ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:


Самое читаемое:



» » » Кавказский лимес в рамках наращивания внешней политики Рима на Ближнем Востоке
Кавказский лимес в рамках наращивания внешней политики Рима на Ближнем Востоке
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 20-02-2015 13:28 |
  • Просмотров: 6191

Эскалация восточной политики Рима (I в. до н.э. - III в. н.э.)

Митридатовы войны открыли Риму ворота Ближнего Востока и ввергли его в большую политическую игру. Продвижение Рима на Ближний Восток представляло угрозу имперским амбициям Парфянского Ирана в данном регионе и вело к столкновению двух мощных держав (карта 7). Последнее вылилось в напряженное и длительное римско- парфянское противостояние, которое стало стержнем восточной политики Рима. Борьба между Римом и Парфией за гегемонию в регионе представляла собой непрекращающиеся политические интриги и серию военных конфликтов в период с 53 г. до н.э. по 226 г. н.э. Сасанидская держава, сменившая Парфянское царство в 226 г., продолжила парфянский внешний курс, придав конфронтации с Римской империей новый импульс (карта 8).

Парфянское царство

Парфянское царство

Империя сасанидов

Предыстория данного противостояния началась во 2-й пол. I в. до н.э., когда парфянский царь Митридат I начал продвижение на запад, присоединив к Парфии Армению и Месопотамию. Этот шаг привел к столкновению с Римом, который расширял свои границы на Востоке. Митридат I пытался заключить с Суллой римско-парфянский союз (около 105 г. до н.э.). После 90 г. до н.э. влияние Парфии на Ближнем Востоке ослабло из-за внутри-династических распрей, тогда как римляне в это время появились в Анатолии. Следом за вторжением Лукулла в Южную Армению и разгромом Тиграна II (69 г. до н.э.) римско-парфянский союз был восстановлен.

После того как Помпей возглавил римскую армию на востоке, он начал переговоры с парфянским царем Фраатом III о совместных действиях против армян. В итоге в 66 / 65 г. до н.э. объединенное римско- парфянское войско вторглось в Армению. Однако вскоре возник пограничный спор между Римом и Парфией, в итоге которого Помпей отказался признать Фраата как «царя царей» и предложил ему разделить Армению с Тиграном. В это время Фраат подчинил себе Месопотамию, кроме ее западного района Осроены, которая стала римским союзником.

 Марк Лициний Красс (60 - 53 до н.э.) Гай Юлий Цезарь (49 - 44 до н.э.) Марк Антоний (43 - 30 до н.э.)

Марк Лициний Красс (60 - 53 до н.э.)

Гай Юлий Цезарь (49 - 44 до н.э.)

Марк Антоний (43 - 30 до н.э.)

В 55 г. до н.э. Марк Лициний Красс, избранный консулом вместе с Помпеем, получил в качестве провинции Сирию, которую он превратил в плацдарм для стратегического наступления на Парфию. В 54 г. он перешел Евфрат и захватил ряд городов Месопотамии. В 53 г. Красс продолжил вторжение в Парфию, но в битве при Каррах потерпел сокрушительное поражение. Большая часть римского войска - около 20.000 солдат - была уничтожена, в плену оказалось 10.000 легионеров. Лишь 1/4 часть римлян добралась до Сирии. Красс и его сын Публий были убиты парфянами. Согласно одной из легенд, самого Красса парфяне жестоко казнили, влив в горло расплавленное золото, а его голову и правую руку доставили в армянский город Арташат.

Пользуясь своей блестящей победой, парфяне решили развить успех. В 52 г. до н.э. они совершили несколько набегов на Сирию, а в 51 г. начали масштабное вторжение, во главе с Пакором и Осаком. Но римляне отразили парфянское нашествие, уничтожив армию Осака в сражении у Антигоны.

В период гражданской войны в Риме парфяне не предприняли никаких шагов, но поддерживали контакты с Помпеем. Гай Юлий Цезарь, ставший единовластным правителем Рима, проводил активную восточную политику, нацеленную на округление Римской империи на Востоке. Действуя в этом направлении, он фактически присоединил Египет к римскому государству. Парфяне были единственным серьёзным противником Рима в регионе. Последствия похода Красса четко показали, что Парфия, также как и Рим, проводит в жизнь активную политику экспансии. Возрождение Парфянского царства шло вразрез с задачами Рима, считавшего себя преемников Александра Великого, и грозило подорвать экономическое благосостояние Парфии, всецело покоившееся на денежном Востоке. Победа над парфянами сделала бы Цезаря в глазах всего Востока прямым преемником Александра Македонского и законным монархом. Цезарь начал подготовку к вторжению в Пафрию и даже разработал план похода, но его убийство помешало его осуществлению.

В следующей гражданской войне парфяне активно поддерживали Брута и Кассия, поставляя им воинские контингенты. В 40 г. до н.э. парфяне вместе с Квинтом Лабиеном (сторонник Брута) вторглись в римские пределы и захватили Сирию. Правитель Иудеи Гиркан II был свергнут, а на его место поставлен пропарфянски настроенный Антигон II. В Анатолии парфяне вместе с Лабиеном разгромили римское войско и глубоко вторглись в провинции Рима. В ответ, Марк Антоний направил против них Вентидия Басса, который оттеснил Лабиена в Сирию и полностью разгромил его, несмотря на пришедшие из Парфии подкрепления. Сам Лабиен был взят в плен и казнён. В итоге Сирия была вновь возвращена Риму.

В 36 г. до н.э. Марк Антоний предпринял поход в Парфию, окончившийся полным провалом. Тогда, в 33 г. он вторглся в Армению и захватил в плен армянского царя Артавазда II. Антоний планировал повторный поход в Парфию с целью реванша за поражение, но не успел этого сделать из-за разгоревшегося конфликта с Октавианом.

 Октавиан Август (27 до н.э. - 14 н.э.) Тиберий (14-37)

Октавиан Август (27 до н.э. - 14 н.э.)

Тиберий (14-37)

Октавиан Август, ставший правителем Римской державы после победы над Антонием, всячески старался укрепить подорванное в ходе гражданских войн римское внешнеполитическое могущество. В сферу римского господства попало Боспорское царство. Отношения Рима с Парфией двигались к войне, но обе стороны не желали ее развязывать: римляне были заняты усмирением Г ермании, а парфяне ослабли вследствие династической распри. Поэтому Октавиан Август и Фраат пошли на компромисс, заключив мирный договор. По его условиям Парфия должна была вывести войска из Армении и признать римский протекторат над этой страной, а также вернуть знамёна и пленных, захваченных при разгроме Красса. Несмотря на это, римско-парфянское соперничество за контроль и влияние в Армении не ослабло. Сам Август расценивал данный договор как временную передышку.

Император Тиберий возвел на армянский престол Фарсмана, младшего брата иберского царя. Это вызвало недовольство парфян и привело к открытому военному конфликту с римлянами. Разгромив парфянскую армию, Тиберий противопоставил парфянскому царю Артабану III двух новых претендентов, один из которых, Тиридат, в 36 г. форсировал Евфрат и короновался в Ктесифоне. В 37 г. Артабан согласился на встречу у Евфрата для восстановления статус-кво. В итоге ему удалось достичь договоренности с римским полководцем Луцием Вителлием и устранить опасность нового конфликтного витка, что стало одним из самых удивительных достижений Тиберия.

 Калигула (37 - 41) Клавдий (41 - 54) Нерон (54 - 68)

Калигула (37 - 41)

Клавдий (41 - 54)

Нерон (54 - 68)

В 37 г., сразу после смерти Тиберия, парфяне возвели на армянский престол Орода. Новый римский император Калигула открыто не отреагировал на это, т.к. проводил на Востоке политику непрямого управления. В Малой Азии, Сирии и Палестине для своих друзей и союзников он создал эфемерные марионеточные государства: три сына Котиса получили Фракию, Малую Армению и Понт, Антиох Коммагенский получил трон на своей родине в Коммагене (область между Арменией и Сирией), Ирод Агриппа, внук Ирода Великого, получил царский титул и несколько областей Иудеи.

В правление Клавдия, практически без применения военной силы, ряд азиатских областей (Фракия, Норик, Памфилия, Ликия, Иудея), ранее находившихся под покровительством Рима, были обращены в провинции. В 51 г. скончался армянский царь Ород, чем быстро воспользовался Клавдий и посадил на престол своего избранника Радамиста. Тираническое правление последнего вызвало недовольство армянского населения, которое умело подогревалось Парфией. В итоге разразилось восстание, в ходе которого Радамист был свергнут. Новым армянским царем стал Тиридат, младший брат парфянского царя Вологеза I. Радамист, с помощью римских денег и необычайно холодной зимы 53-54 гг., вынудил парфян уйти из Армении и вернул себе трон, подавив внутреннюю оппозицию. Пока парфяне обдумывали ответные шаги, император Клавдий умер.

Новый император Нерон, в силу своего 16-летнего возраста, по мнению парфян не представлял серьезной опасности. Поэтому царь Вологез решился на открытые военные действия и в 55 г. вновь вернул армянский престол Тиридату. Реакция Рима была мгновенной и адекватной. Проконсулом Азии, Галатии и Каппадокии был назначен Гней Домиций Корбулон, военачальник прославившийся в Германии ещё при Клавдии. Римское войско состояло из четырех легионов: III Gallica и VI Ferrata под командованием Корбулона, X Fretensis и XII Fulminata под командованием Дурмия Уммидия Квадрата, проконсула Сирии.

В течение трёх лет Корбулон вел переговоры с представителями Вологеза, подготавливая свои войска. Но в 58 г. римляне были внезапно атакованы парфянами. Римлянам при помощи местных союзных племён удалось отразить нападение и перейти в наступление. В период с 58-60 гг. Корбулон и Квадрат захватили армянскую столицу Артаксату, перешли пустыню в северной Месопотамии и форсировали Тигр. После взятия Тигранакерта на армянский трон был возведен проримски настроенный Трдат I, праправнук Ирода Великого. Весной 62 г. парфяне попытались отбить Тигранакерт и Корбулону, из-за отсутствия подкреплений, пришлось пойти на перемирие. Летом 62 г. на замену умершему Квадрату прибыл Луций Цезенний Пет. Тогда Корбулон форсировал Евфрат и вторгся в Месопотамию. Но в это время Пет попал в окружение парфян в Рандее под Арсамосатой. Узнав об этом, Корбулон вынужден был вернуться обратно. Когда он возвращался в Мелитену, римляне начали переговоры с парфянами, окончившиеся безрезультатно.

В 63 г. Корбулон с четырьмя легионами вновь напал на Армению. Сложилась патовая ситуация: Вологез и Тиридат понимали, что войну уже не выиграть, а Корбулон не хотел воевать в пустыне. Снова было заключено соглашение, по условиям которого Тиридат становился армянским царем, но в качестве римского вассала, и должен был лично явиться в Рим для официального получения царской тиары из рук Нерона. Данная война сделала Нерона весьма популярным в восточных провинциях, а условия римско-парфянского мира соблюдались более 50 лет.

В 66 г. разгорелось иудейское восстание, вылившееся в кровопролитную Иудейскую войну (66 - 73), которая стала основным объектом восточной политики Рима. На подавление восстания иудеев Нерон отправил Веспасиана. В 68 г. император покончил жизнь самоубийством, что привело к междоусобной борьбе за римский престол. Иудейские легионы объявили Веспасиана императором и под его командованием отправились в военный поход на Рим, окончившийся успешно. Руководство подавлением восстания Веспасиан поручил своему сыну Титу, который взял и разрушил Иерусалим, вырезав все население с невиданной жестокостью. Когда Тит вернулся в Рим, усмирение Иудеи было отпраздновано пышным триумфом. В честь взятия Иерусалима была заложена арка Тита, достроенная при Домициане.

 Траян (98 - 117) Адриан (117 - 138) Антонин Пий (138 - 161)

Траян (98 - 117)

Адриан (117 - 138)

Антонин Пий (138 - 161)

Новая серия римско-парфянских войн началась во II в. Император Траян переместил центр тяжести римской внешней политики на Восток, где продолжали сохраняться богатые и стратегически важные, но ещё неосвоенные Римом области. После покорения Дакии войско сирийского легата Авла Корнелия Пальмы Фронтониана вторглось в Набатейское царство (совр. Иордания) и захватило его столицу г. Петру. Аннексированное царство было превращено в новую провинцию под названием Каменистая Аравия, первым наместником которой стал Гай Клавдий Север. Охрану провинции осуществлял переброшенный из Египта III легион «Киренаика», находившийся под личным командованием Клавдия Севера. Последний в 111 г. начал строительство дороги via Nova Traiana, которая с юга на север пролегала через всю Аравию. Дорога и по сей день продолжает функционировать в Иордании. До сих пор восхищение специалистов вызывает тот факт, что она проведена точно по границе с пустыней, то есть территорией, на которой по определению жизни быть не могло. Фактически эта дорога определяла климатическую зону, удобную для человеческого проживания и одновременно границу провинции и Империи с востока. Столицей новой провинции, по решению Траяна, стал г. Боср.

Траян попытался окончательно решить восточный вопрос и аннексировать Армению. Поводом к войне с Парфией стали разногласия в связи с кандидатами на армянский престол: парфянским ставленником был Партамасирис, а римским - Аксидар. После неудачных переговоров с парфянским царём Хосроем, Траян стал готовиться к крупному военному походу: он лично выехал из Италии для руководства кампанией, перебросил на Восток подкрепление из дакийских гарнизонов и в общей сложности сосредоточил против Парфии 11 легионов.

В 114 г. Траян прибыл в Антиохию для подавления внутренних беспорядков, возникших после набегов парфян. Затем он отправился в Саталу, бывшую местом сбора северной группировки римских войск. Далее Траян, отвергнув формальное признание Партамасирисом римской власти, вторгся в Армению и быстро оккупировал армянское нагорье. На севере начались успешные переговоры с правителями Колхиды, Иберии и Кавказской Албании, с целью обезопасить римлянам левый фланг и восточное Причерноморье. Уничтожив парфянское присутствие в Юго­Восточной Армении, римские войска поэтапно заняли Атропатену и Гирканию, свергнув парфянского ставленника. К осени 114 г. все регионы Армении и часть Каппадокии были объединены в единую провинцию Армения.

В следующем году Траян начал вторжение в северо-западную Месопотамию. Местные правители почти не оказали сопротивления, так как Хосрой находился в восточной части Парфии и не мог оказать им никакой помощи. После захвата римлянами главных парфянских городов Синтары и Низибиса, Месопотамия была обращена в провинцию (карта 9). В декабре 115 г. в Антиохии произошло сильное землетрясение, которое разрушило тыловую базу римской армии и затруднило ее дальнейшие действия. Сам Траян чудом спасся, выпрыгнув из окна дома; несколько дней он был вынужден провести на ипподроме под открытым небом. Весной 116 г. было завершено строительство большого флота на Евфрате, что позволило римлянам продолжить кампанию.

Римские армии двумя колоннами двинулись по Евфрату и Тигру, поддерживая связь между собой по старым каналам, восстановленным Траяном. После взятия Вавилона корабли евфратской армии были переправлены по суше к Тигру, где войско соединилось и вошло в Селевкию. Хосрой, скованный внутренними раздорами, не сумел оказать серьезного сопротивления. В итоге парфянская столица Ктесифон была взята римлянами без особого труда, а царь бежал. Покоренную Селевкию Траян превратил в провинцию Ассирия, с центром в Ктесифоне. Но римляне не остановились на этом и продолжили свое наступление. Было завоевано Мезенское царство, расположенное в устье Евфрата. Римская флотилия спустилась вниз по течению до Персидского залива и остановилась в портовом городе Хараксе, жители которого радушно встретили Траяна. Далее император стал планировать дальнейшее продвижение вплоть до Индии. По одной из легенд, выйдя к морю, он увидел плывущий в Индию корабль и воздал хвалу Александру Македонскому, сказав при этом следующие слова: «Если бы я был молодым, я вне сомнений отправился бы в Индию». Однако, в 117 г. ситуация резко осложнилась. В Палестине, Сирии, Северной Месопотамии и Иудеи начались народные восстания, одновременно с которыми парфяне стали наносить удары по ключевым позициям в тылу римлян. Траян вынужден был вернуться назад. Он разбил мятежников в Месопотамии, но ему пришлось вернуть армянский престол парфянскому ставленнику. Во время этих событий Траян внезапно умер.

Преемник Траяна, император Адриан отказался от активной внешней политики своего предшественника и перешел к стратегической обороне римских границ. С этого момента начался новый внешнеполитический курс Римской империи, навсегда отказавшейся от завоевательных войн. Адриан вернул парфянам Месопотамию и Ассирию, захваченные Траяном, а также признал самостоятельность Армении при сохранении над ней римского протектората. В итоге, более полувека Рим и Парфия не воевали друг с другом.

Император Антонин Пий, продолжая политику Адриана, избегал войн и возводил оборонительные сооружения на границах империи. Однако он не оставил без внимания Закавказье, где проводил достаточно активную политику. Антонин Пий подарил иберийскому царю Фарасману III некоторые земли. Правителем Лазики император назначил Пакора. Аналогичным образом Антонин Пий назначил царя в Колхиде. В это же время правитель Эдесского царства (Западная Месопотамия) Абгар, завоевывая соседние территории, приблизился к восточной римской границе. Антонин, даже не прибегая к силе, одним своим авторитетом заставил его отступить обратно. В Боспорском царстве он возвел на царский престол Реметалка. По сообщению Псевдо-Аврелия Виктора, Антонин принимал иностранные посольства из Индии, Гиркании и Бактрии.

Парфянский царь Вологез III хотел посадить на армянский престол своего ставленника, но это вызвало противодействие римлян. Тогда парфяне стали совершать набеги на соседние с Арменией земли, параллельно готовясь к войне с Римом. Антонин Пий отправил своего легата Луция Нерация Прокула в Сирию с подкреплением и поручением подготовить военную кампания против Парфии. Эти военные приготовления предотвратили нападение парфян на Армению и позволили отразить несколько набегов аланов.

Новая римско-парфянская война началась после смерти Антонина Пия в 161 г. Верховное командование римскими войсками сосредоточилось в руках нового императора Луция Вера. Парфянский царь Вологез III разграбил Эдессу и вторгся в Армению, нанеся римлянам несколько поражений. Навстречу ему выдвинулся римский корпус во главе со Стацием Приском и в 163 г. разгромил парфянскую армию, вернув на армянский престол римского ставленника. В 164 г. Авидий Кассий начал вторжение в Месопотамию. Далее в 165 г. он победил парфян в сражениях при Селевкии и Ктесифоне. Однако в Парфии началась массовая эпидемия оспы, которая перекинулась на римское войско. В итоге последнее вынуждено было отступить. По окончании войны Луций Вер вместе с Марком Аврелием отпраздновали в Риме триумф, после которого Луцию было присвоено почетное прозвище «Армянский». Вскоре после этого Луций Вер умер от апоплексического удара. Императорская власть сосредоточилась в руках Марка Аврелия.

Новый виток столкновений Рима и Парфии произошел в правление императора Септимия Севера. В 195 г. он лично руководил вторжением римских войск в Месопотамию, в ходе которого были заняты Селевкия и Вавилон. Повторив поход Траяна, Септимий Север возвратил Аравию и Месопотамию в лоно Римской империи. В 197 г. он начал второй поход против Парфии и повторно занял Селевкию, взяв штурмом парфянскую столицу Ктесифон. В результате этих войн Септимий вернул под римский контроль Северную Месопотамию, а также районы вокруг Нисибиса и Сингары.

 Луций Вер (161 - 169) Септимий Север (193 - 211) Каракалла (211 - 217)

Луций Вер (161 - 169)

Септимий Север (193 - 211)

Каракалла (211 - 217)

Преемник Септимия Севера, император Каракалла уделял большое внимание внешней политике на Востоке. Поэтому он много путешествовал по восточным римским провинциям: он лично побывал в Пергаме, где лечился у Эскулапа; будучи в Илионе он чтил Ахилла, а в Никомедии останавливался на зимовку. Каракалла завладел Эдесским царством, изменнически пленив царя Абгара. Аналогичную комбинацию он хотел провести с армянским царем, пригласив его к себе вместе с сыновьями на переговоры. Но эта попытка провалилась, а римский отряд, посланный в Армению, был разгромлен.

В это время сложилась благоприятная ситуация: Парфия сильно ослабла из-за междоусобной войны за престол между царевичами Артабаном V и Вологезом V. Каракалла решил воспользоваться этим и окончательно уничтожить Парфию. Поводом к войне послужил отказ царя Артабана выдать свою дочь замуж за Каракаллу. В 214 г. римские легионы вторглись в Месопотамию и, захватив множество городов и крепостей, опустошили ее. При этом были разрыты и осквернены могилы парфянских царей в Арбеле (их прах был рассеен), что вызвало серьезные возмущения по всей Парфии. Артабан вынужден был пойти на мирные переговоры. Он дружественно встретил императора, но во время пира Каракалла устроил массовую резню парфян. Царю Артабану с немногими приближенными удалось бежать. Однако вскоре в 217 г. Каракалла был убит в ходе заговора, составленного командиром преторианской гвардии Макрином. Но его гибель не остановила парфян, вскоре вторгнувшихся в Месопотамию. Решающее сражение произошло у Нисибиса и длилось три дня. После этого Макрин предложил Артабану V мирный договор, по которому Рим возвращал Парфии все парфянские территории, ранее захваченные Септимием Севером и Каракаллой, а также обязался выплатить огромную контрибуцию в 200 млн. сестерциев. Несмотря на такие позорные для Рима условия на его монетах появилась надпись «Парфянская Победа» (лат. Victoria Parthica).

В результаты этой последней войны в истории римско-парфянского противостояния Римская империя понесла большие потери: многочисленное (70.000 - 100.000 солдат) и некогда победоносное римское войско было уничтожено, а все достижения в войнах с Парфией были утрачены. Но и парфянам эта победа стоила весьма дорого: стратегическое могущество Парфянского царства сильно ослабло из-за больших военных потерь. К этому следует добавить крупные потери в ходе внутренних междоусобиц и систематических вторжений алан, опустошавших страну подобно смерчу. В 219 г. наместник провинции Парс Ардашир поднял восстание против царя Артабана V, которое завершилось свержением династии Аршакидов и падением Парфянского царства. На смену ему пришла новая династия Сасанидов и новое государство - Сасанидское царство. Так началась новая эпоха римско-иранских отношений, но со старым содержанием, сущность которого составляла непрестанная борьба за гегемонию на Ближнем Востоке.

 Александр Север (222 - 235) Филипп I Араб (244 - 249) Гордиан III (238 - 244)

Александр Север (222 - 235)

Филипп I Араб (244 - 249)

Гордиан III (238 - 244)

Римский император Александр Север попытался взять реванш за позорное поражение Макрина и в 231 г. начал войну с новообразованным Сасанидским царством, лично руководя военными действиями против персов. Хотя в целом война была неудачной для Рима, ему удалось частично восстановить свои политические позиции на Ближнем Востоке.

Дело, начатое Александром Севером, продолжил император Гордиан III. В 242 г., отбив нападения готов, сарматов и алан на Мёзию (дунайская провинция), император во главе большого войска двинулся в Сирию. Здесь он начала военные действия против персов, вытеснив их из Антиохии, Карры и Низибиса. В итоге Сасаниды вынуждены были отступить в свои пределы. Гордиан начал наступление в Месопотамию, но был убит в результате заговора Марка Юлия Филиппа, ставшего впоследствии императором Филиппом I Арабом.

Филипп, желая утвердить за собой императорскую власть, хотел быстро вернуться в Рим и обеспечить поддержку сената. Наряду с этим положение римской армии в Месопотамии, после поражения в битве при Массисе, было крайне тяжелым. Любой ценой нужно было свернуть военные действия, поэтому Филипп заключил мирный договор с персидским царём Шапуром I на следующих условиях: Рим получает в полное владение Малую Армению и Месопотамию (до Сингары), а Великую Армению в формальную зависимость, хотя на самом деле она находилась под персидским владычеством; кроме того, он обязывался выплатить большую контрибуцию персам в 500.000 золотых денариев. После подписания договора Филипп выпустил монеты с надписями «pax fundata cum Persis» (мир, основанный с персами) и щедро наградил своих солдат. После этого Филипп двинулся с армией до Евфрата, где к югу от Цирцессиума возвел кенотаф с похвальной надписью в честь Гордиана III, прах которого был отправлен в Рим, а его образ был обожествлён.

Несколько лет Римская империя и Сасанидский Иран жили в мире, но при императоре Требониане Галле ситуация вновь обострилась. Сасаниды захватили Армению и убили царя Тиридата, при этом римляне ничем не смогли ответить на эту агрессию. В 253 г. персидский царь Шапур I начал совершать систематические набеги на восточные римские провинции, опустошая их в течение десяти лет. Персидское войско вторглось в Месопотамию, Сирию и Антиохию, захватив огромную добычу и многочисленных пленников. Рим и в этот раз не смог адекватно отреагировать, т.к. был сильно ослаблен нашествием готов и эпидемией чумы.

В 250-х гг. Римская империя была в крайне сложной ситуации. В стране 15 лет свирепствовала чума, унесшая огромное количество населения. Империя была зажата в кольце врагов: северо-западные провинции разорялись алеманами, в Галлию вторглись франки, на Балканах и в Малой Азии хозяйничали готы, восточные провинции опустошались персами. Во внутренней сфере начался хаос: посылавшиеся против этих врагов римские полководцы провозглашали себя императорами. Несмотря на все эти сложности, император Валериан I в 259 г. попытался дать отпор персидскому царю Шапуру и лично отправился в поход. Но в 260 г. он был разгромлен персами в битве при Эдессе и попал в плен в результате предательства своих приближенных. Развивая успех, персидская армия захватила Нисибис, Карры и Эдессу. Затем она попыталась взять приступом Антиохию, Тарс и некоторые города Месопотамии. Вскоре персы вторглись в римскую провинцию Каппадокия и после осады взяли Кесарию. Военачальник Макриан, один из участников похода Валериана против персов, попытался собрать остатки римской армии у Самосаты. На выручку ему пришел командующий преторианской гвардией Баллиста, который внезапным ударом разгромил армию Шапура у Корика на киликийском побережье и заставил его отступить к Евфрату. Судьба плененного императора Валериана была печальной. Сначала персы грубо обращались с ним: царь Шапур I вставал ногами на его спину, как на скамейку, когда садился на лошадь. Когда Валериан предложил крупный выкуп за свое освобождение, Шапур приказал залить ему в глотку расплавленное золото, после чего снять с него кожу и, напихав его чучело соломой и навозом, поставить всем на обозрение в персидском храме в Сузах.

Диоклетиан (284 - 305) Галерий (305 - 311)

Диоклетиан (284 - 305)

Галерий (305 - 311)

Римляне смогли взять реванш за позорное поражение от персов только при императоре Диоклетиане. В 296 г. сасанидский царь Нарсе объявил войну Риму и вторгся в западную Армению, свергнув поставленного римлянами армянского царя Тиридата III. Последний попросил помощи у Диоклетиана, который направил в Армению армию во главе с Галерием. Последний вернул престол армянскому царю, на что персы ответили вторжением в римскую провинцию Сирия (297 г.). Тогда римляне перешли к более решительным действиям. Диоклетиан приказал Галерию начать открытую войну с персами. После двух безрезультатных боев, персидский шах нанёс жестокое поражение Галерию недалеко от Карр и Каллиника, где некогда был разгромлен парфянами Марк Красс. Из-за этого Римская империя потеряла Месопотамию. Причиной поражения была неосторожность Галерия и малочисленность римского войска. В итоге первый поход Галерия окончился провалом.

В 298 г. Галерий начал второй поход против Сасанидов. Во главе новой армии он пересек Евфрат и начал наступление на Месопотамию через Армению, где его поддержало местное население. Нарсе вынужден был двинуться в Армению, рельеф которой был крайне неудобен для персидской кавалерии, но зато благоприятен для римских легионов. В решающей битве при Сатале (298 г.) Галерий нанес персам

сокрушительное поражение. Нарсесу удалось бежать, но его жены, сыновья и сестры попали в руки римлян. Последние, несмотря на трагическую судьбу императора Валериана, хорошо обращались с пленными членами царской семьи. Помимо этого римлянам достались богатые трофеи - весь обоз персидской армии.

Параллельно Диоклетиан разместил ещё одну резервную армию в Сирии на случай неудачи Галерия. Пользуясь его победой, Диоклетиан напал на персидскую столицу Ктесифон и взял ее штурмом. Галерий, после разгрома персов при Сатале, хотел продолжить преследование неприятеля в глубь его территории. Но Диоклетиан не желал начинать новую компанию, исход которой был не ясен. В итоге в 299 г. римляне заключили с персами мир на выгодных для себя условиях: к римлянам переходили пять провинций по правому берегу Тигра (Интилена, Софена, Арзанена, Кордуена и Забдицена), в результате чего граница между Римской империей и Сасанидским царством была установлена по реке Тигр; между Персией и Арменией была определена чёткая граница по Мидии; право назначения царей Иберии переходило к римским императорам; г. Нисибис получил статус единственного места торговли между Римом и Ираном; на армянский престол вернулся римский ставленник Тиридат III.

Все эти территории находились под властью Рима ещё более 40 лет вплоть до новых войн Юлиана II Отступника и Констанция II. Рим получил обширную зону культурного влияния, что позднее привело к распространению сирийского христианства, центром которого был Нисибис, и к христианизации Армении. В честь победы над персами в Фессалониках была возведена триумфальная арка, а Галерий получил почётные титулы «Армянский Величайший», «Мидийский Величайший», «Адиабенский Величайший», «Персидский Величайший».

Римско-персидское противостояние на этом не закончилось. Конфликт постоянно тлел как уголь и в определенный момент воспламенялся словно факел, в огне которого две мощные державы постепенно сжигали свое могущество. Борьба шла с переменным успехом, но Римской империи, раздираемой внутренними и внешними проблемами, все труднее становилось сдерживать персидский натиск и ей приходилось постепенно оставлять свои позиции на Кавказе и Ближнем Востоке. В общей сложности противостояние длилось несколько столетий, вплоть до падения Западной Римской империи. После этого, эстафету борьбы приняла Византийская империя, преемник Римской державы, которая в борьбе с Сасанидским Ираном опиралась на крепости Кавказского лимеса.

Со времен Суллы внешняя политика Рима на Ближнем Востоке, в силу стечения внутренних и внешних обстоятельств, двигалась по пути наращивания оборотов. С одной стороны одной из главных причин этого ускорения, было автоматическое вмешательство Рима в ходе своей восточной экспансии в клубок острых межгосударственных и межэтнических противоречий ближневосточного региона, а с другой столкновение расширявшейся на Восток Римской державы с Парфянским Ираном, который расширялся на Запад. Оба государства представляли собой сверхдержавы соответственно Западного и Восточного миров с огромным военно-политическим потенциалом, который необходимо было реализовывать в силу инерции имперских процессов. В итоге это привело к столкновению двух мощных держав, а Ближний Восток превратился в арену длительного и тяжелого противоборства.

Основным театром этой борьбы стало Закавказье, а точнее Армения, располагавшаяся на пограничном стыке двух империй. Желая иметь между собой буферную зону, Рим и Парфия сохранили Армении формальную независимость на правах вассала. Далее конфликты начинались по одинаковому сценарию: державы вмешивались во внутреннюю жизнь страны, желая возвести на армянский престол своего ставленника; из-за этого начинался конфликт, перераставший в открытую войну; на территорию Армении с запада вторгались римляне, а с востока парфяне (затем сасаниды), превращая ее в театр военных действий. Постепенно поле боя разрасталось, как снежный ком, затягивая в свое лоно Мидию, Месопотамию, Сирию и Каппадокию. Так повторялось на протяжении более четырех веков, что превратило Армянское царство в выжженную землю. При этом Колхида, Иверия (Иберия) и Кавказская Албания, находясь на окраине пограничного стыка сверхдержав, не превратились в поле сражения, а стали полигоном дипломатических и коалиционных маневров Ирана и Рима, ибо стабильность в этих краях гарантировала безопасность тыла и флангов имперских армий.

В общем, римско-иранская борьба шла с переменным успехом, но римлянам не удалось окончательно сокрушить эту страну и закрепиться на ее территории, как и Ирану не удалось достичь аналогичных успехов. Максимальные успехи ограничивались только глубокими вторжениями во вражескую территорию и временным подчинением пограничных территорий. Наиболее критической фазы это противоборство достигало в моменты внутренних междоусобиц и конфликтов в Риме и Иране, чем сразу же пользовалась каждая сторона. Таким образом, Парфянский, а затем Сасанидский Иран, будучи на фазе подъема своего могущества, стал главной силой, сдерживавшей на протяжении столетий проникновение Рима, а вместе с ним и всей греко-римской цивилизации, в глубины Азии. Из-за него римлянам не удалось повторить грандиозный Восточный поход Александра Македонского, т.к. во времена последнего Персия находилась в фазе упадка и сильного ослабления, чем удачно воспользовался великий воитель Греции. Однако в ходе многовековых войн и римского присутствия на Ближнем Востоке произошел частичный синтез западной (греко-римской) и восточной (азиатской) культур, что превратило ближневосточный регион в межцивилизационный фронтир.

Кавказский лимес как следствие римской экспансии на Ближнем Востоке

Главным признаком любой империи являются огромные территории и протяженные границы, которые необходимо защищать от внешних врагов. Это обратная сторона имперской политики, которая представляет собой тяжелое бремя и требует огромных затрат. Защита своих границ это один из основных показателей жизнеспособности и могущества империи. На протяжении столетий в качестве основного средства защиты своих пограничных рубежей любая империя использовала кордонные линии, которые представляли собой длинную цепь крепостей с военными гарнизонами, вытянутую вдоль границы. Крепости были равноудалены друг от друга, чтобы в случае нападения врага на одну из них гарнизоны других могли сгруппироваться и прийти на помощь осажденным.

Одним из таких рубежей Римской империи был северо-восточный лимес, предназначенный для обеспечения защиты северо-восточного сектора римской границы, которая была обращена к Кавказу. Этот лимес не получил в литературе общепринятого названия. Британский ученый Т. Митфорд назвал его «Каппадокийским» лимесом - по названию римской провинции в Восточной Анатолии. По его мнению, лимес охватывал только сухопутную границу от Самосаты на юге до Трапезунта на севере, при этом автор не включал в его состав участок вдоль черноморского побережья Кавказа, где жили народности, правители которых являлись вассалами Римской империи. Советский ученый В.А. Левкинадзе выделял данный участок в отдельный лимес и дал ему название «Понтийского», утверждая, что его главной функцией была защита морских коммуникаций в черноморском бассейне. Однако М. Спейдел, в отличие от В.А. Левкинадзе, придерживался иной точки зрения: Понтийский лимес включал цепь римских укреплений от Трапезунта до Питиунта (совр. Пицунда) и предназначался для поддержания римского господства в

Иберии и Албании, а также для контроля за проходами через Кавказский хребет (Дарьял и Двалет). Поэтому М. Спейдел называет этот участок лимеса «Кавказским». С.М. Перевалов считает, что Каппадокийский и Понтийский лимесы представляли собой единую кордонную линию, которую автор называет «Кавказским лимесом». В его состав входил весь участок северо-восточного римского лимеса от Мелитены до Питиунта. Свою точку зрения автор основывает на том, что деление единого северо­восточного сектора обороны на два отдельных лимеса - сухопутный и приморский - нецелесообразно и некорректно, поскольку гарнизоны обеих линий были тесно взаимосвязаны в процессе защиты кавказской границы и на равных исполняли эту задачу. Подтверждением этому служит следующий факт: во время аланского нашествия в 135 г. военные силы Каппадокийского и Понтийского лимесов находились под общим командованием Флавия Арриана. Другим доводом в пользу его точки зрения, служит тот факт, что оба лимеса находились вдоль римских границ со странами кавказского региона: Каппадокийский граничил с Арменией, а Понтийский - с Колхидой.

На наш взгляд, точка зрения С.М. Перевалова является наиболее полной и объективной из всех выше перечисленных, поэтому мы возьмем ее за основу в рамках данного исследования. Итак, северо-восточный пограничный сектор Римской империи защищал Кавказский лимес, представлявший собой линию римских крепостей от Мелитены до Питиунта и подразделявшийся на два территориально-функциональных участка - сухопутный Каппадокийский и прибрежный Понтийский. Наряду с этим, Кавказский лимес выполнял важные внешнеполитические функции: он служил опорой римской власти в Малой Азии и Закавказье, а также стратегическим плацдармом внешней политики Римской империи на Ближнем Востоке.

Сначала необходимо рассмотреть предысторию создания Кавказского лимеса. Она начинается с расширения восточной римской экспансии, в сферу которой попали Каппадокия, Колхида, Иберия, Армения и Кавказская Албания. Первоначально римляне стали укрепляться в Каппадокии, которая имела выгодное геополитическое расположение в Восточной Анатолии, постепенно превратив ее в стратегический плацдарм своей восточной внешней политики. Хребтом этого плацдарма стал Каппадокийский лимес - сухопутный участок Кавказского лимеса вдоль римско-армянской границы (карта 9).

Во время Митридатовых войн Каппадокия была одним из главных театров военных действий и основной ареной столкновений римских и понтийских интересов. Митридат не гнушался коварных средств борьбы, чтобы подчинить Каппадокию Понтийскому царству: подкупал местную элиту, устраивал заговоры и убийства политических оппонентов, крутил изощренные интриги для стравливания своих врагов, использовал кровнородственные отношения и сажал на престол своих ставленников. Когда орудия подковерной игры не давали результатов, он прибегал к открытым военным вторжениям, однако сам этого не делал, чтобы не засветить свое присутствие, а подговаривал на это соседей. Отсюда Каппадокия неоднократно подвергалась нашествиям полчищ армянского царя Тиграна II Великого, являвшегося зятем Митридата.

Как уже было упомянуто выше (параграф 1.1), в 66 г. до н.э. после безрезультатных походов Лукулла против Митридата общее командование римской армией было поручено Гнею Помпею. Ему удалось разгромить Митридата, который после этого вынужден был бежать далеко в Боспорское царство. После этого Каппадокия превратилась в римское вассальное государство, управляемое династией Ариобарзана. В качестве представителя Рима эту землю посетил Цицерон, которому после смерти Красса было поручено примирить каппадокийцев с их царём Ариобарзаном, приведя их к покорности.

Царь Ариобарзан II сослал своего сына Ариобарзана-младшего в Киликию. Высланный наследник стал плести против отца заговоры, для чего требовались немалые средства. Он обратился за помощью к Марку Юнию Бруту, который, будучи очарованным его личным обаянием, нашёл для него кредиторов. В итоге заговор увенчался успехом и в 52 г. до н.э. Ариобарзан стал царём.

В 47 г. до н.э. понтийский царь Фарнак II, сын Митридата Евпатора, вторгся в Каппадокию, низверг царя Ариобарзана III и посадил на престол одного из своих братьев. Для защиты римских территорий срочно были направлены войска во главе с Гаем Юлием Цезарем, к которому присоединился и Брут. После разгрома Цезарем армии Фарнака, Брут упросил его пощадить всех своих друзей, поддержавших Помпея в гражданской войне, в число которых входил и Ариобарзан III. Цезарь простил царя.

Далее каппадокийский престол занял Ариарат X, брат Ариобарзана III. Но правил он недолго, ибо в 36 г. до н.э. после неудачной для римлян армянской войны Марк Антоний низложил и казнил его, передав власть Архелаю, родственнику казненного царя. Позднее, в 3 г. н.э., Архелай женился на внучке Марка Антония - понтийской царице Пифодориде, вдове Полемона I, ставшей наследницей его владений. После гибели Марка Антония, Октавиан Август утвердил назначение Архелая, дополнительно передав ему Киликию. Но потом для контроля за его деятельностью приставил к нему прокуратора.

В 17 г. Тиберий призвал Архелая в Рим для отчета, где он скоропостижно скончался. В этом же году Каппадокия была включена в состав империи и стала римской провинцией под управлением прокуратора, не имевшего своих войск. При Тиберии на ее территорию неоднократно вторгался армянский царь Артабан III.

Несмотря на то, что страна занимала выгодное географическое расположение и была богата природными ресурсами, она была достаточно отсталой. По свидетельству Страбона, на территории Каппадокии было всего лишь два крупных города - Тиана в Тианитисе и Мазака в Киликии; остальные населенные пункты трудно было назвать городами. Наряду с этим Каппадокия, будучи пограничной провинцией, постоянно подвергалась нашествиям воинственных соседей.

При императоре Нероне наместником провинции был Корбулон, параллельно являвшийся главнокомандующим во время римско- парфянской войны. В 58 г. он захватил Артаксат, а в 59 г. - Тигранакерт. В 60 г. Корбулон получил чрезвычайные полномочия, но гражданские вопросы управления Каппадокией по-прежнему решал прокуратор. Победы в войнах с парфянами сделали Корбулона чрезвычайно популярным в Риме, поэтому Нерон, опасаясь конкуренции, приказал ему совершить самоубийство.

Неудачи во время нероновых войн, мощное Иудейское восстание (66-73 гг.) и усиливающиеся аланские набеги четко показали, что необходимо упрочить римскую власть в стратегически важной области Каппадокии, непосредственно примыкающей к Армении, которая постоянно балансировала между Римом и Парфией. Решением этой проблемы активно занялся император Веспасиан, реформы которого положили начало Кавказскому лимесу. Сначала для повышения обороноспособности северо-восточного пограничного сектора Римской империи он провел военно-административную реорганизацию: Галатия, Понт, Каппадокия и Малая Армения были объединены в одну большую провинцию (74 г.), которая теперь называлась Галатия-Каппадокия и занимала 2/3 площади Малой Азии. Для отражения систематических набегов алан на территории этой провинции были размещены два легиона, количество которых было неизменным вплоть до эпохи Диоклетиана (284­305). Появление легионов потребовало наместника более высокого ранга и более широких полномочий, чем прокуратор, не имевший в своем распоряжении никаких военных сил. В качестве наместника новой провинции Веспасиан утвердил консулярного легата с преторскими полномочиями, который отныне нес ответственность за порядок на армянской границе и в регионе Большого Кавказа. Первым на этот пост был назначен Г ней Помпей Коллега. С самого начала и до конца римской эпохи основными местами базирования легионов были города Мелитена и Сатала, а со времени Диоклетиана к ним присоединилась третья база - город Трапезунт на берегу Черного моря, где был размещен еще один легион. Таким образом, возник каппадокийский сухопутный участок Кавказского лимеса. Римляне, осознавая важность Каппадокии, постепенно развивали ее. Ко II в., в процессе романизации региона, появился ряд новых городов: Сатала, Мелитена, Амасья, Себастополь, Себастия, Неокесария, Комана, большинство которых располагалось на территории Малой Армении и Каппадокийского Понта.

Во времена Траяна в провинции были построены военные дороги и приняты необходимые меры безопасности для защиты городов. В 114 г. император провел новую административную реформу: Великая и Малая Армения, а также часть Каппадокии были объединены в римскую провинцию Армения. Однако в 117 г. после смерти императора Траяна в Армении была восстановлена царская власть.

При императоре Адриане наместником Каппадокии был Флавий Арриан, прославившийся своими историческими сочинениями. Сам Адриан лично посещал регион и во время одной из своих поездок в 129 г. присвоил Арриану консульское звание. В период 131-137 гг. он управлял провинцией Каппадокия в качестве личного легата императора. В это же время она вновь подвергалась многочисленным нападениям со стороны аланов. В 134 г. Арриан руководил отражением крупного вторжения алан в Каппадокию.

В правление императора Марка Аврелия в регионе снова активизировались парфяне. В 162 г. парфянский царь Вологез III объявил войну Риму. Парфяне под предводительством Осроя вторглись в Армению и уничтожили у Элегеи римское войско, возглавляемое легатом Северианом, который покончил с собой. Далее парфяне продолжили наступление и достигли Каппадокии, заняв при этом большую часть Сирии. В 163 г. римские войска под командованием Луция Вера и Авидия Кассия начали контрнаступление, в ходе которого Армения была отбита и снова превращена в зависимое царство.

Помимо аланских и парфянских нашествий, Каппадокия на всем протяжении II в. подвергалась набегам понтийских пиратов, которые заплывали в Кипрское море и промышляли грабежом на берегах Ликии и Памфилии, нередко проникая во внутренние области вплоть до границ Каппадокии.

В III в. Каппадокия неоднократно подвергалась вторжениям Сасанидов, преемников парфян. В 231 г. Ардашир, новый царь Сасанидского Ирана, начал войну против Рима, во время которой он опустошил Каппадокию. В 240 г. Ардашир второй раз вторгся в Каппадокию. Римлянам не всегда удавалось отражать натиск Сасанидов. Так, в 260 г. римский император Валериан был разбит царём Шапуром I и попал в плен, о чём свидетельствует барельеф, обнаруженный на отвесных скалах севернее Персеполя.

При его сыне императоре Г аллиене в Каппадокию с севера вторглись готы. В 264 г. они снарядили морскую экспедицию в Трапезунт. Достигнув побережья, они прошли огнем и мечом Каппадокию, Галатию, Вифинию и благополучно вернулись назад с богатой добычей и множеством

пленников-христиан. Этот поход имел исторические последствия для готов: среди пленников был каппадокийский христианин Евтих, распространивший среди готов первые зачатки христианства.

Позднее Каппадокия вместе с другими областями Анатолии была захвачена пальмирской царицей Зенобией, расширившей свои владения от Сирии до всей Малой Азии. Но в 272 г. император Аврелиан отвоевал регион и уничтожил Пальмирское царство.

С другой стороны Каппадокия начиная с I в. превратилась в один из крупнейших христианских центров Римской империи, оказывая сильное духовное влияние на всю духовную жизнь Малой Азии. Каппадокия дала миру огромное количество святых отшельников, мучеников, просветителей и даже Отцов Церкви. Пустынные земли этой провинции в позднеримский и ранневизантийский период служили местом ссылки политических оппонентов из Константинополя. Так, например, знаменитый Юлиан Отступник в 337 г. был сослан в каппадокийскую Макеллу по распоряжению императора Констанция II. Позднее, когда он стал императором в 361 г. и запретил христианство, уже получившее статус государственной религии, он получил прозвище «Отступник». Именно в это время пещерные монастыри Каппадокии стали убежищем огромного количества христиан-изгнанников, не желавших отрекаться от своей веры.

Как уже было сказано, выше Каппадокия не была пределом римской экспансии. Укрепляя пограничные рубежи в этом регионе за счет создания Каппадокийской кордонной линии, римляне параллельно усиливали свое присутствие в закавказских странах - Колхиде, Иверии и Кавказской Албании. Каппадокия при этом играла роль стратегического плацдарма, с которого Рим продвигался в Закавказье. Первыми закавказскими объектами римской экспансии стали Колхида и Иберия. В период со II в.

до н.э. по II в. н.э. они находились в сфере влияния сразу трёх государств - Римской империи, Великой Армении и Понтийского царства.

Колхида (совр. Западная Грузия), еще задолго до появления греков, имела хорошо развитое ремесло по изготовлению бронзовых изделий и налаженные контакты с Хорезмом. Последние осуществлялись через торговые пути по Амударье и Каспийскому морю, по которым среднеазиатские и индийские товары шли на Кавказ через Эвксинский Понт (Черное море). Греки познали Колхиду благодаря торговле. В VI в. до н.э. они основали здесь торговые колонии Диоскуриада и Фасис. В древнегреческой мифологии Колхида и Кавказ были покрыты загадочным ореолом: они представляли собой труднодостижимый «край света»; на Кавказе был прикован к скалам Прометей; колхидские цари были потомками бога солнца Гелиоса; в Колхиду отправились Аргонавты за золотым руном. В 120 - 65 гг. до н.э. Колхидское царство было захвачено Митридатом VI Евпатором и включено в состав Понтийского царства, в которое на тот момент входили всё северное и восточное Причерноморье и Малая Азия. После разгрома последнего в Митридатовых войнах, Колхида был включена в состав Римской державы и стала провинцией Лазика (I в. до н.э.). В I-II вв. н.э. происходит распад Колхидского царства и формирование на его обломках фундамента нового царства. В III в. Лазика получает достаточно широкую автономию и к концу века превращается в незаивисимое Лазское царство (Эгриси). Постепенно в IV в. оно подчиняет своей власти население Северной Колхиды (сванов, апсилов, абазгов). Крупными городскими центрами были: столица Археополис (совр. Нокалакеви), Родополис (совр. Варцихе), Вашнари, Петра (совр. Цихисдзири), Апсар (совр. Гонио) и др. В IV-VI вв. в Лазике складывались феодальные отношения. В нач. IV в. на ее территории была учреждена христианская епархия, а резиденцией епископа стал Питиунт. Первым христианским царём Лазистана стал Губаз I, а в 523 г. христианство стало

официальной религией лазского государства. Лазское царство просуществовало 250 лет, пребывая большую часть этого времени в вассальной зависимости от Византийской империи. Изредка оно переходило под власть Сасанидского Ирана. С VI в. Лазское царство превратилось в арену постоянных войн между Византией и Ираном. В 562 г. оно вошло в состав Византии, снова превратившей его в провинцию Лазика с центром в Фасисе.

Иберия (совр. Восточная Грузия), также известная как Картлийское царство, достигла наивысшего могущества в III в. до н.э. во время правления династии Фарнавазидов. Она стала государством со значительными территориями: помимо Шида, Картли, Кахети и Месхети, в нее входила часть Западной Грузии (Аргвети, Ачара), а также Гогарене, Хордзене и предгорья Париадри. В II-I вв. до н.э. Иберия ослабла и потеряла часть своих территорий в процессе военного противостояния с усилившимися армянскими царствами. В 65 г. до н.э. римские войска под командованием Помпея, в ходе Митридатовых войн вторглись в Картлийское царство. Несмотря на сопротивление, картлийский царь Артаг II в конце концов вынужден был подчиниться римлянам, после чего Помпей покинул пределы Иберии. В 36 г. до н.э. Рим заставил иберского царя Фарнаваза II принять участие в военной кампании против Кавказской Албании. Но вскоре Иберия стала постепенно избавляться от римской зависимости, переходя в статус союзника Рима. В I-II вв. н.э. Иберия вновь окрепла и нередко выступала в качестве противника Рима в Закавказье. Усилению Иберии способствовало установление контроля над перевалами Кавказского хребта и использование в заграничных походах аланов, живших на территории Северного Кавказа. Во 2-й пол. I в. н.э. Иберия сохраняла дружеские отношения с Римом, но в 30-50-е гг. II в. они резко ухудшились. Это было связано с активной внешней политикой картлийского царя Фарсмана II, при котором Иберия добилась полной независимости от Рима, достигла наивысшего военного могущества и территориального роста за счет захвата земель у ослабевшей Армении. Фарсман II игнорировал приглашения римского императора Адриана, и только при его преемнике Антонине Пие, посетил Рим вместе с супругой, сыном и большой свитой. Римляне были в восторге от боевого искусства иберийцев, продемонстрированного в торжественной обстановке. Антонин Пий даже поставил царю Иберии памятник в Риме.

Следствием укрепления римского присутствия в Закавказье стало появление Понтийского лимеса, ставшего северным участком Кавказского лимеса. Понтийский лимес выполнял роль основного плацдарма для закавказской политики Римской империи и служил гарантом лояльности Колхиды римским властям. Лимес представлял собой систему римских военных укреплений вдоль восточного Причерноморья, которые контролировали новую провинцию Рима в Колхиде и защищали северо­восточные границы империи от вражеских нашествий с северо-востока. Большинство этих крепостей создавалось на базе греческих торговых колоний, которые, проще говоря, превращались в военные центры. Так, например, греческая торговая колония Диоскурия (совр. Сухуми) была превращена в римскую военную крепость Себастополис, другой греческий город Питиут (совр. Пицунда) сначала был захвачен римлянами у понтийцев в ходе Митридатовых войн, а затем (2-я пол. II в.) перестроен в военную крепость с расквартированным в ее стенах гарнизоном. Таким образом, процесс римского освоения Колхиды стартовал со времен Октавиана Августа.

Стремясь защитить малоазийские провинции от постоянных вторжений через Колхиду многочисленных врагов с северо-востока (алан, армян, картлийцев, персов), Римская империя уделило большое внимание укреплению главных узлов Понта. Свидетельством тому являются руины древних стен и другие археологические находки: предметы вооружения и домашнего обихода, скудные строки из письменных источников и др. Рим осваивал черноморское побережье Кавказа, используя следующий механизм: сначала он цеплялся за узкие участки на побережье, устраивая крепости, а затем проникал во все сферы жизни местных народов, приспособляя их возможности к выполнению своих тактических задач. Римские крепости представляли собой кастеллы - небольшие четырёхугольные крепости с четырьмя выступающими по углам башнями. Гарантом удержания народов Восточного Понта и Меотиды (совр. Азовское море) от враждебных действий был военный контингент, включавший 3.000 солдат тяжелой пехоты и 40 военных кораблей. Эти военные силы составляли общий гарнизон Понтийского лимеса. Часто Риму не хватало собственных сил для обеспечения охраны границ, поэтому империя нанимала на пограничную службу представителей аборигенного населения провинций.

Функции этих крепостей не ограничивались только военной сферой, параллельно они продолжали оставаться торговыми центрами, осуществляя контакт между жителями Римской империи и местными народами. Первые представляли собой Греко-Римскую цивилизацию, а вторые - Азиатскую, поэтому крепости Понтийского лимеса играли роль межцивилизационный фронтира. Местные древнегрузинские и древнеабхазские племена - апсилы, абазги, санны, махелоны, гениохи, зидреты, лазы, саниги и манралы - старались не селиться вблизи крепостей, предпочитая базироваться в горных долинах. Несмотря на это население городов-крепостей было смешанным, что было обусловлено торговой деятельностью. Здесь же находилась купеческая прослойка, игравшая роль посредника между малоазийско-причерноморскими центрами и местным населением, в среде которого пользовались популярностью импортные предметы греческого ремесла.

Территория Колхиды являлась периферией, буферной зоной между северо-восточными римскими провинциями и враждебным внешним миром, постоянно изрыгающим волны разрушительных нашествий. Поэтому Рим возвел на территории Колхиды Понтийский лимес - форпост, который подобно волнорезу разбивал неудержимый натиск волн вражеских нашествий. Помимо этого, была еще другая проблема: под напором вражеских вторжений покорность самой Колхиды римскому владычеству нередко начинала колыхаться как маятник из стороны в сторону. Отсюда другой стороной функционального назначения Понтийского лимеса было укрепление лояльности Колхиды римской власти, через постоянный контроль. Таким образом, охрана Колхиды, как внешней периферии, стала одной из важных задач для Римской империи. С другой стороны, Колхида была для Закавказья единственным окошком в Черное море, которое в свое время активно использовал Митридат. Рим, продолживший его курс на превращение Понтийского моря во внутреннее море, не мог оставить без внимания столь важный край. Отсюда, наряду со всеми выше перечисленными функциями, Понтийский лимес запечатывал это морское окно Закавказья и превращал Черное море во Второе Римское внутреннее море, после Первого Средиземного.

Понтийский лимес составляли основные и вспомогательные крепости. Вспомогательные крепости были небольших масштабов и имели немногочисленный гарнизон - не более 200 солдат. К таким относились Амастрида, Трахея, Тцибила, Тцахар, Гармозика, Апсар, Апсирт, Апсарунт, Дуабзы, Акампсис, Нэсус, Фаша-Фасис и др. Основные крепости являлись ключевыми узлами лимеса, поэтому имели более крупные масштабы и соответственно более многочисленные гарнизоны. К их числу относились Себастополис, Питиунт, Гюэнос, Гудаква, Фазис, Годлик и Мохора (карта 10). Некоторые из них располагалась непосредственно на границе Северного и Южного Кавказа, представляя собой буфер между двумя мировыми цивилизациями - Греко-Римской и Азиатской. Рассмотрим их обзорно.

Себастополис (совр. Сухуми; от греч. sebastos - священный и polis - город). История данного города уходит своими корнями во времена Великой греческой колонизации, когда в VI в. до н.э. греческие купцы из Милета на территории крупного большого поселения Акуа основали колонию Диоскуриада (Диоскурия), дав ей название в честь братьев Диоскуров - Кастора и Поллукса, участников похода аргонавтов в Колхиду. Вскоре Диоскурия превратилась в крупный торговый центр, обеспечивая местные региональные нужды и транзитную торговлю с народами Северного Кавказа. В V - II вв. до н.э. колония играла значительную политическую и экономическую роль на Западном Кавказе. Об этом пишет древнегреческий историк Страбон: «...Диоскурия служит и началом перешейка между Каспийским морем и Понтом, и общим торговым центром для народов, живущих выше её и вблизи; сюда сходятся, говорят, 70 народностей.».

В I в. до н.э. из-за Митридатовых войн и их негативных последствий Диоскурия потеряла своё значение. В 65 г. до н.э. сюда пришли римляне, основав на месте греческой Диоскурии крепость Себастополис, которая стала центром понтийского участка Кавказского лимеса. Считается, что свое название она получила в честь императора Октавиана Августа: титул последнего Augustus по-гречески звучал как Sebastos. Хотя на самом деле данные факты плохо увязываются друг с другом: Октавиан родился в 63 г. до н.э., т.е. после основания города, а свой титул Imperator Caesar Augustus он получил в 27 г. до н.э. Крепостные сооружения Себастополиса сохраняли прочность на протяжении 200 лет, после чего начали разрушаться. Согласно мемуарам Флавия Арриана, бывшего непосредственным руководителем строительных работ, в 137 г. крепость была окружена стенами и рвом, внутри которых располагались казармы, конюшни, лазарет, оружейные и продовольственные склады. В IV-V вв. в Себастополисе расквартировывалась «первая конная когорта Клавдия».

Археологические раскопки на месте Себастополиса выявили остатки трёх крепостей, сменявших и дополнявших друг друга в II-VI вв. Было обнаружено множество обломков амфорной, столовой и кухонной керамики, светильники, стеклянные бокалы, монеты и другие изделия, изготовленные на месте или привезенные извне. Помимо этого были найдены две эпиграфические надписи: первая (датировка II в.) воздаёт хвалу какому-то чиновнику за его государственные деяния, а на второй выбита надгробная надпись легионера-христианина Ореста, в честь которого была возведена восьмигранная церковь (V-VI вв.). Совсем недавно рядом с нею были раскопаны остатки ещё одной церкви с мозаичным полом. Раскопки показывают, что в городе имелось множество жилых и хозяйственных построек. Наличие трех строительных слоев в крепости свидетельствует о том, что она неоднократно разрушалась, затем снова восстанавливалась.

В VI в. Себастополис стал окраиной Византии, которая активно расширяла зону своего влияния на кавказском побережье Черного моря. При императоре Юстиниане I (527 - 565) он был заново отстроен и пережил новый расцвет. Себастополис «по красоте и величию превратился в самый замечательный город», экономический и культурно-религиозный центр, надежно защищённый крепостными стенами. Таким образом, крепость постепенно трансформировалась сначала в город-крепость, а затем в настоящий полноценный город «с улицами и другими постройками». В 730-х гг. на территорию Абхазии вторглись арабы, разрушившие город до основания. Арабы не смогли утвердиться на абхазской земле, но они завершили римско-византийский период в истории этого города.

Питиунт (совр. Пицунда). Выгодное расположение территории современной Пицунды обусловило раннее начало процесса ее заселения греческими колонистами (IV в. до н.э.). В период с конца II - начало I века до н.э. город входил в Понтийское царство. После окончания Митридатовых войн с конца I в. до н.э. он перешел в руки римлян, построивших на его месте военную крепость основным назначением которой был контроль над Колхидой и черноморским бассейном. Во 2-й пол. III в. во время знаменитой Скифской войны крепость отражает морское нападение готов. В IV-V вв. крепость становится местом расквартировки «Первого счастливого крыла Феодосия» численностью 500 легионеров. С IV в. Питиунт превратился в место ссылки христиан, из которых сформировалась первая христианская община на Кавказе. Таким образом, крепость стала одним из центров христианства в кавказском регионе. Здесь был захоронен Лонгин, младший брат мученика Орентия. Участник исторического Никейского собора (325 г.) епископ Стратофил был представителем христианской общины Питиунта. В 404 г. по дороге в Пицунду скончался архиепископ Константинопольский святой Иоанн Златоуст. Под алтарем Пицундского собора ему была устроена гробница, где хранилась частица мощей святого, оставленная во время перенесения их в Константинополь. В 780-х гг. Питиунт вошёл в Абхазское царство. Позже в XIV - XV вв. здесь находилась генуэзская фактория Пецонда (итал. Pezonda), от названия которой пошло современное название города. Из-за выгодности географического расположения этого места жизнь здесь никогда не затихала, поэтому приход любого нового государства сопровождался новыми городскими строительствами. Проведенные в 1950-х гг. археологические раскопки обнаружили остатки храмов, в т.ч. базилики IV - V вв. с мозаиками пола, крепостных и жилых сооружений, бань.

Гюэнос (совр. Очамчира). В свое время также была греческой торговой колонией, которая после поражения понтийского царя Митридата VI Евпатора превратилась в римскую крепость. Археологические раскопки показывают, что ее центр был размещен на небольшом насыпном холме шириной 50 м. и длиной 70 м. Здесь также видны руины римской бани и др. жилых сооружений, а также оборонительные стены из булыжника.

Гудаква (совр. с. Гудава, Очамчирский район) - римская крепость основанная на месте древнегреческой колонии Зиганис, где было одно из первых христианских епископств. Во II в. это место входило в цепь римских военных укреплений, представляющих Понтийский лимес. Археологические раскопки выявили остатки квадратной крепости- кастеллы с параметрами 120 х 120 м. Здесь располагались постоянные римские гарнизоны. На рубеже IV - V вв. гарнизон крепости составляла Вторая когорта Валента. Вероятно, римские легионеры назвали «Гудаквой» питьевую воду местной реки, отчего пошло соответствующее название крепости. С самого начала она была местом ссылки неугодных римским властям христианских деятелей. На рубеже III - IV вв. здесь был похоронен Кириак - старший брат Орентия-мученика. Впоследствии Гудаква входила в состав Эгрисского (Лазского) царства, бывшего под влиянием Византии. Эгрисское царство стало преемницей древнего Колхидского царства и родоначальницей Абхазии (Имеретии), Мегрелии и Сванетии.

Фазис (совр. Поти). Город, по сведениям Страбона, располагался между рекой Риони, озером Палеостоми и Понтийским (Черным) морем. Фасис, также как и Диоскурия (Себастополис), был основан жителями Милета как торговая колония, представлявшая собой хорошо укрепленное складочное место. Он был самым восточным городом в Понтийском царстве. Фасис, будучи гаванью, являлся также отправной точкой транскавказского торгового пути, идущего от моря по судоходной реке

Фасис к Сурамскому перевалу и далее во внутренние районы Закавказья. Поэтому ее важность была более чем значимой.

В римское время Фасис играл роль северного пограничного рубежа Римской империи: Боспорское царство, расположенное севернее, хотя и находилось в вассальной зависимости от Рима, но было отдельным государством. Поэтому в крепости располагался постоянный гарнизон. Последнее упоминание о нем датируется временами Аммиана Марцеллина (IV в.), также указывается на его численность - 400 отборных солдат. Статус Фасиса в III в. н.э. неизвестен. Однако, Зосим сообщает, что во время Скифской войны готы, получившие боспорские суда, безуспешно пытались взять святилище Фасианской Артемиды. Отсюда видно, что крепость играла роль кордона против морских набегов северных варваров.

Годлик (совр. микрорайон Чемитокуадже, г. Сочи). Крепость функционировала на протяжении длительного времени, которое можно разделить на периоды: византийский и генуэзский. Последние, по мнению Ю.Н. Воронова, датируются V - VIII и XIV - XV вв. Археолог Б.Б. Овчинникова, руководившая Лооской археологической экспедицией на месте данного объекта (1992 - 1993 гг.), датирует их соответственно VII - X и XIV - XV вв. При строительстве использовалась характерная для римско-византийской эпохи традиция кладки - двухпанцирная с внутренней забутовкой. На территории крепости обнаружены фрагменты керамики, в том числе хазарской посуды, что является следствием торговой деятельности на ее территории.

Мохора (совр. микрорайон Мамайка, г. Сочи) - это была римская крепость, которая в I - IV вв. сначала защищала местную торговую факторию, а затем использовалась как рынок. Во времена Османской империи крепость была переименована в Мамай-Кале и использовалась для ведения торговли с местными адыгскими племенами - убыхами. Развалины крепости расположены на выезде из северного района современного г. Сочи в микрорайоне Мамайка на морском берегу рядом с прибрежным шоссе в сторону Дагомыса. Не случайно, что крайняя крепость кордонной линии располагалась именно в этом месте: Сочинский район всегда играл роль коридора между Северным и Южным Кавказом, поэтому Понтийский лимес заканчивается именно здесь.

В районе Архипо-Осиповки близ побережья имеются развалины римской сигнальной башни. Скорее всего, она позволяла вести наблюдение за береговой полосой и морем от мыса Чуговкопас (Бетта) до мыса Агрия (Небуг), а в ясную погоду - пространство до мыса Кадош (Туапсе). На своих кордонных линиях римляне возводили такие башни на возвышенностях на расстоянии 300 - 1000 м. друг от друга и размещали в них стражу. В случае приближения неприятеля сторожевые должны были световыми или дымовыми сигналами своевременно оповестить римские гарнизоны, которые дислоцировались в крупных лагерях на определенном удалении от пограничной линии.

Позже, римские крепости Понтийского лимеса стали использоваться Византией в качестве стратегического плацдарма своей внешней политики на Востоке. Для этого византийцы реконструировали некоторые крепости, пришедшие в упадок, а в гористой части Абхазии и Колхиды, укрепили ущелья. Так бы образован новый лимес, в состав которого входили абхазские крепости Трахея, Тцибила, Тцахар и др.

В заключение отметим, что следствием наращивания внешней политики Рима на Ближнем Востоке и нагнетания римско-парфянского противостояния стало появление Кавказского лимеса. Он представлял собой кордонную линию римских крепостей от Мелитены до Питиунта (вытянутую с юга на север) и подразделялся на два территориально­функциональных участка - Каппадокийский (южный) и Понтийский (северный). Главной базой римского присутствия на Ближнем Востоке была Каппадокия, занимавшая стратегически важное расположение.

Каппадокийский (южный) участок Кавказского лимеса предназначался для защиты этой провинции, а вместе с ней и всего северо-восточного пограничного сектора Римской империи. Его значимость постоянно возрастала в связи с усложнением обстановки в Армении, которой часто приходилось балансировать между Римом и Парфией, и усиливающимися набегами алан с Северного Кавказа. Понтийский (северный) участок Кавказского лимеса представлял собой линию римских военных укреплений вдоль восточного Причерноморья, предназначенную для обеспечения контроля над Колхидой, ставшей закавказской римской провинцией Лазика, защиты северо-восточных границ империи от угрозы аланских нашествий, а также для запечатывания единственного морского окошка Закавказья и превращения Черного моря во внутреннее Римское море. Другими словами, Понтийская линия стала символом римского присутствия в Закавказье. Таким образом, Кавказский лимес превратился в опору римского присутствия в Малой Азии и Закавказье, а также в стратегический плацдарм внешней политики Рима на Ближнем Востоке.

Римские легионы на страже Кавказского лимеса

Эскалация римско-парфянского противостояния обусловила рост стратегической значимости Кавказского лимеса, особенно его Каппадокийского участка, и необходимости его укрепления. Теперь, для его усиления римские императоры стали отправлять целые легионы (карта 11). Подробное исследование данного вопроса провел С.М. Перевалов.

Первым легионом, составившим его гарнизон, был XII Г ромоносный (legio XII Fulminata). Он появился в г. Мелитене (совр. турецкий г. Малатья) в начале 70-х гг. и располагался там вплоть до V в. (карта 12). Лагерь легиона на территории Мелитены до сих пор не найден археологами, поэтому в последнее время поиски ведутся в районе средневекового города Эски Малатии и расположенного в 7-8 км к югу укрепленного поселения Карамилдана. Однако и здесь раскопки пока еще не дают ответа.

История XII легиона весьма насыщена. Он был сформирован Юлием Цезарем в 58 г. до н.э. для ведения кампании против кельтского племени гельветов на территории современной Швейцарии. В последующие времена он сменил множество названий: Paterna (Старейший), Victrix (Победитель - при Цезаре), Antiqua (Проверенный - при Марке Антонии), Certa Constans (Всегда Надежный - при Марке Аврелии), Galliena (Галлиенов - в честь императора Галлиена). После убийства Цезаря (44 г. до н.э.) командование легионом перешло к Марку Антонию, который повел его в парфянский поход (36 г. до н.э.) для взятия реванша за поражения Марка Красса, опозорившего честь доселе непобедимого римского оружия. Именно тогда он впервые попал на территорию Армении. После поражения Антония в морской битве у мыса Акций (31 г. до н.э.) легион некоторое время базировался в Египте, но к концу правления Октавиана Августа (27 г. до н.э. - 14 г. н.э.) был переведен в Сирию (Рафана). Во время Парфянской войны 58 - 66 гг. XII легион вторично попал в Армению. Будучи в составе войска Люция Цезенния Пета, он потерпел унизительное поражение под Рандеей (зима 62/63 г.) вместе с IV Скифским легионом. Чуть позже главнокомандующий Корбулон вернул его в Сирию «из-за боевой непригодности». Далее легион принял участие в кровавом подавлении Иудейского восстания 66 - 73 гг. н.э., где частично восстановил свою боевую репутацию, а затем присягнул на верность Веспасиану и поддержал его в ходе борьбы за императорский престол. После этого он вместе с XVI Флавиевым легионом был передви­нут Титом в Мелитену на границе с недавно аннексированной Коммагеной, ставшей частью Каппадокии, где и оставался вплоть до начала V в.

C XII легионом связано несколько известных эпизодов из истории античного Закавказья. В 75 г. римляне помогали своему вассалу Митридату Иберскому укреплять стены крепости Гармозика, расположенной к югу от Мцхеты. Об этом свидетельствует, обнаруженная в 1867 г., греческая надпись. Е.В. Федорова считает, что «вероятнее всего строили крепость римские войска, стоявшие в Колхиде». Римские гарнизоны в Колхиде, например в крепости Апсаре (70-е гг.), скорее всего, предназначались для охраны морских коммуникаций, а не для экспедиций вглубь страны. Более поздние находки и сообщения свидетельствуют о пребывании в этом регионе отрядов (вексилляций) каппадокийских легионов. В 75 г. в распоряжении легата Каппадокии имелся только XII Громоносный легион, поскольку второй провинциальный легион (XVI Флавиев) в это время все еще оставался в Сирии.

Версия о том, что именно отряд из XII легиона пребывал в центральной части Иберии в 75 г. является наиболее реальной. По поводу причин появления римлян в Иберии среди историков бытуют разные версии. Одни расценивают обновление крепостной стены как следствие военной угрозы со стороны алан Северного Кавказа, дважды (72 и 75 гг.) вторгавшихся в парфянские земли через Каспийский проход в Гиркании (совр. Ленкоранский район Азербайджана). Но, скорее всего, причина заключалась в другом. Рим не желал вступать в открытую конфронтацию с аланами, ибо она слабо пересекалась с римской имперской политикой на Востоке и не сулила никаких выгод, кроме крупных затрат. Поэтому Веспасиан в 75 г. отказался от совместных действий с парфянами против алан. Наиболее вероятной причиной была реализация плана по окружению Армении, вышедшей из-под римского влияния в 66 г. при царе Тиридате Аршакиде, который являлся парфянским ставленником.

При императоре Домициане (81 - 96) один из отрядов XII Громоносного легиона возглавляемый Луцием Юлием Максимом оказался у г. Беюк-Даш (70 км к югу от совр. Баку). Об этом свидетельствует посвятительная латинская надпись, обнаруженная в 1948 г. Целью этого марш-броска следует считать не стремление Флавиев взять под контроль кавказские проходы (Дарьяльский и Дербентский), а охватить с севера Великую Армению, фактически оказавшуюся в зоне открытого парфянского влияния после компромиссного мирного договора 66 г.

Хорошо известен факт участия отдельных частей XII легиона, вместе с XV Аполлоновым, в военной операции Флавия Арриана против аланов (136 г.). Легион тогда не смог принять участие в полном составе, т.к. скорее всего его легат с остальными воинами действовал в Иудее, где продолжалась Вторая Иудейская война (132—135/6 гг.), или вынужден был оставаться в Мелитене для охраны границ. Численность воинов XII легиона, принявших участие в операции против алан, по мнению историка К. Гилливера составляла 2.000 человек, т.е. меньше половины легиона. Возможно, что эта цифра была еще больше, т.к. данный отряд имел знаменный орел легиона. Сочинение Флавия Арриана «Диспозиция против аланов» содержит ценные сведения о походных и боевых порядках римских легионов того времени, их вооружении и тактике. Так, например, автор указывает, что легионная пехота делилась на пикейщиков и копьеносцев (ланцеариев), в бою строилась сплошной фалангой из 8 шеренг, широко использовала метательные орудия и оружие.

Латинская надпись, найденная в 1907 г. на месте древнего Валаршапата / Кайнеполя (ныне Эчмиадзин) и датируемая 175 г. или 177 г., предоставила ценные исторические сведения: в период правления императора Марка Аврелия (161 - 180) на указанной территории отрядами из состава XV Аполлонова и XII Громоносного легионов под командованием Тита Аврелия Вера и Помпиллия Макрина велись широкие строительные работы. Причина их здешнего появления крылась в поддержке Римом своего ставленника на армянском престоле царя Сохема (144 - 161, 164 - 185 гг.), которому приходилось вести борьбу против внутренней оппозиции и внешней в лице парфянского претендента Пакора. Согласно сохранившемуся в словаре Суда сообщению Диона Кассия, легат Каппадокии Стаций Приск штурмовал и разрушил армянскую столицу Арташат, заложив неподалеку от нее новую столицу, которую армянские историки именовали Валаршапатом («Новый город»). После смерти царя Сохема римлянам, скорее всего, пришлось вывести свои войска из Армении.

Помимо Иберии и Армении, в зону оперативных действий XII легиона могло входить черноморское побережье Кавказа. На одном из строительных кирпичей, найденных в Петре (между Апсаром и Фасисом), обнаружено клеймо с надписью VEX.FA, которую В.А. Левкинадзе расшифровывал как Vex(illations legionum XII) F(ulminate et XV) A(pollinaris) - «вексилляция (XII) Г(ромоносного) и (XV) А(поллонова) (легионов)». Но эта точка зрения подвергается сомнению из-за необычного способа обозначения легионов не по номеру, а по одному лишь прозвищу. Предлагалось другая расшифровка: vex(illation) Fa(siana) - «Фасианская вексилляция». Однако и в этом случае присутствуют сомнения, которые Э. Уиллер используется в качестве решительного отрицания.

Таков небогатый набор исторических фактов, освещающих военную деятельность XII легиона в Кавказском регионе. В других случаях остается лишь выстраивать догадки. На целые столетия растянулась борьба Рима с Парфянским царством и его преемником Сасанидским Ираном за влияние на Ближнем Востоке, которая нередко выливалась в открытые войны. Последние имели место в эпоху императора Траяна, Луция Вера, Септимия и Александра Севера, Каракаллы, Гордиана III, Валериана, Диоклетиана и др. Находясь на пути из Малой Азии в Северную Месопотамию, XII легион мог свободно привлекаться для ведения военных действий против Парфии. При этом театр военных действий, вероятно, мог захватывать территории Армении и других стран Закавказья. Однако точными данными по этому поводу историография пока не располагает.

Как и большинство других легионов, XII Громоносный неоднократно участвовал в гражданских войнах Римской империи. Поддержка Веспасиана в 69 г. принесла ему успех, отказ участвовать в мятеже Авидия Кассия против Марка Аврелия в 175 г. - прозвище Certa Constans. Однако поддержка узурпатора Перценния Нигера в 194 г. обернулась негативными последствиями: его соперник Септимий Север, победив в этой борьбе, отказал легиону в доверии и после завоевания Северной Месопотамии с последующим переносом границы на р. Тигр оставил его на малопрестижной позиции тылового легиона в глубоком резерве.

Монета XII Громоносного легиона

Монета XII Громоносного легиона

Определенную роль XII легион сыграл в истории раннего христианства. Согласно сообщению Диона Кассия, во время похода Марка Аврелия на квадов (174 г.) его люди сильно страдали от жары и засухи, и только внезапно налетевший ливень спас войско. Христианские авторы (Тертуллиан и др.) приписали это «чудо» молитвам истинных христиан, служивших в легионе, и эта легенда в дальнейшем широко использовалась в христианской пропаганде. Мощи «сорока мучеников», служивших в XII легионе и пострадавших от репрессий, по словам Прокопия Кесарийского, помогли императору Юстиниану I избавиться от мучительной коленной боли.

Наряду с Мелитеной, другой базой римского легиона в Каппадокии был г. Сатала, расположенный в Малой Армении, которая вошла в состав выше упомянутой провинции после аннексии Армянского царства зимой 71 / 72 г. (карта 12). Первым легионом, расквартированным на его территории, был XVI Флавиев Стойкий легион (Legio XVI Flavia Firma). Недавние археологические исследования в Сатале (современный г. Садак в Турции), осуществляемые швейцарским Институтом военной истории античности (г. Базель), выявили немало интересных материалов. В эпоху античности Сатала располагалась на перекрестке важнейших дорог, проходящих в меридианных и широтных направлениях. Также город являлся опорной базой Рима для ведения военных операций против Армении и Парфии.

XVI Флавиев легион был создан императором Веспасианом в 70 г. вместо XVI легиона Gallica, расквартированного в Нижней Германии для защиты рейнской границы. Большинство солдат легиона принимали участие в гражданской войне 69 г. на стороне Вителлия против Веспасиана, тогда как остальные опозорили свою честь изменой и трусостью во время восстания германского племени батавов, живших около устья Рейна (совр. Голландия). Веспасиан исключил легион из армейских списков в ходе военной реорганизации 70 г. и сформировал взамен него новый легион под тем же номером, который сразу же перебросил подальше от родных мест на Восток в Сирию. Здесь он находился до 75 г., а затем, вероятно - в 76 г., был переведен в Каппадокию, в г. Саталу. Легион участвовал в знаменитой Парфянской войне Траяна (114 - 117), после чего новый император Адриан (117 - 138) перевел его в Сирию, видимо в Самосату. В конце IV он стоял в Суре на среднем Евфрате, вниз по течению от Самосаты. В дальнейшем XVI легион неоднократно принимал участие в военных кампаниях против Парфии (162 - 166, 194, 196 - 197, 217, 230 гг.). О его участии в кавказских делах практически ничего не известно.

Эмблемой легиона был образ льва. При Траяне XVI легион носил прозвище - Flavia Firma (Флавиев Стойкий), а при Антонине Пие - Flavia Fidelis (Флавиев Верный).

После XVI Флавиева в Сатале был размещен XV Аполлонов легион - Legio XV Apollinaris Pia Fidelis (Преданный и Верный). О нем сохранилось гораздо больше сведений. Занимая исключительно важную стратегическую позицию, приближенную ко всем государствам Закавказья - Армении, Иберии, Албании, легион стал главной силой Римской империи в Кавказском регионе.

Легион был сформирован Октавианом Августом в 41 / 40 г. до н.э. Свое прозвище - Аполлонов - он получил честь бога Аполлона, одного из наиболее почитаемых Октавианом. XV легион был не первым, кто носил данный порядковый номер: до этого пятнадцатые легионы имелись в армии Гая Мария (90 - 89 гг. до н.э.) и Юлия Цезаря (53 - 48 гг.). Э. Уилер выделяет четыре главных периода его истории: иллирийско-паннонский (31 г. до н.э. - 63 г. н.э.), первый восточный (63 - 71), второй паннонский (71 - ок. 106) и второй восточный (ок. 106 - 395); в составе последнего выделяются два подпериода - египетский (ок. 106 - 117) и каппадокийский (117 - 395). Нас, прежде всего, интересуют два восточных периода, а в особенности последний.

В 62 / 63 г. в начале своего боевого пути XV легион впервые был отправлен в Армению из Карнунта на Дунае для участия в Парфянской войне под командованием Корбулона. Возможно тогда же он побывал и в Сатале. В 66 - 71 гг. под командованием сына Веспасиана Тита он сыграл видную роль в подавлении Иудейского восстания, приняв участие в знаменитой осаде Иотопаты, обороной которой руководил Иосиф Флавий, и в кровавой осаде Иерусалима. Затем он вернулся в Карнунт, где и оставался до конца Дакийских войн Траяна (до 106 г.).

К этому периоду археологи относят одну греческую и две латинские надписи в северной Бактрии (совр. Узбекистан), в одной из которых, - PARAV(IT)|G.REX|AP.LG, - расшифровывается имя солдата XV Аполлонова легиона «Гая Рекса», попавшего в парфянский плен в ходе боевых действий в Армении в 60-е гг. Несколько иную расшифровку и датировку (115-117 гг.) данной надписи дает археолог А.С. Балахванцев. Однако сама надпись, возможно являющаяся поздней имитацией, вызывает серьезные сомнения в аутентичности у специалистов.

Существуют противоречивые косвенные свидетельства о месте нахождения XV легиона в период 106 - 130 гг. Наверняка он принимал участие в парфянском походе Траяна (114 - 117) и некоторое время пребывал в Египте. Ключевой вопрос: когда же легион был переведен в Сагалу? Историк XV легиона Э. Уиллер считает, что это произошло не раньше 117 г., возможно - в 120-е гг. при императоре Адриане.

В 136 г. легион в полном составе во главе с легатом Валентом отражал грандиозное нашествие аланов на Каппадокию, описанное в сочинениях многих античных историков. В плане предстоящей битве с аланами, который готовил легат Флавий Арриан, XV легиону отводилась решающая роль - его части размещались в центре и на правом фланге боевого строя римлян. Детали, описанные Аррианом, позволяют восстановить основные черты вооружения и тактики римской провинциальной армии II в. Полем предполагаемой битвы, скорее всего, была избрана местность вблизи Сагалы. Сражение не состоялось, однако кампания закончилась изгнанием алан и их преследованием до Дарьяльского ущелья и иберо-албанской границы. В этом походе Арриан почти наверняка использовал если не весь XV легион, то его вексилляцию.

Эпоха Антонинов (138 - 192) отмечена активными действиями легиона в Армении и Колхиде. Согласно «Истории августов» (Historia Augusta) император Антонин Пий (138 - 161) «часто обуздывал волнующихся аланов». Если, по примеру Ф. Карата Томеса, соотнести указание «Истории августов» с упоминанием в армазской билингве ряда побед Ксефарнуга Иберского, то можно сделать заключение о совместных военных действиях римлян и иберов против алан на Кавказе, в которых XV легион не мог не участвовать.

Факт пребывания солдат XV легиона в Кайнеполе (арм. Валаршапат) при Марке Аврелии (161 - 180) и его сыне Коммоде (180 - 192) подтверждают, как минимум, три надписи. Одна, латинская, датируется 175 - 177 гг. и содержит текст с названиями вексилляций XV Аполлонова и XII Громоносного легионов под командованием трибуна Попиллия Макрина и центуриона Тита Аврелия Вера. В тексте другой латинской надписи, датируемой 184 / 185 гг., упомянута только вексилляция XV Аполлонова легиона под командованием военного трибуна Лициния Сатурнина и центуриона Аврелия Лабраза. Третья, греческая надпись, представляет собой недатированную, но близкую к данной эпохе эпитафию трибуна («хилиарха») XV легиона Публия Элия Валента и его жены. Стоит также отметить греческую надпись посвящения «Матери Земле», найденную у сел. Арени (Армения, к югу от оз. Севан), которую Ю.Г. Виноградов с большой долей вероятности приписывал Эмилию Валенту - воину одного из каппадокийских легионов (XII Громоносного или XV Аполлонова) и вероятному участнику кампаний 163 или 168 гг.

Кроме контроля за Арменией, на XV легион возлагалась задача охраны черноморского побережья Колхиды. Его подразделения были размещены в опорных пунктах побережья. Одним из них был Трапезунт - в I в. н.э. основная база римского флота в Черном море. Во II в. военно­морская база периодически переносилась в другие города - Кизик,

Амастриду, Синопу а сам город, по-видимому, не имел постоянного гарнизона, поэтому о нем нет никаких упоминаний у Арриана. Отрывочные надписи сообщают о пребывании в Трапезунте вексилляции XII и XV легионов, которые и составляли городской гарнизон. В 258 г. во время Скифской войны варвары-бораны, совершив морское нападение, захватили Трапезунт и истребили его гарнизон. Это побудило Диоклетиана разместить в городе целый легион - I Pontica.

Монета XV Аполлонова легиона

Монета XV Аполлонова легиона

Крайним северным пунктом римского господства на черноморском побережье Кавказа при Антонине Пие (138 - 161) стал Питиунт. Здесь были найдены останки римского форта и кирпичные клейма LEG, [LE]g XV, LEG(io) XV (Apollinaris) с номером XV Аполлонова легиона, говорящие о пребывании здесь римской вексилляции вплоть до второй половины III в. н.э. Оборона Питиунта от морского нашествия северных варваров (готов и боранов) в 258 г. явилась последней битвой, где вероятно участвовал XV легион. Район Саталы еще неоднократно становился ареной военных схваток, но XV Аполлонов легион в источниках уже не фигурирует.

Во времена Диоклетиана (284 - 305) система обороны припонтийского региона была реорганизована с учетом усилившегося натиска с севера, когда бораны и готы со Боспорского плацдарма совершали морские набеги на прибрежные города Римской империи (грандиозная Скифская война). Город Трапезунт, некогда бывший базой римского флота, стал базой для нового I Понтийского легиона, который заменил уничтоженный боранами городской гарнизон. Самая ранняя надпись датирована маем 288 г., где легион, упомянут как Leg(io) pr(ima) pont(ica) Diocl(etiani) et Maximini. Новый легион стал опорой Понтийской оборонительной линии, связывавшей крепости на побережье и укрепленную дорогу от Трапезунта до Саталы. Точные сведения о каких-либо действиях легиона на Кавказе отсутствуют.

История римских легионов на Кавказе не ограничивается историей постоянных легионов Кавказского лимеса. В разное время и с разными целями, в основном в ходе крупных войн, в регион прибывали легионы из других провинций и областей. Корнелий Тацит сообщает об участии в армянских кампаниях Корбулона и Пета (62 - 63 гг.), помимо XII Громоносного и XV Аполлонова, также III Галльского, V Македонского, VI Железного, X Фретензис легионов. В надписях, обнаруженных в Армении, содержатся данные о нахождении на ее территории в 64 г. III Галльского легиона (г. Рандея), в 114 - 117 гг. - IV Скифского и I Италийского легионов (г. Арташат). Остается не до конца разгаданной надпись надпись Юлия Мансвета, солдата I легиона Минервы, бывшего «у горы Кавказ, при реке Алуте (Alutum flumen)». Если здесь имеется в виду Кавказ, то каким образом он связан с притоком Дуная Алутой? Возможность трактовки «Алуты» как птолемеевой Алонты (р. Терек) остается открытой. Не очень ясна связь двух «Армянских» - I и II Armeniaca - псевдокомитатских легионов, указанных в Notitia Dignitatum, с населением Малой или Великой Армении; надпись из Саталы, где упоминается legio II Armeniaca, признается спорной. Есть желающие видеть в цифре X на кирпичных клеймах из Апсара номер X Fretensis легиона, находившегося в Палестине и выславшего в Апсар свой инженерный отряд. Помимо этого на Кавказской линии размещалось большое количество гарнизонов и когорт охранения, например, таких как «Первое счастливое крыло Феодосия», «первая конная когорта Клавдия» и др.

Из всех восточных римских провинций Каппадокия играла особую стратегическую роль, будучи главным военным плацдармом против Парфянского Ирана. Поэтому на ее территории было размещено несколько легионов. Ни одна другая восточная провинция не удостаивалась такой чести. Стоянкой этих легионов были ключевые узлы Кавказского лимеса, а точнее его Каппадокийского участка: Мелитена и Сатала. За весь период римско-парфянских войн на постоянной страже Каппадокийской линии в разное время стояли три легиона: XII Громоносный легион (Мелитена), XVI Флавиев легион (Сатала) и XV Аполлонов легион (Сатала). Во время военных действий они, вместе с другими легионами, активно участвовали в наступательных операциях на территории Армении, Месопотамии, Парфии, Сирии и Иудеи, поэтому основу их послужного списка составляют римско-парфянские и Иудейские войны, а в мирное время - охраняли северо-восточные границы Римской империи.

Народы Северного Кавказа в имперских играх на Ближнем Востоке.

В эпоху античности Северный Кавказ, подобно вулкану извергающему потоки лавы, выплескивал на историческое пространство орды воинственных народов - сарматов и аланов, - наводивших ужас на соседние государства и державших в напряжении даже могучую Римскую империю. Линия противостояния проходила по северным и северо­восточным границам империи. Долгое время сарматы были олицетворением северной угрозы для римского пограничья. Сарматами обобщенно называли кочевые скотоводческие племена ираноязычного происхождения, населявшие степные районы от Южного Урала и Западного Казахстана до Дуная в период с IV в. до н.э. - IV в. н.э. По сообщению Геродота, сарматы произошли от амазонок, вышедших замуж за скифских юношей.

В V - IV вв. до н.э. сарматы мирно сосуществовали со Скифией, являвшейся их западным соседом. Однако, в III в. до н.э. мирные отношения сменились войной: сарматы начали крупномасштабное вторжение в Скифию. Успеху последнего способствовало стечение внешних и внутренних факторов - Скифское царство ослабло изнутри, а агрессивная воинственность молодых сарматских союзов сильно возросла. Скифия оказалось в тисках: с востока вторглись сарматы, а с запада - фракийцы, возглавляемые царем Лисимахом (полководец Александра Македонского). В итоге неудачных войн скифское государство понесло значительные территориальные потери и разорение хозяйства. Сарматские племена, в ходе систематических набегов и постепенного захвата скифских земель, массово переселились в Европейскую Скифию - в Северное Причерноморье и на Северный Кавказ.

После покорения Скифии сарматы приобрели славу одного из могущественных народов древнего мира. Вся Восточная Европа вместе с Кавказом стала называться Сарматией. Установив своё господство в европейских степях, сарматы стали налаживать мирное сотрудничество с земледельческими народами, оказывать покровительство международной торговле и греческим городам Причерноморья. Сарматские племенные союзы заставили считаться с собой ближних и дальних соседей от Китая до Римской империи. В связи с этим, начиная со II в. до н.э. сарматы постоянно фигурируют на страницах трудов греческих и римских авторов. По сведениям Страбона в составе сарматов выделялось несколько крупных племен: языги, роксоланы, аорсы, сираки и аланы.

Роксаланы и языги были западными сарматскими племенами и занимали степи Северного Причерноморья. Около 125 г. до н.э. они создали мощную федерацию с целью противостояния давлению восточных сарматов. Федерация представляла собой типичное для кочевников раннее государство, возглавляемое племенем царских сарматов, но, будучи непрочным изнутри, оно распалась на два самостоятельных союза (сер. I в. до н.э.). Роксоланы кочевали в степях между Доном и Днепром, а языги - к западу от них, между Днепром и Дунаем.

В 1-й пол. I в. н.э. начался процесс, положивший начало длительному военному противостоянию между Римом и западными сарматами: языги стали переселяться в междуречье Дуная и Тисы (современная Венгрия), а вслед за ними к римским границам подошли роксоланы, большинство которых расселилось в нижнем течении Дуная (современная Румыния). В итоге у Римской империи появились беспокойные соседи, которые выступали ее союзниками и противниками, не упуская случая вмешаться в междоусобную борьбу внутри империи. Сарматы рассматривали Рим как источник богатой добычи, которую можно было приобрести разными путями: грабительские набеги, выплаты дани и военное наемничество. Римский поэт Овидий (43 до н.э. - 18 н.э.) оставил описание сарматских набегов: «Враг, сильный конем и далеко летящий стрелой, широко опустошает соседнюю землю. Одни из жителей разбегаются, и с покинутых без охраны полей разграбляются необерегаемые богатства. Часть жителей уводится в плен, тщетно оглядываясь на деревни и свои жилища, а часть гибнет жалкой смертью, пронзенная стрелами».

В период со 2-й пол. I в. до начала II в. языги и роксоланы добились от Рима ежегодных выплат в обмен на участие в обороне римских границ. После прекращения выплат, роксоланы совместно с языгами в 117 г. вторглись в дунайские провинции Рима, что положило начало двухлетней войне. В итоге римляне вынуждены были заключить мирный договор с роксоланским царем Распараганом, по которому они должны были возобновить выплаты сарматам.

Языги и роксоланы часто выступали в тесном союзе и формально сохраняли единую верховную власть. Поэтому римляне решили разрушить этот союз, создав буферную зону между сарматскими племенами: завоевав фракийцев, живших между языгами и роксоланами, римляне попытались разрушить их связи и запретить общение между ними. В ответ на это сарматы начали новую войну.

Наиболее упорной являлась римско-сарматская война в 160-х - 170-х гг., которая истощила силы обеих сторон. Среди сарматов произошел раскол на две партии - сторонников и противников продолжения войны с Римом. В итоге, победили сторонники мира, взяв под стражу лидера сторонников войны - царя Банадаспа. В 179 г. римский император Марк Аврелий и сарматский царь Зантик заключили мирный договор, по которому языги получили право проходить к роксоланам через римские земли, но взамен обязались не плавать на судах по Дунаю и не поселяться вблизи границы. Впоследствии и это ограничение было отменено и установлены дни, когда сарматы могли переходить на римский берег Дуная для торговли. В свою очередь языги вернули Риму 100.000 пленных. Наряду с этим в римскую армию был принят на службу 8.000-ый отряд языгской конницы, часть которого была отправлена в Британию. По версии Жоржа Дюмезиля, именно эти сарматы стали источником кельтских мифов о короле Артуре и рыцарях круглого стола.

Впоследствии северная граница Римской империи неоднократно подвергалась нападениям западных сарматов. Римско-сарматские отношения происходили по устоявшейся схеме: мир сменялся войной, за которой вновь следовал новый союз. Пользуясь своей военной славой, сарматы продолжали поступать на службу в римскую армию и к германским королям. Позже отдельные группы западных сарматов стали расселяться в римских провинциях, на территории современной Венгрии, Румынии, Болгарии, Югославии, Франции, Италии и Великобритании.

Но наиболее активными и напряженными были отношения Рима с восточными сарматами - аорсами, сираками и аланами. Во II в. до н.э. они проживали на территории Западного Казахстана, а после упадка Скифии и переселения западных сарматов в Северное Причерноморье, они заняли пространства между Азовским и Каспийским морями, вплоть до Кавказского хребта на юге. Сираки заселили приазовские степи и северокавказскую равнину к северу от Кубани. Предгорные и равнинные районы Центрального Предкавказья с начала новой эры принадлежали аорсам, вытеснившим сираков. Заволжские кочевья аорсов доходили до Южного Приуралья и степей Средней Азии.

Сираки, отличавшиеся более высоким уровнем общественного развития, подчинили на Северо-Западном Кавказе меотов-земледельцев и создали своё государство. Одной из резиденций сиракских царей был город Успа, находившийся около восточного побережья Азовского моря. Аорсы господствовали над западным и северным побережьем Каспийского моря и контролировали торговые пути, шедшие через Кавказ и Среднюю Азию. Их могущество и богатство было обусловлено участием в международной торговле. Китайцы страну аорсов называли «Янтсай» - через нее шел путь, соединявший Китай и Среднюю Азию с Восточной Европой и морской торговлей по Черному и Средиземному морям. Данный путь огибал Каспийское море с севера. Второй торговый путь проходил по западному берегу Каспийского моря через Дербентский проход. По нему аорсы вели верблюжьи караваны с индийскими и персидскими товарами, полученными от армянских и мидийских купцов. Второй путь, который называли Сарматской дорогой, проходил по долинам Терека и Арагвы. Третий путь в Закавказье пролегал по черноморскому побережью Кавказа.

Боспорское царство стало трамплином, выбросившим восточных сарматов на арену международных отношений. Во время, описанных выше Митридатовых войн (89-84, 83-81, 74-63 гг. до н.э.) понтийский царь Митридат VI Евпатор, находясь в Боспоре, попытался привлечь сарматов для войны с Римом, но безуспешно. Чуть позже в сер. I в. до н.э. боспорский царь Фарнак II, сын Митридата, привлекал их военные силы для борьбы против Юлия Цезаря.

Спустя сто лет (сер. I в. н.э.), разгоревшаяся в Боспорском царстве борьба за престол между Митридатом VIII и его братом Котисом вновь породила потребность в военных услугах сарматов. Сираки поддержали боспорского царя Митридата VIII, а его брат Котис заручился поддержкой римлян и аорсов. В итоге победу одержал Котис: объединенные силы римлян, аорсов и боспорской оппозиции захватили столицу сираков г. Успу, а их царя Зорсина заставили сдаться. Лишившийся союзников Митридат вскоре прекратил сопротивление. Опасаясь сдаваться в плен римлянам, он сдался царю аорсов Евнону. Эти события были описаны римским историком Корнелием Тацитом.

Постепенно среди возглавляемых аорсами восточных сарматов стали доминировать аланы, отличавшиеся особой воинственностью. Начиная с сер. I в. н.э. они постоянно фигурируют в произведениях античных авторов, которые акцентируют на них внимание, характеризуя их как «неукротимых», «храбрых» и «вечно воинственных». По сообщению Аммиана Марцеллина, аланы в ходе постоянных войн изнурили соседние сарматские племена и подчинили их своей власти, распространив на них свой этноним. Поэтому со страниц античных источников исчезли названия других сарматских племен, а территория арало-каспийских степей, некогда бывших владениями аорсов, стала называться Аланией (карта 13).

Инерция внутренних процессов бурлящих в аланском обществе трансформировалась в высокую пассионарную активность аланского воинства, которой уже было недостаточно границ Северного Кавказа и необходимы были каналы выхода наружу. Поэтому накопившаяся энергетическая масса, подобно цунами, выплеснулась в Закавказье и Переднюю Азию через Дарьяльский и Дербентский проходы. Началась череда бесконечных аланских набегов на Кавказскую Албанию, Иберию, Армению, Парфию, Атропатену (северо-западный Иран) и Каппадокию. Вскоре аланы вовлекли в свои набеги всех северокавказских горцев, что превратило их налеты в массовые нашествия, подобные потопу. Аланы стали настоящим бичом Закавказья. Параллельно Закавказье попадает в сферу римской экспансии, что приводит к столкновению римлян с аланами, растянувшемуся на несколько веков. Рим не ставил задачи открытого завоевания Закавказья и Передней Азии, но интересы обеспечения безопасности восточных и особенно северо-восточных границ делали необходимым римское вмешательство в переднеазиатские дела.

Первые столкновения римлян с аланами произошли во время похода Гнея Помпея в Закавказье (65 г. до н.э.) в ходе Митридатовых войн, т.к. его маршрут пролегал рядом с Дарьяльским ущельем. Согласно данным Валерия Флакка, аланы в этот период граничили с гениохами (Колхида) и во главе их стоял вождь Анавсий.

Спустя сто лет (35 г. н.э.), правители Иберии вовлеки алан в иберо­парфянскую войну, вынудив их вторгнуться в Закавказье. Театр военных действий был на территории Парфии и Армении, которую Рим желал вывести из-под влияния парфян руками иберов. В ходе основных сражений парфяне были разбиты. Но у этой победы была и обратная сторона. Во время похода аланы познакомились со сказочными богатствами стран, лежащих по ту сторону Кавказского хребта, которые, как магнит, притягивали их неудержимой силой на протяжении столетий. Тем самым, был запущен процесс бесконечных аланских набегов в Закавказье и

Переднюю Азию. Рим получил в Закавказье нового серьезного соперника - алан, ставших вскоре грозой северо-восточных римских границ.

В 62 г., после военного конфликта, между римлянами и армянами был заключен мирный договор, по которому Тиридат I получал армянский престол, но в качестве римского вассала, и должен был лично явиться в Рим для получения царской диадемы из рук императора Нерона. В 66 г. он был торжественно коронован Нероном в Большом цирке. В качестве подарка Тиридат получил от Нерона мастеров, которые восстановили армянскую столицу Арташат, ставшую называться Неронией. Некоторые источники утверждают, что Тиридат, предчувствуя угрозу аланских нашествий, обращался к Нерону за военной поддержкой. Последний ответил согласием и начал приготовления к большому походу против алан, но внезапная смерть императора сорвала это мероприятие.

В 72 г. аланы совершили грандиозное нашествие на Армению, которое некоторые историки считают точкой отсчета длинной череды аланских набегов в Закавказье. Их призвали картлийские цари Азарк и Армазел, враждовавшие с Армянским царством. Наряду с аланами в походе приняли участие и многие другие северокавказские горцы: зихи (предки адыгов), дурдзуки (предки вайнахов), леки (предки дагестанцев). Впоследствии аланы неоднократно привлекали их в свои походы, поэтому Нартский эпос, отражающий дальние походы на Ближний Восток, стал общим для всех народов Северного Кавказа. Объединенная армада, пройдя через Дарьял, неожиданно вторглась в Армению и стала разорять ее территорию, что было отмечено Иосифом Флавием: «Стали опустошать многолюдную и наполненную всяким скотом страну... и возвратились домой с большим количеством пленных и другой добычи». В ответ армянский военачальник Сумбат Бивритиан, сразу же после войсковых сборов, выступает навстречу аланам. Сначала он пытается вести с ними переговоры, предлагая им оставить себе добычу (золото и серебро, скот, ткани), но вернуть пленных. Аланы отвергают его предложения, после чего следует поединок между Сумбатом и аланским полководцев Базуком, описанный грузинским историком Леонти Мровели: «Сумбат облачился в доспехи, воссел на коня своего и прошелся перед готовыми к бою рядами. Навстречу выступил Базук, и с громкими крикам столкнулись. Сумбат поразил копьем по чреслам, пронзил его насквозь, сорвал с седла и грянул оземь». Аналогичная судьба постигает второго аланского вождя Анбазука, которого Сумбат пронзает копьем. После этого следует битва между армянским и алано-кавказским войском, где вторые терпят полное поражение. Далее победители преследуют разбитых алан, истребляя их в большом количестве. Затем армяне вторгаются в Картлийской царство и разоряют его в отместку за аланское нашествие, инициированное его царями. Масштабы и эффект аланского нашествия были настолько велики, что даже парфянский царь Валарш, сильно опасаясь набегов алан на Парфию, вынужден был обратиться к римскому императору Веспасиану за военной помощью. Последний момент был зафиксирован Светонием Транквиллом.

В следующем году (73 г.) произошло новое вторжение алан в Армению. Внезапность нападения сыграла свою роль и армянское войско, возглавляемое лично царем Тиридатом I, потерпело тяжелое поражение. При этом, по свидетельству Иосифа Флавия, сам Тиридат чуть не попал в плен: аланский воин накинул ему на шею аркан, однако царь сумел перерубить его мечом.

Вскоре разгорелась новая армяно-иберийская война. Армянские войска взяли инициативу в свои руки и первыми вторглись на территорию Иберии. Картлийцы (иберийцы) вынуждены были перейти к обороне: они укрепили свои крепости и города, разместив в их стенах главные силы своего войска вместе с призванными аланами. Армяне дошли до Мцхеты и окружили ее. Осада длилась пять месяцев, после чего картлийцы и аланы вынуждены были заключить мирное соглашение, основным условием которого была вассальная зависимость Иберии от Армении.

Однако вскоре резко изменилась внешнеполитическая обстановка. Усиление военных действий со стороны Рима и Ирана против Армении, заставили бросить все свои силы на защиту западных и восточных границ, оголив северную границу с Иберией. Последняя не упустила возможности воспользоваться столь благоприятной ситуацией и, аннулировав мирный договор, стала постоянно нападать вместе с аланами на армянские земли. Высланное против них войско армян было разбито, а армянский царевич Зарена был пленен картлийцами и заточен в крепость Дариалан. Только через три года армяне смогли предпринять ответный карательный поход в Иберию и возвратить своего царевича. В итоге между армянами и иберами был заключен мир, положивший начало дружественным отношениям между ними.

В 1-й пол. II в. произошло усиление Иберии, благодаря царю Фарсману II, который значительно расширил границы своего государства. Он был постоянным союзником Римской империи. Фарсман лично приезжал в Рим для приема у императора Антонина Пия, который позволил ему совершить жертвоприношение в храме Капитолии и распорядился поставить там его конную статую. Союз с Римом позволил царю проводить независимую политику, которая привела к расширению границ иберийского государства. Император Антонин Пий признал новые границы Картлийского царства, таким образом, юридически закрепив увеличение его владений. Территориальная экспансия Иберии столкнулась с парфянскими интересами, что вылилось в военный конфликт. Согласно Диону Кассию, Фарсман II призвал на помощь алан. Но царь не сумел удержать их в рамках и их приход в 135 г. вылился в грандиозное нашествие на Албанию, Армению и Мидию. Однако парфянский царь Валарш (Валагез) смог откупиться от алан и перенаправить их агрессию в противоположную сторону - против своего заклятого противника Римской империи. Аланы вторглись в Каппадокию, северо-восточную римскую провинцию, и столкнулись с легионами здешнего наместника Флавия Арриана. Он тщательно готовился к намечавшейся битве, но она не состоялась, т.к. нагруженные богатой добычей аланы решили не рисковать и отступили восвояси. Данные приготовления Флавий Арриан подробно описал в своем знаменитом трактате «Диспозиция против алан», где рассмотрел тактику алан и способы противодействия ей.

Чуть позже аланы снова предприняли ряд самостоятельных набегов на Армению, но своевременное военное вмешательство императора Антонина Пия позволило их отразить. Аланские набеги на армянские земли не прекратились после смерти Антонина Пия. Так, армянский историк Мовсес Хоренаци зафиксировал совершенный в 213 г. крупный набег алан и северокавказских горцев на Армению.

В III и IV вв. аланы продолжали систематические набеги в Закавказье и неоднократно вторгались в азиатские провинции Римской империи. В сер. III в. отношения между картлийцами и аланами испортились. Впервые за 250 лет союзники стали врагами. Аланы, желая достичь внезапности, вторглись в Иберию через Зекарский, а не Дарьяльский, перевал и двинулись к городу Мцхета. Иберийское войско возглавляемое царем Амазаспом выступило навстречу аланам. После поединка Амазаспа с вражеским вождем развернулось крупное сражение, в ходе которого аланы были разгромлены, а их царь убит. На следующий год картлийцы вместе с армянами предприняли карательный поход в Аланию, разорив многие селения и захватив множество пленных. В начале IV в. аланы снова выступают на стороне картлийцев и армян против Ирана. При этом, когда иранское войско вторгается в Закавказье и сопротивление становится бессмысленным, иберийские правители скрываются на территории Алании и ведут там военные приготовления для реванша.

В период с I в. до н.э. - III в. н.э. Закавказье превратилось в арену постоянных и ожесточенных столкновений Рима с Парфянским, а затем Сасанидским Ираном. С одной стороны Парфия препятствовала проникновению Рима на Восток, а Рим сдерживал завоевание парфянами всей Западной Азии, а вместе с ней и всего Ближнего Востока. В этой ситуации Северный Кавказ, с его колоссальным воинственным потенциалом, не мог стоять в стороне без действия. Нужно было только открыть шлюзы и выпустить свирепое аланское воинство на просторы Ближнего Востока. Это и было сделано иберийскими (картлийскими) царями, открывшими шлюз Дарьяльского ущелья и выпустившими алан на международную арену. Таким образом, был запущен «маховик» аланских набегов, опустошавших Армению, Мидию, Месопотамию и Каппадокию. Для алан Закавказье превратилось в надежный плацдарм для вторжений в богатые страны Передней Азии, сулившие огромную добычу. Со временем аланы затянули в свои походы все северокавказские народы (зихов - предков черкесов, дурдзуков - предков вайнахов, леков - предков дагестанцев), что превратило их набеги в настоящие нашествия. Аланы стали новым серьезным участником имперских игр на Ближнем Востоке, нередко угрожавшим мировым державам. Аланы превратились в грозных противников мировых держав (Парфянского царства и Римской империи) и заняли видное место в политической жизни Ближнего Востока.

При этом правители Иберии искусно использовали алан в своей внешней политике, направляя их набеги на Армению, Парфию и владения Рима, или даже просто манипулируя угрозой их вторжения в дипломатических играх. Картлийские цари сконструировали высокоэффективное средство внешнеполитической борьбы, представлявшее собой органичное сочетание искусной игры на противоречиях сверхдержав (Рима и Ирана) и аланских набегов, которое позволило им не только сохранить суверенную государственность Иберии, но и усилить ее мощь. Проще говоря, аланы являлись веским фактором сохранения и укрепления иберийской государственности.

Остахов А.А., Ильюшин Ю.В.

Из монографии «Кавказ в эпицентре внешней политики Рима на Ближнем Востоке (I в. до н.э. - ΙII в. н.э.)»

 

Читайте также: