ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Поход Тимура на Золотую Орду (нумизматический аспект)
Поход Тимура на Золотую Орду (нумизматический аспект)
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 08-12-2015 20:48 |
  • Просмотров: 2248

Снисходительное, а часто и невнимательное отношение многих историков (как в прошлом, так и в настоящем), изучающих пись­менные памятники, к наукам, объединенным под названием «вспо­могательные (специальные) исторические дисциплины», много­кратно обсуждалось в дискуссиях разного уровня. Незнание или игнорирование результатов этих исследований зачастую приводит к неверному толкованию заложенной в рукописных источниках информации или к невозможности достоверного критического ана­лиза текста. В этой небольшой статье мы хотим показать, как использование данных нумизматики позволяет если не скорректи­ровать сведения исторических сочинений, то по крайней мере усомниться в полной достоверности описанной ими картины.

* * *

Второй поход эмира Тимура на земли центральных вилайетов Золотой Орды — событие, многократно описанное в научных и по­пулярных книгах и статьях по истории Улуса или по истории само­го Тимура. Разгром войск Токтамыша на Тереке в 1395 г. и рейд Тимура по внутренним районам страны с захватом Сарая, Хаджи- Тархана, Азака, Бельджамена и других городов обычно рассмат­риваются как «непоправимый удар. Хребет государства, причинив­шего столько зла Древней Руси, был переломлен.<...> Известно, что опустошения и разрушения здесь были настолько велики, что все эти места долго не могли экономически возродиться»[1]. Исто­рики пишут о «хозяйственном разорении и политическом расщеп­лении ордынской державы», о том, что «поход Тимура не просто ослабил Золотую Орду, а столь сильно подорвал ее государствен­ность, что она уже не могла возродиться в прежних формах и на прежней территории. После ухода армий Тимура фактически начался период распада...»[2]. Особенно ярко описал последствия М.Г. Сафаргалиев: «Производительные силы страны были разру­шены, огромная толпа народа уведена в плен, те, кто уцелел, бе­жали по окраинам государства, лишенные крова, скота, обжитых местностей, влача нищенский образ жизни. Короче говоря, страна была поставлена перед катастрофой. Если после первого похода Тимура кочевники Золотой Орды были в состоянии кое-как свести концы с концами, теперь же — после 1395 г. — не могло быть и речи о восстановлении единства государства»^.

Основой для таких выводов послужили сочинения персидских и арабских авторов, содержащие более или менее полные описания деяний эмира Тимура. Некоторые из этих трудов переведены и опубликованы полностью; из других части, относящиеся к Золотой Орде, собраны в известной хрестоматии В.Г. Тизенгаузена. Обратим­ся к самим текстам, повествующим о деятельности аскеров Тимура, и рассмотрим условия, при которых эти тексты появились.

Из книги «Зафар-намэ»: «Тимур, выбрав войско и отправляясь в набег, выступил и правильными решениями и верными распоря­жениями завладел Хаджи-Тарханом и Сараем. Все постройки Са­рая он разрушил и сровнял с землей. Мирза Пир-Мухаммед-бахадур и эмир Джеханшах-бахадур, снарядив войско, отправились в Сарай, разграбили всю внешнюю область и снова вернулись к Тимуру. Он приказал, чтобы добычу и имущество, которые были взяты при завоевании той страны, представили ему, всё приказал раздать эмирам и войску и дал безграничные и бесчисленные дары»[3]. Автор — Низам ад-дин Шами, назначенный Тимуром официаль­ный историк, чьей обязанностью было составление истории царст­вования великого эмира. В этом отрывке овладение Хаджи-Тарха­ном и Сараем (наиболее важными городами региона в то время) и разрушение построек столицы символизируют полное поражение противника и ниспровержение его царства в самом центре. Такое описание победы призвано подчеркнуть величие победителя на­равне с его мудростью, отраженной в «правильных решениях и вер­ных распоряжениях», и щедростью, выраженной в «безграничных и бесчисленных дарах». Чем больше таких упоминаний и изящных гипербол находилось в сочинении, тем больше оно соответствова­ло поставленной Тимуром задаче.

Из книги «Зафар-намэ» другого автора: «Победоносное войско взяло Сарай и, подложив огонь, сожгло его. Племена и кочевников тех местностей они по большей части ограбили, погнали (перед собой) и привели их. Разрушение Сарая было местью за дерзость, которую дештские войска проявили в разрушении Зенджир-сарая... поэтому-то Сарай таким образом был перевернут вверх дном»[4]. Другая цитата: «Когда все области Дешт-и Хазара, правое и левое крыло улуса Джучиева и прочие северные страны были покорены, когда подобные небосводу войска, сделав набег на области и места того края <...>[5] выказали свою силу и полную власть, а из врагов те, которые остались в живых, оказались бродящими, растерян­ными и бездомными...»1. Автор окончательного варианта сочине­ния — Шереф ад-дин Иезди, писатель при дворе султана Шахруха и его сына Ибрахим-султана. Последний и был главным составите­лем «Книги побед», которую Шереф ад-дин «обработал в цвети­стом стиле»[6].

Из книги «Чудеса предопределения в судьбах Тимура»: «Он по­корил племена их, и ему подчинились последние и первые из них. Завладел он движимым и разделил его, да недвижимым и унес его с собой, собрал все захваченное и роздал добычу, дозволил грабить да полонить, произвел гибель и насилие, уничтожил племена их, истребил говоры их, изменил порядки, да увез захваченные день­ги, пленных и имущество. Передовые войска его дошли до Азака, и он разрушил Сарай, Сарайчук, Хаджи-тархан и все эти края»[7]. Кажется, отрывок недвусмысленно свидетельствует об уничтоже­нии монгольско-кипчакской цивилизации к северу от Каспия. Автор — Ибн Арабшах, человек высокообразованный и занимав­ший пост при дворе эмира. Его сочинение отличает не только осведомленность, но и изысканный литературный стиль (особен­но когда речь идет о таких эпических событиях, как разрушение царств). Несколькими строками выше цитированного отрывка по­мещено описание битвы на Тереке. Приведем одно предложение оттуда, ярко демонстрирующее стиль Ибн Арабшаха: «Кони смер­тей не переставали носиться и крутиться, а львы отрядов напа­дают и напускаются на врагов; взвивалась на воздух пыль от ко­пыт и лилась по степи кровь от мечей, так что земель стало шесть, а небес, как морей, восемь»[8].

Приведенные выше цитаты и небольшие комментарии к ним по­казывают, что все основные источники сведений о войнах Тимура в Дешт-и Кыпчаке созданы придворными писателями по заказу или при участии самих правителей. Характерными признаками такого рода хроник являются тенденциозность, насыщенность гипербо­лами и метафорами, особенно ярко и выпукло подчеркивающи­ми деятельность правителя и членов его семьи. Ни одного незави­симого источника по войнам Тимура в Сарайском иле у нас нет. Русские летописи, предваряя легенду о чудесном избавлении Москвы (читай: Руси) от нашествия «Железного хромца» подроб­ным перечислением завоеванных Тимуром территорий и описа­нием последствий этих завоеваний[9], повествуя о походе «Темир Аксака» в 1395 г., отмечают лишь битвы эмира с Токтамышем[10].

Мы считаем, что исследователи советского периода, писавшие о войнах Токтамыша и Тимура, после выхода тома II «Сборника материалов <...>» некритически подходили к текстам историче­ских сочинений, зачастую просто пересказывая восточных авторов, по-своему сохраняя и их «цветистый стиль». Стоит также отметить и влияние переводчиков — В.Г. Тизенгаузена, А.А. Ромаскевича и С.Л. Волина, переводы которых сохранили стиль восточной сред­невековой литературы. В исследованиях историков, независимых от русскоязычной историографии, последствия похода Тимура опи­сываются в более сдержанных тонах[11].

Суть событий, освобожденная от вербальных украшений, по­казывает несколько иную картину. И прояснить ее нам помо­гают именно данные других исторических дисциплин. Мы не бу­дем подробно освещать весь корпус корректирующих сведений, а остановимся только на одном — монетных дворах Золотой Орды.

* * *

Ренессанс золотоордынской государственности при Токтамыше проявился помимо других показателей и в реструктуризации мо­нетного дела. Работа была возобновлена на сарайском дворе, от имени которого серебро не выходило (за исключением 749 г.х.) с 740 г.х. Существенно увеличились эмиссии Азака и Орд[12]; нача­лась систематическая чеканка денег[13] и пулов в Хаджи-Тархане. В 780-х годах х. выходили серебряные и медные монеты в Сарайчуке (ранее были лишь небольшие эмиссии в 760-770 годах х.[14]). Возоб­новилась чеканка оригинальных типов серебра и меди в провинции Крым, прервавшаяся еще в эпоху Узбека. Новый двор (название которого ранее не фигурировало в номенклатуре монетных дворов Золотой Орды) — Идиль выпускал пулы[15].

С 782 по 796 г.х. (1380-1394) работало не менее 14 монетных дворов, выпускавших крупные эмиссии денег и пулов (см. табл. 1 в конце статьи). Вся территория, подчиненная Токтамышу, от р. Днепр до южного течения р. Урал и Хорезм, где существова­ла городская и оседлая сельская культура, была обеспечена денеж­ной массой. Самыми мощными центрами чеканки в эту эпоху были дворы, обслуживавшие торговую магистраль из азово-черномор- ского региона через Нижнее Поволжье в Среднюю Азию и Китай. Это Крым, Азак, Сарай (ал-Джадида) и Хорезм. Как известно из вышеуказанных книг древних и современных авторов, три послед­них города (и Хаджи-Тархан) подверглись якобы наибольшему разрушению войсками Тимура.

С 796 по 800 г.х. денежная чеканка в Улусе сильно сокращается.

У нас мало данных для суждения об эмиссиях 797-799 гг.х. Не исключено, что некоторые дворы продолжали выпускать серебро последнего легального типа (например, денги Крыма, датирован­ные 796 г.х.). С этой же датой и этими же штемпелями начал чека­нить крымские денги и Тимур-Кутлуг. Но возможно, что позднее использовались старые штемпели. При Тимур-Кутлуге наибольшее количество денег выпущено дворами Крыма и Новой Орды, а так­же работавшим только при этом хане двором Улус ал-Джадида. Все они находились в одном регионе, ограниченном реками Днепр и Дон, Черным и Азовским морями. В Сарае ап-Джадиде, Хаджи- Тархане и, вероятно, Орде небольшие партии серебра были вы­пущены от имени неизвестного хана[16]. Но уже в 800 г.х. (1399 г.) в этих городах правит Тимур-Кутлуг. Чеканка серебра в годы, когда, по заключению современных историков, весь центр Улуса лежал в развалинах, а население было или уничтожено, или угнано в Среднюю Азию, уже позволяет ставить вопросы: «А где же про­изводилась чеканка монет? Кем, зачем и для кого?»

При Шадибеке география эмиссий расширяется. В первые 12 лет XV в. работают те же самые 14 дворов. Выбыли Идиль и Маджар, но добавились Булгар и Раджан (последний при Пул аде). При этом крымская чеканка на время смещается в Кафу, ставшую крупнейшим городом региона. Наибольшие выпуски характер­ны для тех же монетных дворов, что и при Токтамыше, — Азака, Сарая, Орды, Хаджи-Тархана и Хорезма. Значение Хаджи-Тархана в экономической жизни ханства существенно возросло в сравнении с эпохой Токтамыша. Согласно анализу нумизматических сборов с Шареного Бугра, городища древнего Хаджи-Тархана[17], в течение как минимум первого десятилетия XV в. город никуда не перено­сили. О факте переноса Хаджи-Тархана на новое место, связанно­го с разрушением города Тимуром, пишут некоторые современ­ные историки[18]. Сарайчук, также лежавший на маршруте военной экспедиции Тимура, имел эпизодические эмиссии в первые 20 лет XV столетия[19] и еще около 200 лет был известен как крупный насе­ленный пункт в степях северо-восточного Прикаспия.

Таблица 1

Сравнительная таблица монетных дворов, работавших до 796 г. и с 801 г.х.

Монетный двор

Токтамыш

Шадибек и Пулад

1

Азак

*

*

2

Булгар

 

*

3

Дербено20

*

*

4

Джадид

*

*

5

Идиль

*

 

6

Кафа ал-Джадида

 

*

7

Крым

*

 

8

Маджар

 

9

Орду

*

*

10

Орду ал-Джадида

*

*

11

Орду ал-Му‘аззам

*

*

12

Раджан

 

*

13

Сарай

*

*

14

Сарай ап-Джадида

*

*

15

Сарайчук

*

*

16

Хаджи-Тархан

*

*

17

Хорезм

*

*

 20  Другие закавказские дворы не рассматриваются, так как их местоположение не входило в коренные земли улуса Джучидов.

Из табл. 1 мы видим, что вскоре после походов Тимура в Зо­лотой Орде восстанавливаются практически все центры монетной чеканки. Этот факт позволяет усомниться в сокращении террито­рии. Сравнительный анализ количества находок монет делает воз­можным предположение лишь о некотором сокращении количества выпускаемой монеты.

Вероятно, истинные причины «падения» Орды (затянувшегося на многие десятилетия) необходимо искать в «растаскивании» зе­мель потомками Токтамыша и другими претендентами. Для срав­нения: в эпоху смуты 760-782 гг.х., для которой столь масштабные целевые военные операции неизвестны, деятельность монетных дворов в центре после 768 г.х. значительно сократилась. Наиболее сохранившиеся вилайеты, подчиненные Орде Мамая, обслужива­лись серебром трех монетных дворов — Азака, Орду, Янги-Шехра, работа которых редко была одновременной. (Сарай ал-Джадида только в 764 г.х.) Близкая картина — сокращение количества мо­нетных дворов — наблюдается и для периода после 815 г.х., когда земли, объединенные Едигеем, снова разделились между наследниками-чингизидами.

Е.Ю. Гончаров

Из сборника «Восточное историческое источниковедение и специальные исторические дисциплины. Выпуск 6». 2004

 



[1] И.Б. Греков. Восточная Европа и упадок Золотой Орды. М., 1975, с. 215.

[2] В.Л. Егоров. Историческая география Золотой Орды. М., 1985, с. 223.

[3] В.Г. Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. Н.М.-Л., 1941, с. 123.

[4] В.Г.Тизенгаузен. Сборник материалов <...>, с. 185.

[5] «Земли Укека, Маджара, русских, черкесов, башкирдов, Микес, Бальчимкина, Крыма, Азака, Кубани и аланов со всем к ним принадлежащим и относящимся».

[6] Последнее замечание сделали исследователи текста «Зафар-намэ». См. предисло­вие к переводу: В.Г. Тизенгаузен. Сборник материалов <.. .>, с. 144.

[7] В.Г.Тизенгаузен. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. I. Извлечения из сочинений арабских. СПб., 1884, с. 466.

[8]  Там же. Очень ярко свидетельствует о стиле автора более длинный предыду­щий отрывок описания битвы.

[9]  См., например: Тверская летопись. ПСРЛ. Т. XV. М., 1965. Столбцы 448-449. «Сей же Темир Аксак нача много рати творити, и многы брани въздвиже, и многы сечи показа, и многы победы учини, многымъ полкомъ съпротивным одоле, и многш грады раскопа, многы люди погуби, многы страны и земли повоева, многы области и языкы поплени, и многы княжениа и царства покори под себе, и царя Турскаго Крыщеа полонил, а царство за себе взял».

[10] Там же: «Jlpiude ратт на царя Тахтамыша, и бысть имъ бой на нарецаеми месте Ординском и на кочевище царя Тахтамыша...»

[11] Например: Т.Нагель. Тимур-завоеватель и исламский мир позднего средне­вековья. Ростов-на-Дону, 1997.

[12] Вопрос о различии или единстве в этот период Орды, Орды ал-Джадида, Орды ал-Му‘аззама, ал-Джадида здесь рассматриваться не будет.

[13] Обоснование применения этого термина для золотоордынских серебряных монет XIV — нач. XV в. см.: Е.Ю.Гончаров. Что такое татарские «денги» и откуда взялись русские «деньги». — в: Десятая ВНК. Тезисы докладов и сообщений. М., 2002, с. 155-157.

[14] Пулы Мюрида 763 г.х. и серебро в конце десятилетия (материалы не опуб­ликованы). В 770-е годы х. — с именами Ильбана и Алп-Ходжи.

[15] И.В.Евстратов. Идиль — монетный двор Золотой Орды. — в: Восьмая ВНК. Тезисы докладов и сообщений. М., 2000, с. 74-76. Двор располагался на совр. Бо­дянском городище (Волгоградская обл.). Есть основания предполагать, что топо­ним «Идиль» является названием провинции; город же назывался Бельджамен (Бальчимкин в перс, хрониках). То, что оба населенных пункта подверглись наше­ствию Тимура, подтверждается историческими (для Бельджамена) и археологиче­скими (для Бодянского гор.) данными.

[16] Е.Ю.Гончаров. Неясное имя на дирхемах Золотой Орды конца XIV в.— в: Девятая ВНК. Тезисы докладов и сообщений. СПб., 2001, с. 73-75.

[17] Материалы хранятся в Астраханском историко-архитектурном музее-запо­веднике. Не опубликованы.

[18] М.Г.Сафаргалиев. Указ. соч., с. 426 (со ссылкой на В.В.Бартольда).

[19] Подробнее см.: А.Пачкалов. Монетный двор Сарайчук. — в: Восьмая ВНК. Тезисы докладов и сообщений. СПб., 2000, с. 82-84.

Читайте также: