ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » «Южнорусские статьи» в новгородских летописях (первое десятилетие XIII в.)
«Южнорусские статьи» в новгородских летописях (первое десятилетие XIII в.)
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 31-03-2017 22:30 |
  • Просмотров: 82

Новгородская I летопись (далее — HI) в домонгольский период при несомненном преобладании местного новгородского материала содержит известия о событиях в иных землях, в том числе в Киеве и Чернигове. Со второй половины XII в. тако­го южнорусского материала становится меньше — в силу сокращения контактов, из неновгородских известий преобладают владимирские. На этом фоне обращают на себя внимание «южнорусские статьи» в HI младшего извода среди летописных тек­стов за начало XIII в. Это известия под 6711 г.: о взятии Рюриком Ростиславичсм Киева; о походе Романа Мстиславича, Рюрика и других князей на половцев; о посыл­ке Романом боярина Вячеслава постричь Рюрика в чернецы. Под 6712 г. сообщается

о победе Ольговичей над Литвой.

Кроме Шмл информацию об этих событиях содержит группа летописей, исполь­зовавших в качестве источника краткий новгородский летописец: Рогожский лето­писец (далее — Рог)[1], Летопись Авраамки (далее —Л А), Летописец епископа Павла (далее —ЛЕП), Летопись из Троицкого собр. №805 (далее — Тр), Летопись по спис­ку Н. К. Никольского (далее — ЛН), Новгородская Большаковская летопись (далее —- НБЛ). Все они в части до конца XIII в. обнаруживают единый источник, включав­ший известия исключительно о новгородских событиях, причем по преимуществу церковных: главное внимание сосредоточено на смене архиепископов и церковном строительстве. Что же касается HI старшего извода, то она содержит только два известия из перечисленных выше четырех: о взятии Киева и победе над Литвой.

А. А. Шахматов, разбирая соответствующие статьи HI старшего и младшего изво­дов, предположил их южнорусское происхождение — из некоего южнорусского свода в дефектном списке, заканчивавшегося началом XIII в. Этот свод, по мнению иссле­дователя, попал в распоряжение новгородских летописцев в начале XIV в.[2] При этом

А. А. Шахматов для более позднего этапа — второго и третьего десятилетия XIII в. — указал иной источник неместных известий — Владимирский летописный свод[3].

Иную точку зрения высказал А. А. Гиппиус. Он выдвинул предположение о за­имствовании рассматриваемого южнорусского материала начала XIII в. в HI из ле­тописания северо-восточной Руси — из свода Всеволода III. Причем отличия состава статей Н1мл от Н1ст трактуется ученым как более адекватное отражение в младшем изводе общего протографа[4]. Анализ не только HI, но и текстов группы летописей, отразивших краткий новгородский летописец, дает возможность несколько пере­смотреть эти положения.

Отличия двух изводов HI заключаются не только в отсутствии в Шст половины указанных выше известий, но и в местоположении сообщения о победе над Литвой. В Н1ст это известие читается под тем же 6711 г. сразу после рассказа о взятии Киева, в Шмл идет под следующим 6712 г. За пределы 6711 г. в списках Шмл вынесен не только этот текст, но и следующие за ним сообщения о смене посадника и падеже коней[5]. Далее в Шмл читается краткое сообщение о взятии Царьграда латинами, дублирующее пространный рассказ под 6711 г., имеющийся в обоих изводах. Вместе с тем в Шмл сразу после рассказа о взятии Киева под 6711 г. следуют вышеупо­мянутые известия о походе на половцев и пострижении Рюрика. При этом текст о пострижении Рюрика совпадает в Шмл и летописях, использовавших краткий нов­городский летописец, практически дословно:

Н1мл: Посла Романъ Вячеслава, веля ему Рюрика пострици в чернци[6].

Рог: Романъ послав Вячеслава постриже Рюрика въ чернци Ростиславича[7].

JIA: Романъ, пославъ Вячеслава, постриже Рюрика въ чернци, бЬ бо Рюрикъ тесть Ро­с

ману .

JIH: Посла Романъ Вячеслава, постриже Рюрика в черньци[8].

Что же касается сообщения о походе на половцев, то источник рассматриваемых летописей несколько сократил текст Шмл. В свою очередь, текст в Шмл восходит к владимирскому летописанию[9]:

Радзивиловская Ходишь Роустии кнзн на Половци- Рюрикт> Кневьскии- крослдвъ           Псрегаслдвьскин-

велико^ кнза Всеволож ci / Ромдн'ь Гд- лицкин и (вар. А — нет) Мстнслдвнч- н ннын кнзн- еьГ же тога’’*' знмд люта- н Половцем бы теготд велнкд- по- елдндга нд нь кдзнь w Бд- и взашд Ром кин кнзн- полонЬ’ МНОГО- И СТЛДД «X здгашд- и возрдтишд' во свога сн с полоном многим'ь[10].

Н1мл

Тогдд же ходишд рустуй кназн нд Половци: РюрИКЪ, РОМДНЪ, МьСТИСЛДВЪ Н 1IHIIH кнази мнозн; тогдд же знмд быть лючтд; И ВЗАШД мног ПОЛОНЪ И СТДДД ИХ отгон ншд

(с. 240).

Очевидно, в Н1мл проведено сокращение в именах князей, Ярослав Переяслав­ский был мало известен новгородцам, а из Романа Мстиславича получились Роман и Мстислав[11] — ошибки, обычные, когда речь идет о князьях, действовавших в да­леких от данной местностях. В кратком источнике вышеперечисленных летописей сокращение продолжилось, здесь сообщение выглядит следующим образом: «Ходи Рюрикъ, Романъ, ише мнози князи на Половець, и полонъ и стада ихъ отъяша»[12].

Таким образом, предположение о владимирском источнике киевских известий в новгородском летописании, выдвинутое А. А. Гиппиусом, в целом, казалось бы, на­ходит подтверждение. Однако не находится аналогий к сообщению в новгородских летописных памятниках о пострижении Рюрика, где не упоминается о постриже­нии его жены и дочери, зато говорится о том, что исполнять волю Романа послан некий Вячеслав, чего, в свою очередь, нет ни в одном другом летописном памятнике, включая летописи, восходящие к Новгородско-Софийскому своду[13].

Третий киевский сюжет новгородских летописей — взятие Киева Рюриком. Он читается во всех рассматриваемых новгородских летописных памятниках, но с суще­ственными отличиями. Рассказ в HI представляет собой совсем иной текст, нежели тот, который читается в Лаврентьевской (сохранившейся части) и Радзивиловской летописях. В первую очередь не совпадает дата события: в Лаврентьевской-Радзиви- ловской взятие Киева датировано 2 января на память св. папы Сильвестра[14], в HI — 1 января на св. Василия. HI указывает ханов, возглавлявших половецкое войско: «Концякъ и Данило Бяковиць». Новгородский текст лишен эмоциональных оценок и сравнений взятия Киева с разорением Иерусалима. «А кого доидеть рука, цьрньця ли, церницЬ ли, попа ли, попадье ли, а ты вЬдоша въ поганыя», — пишет новгород­ский летописец. Следующая же фраза проливает свет на его источник информации: «А что гости, иноземьця вьсякого языка, затворишася въ церквахъ, и въдашы имъ животъ, а товаръ съ ними роздЬлиша на полы». Видимо, среди этих гостей были и новгородцы, которые и рассказали по возвращении о произошедшем в Киеве. Да­лее кратко говорится об ограблении монастырей и церквей, откуда поганые забрали «вся узорочье» и увезли в свою землю, «а град пожгоша» (С. 45).

В рассказе Радзивиловской летописи говорится об участии в походе «всей по­ловецкой силы» — без каких-либо конкретных имен. Взятие Киева оценивается как «зло», равного которому не было от крещения Руси, ибо не только Подолье было взято и сожжено, но также Гора, Святая София и Десятинная церковь, монасты­ри; более детально описывается разграбление церковного достояния. Говорится о том, что молодых и трудоспособных людей, включая монахов и попов, забирали в плен половцы, а старых, больных и немощных «иссекоша». О судьбе иноземцев не сообщается.

Таким образом, перед нами два различных независимых друг от друга рассказа о киевском взятии, происхождение первого — новгородское и не связано с владимир­ским летописным источником.

По-видимому, не связано с ним и второе южнорусское известие, читающееся в Н1ст в эти годы: о победе Ольговичей над Литвой. В Радзивиловской соответству­ющее известие помещено под 6713 г.: «Той ж{е) зимы бишл^ Шлговичи с Литвою» (Стб. 421). В HI оно имеет другой вид: «Въ то же лЬто побЬдиша Олговица Литву: избиша ихъ 7 сотъ и 1000» (С. 45, 246). В общерусских летописях XV в. встречаются и тот, и другой вид известия. Что же касается летописей, имеющих в качестве источ­ника краткий новгородский летописец, то из них лишь Рог упоминает о литовском походе —в варианте Радзивиловской летописи.

Сообщения этой группы летописей о взятии Киева также близки к рассказу Рад­зивиловской, хотя все они дают более краткий вариант — по-разному сокращая этот текст (за исключением ЛА, в которой этого известия нет). Для них характерно оши­бочное именованием Рюрика Ольговичем (вместо Рюрика с Ольговичами). Наиболее подробны здесь Тр и НБЛ.

Тр: Кназ(ь) Рюрик Олгович со всею землею половецкою взга град Киев на щит, и бысг(ь) зло: игумен и чернци, попы и попади ведша в полон молодыуа, а старыга изсЬкоша, цр'квЬ пограбиша, Укона подраша (Л. 387 об.-388).

НБЛ: Взаг бысть Киев кнзем Рюриком ^Улговичемъ и всею землею половецкою. 1/1 со­твори велико эло: цр’кви побиша, 1'коны пограбиша, а попы i' черньци, мужи i' жены молодыа в полонъ, а старыА сЬкоша генвард в днь[15].

В остальных летописях этой группы известие звучит кратко, например, в Рог: «Месяца генварл 2 взатъ бысть Киовъ Рюриком Олговичем и всею силою Поло- вечьскою силно»[16].

Итак, оказывается, что два южнорусских сюжета Шст никак не связаны с влади­мирским источником, в то время как дополнительные южнорусские известия Н1мл — о походе на половцев и пострижении Рюрика — в основном совпадают с Радзивилов­ской (либо обнаруживают текстологическую зависимость от нее) и с соответству­ющими текстами указанной группы летописей. Очевидна такая зависимость лето­писей, восходящих к краткому летописцу, и в отношении рассказа о взятии Киева. Все это в совокупности дает серьезные основания считать, что Н1мл за эти годы использовала тот же северо-восточный летописный источник (возможно, гипотети­ческий свод Всеволода), что и краткий новгородской летописец. Этот летописный источник не отражают в полной мере Радзивиловская летопись и Летописец Перея­славля Суздальского, ибо в них читается другой текст о пострижении Рюрика (нет упоминания Вячеслава).

Очевидно, что в момент пополнения Шмл материалом из этого источника рассказ о взятии Киева в ней уже имелся[17].

Так или иначе, но можно утверждать, что южнорусский материал в начале XIII в. был получен в Новгороде из двух разных источников[18], и говорить об использова­нии северо-восточного летописного памятника в известиях за эти годы в HI можно лишь в отношении ее младшего извода. В дальнейшем следы подобного заимство­вания новгородскими летописцами владимирского летописного материала не столь очевидны. Под 6717 г. в HI сообщается о действиях Всеволода Юрьевича против рязанцев, однако данное известие не имеет никаких текстуальных совпадений с рас­сказом об этих событиях в Лаврентьевской и Радзивиловской летописях. Нет и яв­ных соответствий в иноземном материале под следующими годами HI и летописей, использовавших краткий новгородский летописец. Часть этих летописей содержит сообщения о дальнейшей судьбе Романа и Рюрика, чего нет в HI, а о рязанских событиях сообщает очень кратко. В свое время М. X. Алешковский высказал пред­положение о том, что источником южнорусского материала в HI за второе и первую половину третьего десятилетия XIII в стали рассказы архиепископа Антония, жив­шего в Перемышле и посещавшего Киев[19]. Проведенное исследование показывает, что прецеденты получения в Новгороде сведений о южнорусских событиях из уст­ных источников (от очевидцев) можно зафиксировать и ранее.

Е. Л. Конявская (Москва, Россия)

Из сборника «ROSSICAANTIQUA: Исследования и материалы», СПб., 2006

 

Примечания

[1] Кроме похода Романа и других русских князей на половцев в 1203 г. под 6710 г. в Рог читается сообщение о его более раннем походе — в 1201 г., представляющее собой сокращенный вариант соответствующего известия в Лаврентьевской и Радзивиловской летописях.

[2]См.: Шахматов А. А. Киевский Начальный свод 1095 г // Шахматов А. А. История русского летописания. Т. I. Кн. 2. СПб., 2003. С. 454-456.

© Е. JI. Конявская, 2006

[3]См.: Шахматов А.А. Статья «Летописи» из «Нового энциклопедического словаря Брокгауза—Ефрона // Шахматов А. А. Разыскания о русских летописях. М., 2001. С. 864.

[4]См.: Гиппиус А. А. К истории сложения Новгородской первой летописи // НИС. Вып. 6 (16). СПб., 1997. С. 14-15.

[5]В. Л. Янин определил, что данный комплекс сообщений «в Синодальном списке дан по мар­товскому, а в HIJI младшего извода — по ультрамартовскому счислению» (Янин В. JI. К вопро­су о роли Синодального списка Новгородской I летописи в русском летописании XV в. // J1X. 1980 г. М., 1981. С. 175). М. X. Алешковский объяснял разницу в датировке, в частности, известия

о  походе Ольговичей на Литву вставным характером рассказа о взятии Царьграда, указывая на разницу в два, а не в один год в дате Синодального списка и «Владимирской летописи» (см.: Алешковский М.Х. Новгородский летописный свод конца 1220-х годов // Там же. С. 105-106). Однако, если говорить не о различиях двух изводов, а о хронологии событий этих лет в летописа­нии вообще, такое простое предположение не объяснит запутанную ситуацию разнящихся дат.

[6]НПЛ. М.; Л., 1950. С. 240 (далее ссылки на это издание даются в тексте в скобках).

[7]ПСРЛ. Т. 15. М., 1965. Стб. 23.

[8]ПСРЛ. Т. 4. 4.1. Вып. 3. Л., 1929. С. 592. Тот же текст читается в ЛЕП (см.: ТОДРЛ. Т. 53. СПб., 2003. С. 114), Тр (см.: РГБ. Троиц. №805. Л. 388), НБЛ (см.: НИС. Вып. 10 (20). СПб., 2005. С. 353).

[9] В Радзивиловской текст идет под 6713 г.

[10]ПСРЛ. Т. 1. Л., 1926. Стб. 420 (далее ссылки на это издание даются тексте в скобках).

[11]Если в распоряжении новгородского летописца был список, повторяющий особенность Радзи- виловского (между Роман и Мстиславич вставлено и), такая ошибка тем более понятна.

[12]ПСРЛ. Т. 16. Стб. 47.— С незначительными разночтениями это известие читается и во всех остальных летописях. Исключение представляет только Рог, где на текст известия повлияло чи­тающееся в нем (и отсутствующее в других разбираемых памятниках) сообщение о предыдущем походе Романа на половцев —1201 г. Ср.: 6710 г.: «Ходи Романъ князь на Половци и взятъ вежи их»; 6712 г.: «Ходиши на Половци Роустии князи и взяша вежи их» (ПСРЛ. Т. 15. Стб. 23).

[13]    Тот же вариант Радзивиловской летописи использован и в «Истории» Я.Длугоша (см.: Щавелева Н.И. Древняя Русь в «Польской истории» Яна Длугоша. М., 2004. С. 191, 344).

[14] Эта дата и этот же рассказ читаются в большинстве более поздних летописей, лишь в Воло­годской указана дата 3 января, а инициатива похода на Киев приписана не Рюрику, а Ольговичам (см.: ПСРЛ. Т. 37. Л., 1982. С. 164).

[15]НИС. Вып. 10 (20). С. 353.

[16]ПСРЛ. Т. 15. Стб. 23.

[17] Соблазнительно было бы отнести насчет этого источника и дублирующее пространный рассказ, содержащийся в обоих изводах, сообщение Шмл о взятии Царьграда. Однако текст дублировки не имеет никаких совпадений с другими известиями об этом событии.

[18] Соединены два источника в каждом из рассмотренных известий в Тверском сборнике, где в рассказе о взятии Киева не только, как мозаика, чередуются фрагменты двух сообщений об этом событии, но совмещены в одном известии даже обе даты: 1 и 2 января. В известии о походе на половцев среди участников похода наряду с Романом Галицким назван и ошибочно указанный в HI некий Мстислав, а в сообщении о пострижении Рюрика, в основном базирующемся на тексте, читающемся в Радзивиловской летописи, вставлено имя Вячеслава: «тогда Романъ изима Рурика и з дЬтми, и иосла его съ ВАчеславомъ въ Киевъ, повелЬ его постричи въ чрьнци...» (ПСРЛ. Т. 15. Стб. 294).

[19]См.: Алешковский М.Х. Новгородский летописный свод конца 1220-х годов. С. 106-111.

 

Читайте также: