлера, – на него указывают звезды».

Трудно со всей определенностью сказать, почему выбор пал на «невзрачного ефрейтора». Очевидно, в значительной степени этому способствовал его ораторский талант. О наличии у него этого качества упоминал уже «друг юности» Кубичек. Необычайный эффект, производимый на слушателей выступлениями Гитлера, ярко описан Геббельсом в личном письме ему, датированном июнем 1922 г. «Подобно восходящей звезде Вы предстали перед нами; Вы свершили чудо, прочистив наши мозги и дав нам веру, нам, – блуждавшим в мире отчаяния и скепсиса. Преисполненный веры и уверенности в будущем, Вы возвышались над массами и продемонстрировали им свою безграничную любовь ко всем тем, кто верит в новый рейх. Впервые мы увидели человека, сорвавшего маски с лиц, искаженных жаждой наживы,– с лиц всех этих парламентских ничтожеств...

Вы выразили больше, чем вашу собственную боль... Вы высказали потребность целого поколения, блуждавшего в поисках цели в мире утраченных идеалов. Сказанное Вами – катехизис новой политической веры, рожденной чувством отчаяния в поверженном, обезбоженном мире... Настанет день, когда Германия возблагодарит Вас...»

Вопреки тому, что другие думали о нем, Гитлер еще не был готов провозгласить себя мессией. Первоначально, казалось, что он готов удовлетвориться ролью нового Иоанна Крестителя, «предшествовавшего Ему». Положение изменилось после путча 1923 г.

Мюнхенская репетиция по захвату власти, как известно, завершилась полным крахом. Последствия же «пивного путча» были поистине катастрофическими: нацистская партия запрещена, ее лидеры, включая самого Гитлера, арестованы и брошены за решетку. Многие в Германии полагали, что это все: конец нацизму.

Но Гитлер вовсе не намеревался сдаваться. Он (поразительно в столь незавидной ситуации! – В.П.) продолжал крепко верить в свое высшее предназначение. Эту веру, между прочим, подтверждал и гороскоп, составленный фрау Элсбет Эбертин:

«Звезды показывают, что к этому человеку следует относиться чрезвычайно серьезно; ему предназначено возглавить будущие сражения... он пожертвует собой ради немецкого народа и мужественно примет любые невзгоды».

1 апреля 1924 г. суд приговорил Гитлера к пяти годам заключения в крепости Ландсберг. Он провел там всего 9 месяцев, но этот короткий срок был чрезвычайно важен для развития его личности. Согласно мнению некоторых компетентных историков, большое влияние на него оказал Рудольф Гесс, разделявший с ним камеру. Нужно подчеркнуть, что только после тюремного заключения начал создаваться культ личности Гитлера. Если раньше он был для всех просто «герр Гитлер», то после отсидки в Ландсберге его уже не называли иначе, как «мой фюрер».

В тюрьме он начал диктовать Гессу и свою книгу «Моя борьба», ставшую священной книгой нацизма. В ней чувствуется сильное воздействие профессора Карла Гаусхофера, посещавшего Гитлера в тюрьме по просьбе Гесса. Если Дитрих Эккарт во многом помог будущему вождю овладеть искусством пропаганды, то Гаусхофер расширил его видение и научил геополитике. Подлинным наваждением для герра профессора была идея жизненного пространства. Глубоко убежденный в превосходстве северных народов и в тлетворном влиянии евреев на ход мировой истории (к слову сказать, его жена была еврейкой. – В.П.), Гаусхосфер полагал, что арийская раса ведет свое происхождение из Центральной Азии, и потому настаивал на необходимости захвата ее территории. В «Моей борьбе» постоянно встречается упоминание о важности жизненного пространства, а в 14-й главе дискутируется проблема безопасности жизненной зоны и роль географии в военной стратегии – прямое отражение тюремных бесед с Гаусхофером.

Необходимо заметить, что мюнхенский профессор повлиял на Гитлера и в духовном плане. Гаусхосфер не любил распространяться об этом, но еще до Первой мировой войны он отдал большую дань оккультизму: прошел выучку у Гурджиева, тибетских лам и у адептов японского тайного общества Зеленого Дракона. Подобно Гитлеру, Гаусхофер избегал говорить о своих эзотерических интересах, ибо отлично знал, что такого рода разговоры вызывают лишь пренебрежительную усмешку у непосвященных. Он же предпочитал, чтобы в нем видели только трезвого, рационально мыслящего ученого.

Как считает американец Джеральд Шустер, Гаусхофер познакомил Гитлера с восточным учением о чакрах – энергетических центрах, расположенных в семи точках человеческого тела. У большинства людей эти центры находятся в дремлющем состоянии, но их можно активизировать с помощью определенных упражнений, и перед теми, кому это удается, открываются необычайные возможности: в их распоряжении оказываются сверхчеловеческие силы и магическое видение, называемое третьим глазом или глазом Циклопа.

Есть ли какой-то намек на то, что Гитлер имел понятие о таких, вроде бы отвлеченных и далеких от реальности вещах? Мало что смысливший в оккультизме Герман Раушнинг вспоминал:

«Темой, к которой он постоянно возвращался, был „решающий поворот мира“, или круговорот времен. Предстоит потрясение планеты, которое мы, непосвященные, не сможем понять во всем его размахе. Гитлер говорил, как ясновидящий. Он построил для себя биологическую мистику или, если угодно, мистическую биологию, образовавшую основу его вдохновения. Он придумал себе личную терминологию. „Ложная дорога ума“ означала пренебрежение человека своим божественным призванием. Приобретение магического видения представлялось ему целью человеческой эволюции.

Он верил, что сам был уже на пороге магического знания, источника его настоящих и будущих успехов. Один профессор того времени написал помимо некоторого числа нужных работ несколько довольно странных эссе о первобытном мире, об образовании легенд, о толковании снов у народов первых эпох, об их интуитивных знаниях и о роде превосходящей власти, используемой ими для изменения законов природы. В этом нагромождении была еще речь о глазе Циклопа, глазе на лбу, который затем атрофировался, чтобы образовать шишковидную железу в мозгу. Такие идеи завораживали Гитлера. Он любил погружаться в них. Он не мог объяснить себе чудо своей собственной судьбы иначе, как действием скрытых сил. Он приписывал себе сверхчеловеческое призвание – возвестить человечеству новое евангелие...

Род человеческий, – говорил он, – испытывал с самого своего происхождения чудесный циклический опыт. Он проходил испытания, совершенствуясь из тысячелетия в тысячелетие. Солнечный период человека подходил к своему концу; уже можно было различить первые образцы сверхчеловека. Намечалась новая порода, которая должна была оттеснить прежнее человечество.

Точно так же, следуя бессмертной мудрости древних нордических народов, мир должен был постоянно омолаживаться посредством крушения отжившего и сумерек богов, точно так же, как в древних мифологиях солнцестояния представляли символ жизненного ритма не в виде прямой, продолжающейся линии, но спирали, так же и человечество прогрессировало серией скачков и возвращений“.

Когда Гитлер обращался ко мне, – продолжает Раушнинг, – он пытался выражать свое призвание провозвестника нового человечества в рациональных и конкретных высказываниях. Он говорил:

«Творение не завершено. Человек явно подходит к новой фазе превращения. Прежняя человеческая порода уже вошла в стадию гибели, лишь немногие выживут. Человечество восходит на новую ступень каждые семьсот лет, и ставка в борьбе, еще более длительной, пришествие сына божьего. Вся творческая сила будет сконцентрирована в новой породе. Две разновидности будут быстро эволюционировать, противостоя друг другу. Одна погибнет, другая разовьется. Она бесконечно далеко превзойдет современного человека...»

Возможно, что Гаусхофер поощрял и развивал веру Гитлера в неизбежность появления сверхчеловека, ибо он сам вовсе не случайно побывал в Тибете, который Блаватская и Гурджиев считали родиной Неизвестных Сверхлюдей.

Под влиянием Гаусхофера, Гесса или же без них, но за время тюремного заключения у Гитлера еще больше укрепилась вера в самого себя, вера в то, что Всевышний избрал его для определенной миссии.

Раушнинг приводит довольно типичный разговор между Гитлером и Бернардом Форстером – мужем сестры Фридриха Ницше. В ходе беседы фюрер, в частности, заявил, что он «пока не может раскрыть смысл своей уникальной миссии. Когда наступит пора, он возвестит приход новой религии... Мы не будем больше бояться смерти. Гитлер восстановит человечество в предназначенное ему божественное состояние; люди перестанут чего-либо бояться. Они станут доверять своим инстинктам и перестанут быть жителями двух миров. Они обретут единую, вечную жизнь».

Новая религия Гитлера отражала идеи Листа и Либенфельса: она была смесью язычества, гностицизма и магии. Ее подлинный смысл мог быть открыт лишь посвященным, ибо только они готовы к ее приятию. Посвященные, чье сознание продвинуто в определенном плане, должны содействовать распространению новой религии.

Существует много свидетельств относительно медиумических способностей Гитлера. По-видимому, что связано с местом его рождения – Браунау-на-Инне. Сей городок снискал себе известность благодаря тому, что в нем появилось на свет немало людей, отличавшихся необычайной психической чувствительностью. Оккультисты непременно подчеркивают, что у прославленного медиума Вилли Шнейдера и у будущего вождя Германии была одна и та же кормилица.

Почти все наблюдавшие выступления Гитлера говорят о том, что он часто впадал в состояние, напоминающее транс. Раушнинг вспоминает слова Форстера о Гитлере:

«Бог или универсальный дух беседует с ним наедине. Он получает великую силу от соприкосновения с вечным, божественным... Он слышит голоса... (Форстер добавлял). Я слышу эти голоса, о которых говорит Гитлер. После этого я чувствую себя сильным и знаю, что мы победим и будем жить вечно».

Оккультизм учит, что, войдя в контакт со скрытыми силами посредством договора, члены группы могут вызывать

эти силы только через посредство мага, который не может действовать без медиума. Все происходило так, как если бы Гитлер был медиумом, а Гаусхофер – магом...

Раушнинг описывал фюрера:

«Глядя на него, приходится думать о медиумах. Большую часть времени это обычные, незначительные существа. Вдруг на них, как с неба падает сила, поднимающая их над обычными мерками. Эта сила – внешняя по отношению к их действительной личности. Она – как гость с других планет. Медиум – одержимый. Исчерпав этот порыв, он вновь впадает в ничтожность. Так, несомненно, некие силы пронизывают Гитлера. Силы почти демонические, для которых персонаж по имени Гитлер – только мимолетная одежда. Это соединение банального и исключительного – невыносимая двойственность, ощущаемая немедленно при контакте с ним. Это существо могло бы быть придумано Достоевским. Таково впечатление, производимое в странном лице соединением болезненной рассеянности и беспокойной силы».

Штрассер:

 

«Тот, кто слушает Гитлера, вдруг видит появление вождя человеческой славы... Словно свет возникает в темном окне...»

 

Буше:

 

«Я взглянул в его глаза, глаза стали медиумическими... Порой он выглядел так, будто что-то вселялось в него извне. Он излучал флюид... Потом он вновь становился малеш ким, посредственным, даже вульгарным. Он казался усталым,как бы с исчерпанными до конца аккумуляторами».

 

Франсуа-Понсе:

 

«Он впадал в род медиумического транса. Его лицо выражало экстатическое восхищение».

 

За медиумом, как пишут Павелс и Бержье, «стоял не один человек, а группа, совокупность энергий, магический энергоцентр. И нам кажется бесспорным, что Гитлер был воодушевлен не тем, что он выражал, а силами и доктринами, плохо связанными между собою, но бесконечно более глубокими, чем одна только национал-социалистическая теория. Мысль, гораздо более масштабная, чем его мысль, непрерывно распирает его, а он передает народу и своим сотрудникам только ее до крайности вульгаризированные обрывки».

Однако он взял и использовал только то, что служило его честолюбивому желанию завоевания власти, его мечте о владычестве над миром и о биологической селекции человеко-бога.

Но была у него и другая мечта – изменить жизнь на всей планете. Порой оказывалось, что тайная мысль выпирала из него, неожиданно просачивалась сквозь крошечную щель. Он говорил Раушнингу:

 

«Наша революция – новый этап, или, вернее, конечный этап эволюции, приводящий к вытеснению истории...»

 

Или еще:

 

«Вы ничего не знаете обо мне, мои товарищи по партии не имеют никакого представления о снах, терзающих меня, и о грандиозном здании – только его фундамент будет создан, когда я умру. Бывают решающие повороты в мире, и мы сейчас стоим перед таким поворотом времен... Произойдет потрясение планеты, которого вы, непосвященные, не можете понять... То, что происходит сейчас, это больше чем рождение новой религии...»

 

Австралийский журналист Стивен Роберте, живший в 30-е годы в Германии, писал, что Гитлер был для своих сторонников «полубогом, обладающим сверхъестественными силами и знающим благодаря этому, что надлежит делать». Многие наблюдатели отмечают, что фюрер пародировал Иисуса. Так, в одном из выступлений он заявил:

«Так, в одном из выступлений он заявил: „Тот, кто объявляет о своем союзе со мной, уже самим этим фактом показывает, что принадлежит к числу избранных“.

Символы мессианства отмечались в нацистской пропаганде. В витрине одного магазина в Берлине был выставлен внушительных размеров портрет Гитлера, окруженный изображениями Христа. Во время партийного ралли в Нюрнберге демонстрировалась гигантская фотография Гитлера, надпись под которой гласила «В начале было слово» (Евангелие от Иоанна), – давно излюблена эта фраза оккультистами, вкладывающими в нее особый смысл. В некоторых протестантских церквах звучали проповеди со словами, приводившими в неподдельный ужас паству. Например:

 

«Адольф Гитлер – голос Иисуса Христа, возжелавшего стать плотью и кровью немецкого народа, и ставшего такой плотью и кровью».

 

В брошюре, озаглавленной «Что христианин не знает о христианстве», делалось поразительное открытие:

 

«Если Иегова утратил всякое значение для нас, немцев, то то же самое должно быть сказано и об Иисусе Христе, его сыне. Он не обладает теми моральными качествами, которые Церковь приписывает ему. У него определенно нет того, что необходимо каждому настоящему германцу. В самом деле, если внимательно читать его жизнеописание, он разочаровывает, как и его отец».

 

В детских садах учили молиться следующим образом: «Фюрер – мой свет, моя вера. Да будет благословенно имя твое, мой фюрер!»..

Образ Христа хорошо срабатывал для обработки масс. Для духовно рафинированной публики были нужны иные образы и представления. Гитлер питал большую любовь к символам святого Грааля. Он вопрошал Раушнинга: «Не создать ли нам элиту посвященных? Орден? Религиозное братство тамплиеров для охраны св. Грааля, – сокровенного сосуда с чистой кровью?» Поиск святого Грааля – понятный всем оккультистам термин, означающий стремление к тайному знанию. Как пишет Равенскрофт, Гитлер видел в Граале «путь, ведущий к духовному пробуждению», на этом пути были «ступени, обозначавшие достижение различных уровней высшего сознания». Поднявшиеся на высшую ступень осуществляют «всемирно-историческую миссию».

По утверждению того же Равенскрофта, Гитлер говорил: «Подлинные добродетели Грааля свойственны всем арийским народам. Христианство же только бросило семена разложения: прощение, слабость, фальшивое смирение... Оно явилось отрицанием эволюционных законов о выживании сильных, смелых и талантливых».

В 1937 г. в Германии были выпущены плакаты, на которых изображался Гитлер в доспехах рыцаря Грааля. Их быстро убрали. Высказывалось мнение, что произошло это «из-за того, что они опережали события и... чересчур правдиво выражали ментальность фюрера».

Как уже говорилось выше, Гитлер считал себя провозвестником прихода нового человека. Что же мешало, препятствовало его появлению? С точки зрения Гитлера, – еврейство, «ненавидящее свет и являющееся воплощением тьмы». Необходимо, полагал он, очистить землю от «еврейской заразы». Либенфельс предлагал тотальное уничтожение «иуд». Себоттендорф был также достаточно откровенен. В «Беобахтер» от 10 марта 1920 он объявлял свою «конечную пель»: «Избавиться от евреев раз и навсегда!» Основатель Общества Туле предлагал «самые безжалостные меры, в том числе концентрационные лагеря» и настаивал на том, чтобы «вымести еврейскую гадину железной метлой».

Следуя своим учителям, Гитлер видел в евреях «наше несчастье». Они внушили нам всякие «ложные понятия». Из-за их внушений мы придаем чрезмерное значение интеллекту и совести. В одном из его монологов, записанных Раушнингом, утверждается:

 

«Мы находимся в конце эры разума. Интеллект стал болезнью жизни...

Совесть – еврейское изобретение. В ней есть что-то от обрезания.

Наступает новая эра магической интерпретации мира, в которой будет доминировать воля, а не интеллигентность.

Не существует такой вещи как правда, – ни в моральном, ни в научном смысле. Новое человечество должно быть полностью противоположно еврейству».

 

С приходом нового человека увеличится неравенство. В этом заключалось гитлеровское противоядие против демократии. Надо вновь соорудить несокрушимые барьеры между «господами и рабами», наподобие тех, что, по его представлению, имелись в великих цивилизациях древности. Гитлер явился в мир. чтобы освободить «арийцев» от «грязной и дегенеративной химеры, называемой совестью и моралью; от нелепых требований свободы и личной независимости, переносить которую могут лишь считанные единицы». Арийцы, в первую очередь – немцы, должны быть по ту сторону добра и зла. Он освободит их от «бремени свободной воли». Он покажет с «невероятной ясностью», что понятия «индивидуальная душа и личная ответственность» лишены какого-либо смысла... Судя по популярности Гитлера, «страдающие немецкие массы» были вполне готовы «радостно приветствовать» и новую религию, и нового человека.

Посредством ночных факельных шествий, псевдорелигиозных торжественных ритуалов, оглушающих военных маршей, развевающихся громадных флагов со свастикой и т.п. методов обработки, безотказно действующих на воображение человека толпы, создавался совершенно новый тип цивилизации, призванной прийти на смену «иудео-христианскому ярму». Надо сказать, что переход этот проходил в Германии чрезвычайно быстро. У «простых людей» буквально на глазах исчезало разъедающее их жизни беспокойство, они с гордостью ощущали себя участниками великих дел и свершений. Ведомые тонким психологом и знлтоком оккультных мистерий Гитлером, они переставали чувствовать себя заброшенными, покинутыми, никому не нужными человеческими песчинками и обретапи ралостное чувство единения с чем-то высшим и вечным. Великий вождь указал миллионам немцев путь, дал им новую надежду и новый горизонт.

Читайте также: