ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Черная дама из Несвижа
Черная дама из Несвижа
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 25-01-2015 15:29 |
  • Просмотров: 2787

Более четырех столетий живет в древнем городе Несвиже пре­дание о Черной даме. Про нее рассказывали в своих про­изведениях многие литераторы, художники, музыканты. С этой легендой знакомят многочисленных туристов экс­курсоводы, подводя их к чудесному дворцу-замку в жи­вописном парке. В устном народном творчестве она жи­вет в различных вариантах.

Вот что рассказывают в Несвиже.

...В середине XVI столетия владельцем города был мо­гучий и славный Николай Радзивилл по прозвищу Чер­ный. В литературе он показан как способный дипломат, образованный государственный деятель, очень влиятель­ный в Великом княжестве Литовском, исполняя обязан­ности великого канцлера. В 1547 году Николай Черный добился для себя и братьев титула князя, но не успоко­ился на этом. Он мечтал вывести княжество из-под вла­сти польской короны и стать самому независимым коро­лем в Великом княжестве Литовском. Чтобы осуществить мечту, Радзивилл использовал и новое течение в религии — протестантизм. Сам князь принял учение Кальвина и пригласил в Несвиж многочисленных реформаторов. Именно в это время начала действовать Несвижская типография, в которой были изданы книги на белорусском языке. Еще более возросло влияние Николая Черного, когда он породнился с будущим польским королем Сигизмундом Августом через свою двоюродную сестру Бар­бару Радзивилл.

Партерный скверик во дворе замка, посаженный в 1954 году

Партерный скверик во дворе замка, посаженный в 1954 году

Красавица Барбара жила в Вильно. Ее отец считался опытным полководцем, которого называли ‘Геркулесом Литовским за то, что он одержал 30 побед над врагом. Кстати, его портрет, исполненный в манере немецкого Возрождения, сохранился до нашего времени, был ре­ставрирован в 1982 году. Есть предположение, что его написал один из Кранахов. Барбара рано потеряла от­ца, а в скором времени и первого мужа. Замки молодой вдовы и королевича Сигизмунда находились рядом. Королевич не остался равнодушным к красоте Барба­ры. Они начали встречаться и вскоре крепко полюби­ли друг друга.

Барбара Радзивилл в коронационном уборе

 Барбара Радзивилл в коронационном уборе

Барбара и Сигизмунд в Радзивилловском парке в Вильно Полотно Яна Матейки

 Барбара и Сигизмунд в Радзивилловском парке в Вильно Полотно Яна Матейки

Бона Сфорца, польская королева

 Бона Сфорца, польская королева

Николай Радзивилл Рыжий, брат Барбары

Николай Радзивилл Рыжий, брат Барбары

Сигизмунд Август, польский король и великий князь

Сигизмунд Август, польский король и великий князь

Николай Радзивилл Черный, великий канцлер

 Николай Радзивилл Черный, великий канцлер

Об их встречах узнали родственники. Особенно завол­новался несвижский Радзивилл — Николай Черный. Он заботился о репутации сестры и решил принять необхо­димые меры, чтобы сберечь имя и честь ее и своего рода от нежеланных сплетен. Опасность была в том, что мать королевича Бона Сфорца люто ненавидела «выскочек» Радзивиллов.

Старый король доживал последние дни. В скором вре­мени монархом должен был стать его сын. Жену для не­го искали среди самых влиятельных королевских дворов Европы.

Несвижский Радзивилл решил сам поехать в Вильно и навести порядок. Он взял с собой двоюродного брата Ни­колая Рыжего (родного брата Барбары) и направился к королевичу. В рыцарском одеянии братья выглядели очень грозно. Они потребовали от Сигизмунда оконча­тельного решения: или жениться на Барбаре, или больше с ней не встречаться. Королевич, который знал свое не­устойчивое положение, отношение королевы-матери к представительнице рода Радзивиллов, а также интриги при польском дворе, должен был дать слово, что он оста­вит любимую.

Братья сделали вид, что уезжают из Вильно. Королевич же захотел снова увидеть Барбару. Во время встречи влюбленных внезапно появились братья и потребовали от Сигизмунда, чтобы он женился на их сестре, так как он нарушил свое слово. Королевич согласился, потому что очень любил Барбару. Попросил только, чтобы свадь­ба оставалась в тайне до того времени, пока он не зай­мет польский трон, иначе он не сможет защитить не только Барбару, но и себя.

Через некоторое время Сигизмунд Старый умер. Коро­левича срочно вызвали в Краков. Бона Сфорца активно ищет для молодого короля невесту. Брак должен укре­пить трон и увеличить престиж Речи Посполитой в Ев­ропе. Как удар грома было известие, что у короля уже есть жена. Бона Сфорца прикладывает все усилия, чтобы сейм не короновал Барбару. Для успешного решения это­го вопроса Николаю Черному пришлось специально по­ехать в Рим к папе. Когда сейм все-таки был вынужден короновать Барбару, королева-мать в знак протеста поки­нула Краков и выехала на родину — в Италию. Она за­брала с собой весь свой двор, но оставила агентов с зада­нием отравить ненавистную королеву Барбару. До наших дней дошла фамилия аптекаря Монти, который вместо нужного лекарства приготовил яд, который медленно, но неумолимо свел цветущую красавицу в могилу. Барбара была коронована в декабре 1550 года, а через шесть меся­цев, в мае 1551 года, ее не стало.

Отчаяние и горе короля были безмерными. По завеща­нию умершей гроб с ее телом повезли в Вильно. Неутеш­ный король всю дорогу от Кракова шел за гробом пеш­ком. Похоронили Барбару в Кафедральном соборе на площади Гедимина. Саркофаг с ее останками находится там и в наши дни.

Об огромной любви и горе короля написано много произведений. Живет оно и в такой легенде.

Король после смерти любимой так тосковал, что ре­шил с помощью алхимиков вызвать ее душу. Как свиде­тельствуют историки, сделать это взялись Твардовский и Мнишек (исторические личности). В полутемном зале бы­ло все подготовлено, чтобы с помощью зеркал, на одном из которых была выгравирована Барбара во весь рост в белой одежде, любимой королем, разыграть сцену встре­чи короля и души Барбары. Короля посадили в кресло и хотели привязать руки к подлокотникам, чтобы он неча­янно не прикоснулся к привидению. Сигизмунд дал сло­во, что будет сидеть спокойно и только на расстоянии спросит у любимой, как ему жить дальше. Но, когда по­явилось привидение, он от волнения забыл свою клятву, вскочил с кресла, кинулся к привидению со словами: «Басенька моя!»— и хотел ее обнять. Раздался взрыв, по­шел трупный запах — теперь душа Барбары не могла найти дорогу в могилу, вечно ей скитаться по земле. Вот с того времени и ходит она среди людей, а после смерти короля поселилась в Несвижском замке. Перед живыми всегда появлялась в черном одеянии в знак траура по своей загубленной любви. В замке считали, что привиде­ние предупреждает владельцев замка о грозящей им опасности — войне, болезни.

Твардовский вызывает видение Барбары перед Сигизмундом. Полотно Владислава Мотти

Твардовский вызывает видение Барбары перед Сигизмундом. Полотно Владислава Мотти

Икона Матери Божьей Остробрамской

Икона Матери Божьей Остробрамской

В середине XVIII столетия Черная дама начала выпол­нять новые обязанности — следила за поведением моло­дых красивых девушек и женщин. Некоторых она про­учивала в темных местах во время балов, когда они поз­воляли себе появляться в очень открытых туалетах.

В существование в замке Черной дамы верили и нем­цы, которые дважды оккупировали Несвиж. Когда они видели в конце парка что-нибудь черное, то с криком «Шварц фрау!» стреляли в том направлении и бежали прятаться.

Вскоре после преждевременной смерти Барбару начали считать святой. Художники писали иконы Матери Божьей с ее портретов. Одна из икон находится в Виль­нюсе. Белорусский поэт Янка Сипаков написал на этот сюжет балладу-плач «Просьба».

О  мой ласкавы король!

Як шчыра ты плачаш — я чую...

Як бы я устала з труны,

каб толькі суцешыць цябе.

Як бы я рада была

смутак твой чорны спалохаць,

Радасць збудзіць, як раней,

у раненым сэрцы тваім...

О  незабыўны мой муж!

Памятацъ буду і тут я,

Як ты ў вочы мае гэтак шчасліва глядзеў,

Як не паслухаўся тых,

што разлучыць нас хацелі,

Як спатыкнулася зло аб добрую усмешку тваю...

А колькі зласліўцаў прыдворных

хацелі разняцъ наши рукі —

Табе, каралю, ужо шукалі новую жонку яны.

Маці твая, каралева,

мяне не прымела нявесткай,

Бо я ды з сям'і Радзівілаў — роду нялюбага ёй.

Тэта я помню...

Таксама, як помню, што ты не паддоуся: Той бруд, што лілі ўсе,

скідваўся чыстай вадой.

Помню, як потым — о дзіва! —

тыя, што глоткі ўсе дралі,

Што опаганщь,

спагудзіць толькі і праглі мяне, —

Як яны потым лісліва

ў твар вінавата глядзелі,

I, xmo крычаў як найболей, — гнуліся сама ніжэй...

О мой могутны король!

Ты апошнюю выканай просьбу

1 адгані ад мяне процьму нягоднікаў тых,

Што на коленях паузуцъ —

пацалаваць мае плацце I потым развесяць няшчыра

над маёй галавою насы.

Яны, як сляпні, пааблепяць

мой белы, холодны мой саван

I будуць: «Святая!*, «Святая!» — бруднымі вуснамі млець.

Боныш, ім зараз няцяжка

назваць мяне нават святою,

Кого пры жыцці, каб прымелі,

маглі б утапіць і ў слязах.

Чуеш, ласковы король мой?

Хутчэй ІХ, хутчэй адгані ты —

Я не хочу быцъ святой!

Кажуць, король Сігізмунд плакаў / много і шчыра,

Стаканы, просьбу Варвары, кажуць, не змог ён пачуць...

К. Я. Шишигина-Потоцкая

Из книги «Легенды Несвижа», 1997

 

Читайте также: