ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
?


!



Самое читаемое:



» » » Из хроники Дионисия Тельмахрского
Из хроники Дионисия Тельмахрского
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 11-05-2014 12:35 |
  • Просмотров: 2031

Год 846. О царстве индусов и как они по причине войны стали христианами.

В то время случилось, что была война царей индийских друг с другом; царя индусов, имя которого было Аксундон, с другим царем внутренней Индии по имени Индуг, который был язычником. После того как они прекратили войну друг с другом, была у пего война с ца­рем химьяритов, которого звали Димнон. Они (химьяриты) также индусы. Причина, по кото­рой возникла между ними война, была следующая. Царство кушитов расположено гораздо дальше, чем (царство) химьяритов, от областей Египта и Фиваиды, находящихся вне Индии. Ромейские торговцы прибывали во внутренние области химьяритов (с. 55), а затем в области, расположенные дальше них, индусов и кушитов, называемые Аузелис (Адулис) Индии. Царств индийских и кушитских семь, три индийских и четыре кушитских. Они находятся вне и внутри (на прибрежных материковых землях) земель южных и по берегам большого моря, что окру­жает всю вселенную, которое называется Великим океаном. Когда же торговцы ромейские, о которых сказано выше, проезжали области химьяритов, чтобы направиться в области индус­ские и торговать в них, как обычно, царь химьяритов Димнон узнал об этом, захватил их, убил их и ограбил все их товары, сказав: «Так как в землях ромейских христиане злодейски пресле­дуют иудеев, находящихся в их землях, и убили многих из них, поэтому и я убил этих». Мно­гие были убиты, так что многих объял ужас, и они перестали ездить, и прекратилась торговля внутренних царств индийских и кушитских.

О том, что послал (сказать) царь кушитов к царю химьяритов, и о войне между ними.

Тогда послал царь кушитов к царю химьяритов (сказать): «Ты плохо сделал, что убил торговцев-христиан ромейских, прекратил торговлю и задержал пошлины моего царства и других царств. Особенно же ты повредил моему царству». По этой причине они пришли к ве­ликой вражде и войне друг с другом. Когда они сходились, чтобы сразиться друг с другом, Индуг, царь кушитов, сказал: «Если мне будет дано победить этого жалобщика царя химьяритов, я стану христианином. Ибо христианскую кровь я постараюсь выжать из тебя». После того они сразились (с. 56), и победил царь кушитов царя химьяритов, полонил его, убил и ограбил его царство. Он покорил его земли и вырезал все его войско. Затем после победы он не преминул исполнить то, что обещал. Он послал двух своих знатных к царю Юстиниану, чтобы он при­слал ему епископа и клириков. Тот обрадовался радостью великой и приказал дать им в епи­скопы, кого они попросят. Когда послы дошли (до столицы), они нашли одного парамонария из обители Мар Иоханана по имени Иоханан. Он был муж девственный, целомудренный и ревнитель. Они просили его в епископы, и дали его им. Они взяли его, отправились вместе с многочисленными клириками и возвратились, радуясь, в свою землю.

Когда они прибыли к своему царю Индугу, тот с великой радостью принял их, еписко­па и священников, прибывших с ними. Он был научен, крестился и стал христианином, сам и все его знатные. Он заботился, чтобы все области стали христианскими и в них были основаны церкви во славу истинного Бога христиан. По этим причинам дал Бог спасение этим заблуж­дающимся народам.

Еще о том же царстве химьяритов и о злодействах и убийствах, которые в нем творили иудеи.

Через некоторое время усилились химьяритские иудеи, и когда умер царь-христианин, которого поставил там царь кушитов, поставили из них царя над химьяритским народом. В жестоком гневе они убивали и губили весь тамошний христианский народ: мужчин и женщин, детей и младенцев, бедных и богатых. О мученичестве многих тамошних мучеников стало из­вестно благодаря ревности блаженного Шемона, ученого (с. 57). Это (повествование) полно волнений для каждого слушающего его, поэтому мы и помещаем его в этом томе, оно сле­дующее.

Послание, которое отправил святой Шемон, епископ Бетаршама и глава верующих земли персов, мар Шемону, архимандриту Габулы.

Относительно мученичества, бывшего у химьяритов, мы сообщаем твоей любви, что двадцатого кануна второго этого 835 года (20 января 524 г. н. э.) мы вышли из Хирты Наамановой со священником Авраамом бар Еупоросом, который был послан от царя Юстиниана (Юстин I, 518— 527 гг.) к Мундару, арабскому царю, заключить мир. О нем мы писали в на­шем первом (предыдущем) письме. Мы и все верующие выражали ему благодарность за то, что он поддерживает нашу сторону, и это мы сообщили в тех предыдущих (письмах), что мы писали, и в этом письме, которое пишем теперь. Мы проехали путь десяти дней по пустыне на юг и восток, путешествуя к Мундару (с. 58), против гор, называемых Дахла, а на арабском языке Рамлах. Когда мы вступили в лагерь Мундара, встретили нас арабы-язычники и маадеи. Они сказали нам: «Что вы можете сделать? Вот ваш Христос изгнан от ромеев, персов и химь­яритов». Мы были обижены арабами, нам было грустно, и мы тогда с горестью совершали путь. К нам приблизился посол, который был послан от царя химьяритов к царю Мундару. Ему было дано полное гордости письмо. В нем было написано следующее: «Да будет тебе известно, брат мой, царь Мундар, что умер царь, которого поставили кушиты в нашей земле. Пришло зимнее время, и не смогли кушиты прийти в нашу землю и поставить царя христианина, как обычно, но я воцарился над всей землей химьяритов и перед тем предложил всем христианам, исповедующим Христа, чтобы они стали иудеями подобно нам. Я убил 280 священников, ко­торых нашел, а с ними кушитов, которые оберегали церковь, и я сделал их церковь нашей си­нагогой. Затем с 120 тысячами войска я отправился в Негран, город в их госу­дарстве. Я осаждал его в течение нескольких дней и не взял. Тогда я дал им клятвенное обеща­ние, считая, что не следует быть верным христианам, моим врагам. Я схватил их с тем, чтобы они принесли свое золото, серебро и имущество. И они доставили это мне (с. 59), и я взял это. Я спросил относительно их епископа Павла; они сказали мне, что он умер, но я им не поверил, пока мне не показали его гроб. Смердели его останки, и я сжег их, а также церковь, священни­ков и всех, кого нашел укрывшимися в ней. А прочих я принуждал, чтобы они отреклись от Христа и от креста, но они не захотели, ибо они исповедовали, что он бог и сын благословен­ного, и они избрали для себя смерть ради него. Их глава много говорил против меня, оскорб­лял меня, и я приказал убить всех их знатных.    Привели к нам их жен, и мы ска­зали им, чтобы они отреклись, видя смерть своих мужей за Христа, пожалели бы своих сыно­вей и дочерей, но они не захотели. Дочери завета (монахини) стремились, чтобы сначала убили их, но жены знатных разгневались на них и сказали: нам следует умереть после наших мужей. И все они были убиты по нашему приказу, кроме Румы, жены того, кто собирался быть там царем. Мы не допустили ее смерти, но убеждали ее, чтобы она отреклась от Христа и (оста­лась) жить, жалея своих дочерей, и что она сохранит все, что имеет, если станет иудейкой. Мы приказали ей, чтобы она пошла и подумала об этом, приставив к ней стражу из нашего войска. Она вышла и, обходя улицы и площади города, открыла свое лицо, ведь когда девочка станет девушкой, никто не видит ее лица на улице. Рума кричала и говорила: «Женщины- негранитянки, мои подруги, христианки, иудейки и язычницы, слушайте! По роду моему, се­мье и тому, чья я дочь, я христианка (с. 60), вы это знаете. У меня есть золото и серебро, рабы и рабыни, много селений и доходов. И вот убит мой муж за Христа, и если бы я пожелала иметь (другого) мужа, есть у меня 40 тысяч динариев, много украшений из золота и серебра, жемчуга, красивые и дорогие одежды, помимо сокровищницы моего мужа. И это говорится без лжи мною и вами, и вам это известно. Нет для женщины таких дней радости, как дни брака, но дальше страдания и слезы при рождении детей, когда я теряла их и хоронила. Отныне же и в дальнейшем я свободна от всего этого. В первый день моего брака я была в радости, а теперь в ликовании моя душа из-за пяти дочерей-девушек. Вот я украшена для Христа, смотрите на ме­ня, подруги мои, вот вы второй раз видите меня: при браке моем впервые, а теперь вторично. Когда я открыла лицо перед всеми, я шла к своему первому жениху, а теперь, когда я открыла свое лицо, я иду ко Христу, господу моему, Богу моему и моих дочерей, так как он снизошел в своей любви, пришел к нам и пострадал за нас. Сравнитесь со мной, красота моя не меньше вашей, вот я блещу красотой и иду ко Христу, так как я не погублена отречением иудейским. Будет мне моя красота свидетельством перед моим Господом, который не допустил, чтобы я была введена в заблуждение грехом отречения (с. 61). Мое золото и мое серебро, и все, что есть у меня, я не так люблю, как моего Бога. И убеждал меня этот царь-отступник, чтобы я от­реклась и (осталась) жить. Пожалейте, подруги мои, пожалейте, если я отрекусь от Христа Бо­га, в которого верую я и мои дочери. Я была крещена во имя Троицы, я почитаю его крест и за него умираю с радостью, я сама и мои дочери, как и он пострадал плотью ради нас. Вот остав­лено все, что прельщало глаза и тело на земле. Я отправляюсь и буду принята моим Господом там, где ничто не преходит. Блаженны вы, подруги мои, если вы меня послушаете, внемлите правде и возлюбите Христа Бога, за которого я и мои дочери умираем. Итак, мир и покой будет с народом Божиим, кровь моих братьев и сестер, которые были убиты за Христа, будет стеной для этого города. Если я надеюсь пребывать у Христа, моего Господа, то с открытым лицом выйду я из этого города, в котором была как во временном жилище, потому что отправляюсь с моими дочерьми в вечный город, чтобы посватать их там. Молитесь обо мне, подруги мои, чтобы принял меня Христос, мой Господь, и помиловал меня. Вот я оставалась три дня после (смерти) моего мужа».

Когда мы услыхали глас сокрушения из города и пришли те, что были посланы (нами, чтобы узнать), и когда их спросили, они рассказали нам все, что мы выше написали.

Обходя город, Рума говорила женщинам, своим подругам, укрепляя их. Вопль был в городе. Мы разгневались на сторожей, чтобы они их погубили, но они не послушались и пре­доставили ей (все) это сделать. Наконец, оставив город со своими дочерьми, она пришла и встала передо мною с непокрытой головой, без стыда (с. 62), держа своих дочерей за руки, ук­рашенных как для свадьбы. Она сняла повязки, которые повязала им, повела их за руки, рас­правила свой воротник и склонила голову, воскликнув: «Христианка я и мои дочери, мы уми­раем за Христа. Отсеки нам головы, чтобы мы отправились к нашим братьям и сестрам и к от­цу моих дочерей». После этого я всяческими хитростями убеждал ее отречься от Христа, что­бы она только сказала, что он человек, но она не захотела. Одна же из дочерей выбранила нас за то, что мы это говорили, чтобы показать мне, что невозможно, чтобы она отреклась от Хри­ста. Я же приказал для устрашения прочих христиан, чтобы распростерли их на земле, и ее до­чери были избиты так, что кровь у них пошла изо рта. После этого была отсечена у нее голова. Я же клялся (именем) Адонай, что огорчился из-за (гибели) ее красоты и ее дочерей. Мои пер­восвященники должным образом указали мне, что несправедливо, чтобы дети умирали за ро­дителей, по закону, и я отделил живыми мальчиков и девочек, чтобы их вырастили, а когда они вырастут, те, что будут иудеями, останутся жить, а если исповедуют Христа — умрут. Все это я написал и сообщил твоему величеству, чтобы убедить тебя, чтобы ты не остался со своим народом христианином, но отрекся и был со мною. К иудеям же, моим братьям, которые нахо­дятся в твоей власти, будь к ним дружествен, мой брат. Напиши и пришли мне (весть) относительно этого, и, кого ты пожелаешь, я пришлю к тебе».

Все это было написано Мундару нечистым иудейским царем. Когда мы прибыли туда, Мундар собрал свое войско и прочел перед ним послание, а после рассказал, как убивали хри­стиан и как они были гонимы у химьяритов. Мундар сказал христианам, бывшим в его войске: «Вот все слышали, что случилось. Отрекайтесь теперь от Христа (с. 63), потому что я не луч­ше, чем цари, преследующие христиан». Возревновал один муж из его войска, христианин, и смело сказал царю:

«Мы не в твое время стали христианами, чтобы отречься от Христа». Мундар разгне­вался и сказал: «Ты осмеливаешься говорить передо мной?». Он сказал: «Из страха Божия я не боюсь говорить, и меня никто не удержит, ибо мой меч не короче, чем (мечи) других, и я не боюсь биться до смерти». Из за его рода и потому, что он был муж знатный, известный и храб­рый в бою, оставил его Мундар.

Когда мы вернулись в Хирту Нааманову, в первую субботу поста, мы встретили посла, посланного царем химьяритов до того, как он умер. Услыхав о тех, которые были убиты этим тираном-иудеем, посол спешно подрядил человека из Хирты Наамановой и послал в Негран, чтобы привезти ему ответ. Когда тот увидел и узнал, что там случилось, и вернулся, то и он рассказал в нашем присутствии, этот посол христианин, о том, что мы написали выше и что были убиты 340 знатных, которые вышли к нему (тирану) из города.

О Харите бар Ка'б, их главе, муже Румы. Поносил его этот иудей и сказал ему: «Ты полагаешься на Христа, чтобы восстать на меня, но пожалей свою старость и отрекись от него, не то умрешь сам со своими товарищами». Тот ответил: «Воистину, я огорчен за всех моих то­варищей, что они не слышат меня, когда я им говорю, что ты лжец. Я не обращусь к тебе и не поверю твоим словам, но буду сражаться с тобой и положусь на Христа, который будет твоим победителем. Город не будет взят, потому что (находящиеся) в нем ни в чем не нуждаются. Ты же не царь, но лжец. Я-то повидал много царей, у них (с. 64) была правда и они не лгали. Хри­стом Богом, я не лгу, что не буду иудеем, подобно тебе, и отступником. Теперь ты знаешь, как мне дорога моя жизнь! Я много пожил на свете и есть у меня сыновья, и сыновья моих сыно­вей, есть у меня дочери, и многочислен мой род. С силой Христовой я побеждал и я уверен, что, как удобренный виноградник дает много плодов, так будет многочислен наш народ хри­стианский в этом городе, и есть большая построенная церковь, которую ты сжег у нас, есть начальство и власть царей. И воцарится христианство, и угаснет иудейство, минует твое царст­во и будет уничтожена твоя власть. Не гордись ничем сделанным тобою; претендуя, ты лжешь».

Так сказал великий Харит, почтенный старец, и тотчас, повернувшись, сказал громким голосом своим верующим товарищам, которые были вокруг него: «Вы слышали, братья, что я сказал этому иудею?». Они сказали: «Мы слышали все, что ты сказал, наш отец». Он снова сказал: «Правы мы или нет?». Они закричали: «Мы правы». Он сказал: «Если кто-нибудь боит­ся меча и отрекается от Христа, пусть отделится от нас». Они закричали: «Далек от нас страх, отец наш, все мы умрем с тобой за Христа, и никто из нас не оставит тебя». Он воскликнул и сказал: «Племена, окружающие меня, христиане, иудеи и язычники, слушайте! Если кто-нибудь из моего рода и близких мне, и из моего племени отречется от Христа и присоединится к этому иудею, не будет у него со мной товарищества и ничего от меня не наследует, но то, что имеется у меня, пойдет на расходы церкви, которую я построил. Если же кто-нибудь из моих не отречется, но останется жить, то наследует после меня мои сокровища. Три селения из при­надлежащих мне, которые выберет церковь, пусть будут ей на расходы». Сказав это, он обер­нулся к царю и молвил: «Я отречен тобою и всяким (с. 65), кто отрекся от Христа. Вот мы сто­им перед тобою». Укрепились его товарищи и сказали: «Вот, Авраам, глава отцов, взирает на тебя и на нас с тобою. Всякий, кто отречется от Христа и не останется с тобой, будет отречен им». Он приказал, чтобы их свели к реке, называемой Вадиа, отрубили им головы и бросили в реку трупы. Он (Харит) простер свои руки к небу и сказал: «Христос Бог, гряди нам на по­мощь, дай нам силу, прими наши души, да будет благоуханна тебе кровь твоих рабов, проли­ваемая ради тебя. Удостой нас своим взором и признай нас перед твоим Отцом, для того чтобы он обратился к нам и была построена церковь, и епископ был бы в этом городе вместо раба твоего Павла, останки которого они сожгли». Попрощались они друг с другом, и перекрестил их старец Харит. Он склонил свою голову и принял (удар) меча. Подбежали его товарищи, прижались, очистились его кровью, и все приняли мученичество.

Вышла мать одного трехлетнего дитяти, держа его за руку, чтобы быть убитой. Когда (ребенок) увидел сидящего царя, одетого в царские одежды, он оставил свою мать и побежал, поцеловал колени царю. Царь взял его, начал ласкать и сказал ему: «Чего тебе хочется, пойти умереть с матерью или остаться у меня». Ответил ему мальчик: «Господин наш, хочется мне умереть с матерью, поэтому я и иду со своей матерью, которая мне сказала: „Иди, сын мой, идем умирать за Христа". Пусти меня, чтобы я пошел к своей матери, чтобы она не умерла без меня. Потому что она сказала мне, что приказал царь иудеев, чтобы всякий, кто не отречется от Христа, был убит. И я, я не отрекусь от него». Царь спросил его: «Откуда ты знаешь Христа?». Ответил ему мальчик: «Каждый день видел я его в церкви, когда я ходил со своей матерью (с. 66) в церковь». Он сказал ему: «Ты меня любишь или свою мать?». Мальчик ответил ему: «Господа нашего и господа моей матери». Снова сказал ему царь: «Меня ты любишь или Хри­ста?». Он ответил ему: «Я люблю Христа более, чем тебя». Царь сказал ему: «Зачем ты пришел поцеловать мои колени?». Он ответил: «Мне показалось, что ты царь христианский, которого я видел в церкви, и я не знал, что ты иудей». Он сказал: «Я дам тебе орехи, миндаль, фиги». Мальчик сказал: «Я не могу есть орехи иудеев, но отпусти меня, я пойду к своей матери». То­гда сказал царь: «Оставайся со мной, ты станешь моим сыном». Он сказал: «Я не могу остаться у тебя, потому что твой запах вонючий, зловонный и не ароматен, как моей матери». Царь ска­зал приближенным: «Смотрите на этот злой отпрыск, с малолетства испортил его Христос, чтобы он любил его». Один из знатных сказал мальчику: «Пойдем со мною, и я отдам тебя, чтобы ты стал сыном царицы». Сказал ему мальчик: «Пусть тебя ударят в лицо! Моя мать, приносившая меня в церковь, мне милее, чем царица». Увидев, что ее (его мать) взяли, он уку­сил царя в бок и сказал: «Отпусти меня, злой иудей, я пойду к своей матери и умру с ней». (Царь) отдал его одному из знатных и сказал: «Позаботься о нем, пока он вырастет. Если он отречется от Христа, будет жить, нет, так умрет». Когда его понес раб этого человека, он стал бить его ногами и звать свою мать. «Мать моя, приди, возьми меня, я пойду с тобой в цер­ковь». Она закричала ему: «Иди, мой сын, я предалась Христу, не плачь, оставайся себе в церкви, у Христа, пока я не приду». После того как она это сказала, ей отрубили голову.

В этих писаниях и в молве, которую мы слыхали, горе для всех христиан, которым это расскажут, чтобы знали (с. 67) почтенные епископы и верующие то, что случилось у химьяритов, и чтобы они совершали память святым мученикам, о которых мы написали.

Вашу любовь, которую мы знаем поспешной, архимандритов и епископов, особенно же архипастыря Александрии, мы убеждаем написать царю химьяритов, чтобы он написал царю кушитов, чтобы он в скорости приготовился помочь химьяритам. Чтобы они также взяли пер­восвященников иудейских в Тивериаде, помучили их и послали к этому царю-иудею, чтобы он видел и прекратил борьбу и гонения в области химьяритов. С прочим же, я прошу прощения, которое есть удел архипастырей нынешнего времени и архимандритов верующих.

Еще об этом маленьком мальчике, о котором написано в этой истории мучеников вы­ше.

Нам показалось правильным не обойти молчанием маленького мальчика, о котором написано выше в этой истории, который укусил царя в бок, говоря: «Оставь меня, я пойду уме­реть со своей матерью». Он взял его и смущал его, но не послушался он его. Царь предоставил его одному из своих знатных, чтобы он вырастил его. А если он вырастет и не отречется от Христа, то умрет. Когда этот иудей был убит кушитами, были казнены все иудеи (в области) химьяритов, этот же мальчик остался живым и вырос. Когда это стало известно царю- христианину, который там был, он взял к себе мальчика. Он получил средства для воспитания и достиг совершеннолетнего возраста. И держал его царь в большой чести, как мученика Хри­стова. Он сделал его главой своих патрикиев, и он был его секретарем и членом его совета.

Имя его было Бисар, Он-то и был, наконец, послан в посольстве к царю Юсти­ниану. Он долгое время пребывал в пении песен, так что удивлялись его добродетели, крото­сти, смирению мужа и благородству, которое было разлито по его лицу, постоянному страда­нию, непрестанной молитве, которая была у него в уме, когда он с утра до вечера обходил церкви столицы. Он молился и раздавал милостыню из того, что ему давалось от царя. Он по­стоянно постился до вечера, целые дни. Все видевшие это поражались этому и с удивлением говорили о нем. Затем стало о нем известно, что он тот маленький мальчик, который отрекся от того иудея, поносил его в лицо и затем укусил его в бок. Он не хотел, чтобы это о нем знали и рассказывали, что он мученик Божий.

О царе кушитов, его походе и убийстве тирана и бывших с ним иудеев.

После того как царь кушитов, который убил первого царя химьяритов и по этой причи­не стал христианином, узнал о гибели христиан и тирании иудеев, он распалился гневом, взял свои войска и выступил против тирана. Он захватил его, убил его, уничтожил его войска и всех иудеев в земле химьяритов. Он также поставил там царем ревностного христианина по имени Авраам. Таким образом, там были собраны все христиане, рассеянные гонением и страхом пе­ред иудеями, и землю эту он восстановил в христианстве. Он послал в Александрию и принял епископа до введения (там) исповедания Халкедонского собора. Этот (епископ), краткое (с. 69) время пробыв в этой земле (химьяритов), умер. А когда царь химьяритов узнал, что введение (исповедания) Халкедонского собора осуществилось в Александрии, что был гоним и умер патриарх Феодосии из-за веры, так как он не пожелал принять собора, то и он (царь химьяри- тов) разгневался и не пожелал принять епископа из Александрии.

В это самое время было великое бедствие в этих государствах из-за не­достатка священников у кушитов, химьяритов и индусов. Каждый год посылались послы с большой честью к царю Юстиниану просить его, чтобы он дал им епископа, который не при­нимает Халкедонского собора. Они многократно просили его, а император боролся за собор, советовал и уговаривал их, чтобы они приняли епископа из тех, кто принят собором и сидит в Александрии. Они же возражали, что не принимают собора, но что (желают епископа) из тех, которые не принимают собора. (Император) же приказал, чтобы это их желание не было удов­летворено. Но это обратилось в ничто. Так каждый год послы отправлялись и шли от этих трех государств в течение около 25 лет, пока не кончились и не прекратились священники из числа этих народов (с. 112). После того как они длительно старались и не нашли себе такого еписко­па, который бы не подчинялся этому собору, то они дошли до того, что взяли и преступили правила канонические, они собрали священников и возложили евангелие на голову одного из них и сделали его епископом. Таким образом, как они полагали, они выполнили епископское правило, в то время как они не остались и в правиле для мирян. Многие из них были возмуще­ны и не посчитались с этой хиротонией, и не приняли его, но произошла между ними распря великая. Из-за недостатка епископов была там и другая ересь, заблуждение, взятое у мельхисе- декитов, которые нагло говорили, что Мельхиседек был Мессией. Так что от одного этого на­рода не только церковь раздиралась, но и государство. По этой причине они разделились на­двое, и битвы, распри и драки велись в этих землях в течение долгого времени. Наконец во все эти земли пришли люди фантазиасты, от Юлиана и Гайана и они погубили эти земли.

Н.В. Пигулевская

Из сборника «Ближний Восток, Византия, славяне»

 

Читайте также: