ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » » Неизбежное убийство. Смерть императора Иоанна
Неизбежное убийство. Смерть императора Иоанна
  • Автор: Malkin |
  • Дата: 13-09-2015 12:57 |
  • Просмотров: 1251

В России трон нередко переходил к следующему царю не как положено, не мирно, а путем переворота, порою – даже убийства. И зачастую не потому, что новый царь или царица были какими-то уж особенными извергами. Просто они знали, что пришли к власти нечестно, вот и ждали, что с ними поступят так же.

И чем больше они злобствовали, тем больше боялись. А такие русские правители, как Елизавета и Павел, вообще не ночевали две ночи подряд в одной комнате.

В особенности этим отличался XVIII век. Это был очень бурный век, «женский век» русской истории. В то столетие трон занимали Екатерина I (1725-1727 гг.), Анна Иоанновна (1730-1740 гг.), Елизавета Петровна (1741-1760 гг.), Екатерина Великая (1762–1796 гг.) А теперь сложите эти годы, и получится, что две трети века правили Россией императрицы.

Из них две последние взошли на престол с помощью насилия. С помощью гвардейцев, которые всегда были рады вознести на своих шпагах царицу, которая им потом по гроб жизни будет обязана.

Елизавета свергла императора Иоанна Антоновича. Теперь даже мало кто помнит, что больше года Россией правил младенец, который и говорить-то еще не умел. А вокруг него кипели страсти, боролись придворные партии, совершались дворцовые перевороты. Мать Иоанна, Анна Леопольдовна, была племянницей умершей императрицы Анны Иоанновны, и о ней, как и о ее муже, герцоге Брауншвейгском, почти ничего не известно. Их привезли в снежную Россию, и они стали делать вид, что ею правят. Хотя даже языка не знали. И окружали их большей частью приезжие немцы.

Все это возмущало российскую знать. И взоры вельмож обратились к дочери Петра Великого, Елизавете, женщине веселой, подвижной, моднице и хохотушке, такой доброй и простой, что ни Анна Иоанновна, ни Анна Леопольдовна ее и в расчет не брали.

Но вот придворный медик, хитрющий Лес- ток, и гвардейские гренадеры уговорили ее показать всему миру, что она, дочь Петра, и есть настоящая российская царица. Хватит тут немцам хозяйствовать!

В ночь на 25 ноября 1741 года к ее подъезду подали двое саней. Она с Лестоком села в первые, заговорщики – во вторые.

У казармы гренадеров часовой хотел было поднять тревогу, но Лесток кинулся к нему и распорол кинжалом барабан.

Через несколько минут к Зимнему дворцу мчались уже двести гренадеров. Анну Леопольдовну и ее мужа арестовали, а младенца императора Елизавета взяла на руки, стала убаюкивать и жалеть. Понимала ведь, что судьба его будет горькой.

В тот день Елизавета, молясь перед иконой, пообещала, что никогда никого не осудит на смерть.

А это важно для нашего дальнейшего рассказа.

Сначала было решено выслать семью Иоанна на родину. Им дали сани, разрешили взять с собой драгоценности и теплые вещи, но на подъезде к Риге их догнал другой приказ Елизаветы: задержать и отправить под строжайший надзор.

И понятно: умные люди сообразили, что за границей окажется русский император, мальчик, игрушка в чужих руках. А врагов ведь немало: и австрийцы, и пруссаки, и поляки – все готовы воспользоваться этим России во вред.

Представьте теперь Россию XVIII века – страна и народ пребывали в растерянности. Громадная, темная, крепостная страна разлеглась на тысячи верст, а на ней, подобно огонькам, разгорались города, в которых люди и одевались иначе, и жили в других домах. Там скапливались колоссальные богатства и Царила нищета. А сколько было там недовольных и готовых к бунту людей! Им казалось, что сегодняшняя власть никуда не годится, а вот придет другой царь, и всем станет лучше, восстановится справедливость и закон.

Уже летом следующего года был раскрыт первый в цепи заговоров. Три заговорщика хотели низложить Елизавету и передать трон Иоанну. Их разоблачили, но не казнили, а били кнутом и сослали в Сибирь. Такого ни раньше, ни потом в России не водилось. В живых бунтовщиков не оставляли. Но императрица после этого находилась «в страшной боязни и смятении» и проводила ночи в компании друзей, а днем пряталась где-нибудь в дальней комнате дворца и кое- как высыпалась.

Ровно через год – новый заговор. На этот раз куда более серьезный, потому что за полковником Лопухиным и двумя светскими дамами, у которых просто оказались слишком длинные языки, стоял австрийский посланник.

Правда, когда виновников наказали, посланника посадила в крепость сама австрийская императрица. Наверное, не столько за то, что интриговал против Елизаветы, как за то, что попался. Вот этого дипломатам никак не положено.

И так чуть ли не каждый год. Тем более что, кроме настоящих заговорщиков, всегда находились просто сумасшедшие.

В конце концов, страх перевесил соображения доброты, и в 1744 году брауншвейгскую фамилию перевезли в Холмогоры. Остаток жизни они провели в тамошней крепости, за деревянным тыном, копались в огородике, читали Библию. У Анны и Антона родились другие дети. И если Анна умерла нестарой, то Антон провел в заточении тридцать лет и скончался глубоким стариком. Как только он умер, четверых младших детей выслали в Данию, к их родственнице, тамошней королеве. Но Иоанна Антоновича никто на волю отпускать не собирался, тем более что истинная судьба мальчика оставалась никому не ведомой. Чем дальше шло время, тем больше в России и Европе распространялось слухов о том, что Иоанн пытался бежать, что он кипит местью и ждет освобождения, которое уже не за горами.

Можете представить, как сердилась на эти слухи императрица!

Ведь она захватила власть силой, она посадила в тюрьму законного императора и отняла свободу у его матери и отца. Как же было не бояться такой же судьбы? Благо достаточно людей в империи, которые желали ее смерти.

И вот тогда Елизавета нарушила свой обет.

Она отдала секретный приказ офицерам, которые денно и нощно стерегли Иоанна: если возникнет опасность освобождения, то они обязаны его сразу убить.

Шли годы. Заговоры рождались и погибали, сплетни плодились, при европейских Дворах плели интриги, тем более что Елизавета участвовала в Семилетней войне против Пруссии и русские войска даже занимали

Берлин.

И вот в 1760 году Елизавета умерла. На престол взошел Петр III, патриот Пруссии, презиравший все русское. В России ждали, что Иоанна немедленно освободят.

Новый император по секрету собрался в Шлиссельбургскую крепость – новое место тайного заточения Иоанна – и велел пропустить его к узнику.

Его встретил бледный, невнятно говоривший, робкий молодой человек. Не раскрывая своего имени, Петр пообедал с ним, а потом, ничего не сказав, уехал.

И решил пленника не выпускать.

Да, он неразвит, почти слабоумен, но зато может стать послушной игрушкой в руках любого недруга!

Пусть лучше все останется как есть.

И тайный приказ Елизаветы продолжал действовать. Правда, никто, за исключением узкого круга посвященных, не подозревал, где прячут узника-императора.

Так прошло еще два года.

Свергнув своего мужа, Екатерина унаследовала и живого императора, который томился в Шлиссельбургской крепости.

Но в отличие от Елизаветы Петровны, Екатерина никаких обетов не давала и, если нужно, казнила, кого потребуется.

А ведь императору Иоанну уже перевалило за двадцать. Совершеннолетний мужчина.

Значит, по всем законам божеским и человеческим императрица Екатерина Алексеевна, недавно убившая собственного мужа, чтобы захватить престол, должна была с этого престола мирно и покорно сойти. Но с престолов мирно не сходят.

И чем старше становился император, тем его тщательней берегли, чтобы никто не догадался о Шлиссельбурге. Но ведь императора охраняли солдаты, а солдат кормили интенданты, к тому же требовались мастеровые для всяких текущих надобностей. А секрет, который известен трем дюжинам служивых людей, уже вовсе не секрет для города Санкт-Петербурга.

Город буквально полнился слухами о близком перевороте и возвращении на трон настоящего мужчины, а не узурпаторши неизвестно каких кровей.

Екатерина сама писала в письме об этих заговорах: «Со святой Недели много о сем происшествии почти точные доносы были».

Как она боялась узника! Ей ежедневно приносили доклады – как он спит и ест, о чем говорит, не искал ли кто-нибудь встречи с императором?

Нет, так долго продолжаться не могло! Не могла женщина с больной совестью жить рядом с законным государем России. А раз Иоанн был безоружен, а на стороне царицы была и армия, и сыск, и верные слуги, то исход можно было предугадать заранее. Но надо сказать, что хотя в последующих событиях и чувствуется рука императрицы, но доказательств этому нет.

За шестьсот лет до тех событий в Англии правил король Генрих II и отчаянно враждовал со своим бывшим лучшим другом, архиепископом Кентерберийским Фомой Беке- том. Настолько сильно он его ненавидел, что как-то за столом в компании близких рыцарей воскликнул:

– Неужели никто не избавит меня от этого святоши?!

И тогда четыре рыцаря поднялись из-за стола, сели на коней и помчались к проливу Ла-Манш. Дело в том, что возглас короля раздался во Франции, где он тогда с кем-то воевал, а архиепископ жил в Англии.

Через несколько дней, переплыв пролив, рыцари высадились на английском берегу, доскакали до собора в Кентербери, нашли там архиепископа и зарубили его мечами.

Затем вернулись к королю и доложили:

– Задание выполнено!

– Как вы посмели?! – кричал король, который сильно испугался общественного мнения. – Я вам не приказывал!

– Не приказывали, – согласились рыцари. – Но намекнули.

Прошло несколько лет. Король потерпел ряд поражений, родные сыновья восстали против него. Тогда он кинулся в Англию и на коленях прополз несколько миль до Кентербери, а потом спрятался от всех в подвале, где была могила Бекета. Он просил у него прощения. Но, конечно, не получил. Мертвые не прощают.

Подобная ситуация, вернее всего, сложилась и в России в 1764 году.

Надо было устроить провокацию. То есть найти человека, который попытается освободить Иоанна, думая, что это – воля сильных мира сего.

Но доехать до своей столицы пленный император не должен.

Документы молчат, но такой человек нашелся.

Звали его Василием Мировичем. Его дед был помощником гетмана Мазепы и вместе с ним был наказан. У Мировичей отобрали в казну богатое поместье.

Мирович был молод, озлоблен и полагал, что Екатерина и ее помощники виновны и в его бедах, и в бедах Украины.

И вот такого человека назначают офицером в караульную команду Шлиссельбургской крепости. Нет, он не охраняет саму камеру императора, а всего лишь стережет территорию.

А самого Иоанна бессменно охраняли два обер-офицера, Власьев и Чекин, которые жили рядом с камерой императора и должны были глаз с него не спускать ни днем, ни ночью.

Пока шли поиски подходящего «бунтовщика», чем, по некоторым сведениям, занимался некий Теплов, человек грубый и жестокий, Власьеву с товарищем пришел срок увольняться со службы. Но приближенный Екатерины Панин, судя по документам, вызвал офицеров к себе и дал по тысяче рублей каждому взамен обещания служить и дальше возле камеры Иоанна. Притом Панин попросил офицеров «потерпеть». И они терпели до 5 июля – полгода.

Связь с Мировичем держали через офицера Ушакова. Этот Ушаков, в частности, сообщил Мировичу, когда надо предпринять нападение на охрану императора, и велел ему ждать ночью двух шлюпок, которые должны будут взять на борт императора и его спасителей.

И вот 4 июля все готово. В тот день загадочно исчезает Ушаков – посредник, знавший и Мировича, и Теплова, и всех организаторов похищения. Труп его нашли ночью. Без Ушакова, как посредника между Зимним дворцом и Мировичем, отыскать связи почти невозможно.

Но Мирович не знал, что основного свидетеля убрали.

Он верил в то, что за его спиной стоят тысячи недовольных, что его нападение на караул и освобождение Иоанна подготовлено большими силами. Он верил, что вернется в Петербург триумфатором!

По сигналу Мировича его команда выстроилась на небольшом крепостном плацу. Мирович произнес страстную речь о том, что российский трон попал в руки авантюристки, не имеющей на него прав, а законный император сидит в тюрьме.

Солдаты были подготовлены заранее и знали о таинственном узнике. Арестовав своего командира, они во главе с Мировичем кинулись на штурм тюрьмы. Охрана сражалась неохотно. Кому хочется помирать ради неизвестной цели? Тем более что команда Мировича выкатила пушку и направила ее на дверь каземата.

Дело решали секунды. Выстрели пушка секундой раньше, Власьев не успел бы отпереть камеру императора, а Чекин выхватить пистолет.

Император стоял у дверей. Он был напуган, он слышал выстрелы и не понимал, что они означают. Чекин выстрелил от двери прямо в голову Иоанну. Император упал и сразу умер. И буквально тут же в каземат ворвался Мирович с солдатами.

Но было поздно – они освободили труп.

Когда же Мирович хотел расстрелять офицеров, убивших императора, те показали ему грамоту 50-го года с приказом убить узника, если его захотят освободить.

И Мирович сдался. Тем более что помощи извне он так и не дождался.

Суд над Мировичем длился два с небольшим месяца. Барон Черкасов, один из судей, в своей речи сказал: «Мне невероятно, что Мирович не имел сообщников в своем злом умысле, кроме Аполлона Ушакова». Но никто на эти слова внимания не обратил.

Мировича казнили 14 сентября. И он до самого последнего мгновения улыбался и был спокоен. Он был убежден в том, что власти притворяются. Ему же обещали жизнь и даже свободу.

Есть теория, что Мирович был не столько российским, сколько прусским агентом.

Но вернее всего, дело ограничилось Зимним дворцом. Екатерине был нужен мертвый император.

Игорь Можейко

Из книги «Исторические тайны Российской империи»

 

Читайте также: