ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Рем, Ромул, Волчица и Марс. 753-716 гг. до н. э.
Рем, Ромул, Волчица и Марс. 753-716 гг. до н. э.
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 25-09-2015 11:59 |
  • Просмотров: 1114

Ромул сказал: «Здесь будет город».

«Город, как солнце», —  ответил Рем.

Н. Гумилев

Первые страницы римской истории, впрочем, как и по­следующие, похожи на миф.

Предание гласит, что после падения Трои лишь одному Энею с горсткой соратников удалось спастись. На кора­блях они достигли западных берегов Италии. Беглецы по­селились в Лации. Как любой народ, доведенный войной до нищеты и отчаяния, троянцы занялись грабежом. Они угоняли у аборигенов скот, чем вызвали законное возму­щение пострадавших. Царь Латин (согласно поэту Вер­гилию — сын бога Фавна и нимфы Марики, то есть про­исхождения божественного), вышел с оружием против пришельцев. Но сражения не состоялось, враги примирились, и царь Латин выдал за Энея свою дочь Лавинию. Эней основал городок, назвав его именем жены. Вскоре у них родился сын Асканий.

Одни историки верят, что эти события имели место, другие считают их мифом. Однако археология вновь и вновь подтверждает один и тот же факт: людская фанта­зия бедна на выдумки. А римляне, какими мы их знаем в более позднее время, никогда не увлекались абстрак­циями. Можно предположить, что некоторые реальные факты эта история хранит, тем более, что при раскоп­ках в Италии найдены доказательства древности культа Энея.

Главное затруднение: Троянскую войну историки от­носят к 1194-1184 гг. до н. э., в то время как датой осно­вания Рима принято считать 753 г. до н. э. То есть между этими событиями более 400 лет, о которых нет ни пись­менных источников, ни мифов. Лакуну между Энеем и Ромулом римские историки пытались заполнить сообще­ниями: «От Аскания родился Сильвий, от Сильвия Эней Сильвий» и так далее до появления на свет царских сыно­вей Нумитора и Амулия. С распри этих братьев и начина­ется история основателей Ромула и Рема.

Итак, два брата царствовали в Альбе-Лонге, городе, основанном сыном Энея Асканием. Старший, Нумитор, был человеком благородным, ну а младший, Амулий, — злодей. Царский трон наследовал положительный Нуми­тор, Амулию достались в наследство деньги. Власть без денег всегда ненадежна, и богатый Амулий сверг своего старшего брата. Чтобы никто не мог оспаривать его права, он убил сына Нумитора, а дочь его, Рею Сильвию, сделал весталкой (в этом сообщении нет анахронизма, ибо культ весталок был заимствован Римом из Альбы-Лонги). Одна­ко, как всегда, все планы расстроила женщина. Несмотря на данный обет безбрачия, Рея Сильвия родила двух здо­ровых и бойких мальчуганов. При этом заявила, что роди­ла детей от самого бога Марса. Ходили, правда, слухи, что Амулий надел доспехи, выдал себя за самого Марса, про­брался к племяннице и обесчестил ее. Даже если дело было именно так, рождение детей не входило в планы Амулия. Царь велел бросить младенцев в реку — мотив, встречаю­щийся и в других мифах, уже не римских. Слуга, которо­му поручили совершить злодеяние, придя на берег Тибра, увидел, что река разлилась. Лодки у него не было, на глу­бину он лезть боялся, потому бросил малышей у берега — решил, что дети все равно погибнут. Но малыши выжили. Вода вскоре схлынула, пробегавшая мимо волчица накор­мила орущих человеческих детенышей своим молоком. Потом младенцев нашел свинопас, принес подкидышей к себе в хижину и воспитал как своих сыновей. Мальчиков назвали Ромулом и Ремом. Братья выросли сильными и смелыми, но не питающими склонности к ремеслу свино­паса. Они собрали в окрестностях буйную ватагу, сверг­ли с престола Амулия и возвратили Альбу-Лонгу своему деду. Сами же решили основать новый город. Поскольку братья были близнецами, равными по возрасту и силе, то между ними тут же начались разногласия. Первым делом стали спорить, где основать город. Ромул предлагал посе­литься на Палатинском холме, а Рему больше нравился Авентин. Спор разрешили с помощью птиц. Братья сели подальше друг от друга и стали ждать знака свыше. Рем первым увидел в небе шесть коршунов, а Ромул — немно­го погодя — двенадцать. Все решило количество перна­тых — Ромул победил. Поговаривали, что Ромул обма­нул брата, но правдивая или придуманная позже цифра двенадцать магическим числом вошла в историю Рима. Со временем ее стали трактовать вполне однозначно: две­надцать птиц, увиденные Ромулом, означали двенадцать веков могущества Рима. Предсказание сбылось: Рим дей­ствительно просуществовал двенадцать веков.

Ромул, выиграв спор (или удачно обманув брата), при­ступил к закладке города.

Город был основан по древнему этрусскому обряду: в плуг запрягли корову и быка, Ромул пропахал борозду — померий — вокруг Палатинского холма. Поднятый плу­гом пласт отворачивали вовнутрь, ни одному комочку зем­ли не дозволяли упасть наружу. Это была черта будущей стены. Там, где надлежало построить ворота, плуг под­нимался, и борозда прерывалась. Стены города считались священными, переступать через борозду нельзя никому. Рем, несомненно, знал о благоговейном отношении окру­жающих к проводимому обряду, и все же перепрыгнул через сакральную черту, желая хоть как-то уязвить бра- та-победителя. Возможно, он полагал, что ссора кончится парой зуботычин и разбитыми носами. Но в восемнадцать лет трудно рассчитать все последствия неосмотрительных поступков. Дело кончилось смертоубийством. Ромул убил Рема.

(Заметим в скобках, что археологи на Палатинском холме в самом деле обнаружили остатки поселения, да­тируемые VIII веком до н. э. Более того, в 1985-1987 гг. были раскопаны остатки стены — той самой, о которой говорит предание. Нижняя, самая древняя часть стены опять же относится к VIII веку до н. э. Найдены были так­же следы рва, окружавшего стену.)

Вернемся к легенде.

Избавившись от брата, Ромул стал полновластным правителем нового городка. Земли у него было много (по масштабам того времени), людей мало, юный правитель стал принимать под свое покровительство всех желаю­щих, в том числе беглых рабов и преступников. В ито­ге в Риме собралась буйная ватага молодых и одиноких мужчин. Сорвиголовы пытались посвататься к девуш­кам из соседних городков и деревень, но всюду получали отказы: римляне в те годы считались неперспективными женихами. Среди тогдашних обитателей Рима нашлась лишь сотня парней, которые знали своих отцов. Их на­звали «патрициями», из них основали совет старей­шин — сенат[1].

Тогда Ромул и его друзья решили прибегнуть к хитро­сти. Они пригласили на праздник соседей-сабинян[2].

 

Капитолийская волчица. VI в. до н. э.

Капитолийская волчица. VI в. до н. э.

 

Ликторы. Прорисовка с колонны Марка Аврелия

Ликторы. Прорисовка с колонны Марка Аврелия

 

Соседи прибыли в Рим с женами и с детьми — посмотреть на новый Город и попировать. Но праздник завершился со­всем не так, как рассчитывали гости. По условному зна­ку римляне набросились на молодых девушек и, схватив добычу, потащили по домам. Поскольку римляне были при оружии, а сабиняне — нет, то разъяренным отцам и братьям осталось только одно — бежать. Если верить ле­генде, похитители вели себя более чем галантно и первым делом заявили, что захватили девушек исключительно с честными намерениями, то есть для заключения закон­ных браков и обретения потомства — обещания, которые во все века звучат наисладчайшей музыкой для женско­го уха. Сабинянкам были даны и другие обещания: жен­щины не должны делать тяжелой работы по хозяйству, задача будущей хозяйки — следить за домом, лелеять мужа, воспитывать детей, а из обязанностей не столь при­ятных — прясть шерсть. Ко всему тому римляне обещали женщинам всегда оказывать знаки уважения: мужчины должны при встрече пропускать женщин вперед, в их присутствии не говорить скабрезности. Девушки не мог­ли устоять, и дело закончилось многочисленными свадь­бами.

Через год сабиняне вернулись уже с оружием в руках. Не для того, чтобы отбить дочерей — через год это было делом бессмысленным, — ас тем, чтобы отомстить за прежнее поражение. В окрестностях сабиняне набрали в свое войско всех, кто надеялся на легкую добычу, и под­ступили к Городу. Поначалу им удалось захватить кре­пость на Капитолии[3].

Затем противники сошлись в низине между холмами. Битва происходила на месте будущего форума: сабиняне наступали с Капитолия, римляне отступали к Палатину. Поначалу сабинянам удалось опрокинуть римлян, Ромул был ранен в голову, но сумел остановить бегущих. Впо­следствии он приписал этот подвиг Юпитеру: бог отклик- нуле я на призыв молодого царя и вселил в сердца бегущих мужество. В этом месте потом был построен храм Юпите­ра Статора (Юпитера Останавливающего). Командовав­ший сабинянами Меттий Курций пустился бежать, конь понес его, и лошадь Курция увязла в трясине — на месте будущего центра мира находилось самое обычное болото, которое жители маленького городка использовали под свои нужды — в качестве кладбища. Неизвестно, чем бы кончилась битва, если бы не вмешались женщины. Сра­жение показалось им совершенно бессмысленным: отцы и братья не пришли освободить их сразу после похищения, а теперь зачем-то явились, чтобы обратить любимых до­черей и сестер во вдовиц. Мужчины вняли доводам жен­щин, и бывшие враги примирились.

Решено было, что сабиняне переселятся в Рим, горо­дом будут править два царя — Ромул и царь сабинян Тит Таций. К сотне римских патрициев добавилось еще сто, избранных их числа сабинян. Совместное правление дли­лось недолго. Спустя несколько лет Тит Таций был убит, но Ромул, по всей видимости, не особенно опечалился из- за этого и не спешил отомстить за царя-соправителя.

Постепенно характер властителя стал меняться, он все больше и больше отдалялся от остальных, стал но­сить трабею с пурпурной каймой[4], завел для себя специ­альное курульное кресло[5], в котором мог сидеть только он; теперь перед ним всегда шествовали ликторы со связ­ками прутьев (фасциями) на плечах. И плащ с каймой, и кресло, и ликторы — все это символы власти, заимство­ванные у этрусков. Ромул уже не советовался с сенатом, принимая решение, патриции обладали единственным преимуществом перед остальными: первыми узнавали, что решил царь.

Смерть Ромула окутана тайной. Якобы в 717 г. до н. э. он производил смотр войска. Внезапно поднялась буря, ударила молния, и густая туча опустилась на землю — все атрибуты перехода бога из одного мира в другой были на­лицо. Ромул исчез. Его подданные стояли растерянные и испуганные. Однако ходили слухи, и слухи, надо пола­гать, упорные, что отцы-сенаторы, недовольные правле­нием Ромула, убили царя в храме, тело расчленили и вы­несли по частям под одеждой.

«Кто видел настоящее, тот уже видел все, бывшее в те­чение вечности, и все, что еще будет в течение беспредель­ного времени. Ибо все однородно и единообразно», — на­пишет император Марк Аврелий много лет спустя.

Алферова М. В.

Из книги «История и легенды Древнего Рима», 2006



[1] Так звучит одна из версий возникновения сената и разделения граждан на патрициев и плебеев.

[2] Сабиняне — соседи древних латинов.

[3] Крепость находилась на одной из двух вершин Капитолийского холма.

[4] Трабея — короткий плащ, служивший у этрусков знаком царской власти.

[5] Курульное кресло — официальное кресло римских высших маги­стратов. Оно имело форму складного стула без спинки, изготовлялось из мрамора, бронзы, слоновой кости и других дорогих материалов.

 

Читайте также: