ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Происхождение чжоусцев
Происхождение чжоусцев
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 28-04-2019 17:14 |
  • Просмотров: 138

Алексей Лебедев, специально для сайта Тайны истории

Битва при Муе

Битва при Муе. infokitai.com

ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ

В прошлом человечества предостаточно загадок, которые, не смотря на бурное развитие современной науки, так и продолжают оставаться не разгаданными. Одной из таких загадок остается появление в Древнем Китае народа, получившего свое название по периоду (эпохе) развития этой страны – чжоу.

В китайской историографии вопрос появления чжоусцев покрыт мраком, что объясняется следованием доктрине о том, что все, что бы не находилось на территории современного Китая должно быть признано китайским, но как это это сделать (нужно как-то признать китайским) не понятно. Потому и тумана много.

Для современного исследователя решение чжоуской проблемы осложняется не только путаной китайской информацией, но и тем, что в одно целое соединены такие вопросы как происхождение народа, который проживал в империи Чжоу и происхождение народа, который завоевал Шан и создал империю Чжоу. То есть, исследователю приходится иметь дело не с одним народом, а с двумя, а это означает, что следует рассматривать происхождение каждого из этих народов в отдельности. Если с пониманием того, что из себя представлял и из каких этнических групп сформировался народ Чжоу (население чжоуского государства) ни у кого никаких проблем не возникает (сформировался на основе населения царства Шан и части завоевателей), то вопрос о том кем были завоеватели Шан, остается не решенным. Для того, чтобы не было путаницы в дальнейшем, эти два народа следует назвать по-разному. Самыми оптимальными будут такие названия: чжоусцы – это население империи Чжоу, а вот завоевателей Шан следует назвать проточжоусцами.

Поскольку вопрос о том, из кого сформировался этнос чжоусцев и так более-менее понятен, а значит и не вызывает особого интереса, то вот с вопросом о том, из кого состояли проточжоусцы и кем они были, вызывает повышенный интерес. По этой причине именно происхождению проточжоусцев и будет посвящено наше повествование.

ЧТО СОДЕРЖИТСЯ В КИТАЙСКИХ ИСТОЧНИКАХ? Прежде чем приступить к изложению событий и изложить свою точку зрения на данную проблему, желательно ознакомиться с тем, что сообщается по поводу происхождения проточжоусцев в китайских источниках.

В китайских источниках содержится несколько легенд посвященных происхождению проточжоусцев.

В первой легенде происхождение проточжоусцев и их родственников жунов возводится к первым императорам, Хуанди и Яньди, жившими в середине III тыс. до н. э., в период расцвета культур Яншао. По этой легенде «Хуанди появился на реке Цзишуй, Яньди — на реке Цзяншуй; они обнаружили различные добродетели, поэтому Хуанди основал род Цзи, а Яньди — род Цзян»1. Получается, что согласно этой легенды, Чжоу являются точно такими же варварами, как и цяны. Более того, оказывается, что именно «варвары» (чжоу и цяны) и принесли в Китай цивилизацию2. Но в таком случае, не понятно кем следует считать аборигенов, принявших эту самую привнесенную цивилизацию? Кто они?

Во второй легенде, содержащейся в «Шу-цзин»3 и «Ши цзи»4, повествуется о некой Цзян которая зачала и родила мальчика после того, как наступила на след великана. Когда мальчик вырос, в нем проявились определенные способности, особенно в сфере земледелия. За это он был отмечен должностью (титулом) хоу-цзи (князь-просо), получил земли в Тай и стал носителем пожалованного ему легендарным императором Шунем родового имени Цзи (просо). Его потомки переселялись с места на место, то утрачивая свои земледельческие навыки, то обретая их вновь, пока при Гун Лю не переселились в бассейн притока Хуанхэ на реку Вэй (район современного города Сиань). Однако только через несколько поколении при Гугуне Дань Фу чжоусцы прочно осели на землю. Дань Фу женил своего младшего сына Цзи Ли на шанской аристократке Тай Жэнь и сделал его своим преемником. Цзи Ли успешно управлял чжоусцами в тесном контакте с Шан, за что получил от шанского вана почетный титул си-бо (правитель Запада или западный правитель). Но особенно много для развития чжоусцев сделал его сын Чан, будущий великий Вэнь-ван. Вэнь-ван лелеял далеко идущие политические планы, сколачивая вокруг Чжоу антишанскую коалицию, закладывая основы военной силы чжоусцев. Сын Вэнь-вана Фа, вошел в историю Китая под именем У-ван (Победитель, Воинственный правитель). Продолжая дело отца, У-ван в 1027 г. в битве при Муе разгромил войско последнего шанского вана - Чжоу Синя5. Чжоу Синь покончил с собой, а У-ван, войдя в столицу Шан, отправился в храм предков, где совершил жертвоприношение в честь шанских предков (шан-ди)6.

То есть, вторая легенда полностью противоречит первой. Если в первой родоначальником проточжоусцев назван Хуанди, то во второй таким родоначальником уже назван потомок Яньди – брата Хуанди.

С определением времени появления проточжоусцев в пограничье Шан, тоже не все в прорядке: таким временем называется эпоха Сяо И (примерно 1260-1251 гг. до н.э.7) который в то время и находился на троне Шан (Инь). Если сопоставить между собой даты (переселения в пограничье Шин и битву при Муе), то окажется, что между ними почти полторы сотни лет.

 

Хоу-цзи

Хоу-цзи. infokitai.com

 

Эта легенда, по-сути, противоречит не только второй, но и первой. Здесь проточжоусцы показаны как пришельцы, вот только откуда они пришли в пограничье Шан, в легенде не уточняется, что следует понимать не иначе как то, что китайцы и сами этого не знали: для них это было не меньшей тайной, нежели для нас.

 

МЕТОДОЛОГИЯ. В принципе, написанного о чжоусцах немало. Все существующие произведения написаны хорошим языком и оформлены прекрасными иллюстрациями. По большому счету, этим и можно было бы ограничить свое любопытство. Но, не смотря на все это, что-то не удовлетворяет во всем этом разнообразии. Что? А не удовлетворяет простое любопытство: во всей этой литературе нет ясного и вразумительного ответа на вопрос, откуда взялись завоеватели Шан и что за народ они из себя представляли? На каком языке разговаривали? Что из себя представляли внешне?

Таким образом, мы опять подошли к вопросу о том, кто такие проточжоусцы? Откуда они пришли в пограничье Шан? Были ли проточжоусцы однородной массой или же состояли из нескольких родовых групп? Можно ли найти ответы на все эти вопросы?

Безусловно, что можно. Вот только для этого следует определиться с тем, что (кого) мы ищем? Где следует искать проточжоусцев (в какой точке пространства) и в каком временном промежутке осуществлять поиски? Что означают все эти три вопроса? А означают они, что пора затронуть вопрос о методике решения поставленной задачи, то есть, о неком готовом рецепте, алгоритме и процедуре (приемах), которые и следует использовать для осуществления тех или иных направленных (нацеленных) действий. Более того, используемые приемы и задачи должны быть не всеобщими, а обладать какими-то конкретными (точными) показателями, которые были бы присущи исключительно проточжоусцам.

ЧТО (КОГО) МЫ ИЩЕМ? Как уже отмечалось, ищем мы проточжоусцев, то есть, тех, кто завоевал Шан. Закономерен вопрос, какими отличительными признаками обладали проточжоусцы? Что их отличало от всех остальных окружающих их народов, проживавших вокруг них или совместно с ними в пограничье Шан? Как и по каким признакам можно установить, что речь идет именно о проточжоусцах, а не о каком-то другом народе? Отличались ли чем-то проточжоусцы от шанцев и имело ли место само завоевание Шан? Не было ли это обычной борьбой внутри шанского общества? То есть, не были ли завоеватели теми же самыми шанцами? А ведь именно на этом настаивает китайская историография! На верном ли мы пути и нет ли ошибки?

Вывод из всего этого следует такой: для того, чтобы получить утвердительные ответы на поставленные здесь вопросы, нужен идентификатор, который и позволил бы отделить проточжоусцев от шанцев.

В археологии используется немало идентификаторов, служащих для определения происхождения той или иной культуры - это и керамика, и украшения, и орудия труда. При этом, археологи очень часто, используя подобные идентификаторы, умудряются рассуждать и о происхождении населения, создавшего ту или иную культуру, забывая при этом о более точном методе идентификации населения – захоронениях. Поскольку именно захоронения и являются наиболее устойчивой формой идентификации носителя той или иной культуры, то есть, носителя культуры, именно на захоронения и стоит обратить особое внимание. Именно захоронения и поза покойника в захоронениях с ориентацией по сторонам света и является тем самым неоспоримым идентификатором, который и позволяет отличить один народ от другого. По этой причине в захоронениях особое внимание следует обратить на позу покойника (вытянуто на спине, на боку или скорчено) и его ориентацию по сторонам света.

Для сопоставления выберем захоронения покойников в Шан и в Чжоу. Но в Чжоу обратим внимание на захоронения не только знати царского рода, но и рода, правившего в Цинь.

Итак, захоронения покойников в Шан. Особенностью культуры, которая существовала в Шан, была культура погребельного обряда шанской знати. Если простолюдинов в Шан хоронили в скорченном положении на боку головой на запад, то знать хоронили в вытянутом положении на животе лицом вниз (ничком) головой на восток. Еще одной особенностью этой культуры было использование в захоронениях человеческих жертвоприношений.

Теперь посмотрим на захоронения представителей царского рода в Чжоу. В захоронениях представителей царского рода покойники похоронены в вытянутом положении на спине головой на север, что зафиксировано как черта ритуала в «Ли цзи»8.

Теперь обратим внимание и на содержание циньских могильников и, в частности, на особенности погребального обряда. Если подавляющее большинство циньцев (простолюдины) своих покойников хоронили в скорченном положении головой на запад9, то знать своих покойников хоронила совсем не так. В погребениях представителей циньской знати покойника принято было укладывать вытянуто на спине с прямыми конечностями головой на запад. Такие погребения отличаются от погребений простолюдинов как по инвентарю, так и по конструкции могилы. Особенно убедительно эта характеристика прослеживается в рамках одной гробницы, например, М2 в Дабаоцзыщань, где «хозяин могилы» (циньский гун) и его ближние (родственники или чиновники) лежат с прямыми ногами, а принесенные в жертву слуги — с согнутыми10. Таким образом, в раннем циньском обществе существовало социальное разграничение, в котором одиночные погребения в скорченной позе, составляют от 70,3% до 93,71%11. Это дает основание утверждать, что циньская элита сформировалась не на основе потомков местного населения (шанцев, как это и утверждается в китайских источниках), а на основе пришельцев с запада, принесших с собой не только форму захоронения, но и позу с ориентировкой покойников в могилах по сторонам света.

Какой вывод из приведенного материала следует? Таких выводов несколько.

Вывод первый: чжоуская, циньская и шанская знать состояли из представителей трех совершенно разных народов, отличавшихся друг от друга традициями и происхождением.

Второй вывод. Завоевание Шан действительно осуществляло население, которое не было связано с шанцами ни гинетически, ни этнически.

Третий вывод. Китайская легенда о происхождении чжоусцев имеет мало чего общего с действительностью: проточжоусцы не имеют ни какого отношения ни к Хуанди, ни к Яньди12. Если же принять китайскую версию происхождения проточжоусцев, то придется признавать, что родство в Шан и Чжоу велось исключительно по женской линии, что, конечно же, противоречит реалиям. Более того, если бы проточжоусцы происходили от Хуанди или Яньди, то своих покойников они хоронили бы точно так же как цяны - в скорченном положении головой на запад, чего в чжоуских захоронениях не наблюдается.

Четвертый вывод. Китейская легенда, повествующая о том, что Цзян забеременила от того, что наступила на след великана, лишний раз подтверждает то, что проточжоусцы отличались и от шанцев, и от цянов антропологическими характеристиками, а именно; большим ростом.

Пятый вывод: проточжоусцы действительно представляли инородный элемент на Великой Китайской равнине, резко контрастировавший с местным населением.

ОТКУДА ПРОТОЧЖОУСЦЫ ПРИШЛИ В ПОГРАНИЧЬЕ ШАН? Установив, что проточжоусцы действительно были пришельцами в Поднебесной, перед нами встал очередной вопрос, а откуда они? Где находится их далекая прародина? Можно ли каким-то образом выяснить координаты такой родины проточжокусцев? Что следует считать маркером такой географии и есть ли она? Оказывается, такой маркер, действительно есть и находится он все в тех же погребальных комплексах знати Шан. Что необычного там находится, что и указывыало бы на то, откуда проточжоусцы и происходят? Что еще необычного можно найти в захоронениях этой культуры?

Первая необычная особенность – это то, что в погребениях шанской знати (Аньян) присутствуют колесницы, которые по своему типу и конструкции являются почти точной копией хетто-митанийских и вообще индоевропейских колесниц. Вот тут-то и появляется ряд очередных вопросов. Как и каким образом, боевые колесницы митанийского типа оказались на берегах Хуанхэ? Если принимать во внимание то, что следов колесниц к востоку от Алтая (да и там, скорее всего, использовались телеги, нежели колесницы) вообще археологами пока так и не найдено13, то появление и нахождение таких колесниц в шанских гробницах, вообще выглядит неразрешимой проблемой.

Вторая необъяснимая особенность – это та, что в неолитическом Китае вообще не было одомашненной лошади, не говоря уже о том, что пригодные для колесниц породы лошадей вообще не водились и поныне не водятся в степях Сибири. Откуда могли взяться в Шан породы коней, предназначавшихся исключительно для использования в колесницах, если такие породы были специально выведены на Ближнем Востоке митанийцами (хурритами) и ариями? К слову, арии с хурритами изобрели и боевые колесницы, куда запрягались эти самые прирученные и разводимые ими кони14.

Третья необъяснимая особенность – это та, что значительная часть бронзового оружия шанцев была снабжена украшениями, изготовленными в весьма специфическом, в так называемом, «зверином стиле» — с изображением животных в позе стремительного рывка, широко распространенном в зоне сибирских и евроазиатских степей15. Откуда в Шан взялся этот стиль?

Подводя итоги сказанному, появляется самый главный вопрос; если отсутствовали контакты между Шан и странами Ближним Востоком, то как все это могло оказаться в Шан?

Принимая во внимание весь ход развития событий, становится понятным, что ни образцы боевых колесниц, ни оружия, не могли быть произведены, ни в Шан, ни в приграничных к Шан территориях. То же самое можно сказать и о породе коней, которой шанцам взять было просто неоткуда, даже в пограничье своих территорий. Единственным положительным ответом может быть только то, что все это появилось в Шан только благодаря или торговым связям между двумя регионами, или же благодаря прямому и непосредственному обмену с теми, кто и был создателем всего этого. В связи с отстутствием в это время торговых связей между Ханигальбатом и Шан, единственным способом появления всех этих вещей у шанцев мог стать только непосредственный обмен шанцев с хурритами и ариями где-то в пограничье Шанского государства. То есть, все это могло попасть к шанцам только от переселенцев из Ханигальбата.

Однако, шанцы ни каких хурритов и ариев в своем пограничье не упоминают, но зато в этих самых упоминаниях сообщается непосредственно о таком обмене между Шан и проточжоусцами: «Затем он (Чжоу Синь – уточнение атора) убил Би Ганя и вырвал его сердце, чтобы посмотреть, так ли это на самом деле. Он посадил в темницу Правителя Запада, известного в империи под именем Вэнь-вана, отца основателя чжоуской династии. Но чжоусцы выкупили своего правителя, послав Чжоу Синю прекрасную девушку, великолепного коня и четыре колесницы…»16.

Поскольку колесниц второго типа в захоронениях Шан не обнаружено, остается признать, что проточжоусцы это и есть выходцы с Ханигальбата и Ближнего Востока.

В подтверждение сказанному стоит обратить внимание и на обряд захоронения циньской знати, а в нем на позу покойника в захоронении и его ориентировку по сторонам света; вытянуто на спине головой на запад. Если вспомнить о том, где именно использовалась подобная ориентировка и поза покойника в погребениях, то придется вспомнить о Муганской степи, где покойников тоже хоронили вытянуто на спине головой на запад. То есть, циньскую знать следует рассматривать именно как представителей того самого населения, которое проживало в Муганской степи.

ВРЕМЕННЫЕ РАМКИ ПОИСКА. Поскольку нами обнаружено сходство культуры Шан с культурами Влижнего Востока через проточжоусцев, закономерно появление второго вопроса, когда это было? Можно ли такую дату установить? Как, когда и при каких обстоятельствах арии с хурритами могли появиться в пограничье с Шан? Да и могли ли?

Оказывается, что и это сделать тоже возможно. Для этого потребуется сопоставить направление изменений культурного облика на прилегающих к Шан территориях. Иными словами, ответ на поставленный вопрос следует искать в миграциях, которые начались в Эгеиде и завершились в пограничье Шан, а по времени совпали с началом Троянской войны и завершением образования Чжоу. Здесь стоит вспомнить о том, когда переселенцы с запада появились в бассейне Тарима: таким годом нами назван 1100 год до нашей эры. Если предположить, что расстояние от Тарима до пограничья с Шан переселенцы смогли преодолеть за двадцать лет, то около 1080 года до нашей эры они вполне могли появиться в пограничье с Шан. Если учитывать то, что начало войны проточжоусцев с Шан фиксируется примерно 1046 годом до нашей эры, то окажется, что времени для культурного обмена между хурритами и ариями с одной стороны и шанцами с другой, было вполне предостаточно. За тридцать четыре года такого обмена в Шан могло попасть немало образцов того, что имели в своем распоряжении переселенцы.

Однако, все это догадки. А вот имеются ли какие-то подтверждения тому, что именно переселенцы с Ближнего Востока и были теми самыми проточжоусцами? Таким подтверждением следует считать изменения в составе культур и изменения культурного характера на интересующем нас отрезке пространства (от Ханигальбата до Шан). То есть, именно сопоставление культур в указанном пространстве и в двух временных отрезках (на момент предшествующий гибели Шан и на момент появления империи Чжоу) и может быть подтверждением того, что именно переселенцы с Ханигальбата и были теми самыми проточжоусцами.

Для того, чтобы увидеть такие изменения, сопоставим между собой состав культур в пространстве между Таримским бассейнов и Шан (в Ганьсу и в верховьях Хуанхэ) в конце XII века до нашей эры, то есть, перед началом миграции с запада, с составом культур, которые появились в Ганьсу в середине XI века до нашей эры, то есть, после завершения такой миграции.

Итак, состав культур, которые существовали в Ганьсу в конце XII века до нашей эры.

Самый север провинции Ганьсу занимает культура Лингтай17 (XIII–IX вв. до н.э.)18.

В северной части провинции Ганьсу (южнее культуры Лингтай) существует культура Сива19 (1600-1000 гг. до н.э.).

В верховьях Хуанхэ на территории современной провинции Ганьсу существует культура Кэшеньчжуан-220 (1100–1027 гг. до н.э.).

Север территории Нинся-Хуейского автономного округа занят культурой Цицзяпин (около 2000 – 700 гг. до н.э.). Важной особенностью культуры является наличие многочисленных одомашненных лошадей. Согласно последним открытиям, некоторые найденные металлические артефакты в частности, ножи и топоры, могут указывать на связь с Сибирскими и Центральноазиатскими культурами Азии, и в частности с комплексом Сейма-Турбино.

Во всех перечисленных культурах использовался один и тот же обряд погребения – ингумация. Покойников хоронили в скорченном положении преимущественно головой на запад. Население всех перечисленных культур следует отнести к цянам.

Исключение составляет культура Цицзяпин, в которой покойников принято было хоронить вытянуто на спине головой на запад (53% захоронений) и северо-запад (40% захоронений). Имеются и парные захоронення: мужчина на спине, рядом женщина на боку.

В Цинхай (Северный Тибет) в это время существовола культура Каюэ (1600 г. до н.э. – 220 г. н.э.).

На территориях, находившихся к северу от выхода реки Хуанхэ на Великую китайскую равнину, существовало государство Шан21. На территории, которую это государство и занимало, была распространена культура Эрлиган22 (1600-1400 г. до нашей эры)23. Особенностью культуры, которая существовала в Шан, была культура погребельного обряда шанской знати. Если простолюдинов в Шан хоронили в скорченном положении на боку головой на запад, то знать хоронили в вытянутом положении на животе лицом вниз (ничком) головой на восток. Еще одной особенностью этой культуры было использование в захоронениях человеческих жертвоприношений.

Теперь посмотрим, какие изменения на этих территориях в культурном плане произошли в начале XI века.

В первой половине XI века до нашей эры начинаются следующие изменения в составе культур, занимавших простанства Ганьсу.

На севере провинции Ганьсу, на смену культуре Сива приходит культура Лингтай (XIII–IX вв. до н.э.).

На территории центральной части Ганьсу формируется культура Шацзинг(Shajing)24 (1000-650 гг. до н.э.).

Культуру Сива сохранилась лишь на территории юга Ганьсу. С этого момента культуру принято называть Сиба25 (1100–700 гг. до н.э.).

Изменения произошли и в Цинхае, на северо-востоке которой на смену культуре Каюэ пришла культура Линцзяньшань (X в. до н.э.–220 г. н.э.).

Начались изменения и культуре Кэшенчжуан-2 (1100–1027 гг. до н.э.), что следует понимать как появление на территории культуры нового населения. Тем неменее, культура сохранила свои основные черты, что следует рассматривать или как победу аборигенного населения над пришлым, или перенятие культуры аборигенов пришлым населением. В выборе варианта предпочтение следует отдать второму, а саму ситуацию рассматривать как время «слияния» двух культур и незавершенностью процесса интеграции в одно целое двух этнических групп.

Как видим, достаточно четко прослеживается направление изменений культур, что, безусловно, отражает направление миграций, которые шли с северо-запада в сторону юго-востока.

Во всем этом интересно то, что поза покойника в захоронениях перечисленных культур осталась неизменной, что следует понимать как смешение населения перечисленных культур и участия в их формировании одной и той же родовой группы. То есть, носителем культур, как были цяны, так они ими и остались: поменялись лишь культурные приоритеты.

Таким образом, нет ни каких противопоказаний тому, что хурриты с ариями могли появиться в пограничье Шан.

Более того, появление переселенцев с запада позволяет объяснить некоторые особенности в монгольском, тюркском и китайском языках. К примеру, шумерское Дингир в усеченной форме попало в китайский язык как Ди и использовалось в дальнейшем в новых религиозных идеях и традициях, новых социальных концепциях, новых экономических моделях и новых технологиях. В монгольских и тюркских языках это слово превратилось в слово Тенгри. Более того, становится понятным и появление, так называемой, сино-кавказской языковой семьи, разговорная речь которой могла сформироваться только лишь на основе прототибетского и кавказского (хурритского) языков.

Однако, как показывает анализ ситуации, в верховья Хуанхэ пришли не только хурриты с ариями. Понять, кто это был, помогает погребальный обряд, использовавшийся в Чжоу. Тут бросается в глаза одно несоответствие: если действительно была миграция населения в пограничье Великой Китайской равнины нового населения, то почему в захорониях перечисленных нами культур отсутствуют захоронения переселенцев с запада? Именно отсутствие утвердительного ответа на этот вопрос, а по-сути, фактов, ставит под сомнение утверждении о том, что одним и из предков проточжоусцев были именно переселенцы с запада.

Однако, ответ на этот вопрос есть.

В начале, в поисках доказательств того, что истоки миграции в район Хуанхэ находятся именно на Ближнем Востоке, желательно вспомнить и о том, кто был родоначальником Цинь26: таким родоначальником назван некто Фэйцзы. Циньский Фэйцзы был не простым подчиненным чжоуского Сяо-вана 27, он был его конюшим. Конюший – это не начальник конского стойла, а лицо, отвечающее как за надлежащее состояние колесниц, так и за надлежащее состояние подвижного состава колесниц, то есть, коней, содержание и обеспечение их всем необходимым. Это, что-то вроде министра вооруженных сил и министра военно-промышленного комплекса в одном лице. Не вызывает сомнения то, что Сяо-ван мог доверить самое ценное в своем войске только тому, кто безупречно знал порученное ему дело – коневодство. Занимаясь поиском аналогий в должностях, которые были аналогичны должности Фэйцзы, мы неизбежно оказываемся в Ханигальбате, где и было отточено до совершенства искусство использования колесниц в боевых столкновениях, выведена особая порода коней и усовершенствована конструкция колесниц.

Не стоит забывать и о том, что в Муганской степи тоже занимались разведением коней. А кто у нас во времена Троянской войны были известными коневодами? Правильно, троянцы! То есть, в составе переселенцев какая-то доля троянцев тоже присутствовала. Таким образом, обряд захоронения, использовавшийся на далеком от Шан и Чжоу западе, в Поднебесную тоже был привнесен из вне.

Теперь обратим свои взоры на чжоусцев. В захоронениях чжоуской знати покойники похоронены в вытянутом положении головой на север, что зафиксировано как черта ритуала в «Ли цзи». Если искать такую ориентировку среди таких переселенцев с запада как: троянцы, хетты, хурриты, балканцы и арии, то такой позы погребения покойников и ориентировки их в пространстве мы тут не найдем. Для поиска ответа на поставленный вопрос следует обратить свои взоры на культуру Кээрмуци, в захоронениях которой как раз и использовалось захоронение покойника вытянуто на спине головой на север. Территориально эта культура располагалась в степях, занимавших просторы от южных склонов Монгольского Алтая до северных склонов Восточного Тянь-шаня. Здесь так же занимались разведением коней.

Таком образом, поза покойника в захоронениях и его ориентация относительно сторон света дает основания считать, что основу правящего в Чжоу рода составили представители культуры Кээрмуци, хоронившие своих покойников точно так же как и знать Чжоу – вытянуто на спине головой на север. То есть, в процессе продвижения из Синцзяна на восток, именно представители культуры Кээромуци и возглавили переселенческий поток. Как именно им удалось сделать это и встать во главе объединения, можно только догадываться, но это произошло и это следует признать непреложным фактом.

Об участии в походе на восток народа, который использовал верховую езду как средство ведения боя, сообщается и в предании, повествующем о том, что жители Ба помогли в свое время Чжоу свергнуть власть династии Шан-Инь. В этом предании народ Ба описывается как конный народ (причем кони у них «потеют кровью» (!)), люди эти с белой кожей и своеобразной прической. Прическа эта – в виде пучка волос, собираемого на макушке и завязываемого, имела ритуальный характер28.

Какие выводы можно сделать исходя из всего сказанного? Прежде всего такие, что проточжоусцы представляли из себя «солянку», состоявшую из хурритов, ариев, троянцев, цянов и населения южных предгорий Монгольского Алтая и северных предгорий Восточного Тянь-Шаня.

ХОД СОБЫЙ. Теперь от легендарного повествования обратимся к более реальному состоянию дел.

В XI веке до нашей эры переселенцы с запада прочно обосновались в долине реки Вэй, интенсивно развивая культуру земледелия. С этого момента есть все основания назвать переселенцев (всех тех, кто оказался в долине реки Вэй) общим именем – проточжоусцы. Занимались проточжоусцы и разведением свиней. Проточжоусцы выплавляли металл, знали прядение, ткачество и другие ремесла. В общественные отношения проточжоусцами были привнесены элементы рабовладения, что подтверждает изменившийся характер войн, которые вели проточжоусцы: теперь они воевали уже с целью захвата рабов и грабежа имущества, то есть в соответствие с идеологией, привнесенной ими с запада. Новые цели войны были выражены в напутствии вождя проточжоусцев У-вана своим воинам накануне последнего похода против царства Шан (Инь): “На полях Шан не нападайте на тех, кто перебежит к нам. Пусть работают на наших западных полях”.

Таким образом, проточжоусцы переселившись в бассейн притока Хуанхэ на реку Вэй, прочно осели на землю. В то же время, проточжоусцы не стали разрушать среду, в которой оказались: они, в отличие от шанцев, предпочли наладить нормальные отношения с местным цянским населением. Более того, вожди проточжоусцев (кээрмуцы) даже взяли себе в жены представительниц местного населения (Цзян, которая зачала и родила мальчика после того, как наступила на след великана, то есть последовала за своим мужем, став с ним одним целым). То есть, в формировании правящего рода проточжоусцев принимало участие, как минимум два компонента: с одной стороны это было местное население – цяны, а с другой – пришлое (кээрмуци), отличительной особенностью которого был высокий рост (о чем говорит след великана).

Более того, проточжоусцы даже попытались наладить нормальные отношения и с Шан (Дань Фу женил своего младшего сына Цзи Ли на шанской аристократке Тай Жэнь и сделал его своим преемником)... и на начальном этапе им это сделать даже удалось (Вэнь-ван, был одним из трех "Князей дворца" при дворе Чжоу Синя и считался подданным шанского правителя29). Но, нормальных отношений все-таки не получилось. Причина противостояния крылась не только в высокомерии шанцев и их лидера Чжоу Синя («Затем он убил Би Ганя и вырвал его сердце, чтобы посмотреть, так ли это на самом деле. Он посадил в темницу Правителя Запада, известного в империи под именем Вэнь-вана, отца основателя чжоуской династии. Но чжоусцы выкупили своего правителя, послав Чжоу Синю прекрасную девушку, великолепного коня и четыре колесницы…. Цзи, первопредок семьи Чжоу, получил прозвание "Правитель Зерна" (Хоу Цзи) и удивительным образом считался сыном императора Ку, третьего после Хуан-ди. Он получил удел в Шэньси, где его потомки жили в течение многих поколений30), но и в человеческих жертвоприношениях, которые практиковались в Шан31. Понятно желание китайских источников умолчать об этом, но как говорится слов из песни не выкинешь. Судя по-всему, шанцы стали требовать от проточжоусцев предоставления последними своих соплеменников для принесения их в дальнейшем в качестве жертвоподношений для шанских богов. Проточжоусцы быстро смекнули в чем дело: шанцами проточжоусцы воспринимались не в качестве равноправного партнера, а в качестве скота, предназначавшегося для убоя. Согласие проточжоусцев на принятие такого условия означало понижение собственного статуса, с чем, конечно же, проточжоусцы смириться просто не могли.

Что интересно, с началом осуществления проточжоусцами взаимоотношений с Шан, в Шан стали попадать не только образцы колесниц и оружия, но и образцы подвижного состава (порода коней). И вот здесь следует отметить косность мышления шанцев: ими так и не были переняты новые виды и образцы вооружения, а с ними и новая тактика ведения сражений. Более того, шанцами даже не были выработаны способы противодействия тактике, используемой соседями во время сражений.

Чжоу Вэнь-ван

Чжоу Вэнь-ван. [leech=http://infokitai.com/dinastiya-chzhou.html]infokitai.com[/leech

 

На протяжении тридцати пяти лет длилось мирное сосуществование проточжоусцев с Шан. Но все в этом мире бренно.

Если упоминания о всех перечисленных заимствованиях (данные археологии, культуры и прочее) ни как не могли попасть в письменные источники, то сообщения о военных действиях в такие источники стали попадать незамедлительно. Около 1046 года до нашей эры начинаются военные столкновения на западной границе прото-государства Шан-Инь с проточжоусцами. Как видно из хода военных действий, война для проточжоусцев оказалась занятием не легких. Для одержания победы, ими были заключены союзы почти со всеми соседями (Вэнь-ван лелеял далеко идущие политические планы, сколачивая вокруг Чжоу антишанскую коалицию). Но окончательную победу проточжоусцы смогли одержать только после того, как обратились за помощью к своим соплеменникам, проживающим на западе и севере от Хуанхэ, которые в китайских источниках известны как Ба. Ба откликнулись на просьбу своих соплеменников и помогли проточжоусцам свергнуть династию Шан-Инь. В этом предании народ Ба описывается как конный народ (причем кони у них «потеют кровью» (!)), Ба – это люди с белой кожей и своеобразной прической. Прическа эта – в виде пучка волос, собираемого на макушке и завязываемого, имела ритуальный характер32.

 

В 1027 году до нашей эры проточжоусцы наносят сокрушительное поражение шанским войскам и покоряют все население долины Хуанхэ. В долине Хуанхэ началось формирование нового этноса, а с ним и империи, получившей название Чжоу33.

Чжоу У-ван

Чжоу У-ван. infokitai.com

 

Но только ли военное преимущество обеспечило проточжоусцам победу над Шан-Инь? Оказывается, что нет. Смена правящей династии в любом обществе явление обыденное, но в истории с Чжоу и Шан-Инь хотелось бы отметить одну особенность: победили пришельцы. Шанцы потерпели сокрушительное поражение и, на первых порах, даже не пытались продолжить сопротивление. Закономерен вопрос, почему? На наш взгляд, ответ кроется в захоронениях шанской знати и в ритуале, сопровождавшем шанское (иньское) общество человеческими жертвоприношениями, практиковавшимися в то время. Получается, что победу чжоусцам вомногом удалось достичь благодаря правильно сформулированной программе для населения, проживающего внутри и вовне Шан-Инь; уничтожить Шан (Инь), как заразу, как источник постоянной опасности и угрозы жизням родных и близких.

Социальный строй, сформировавшийся в Китае в период существования династии Чжоу, представлял из себя классическую государственно-общинную иерархию, связывавшую верховного правителя, Сына Неба, через «лестницу» представителей власти с крепкой рядовой общиной34.

Обращая внимание на территориальное и административное устройство Чжоу некоторые исследователи обратили внимание на то, что «Западное Чжоу. . . по своей иерархической структуре . . . более всего, пожалуй, напоминало Хеттскую державу, где царевичи, наместники, подчинённые союзные цари платили дань верховному царю или автономно управляли своими областями»35. В государстве была установлена система наследственных пожалований земли вместе с ее населением — чжухоу, общее количество таких пожалований в начале правления династии Западного Чжоу составляло около 20036; из них только «71 владение (го) было закреплено за членами чжоуского царского рода»37.

ПОСЛЕ ЗАВОЕВАНИЯ ШАН. Древнекитайские источники, повествуя о победе проточжоусцев, несколько странно изображают поведение победителя, который после одержанной им победы, тут же идет в храм шанцев и сообщает о своей победе не своим предкам, а шанским (шан-ди), которые жили на Небе и оттуда руководили своими потомками, в немалой мере обеспечивая им их успех. Но, на самом деле ничего противоестественного в этом нет. У-ван, сообщая о своей победе именно шанским предкам, тем самым доводил до них информацию о том, что война закончена, помогать больше не кому, хватит, пора упокоиться, стране нужен мир.

Несмотря на одержанную победу, война в Шан еще не закончилась. Вскоре после победы над Шан У-ван умер, оставив правителем-регентом при малолетнем сыне Чэн-ване своего брата Чжоу-гуна, одного из самых известных и почитаемых деятелей эпохи Чжоу. Со смертью У-вана ситуация резко изменилась: с одной стороны, шанцы увидели в этом знак Неба и волю шан-ди (небесных предков), карающую нелегитимного правителя; с другой — братья Чжоу-гуна Гуань и Цай, поставленные контролировать шанского У Гэна, заподозрили Чжоу-гуна в узурпации власти и вместе с У Гэном выступили против него. Мятеж длился три года и лишь неимоверными усилиями был подавлен Чжоу-гуном.

Теперь второе за немногие годы сокрушительное поражение шанцев уже всеми было воспринято как знак свыше, подтверждающий легитимность победителей-чжоусцев. Сами шанцы после своего второго поражения были поделены на несколько частей и переселены на новые места: в район Лои — строить новую столицу; в Сун, специально созданный удел, править которым, принося жертву шанским предкам, было поручено представителю одной из ветвей правящего дома Шан; в удел Чжоу-гуна (в Лу) и еще понемногу в другие места. На старом месте осталась только лишь небольшая часть шанцев, отданная в качестве удела брату Чжоу-гуна Кан-шу (удел Вэй). Таким образом, победа чжоусцев на этот раз была полной и окончательно. Следовало лишь закрепить ее формально, что для населения бассейна Хуанхэ, воспитанного в шанских мировоззренческих традициях, оказалось делом крайне важным и необходимым38.

Во всем этом есть один интересный вопрос, как-то странно название нового этноса и Империи имеют совпадение с именем последнего погибшего императора Шан-Инь – Чжоу-Синя. Что это? Демонстрация преемственности или простое совпадение?

Не менее интересным можно считать и вопрос о значении названия нового этноса и государства – Чжоу. Как он может быть переведен на русский язык? Как установлено, фамилия Чжоу образована от иероглифа «чжоу», который, с одной стороны, является названием эпохи в истории Древнего Китая (1027—256 до н. э.), а, с другой стороны может быть дословно переведен как «цикл, кругооборот»39. По-сути, чжоу можно перефразировать в словосочетание «новое время», «новая эпоха».

Каковы выводы следуют из всего сказанного? А выводы достаточно просты:

Вывод первый. Миграция, начавшаяся в Эгеиде и Балканах, затихла только лишь после того, как дошла до берегов Бохайского залива.

Вывод второй. Проточжоусцы – это своеобразная солянка, сформировавшаяся из разных родовых групп, оказавшихся по воле случая в пограничье Шан. Здесь были и кавказцы40, и арии, и цяны. Но возглавили всю эту массу представители степного населения алтайского и тянь-шаньского междугорья.

В связи с этим стоит вспомнить про мнение о том, что Шан завоевали не то арийцы, не то индоевропейцы41. Насколько обосновано такое мнение? В чем-то такое мнение отражает реалии. Во-первых, в завоевании, действительно принимала участвовала какая-то часть арийцев, которые принесли с собой не только образцы военного вооружения, снаряжения и техники, но и подвижной состав для колесниц (породу лошадей). Во-вторых, в завоевании действительно участвовали и индоевропейцы, представленные группой достаточно древнего происхождения, которые в китайских источниках названы именем Ба. Но, одно дело принимать участие в завоевании и совсем другое – остаться в качестве завоевателей на завоеванной территории. Так, вот, если первое действительно имело место, то о втором однозначно утверждать достаточно сложно. Дело в том, что после завоевания, те же Ба вернулись домой. С другой стороны, сложно поверить в то, чтобы император после завоевания страны распустил войско и остался в завоеванной стране один на один с завоеванным населением без своих сторонников. То есть, часть завоевателей, хотя бы в качестве охраны императора, но обязательно должна была остаться. Вот только из кого состояла эта самая охрана, пока не понятно.

Вывод третий. Сегодня существует еще один вопрос, который при всей логичности предлагаемых схем, не находит фактического подтверждения – это спор современных генетиков и лингвистов о делении языков на флективные и агглюкативные. Выводы из этих споров таковы, что агглютинативного язык, как и гаплогруппа R1b, зародились в районе Балкан и ни какого отношения к тюркам, монголам и китайцам не имеют. Но форма агглютинативного языка (даже не язык со своим словарным запасом, а всего лишь форма построения слов в предложении и самих предложений) могла быть передана этим носителем только лишь в результате миграций из одного района в другой и только после этого распространиться по территории Китай. Как показывают события, миграция носителей Y-хромосомной гаплогруппы R1b в Монголию и Ордос могла быть привнесена в результате миграция из района Балкан и Кавказа на восток только лишь в 12 веке до нашей эры. Эту же дату дает и формальный расчет - 4050±890 лет назад42, что соответствует 1169 году до нашей эры, а по-сути, соответствует началу миграции, увязывая в одно целое последствия Троянской войны, военных действий Ассирии против населения в районе Арацани и формирования Чжоу.

И последнее. Если происхождению царского чжоуского рода действительно отыскивается подтверждение, то где отыскать подтверждение тому, что во всех этих событиях участвовали и митанийцы-хурриты?

Во-первых, в захоронениях Инь хоть и редно, но все-таки встречаются черепа, носящие ярко выраженные признаки кавказоидного антропологического типа43, что как раз и может указывать на присутствие в пограничье Шан такого населения. Слишком малый процент кавказоидов в захоронениях следует расценивать не как присутствие знати, а как ограниченность контактов.

Во-вторых, в чжоускую эпоху в китайских источниках начинает встречаться такой этноним как  Suibu, Suybu  (Сюйбу44), использующийся для обозначения одной из этнических групп соседей Чжоу45. Если учесть тот факт, что в китайском языке отстутствует звук «р», то такое название должно трансформироваться в сувар или сабур. А вот тут стоит вспомнить о таком названии как Субарея и субареи. Если такое сопоставление обосновано, то этническую группу Сюйбу (сувар) можно считать потомками тех самых хурритов (субарейцев), которые и пришли в пограничье Шан около 1080 года до нашей эры.

Примечания

1 Цзи — родовое имя чжоу, а Цзян — жунов

3 Шу-цзин («Книга истории» или «Книга документов», кит. трад. 書經, упр. 书经, пиньинь: shū jīng; также назыв. кит. трад. 尚書, упр. 尚书, пиньинь: shàng shū) — одна из китайских классических книг, входящая в состав конфуцианского «Пятикнижия», в которой содержатся документы по древнейшей истории Китая. См.: Переводы на русский язык: Георгиевскй С. М. Первый период китайской истории. СПб., 1885 г. С. 28 - 30, 190 - 193. "Хрестоматия по истории Древнего Востока", М., Изд-во восточной литературы. 1963 г. С. 435 - 439. Пер.  Позднеевой Л. Д. и Степугиной Т. В. " Древнекитайская философия. М., 1972 г. Т. 1. С. 101 - 113. Пер. Кучеры С. И. и Крюкова М. В. " Этническая история народов Восточной и Юго-Восточной Азии. М., 1981 г. С. 227 - 278. Пер. Карапетьянца А. М. "История всемирной литературы": В 8 томах. М., " Наука", 1983 г. Т. 1. С. 146. Пер. Конрада Н. И. " Литература Древнего Востока". Тексты. М., "МГУ", 1984 г. С. 194. Пер. Яншиной Э. М. и Позднеевой Л. Д. Полный перевод: Майоров В. М., Стеженская Л. В. " Чтимая книга": Древнекитайские тексты и перевод "Шан шу" ("Шу цзин"). М., "Институт Дальнего Востока РАН", 2015 г.

4Ши цзи (кит. упр. 史記 / 史记, пиньинь: shǐ-jì) — «Исторические записки»: труд историографа империи Хань Сыма Цяня. В китайской культуре играет роль примерно сопоставимую с той, которую сыграла «История» Геродота для западного мира. Созданные между 109 и 91 гг до н. э., Ши-цзи охватывают период от мифического Желтого Императора и до империи Западная Хань включительно.

5Ди Синь (кит. упр. 帝辛, пиньинь: Dì Xīn), или Чжоу Синь (кит. упр. 紂辛, пиньинь: Zhòu Xīn; 1105 до н. э.— 1046 или 1027 до н. э.) — полулегендарный последний император китайского государства Шан-Инь, иньской династии.

6 Всемирная история. Китай. Предыстория. Летописные данные. См.: http://www.world-history.ru/countries_about/1201.html

8Ли цзи (кит. трад. 禮記, упр. 礼记, пиньинь: Lǐjì; варианты перевода — «Записки о правилах благопристойности», «Книга ритуалов», «Книга установлений», «Книга обрядов», «Трактат о правилах поведения», «Записки о нормах поведения») — один из главных канонов конфуцианства. См.: Ли цзи // Древнекитайская философия. Собрание текстов в 2 томах. Т. 2. / Вступ. ст., пер. с кит. И. С. Лисевич, В. Г. Буров и Р. В. Вяткин. М., 1973, с. 99-140.

 

9В письменных китайских источниках указывают на происхождение рядовых циньцев от западных жунов (си-жунов). См.: [Чжао Хуачэн, 1987. С. 1-2].

10Лян Юнь, 2008. С. 59-60

11Китайская археология..., 2004. С. 326-327

12Цзи — родовое имя чжоу, а Цзян — жунов

13Меликсетов А.В.История Китая. 3. Чжоусцы и крушение Шан. Институционализация Чжоу. https://history.wikireading.ru/96252

14Меликсетов А.В.История Китая. 3. Чжоусцы и крушение Шан. Институционализация Чжоу. https://history.wikireading.ru/96252

15Меликсетов А.В.История Китая. 3. Чжоусцы и крушение Шан. Институционализация Чжоу. https://history.wikireading.ru/96252

16 Всемирная история. Китай. Предыстория. Летописные данные. См.: http://www.world-history.ru/countries_about/1201.html

1713-й по 9-й века до н.э., так-называемая, Ордосская бронзовая культура северо-центральной зоны на севере провинции Ганьсу.

18По другим данным - 1100–700 гг. до н.э.

19Сверчков Л. «Тохарская проблема» и культура расписной керамики эпохи раннего желеха. Сборник: „Традиции Востока и Запада в античной культуре Средней Азии”, стр. 176-197. Узбекистан

20Опалев В.О. ОБ ОСОБЕННОСТИ РАННИХИНДОЕВРОПЕЙСКО-КИТАЙСКИХ КОНТАКТОВ. Новосибирский государственный университет//МАТЕРИАЛЫ XXXVII МЕЖДУНАРОДНОЙ НАУЧНОЙ СТУДЕНЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ."Студент и научно-технический прогресс"НОВОСИБИРСК. 1999.

21Государство Шан (кит.: 商朝), альтернативные названия государство Инь (кит.: 殷代) или государство Шан-Инь — раннее царство[1], существовавшее с 1554[2] по 1027 год до нашей эры.

22Культура Эрлиган (二里岡文化), Erligang — археологическая культура, существовавшая в бронзовом веке (1600—1400 гг. до н. э.) на территории Китая. Типовым памятником является открытый в 1951 г. Эрлиган, расположенный в восточной части современного города Чжэнчжоу в провинции Хэнань.

23Но по хронологии такие даты следует сместить - с 1600 по 1027 г. до н.э.

24К сожалению, о названной культуре информации содержится слишком мало. См.: М. Лоу, Э.Л. Шонесси (M. Loeuwe, E.L. Shaughnessy), редакторы Кембриджская История Древнего Китая: От истоков цивилизации до 221 г. до н.э. © Cambridge University Press 1999, ISBN 9780521470308. Никола Ди Космо. Гарвардский университет Северные Рубежи в До-Императорском Китае (1500–221 г. до н.э.) http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=1598730

2513-й по 9-й века до н.э., так-называемая, Ордосская бронзовая культура северо-центральной зоны на севере провинции Ганьсу.

26 Цинь (кит. 秦) — царство в древнем Китае, которое сначала было удельным княжеством, а потом смогло объединить Китай. Существовало от 778 до н. э. по 221 до н. э. в эпоху формального правления династии Чжоу в периоды Весны и Осени и Сражающихся царств. Правящая семья носила фамилию Ин (кит. 嬴).

27Сыма Цянь. Исторические записки. В 9 т. М.: Наука (Главная редакция восточной литературы), Восточная литература, 1972—2010. (Серия «Памятники письменности Востока». Вып. XXXII, 1—9). ISBN 5-02-018264-8

28Итс Р.Ф. Золотые мечи и колодки невольников. См.: Алексей Романчук. Статья в журнале Института археологии и этнографии АН Р. Молдова "Revista de etnografie", I (Chisinau, 2005). Миграции индоевропейцев и происхождение даосизма. http://www.moldo.org/2nd.php?idm=3&ida=141

29 Всемирная история. Китай. Предыстория. Летописные данные. См.: http://www.world-history.ru/countries_about/1201.html

30 Всемирная история. Китай. Предыстория. Летописные данные. См.: http://www.world-history.ru/countries_about/1201.html

31 ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО ВОСТОКА//Раздел V. ДРЕВНИЙ КИТАЙ/Глава 35. И ДРЕВНЕЙШИЕ ГОСУДАРСТВЕННЫЕ ОБРАЗОВАНИЯ В КИТАЕ, ШАН-ИНЬ И ЧЖОУ. – См.: http://www.bibliotekar.ru/polk-17/45.htm

32Итс Р.Ф. Золотые мечи и колодки невольников. См.: Алексей Романчук. Статья в журнале Института археологии и этнографии АН Р. Молдова "Revista de etnografie", I (Chisinau, 2005). Миграции индоевропейцев и происхождение даосизма. http://www.moldo.org/2nd.php?idm=3&ida=141

33Эпоха Чжоу (кит. упр. 周朝, пиньинь: ZhōuCháo, палл.: Чжоу Чао; с 1045 до н. э. по 221 до н.э.) — эпоха в истории Китая, время правления династии рода Цзи (姬)

34 https://www.e-reading.club/chapter.php/1002353/11/Vasileva_Nina_-_Evraziyskaya_imperiya_skifov.html

35Степугина, 1989. С. 426

36Крюков В, Софронов, Чебоксаров, 1987. С. 165-167

37Степугина, 1989. С. 426

38Меликсетов А. В.История Китая. 3. Чжоусцы и крушение Шан. Институционализация Чжоу. https://history.wikireading.ru/96252

40Борис Попов. Род R1a и династия Шан-Инь. См.: https://proza.ru/2013/05/24/191

41Лысенко Н.Н. Асы-аланы в восточной Скифии. – СПб.: Изд-во СОГУ им. К.Л. Хетагурова, 2002.

42Клёсов А. Основная загадка во взаимоотношениях индоевропейской и тюркской языковых семей и попытка ее решения с помощью ДНК-генеалогии: соображения нелингвиста. Опубликовано: 27 декабря 2009, 20:26., Клёсов, А.А. (2008b) Загадки «западноевропейской» гаплогруппы R1b. Вестник Российской Академии ДНК-генеалогии (ISSN 1942-7484), т. 1, №4, 568 – 629.

43«Китайский антрополог Ян-Си-мэй обследовал 159 черепов бывших жителей царства Инь, найденных близ Аньяна к северо-западу от Великого города. 83% из  них были обезглавлены и принадлежали к пленникам, погребённым вместе с правителями царства Инь. По мнению китайского антрополога  51 череп (32,1%) принадлежал к эскимоидам (черепной показатель 76,35), 41 череп (25,8%) – к полинезийцам (черепной указатель 75,7), 34 черепа (21,4%) – к негроидам Индии, Индонезии, Океании (черепной показатель 75,01), 31 череп (19,5%) – к классическим монголоидам (черепной показатель 79,16), и только 2 черепа – к узконосым кавказоидам (черепной указатель 73,58). См.: Борис Попов Род R1a и династия Шан-Инь. http://proza.ru/2013/05/09/462

44Бичурин Н.Я., "Коллекция", стр. 15, перевод Шицзи 110 и Цинь Хань шу, 汉书, 94

45М. Лоу, Э.Л. Шонесси (M. Loeuwe, E.L. Shaughnessy), редакторы Кембриджская История Древнего Китая: От истоков цивилизации до 221 г. до н.э. © Cambridge University Press 1999, ISBN 9780521470308. Никола Ди Космо. Гарвардский университет Северные Рубежи в До-Императорском Китае (1500–221 г. до н.э.) http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=1598730

Читайте также: