ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Операция Северный полюс
Операция Северный полюс
  • Автор: Vedensky |
  • Дата: 09-05-2014 18:39 |
  • Просмотров: 1386

            В 1942 и 1943 годах Голландия превратилась в арену дуэли, не имевшей аналогов в истории, цели и задачи которой до сих пор так до конца и не выяснены - дуэли между английской секретной службой и немецким абвером (Абвер - орган военной разведки и контрразведки нацистской Германии. Его предшественник был образован в 1911 г. правительством буржуазной Веймарской республики. С января 1935 по февраль был реорганизован в управление разведки и контрразведки верховного главнокомандования вермахта.

 Центральные его аппарат состоял из 5 отделов: 1 - разведка за границей военно-экономического потенциала вероятного противника. II - организация диверсионной деятельности за рубежом и в тылу вражеских войск. III - военная контрразведка и политический сыск в собственных вооруженных силах и военной промышленности. IV - сбор открытой разведывательной информации (иностранная пресса, радиопередачи, литература) и руководство военным атташатом. V - административные вопросы, архив, картотека агентуры.

 В феврале 1944 г. был расформирован. Основные его подразделения (личный состав и технические средства) вошли в состав главного управления имперской безопасности, начальником которого в то время был Эрнст Кальтенбруннер.).

            Английская секретная служба шла на жертвы и не жалела усилий, чтобы создать видимость активной деятельности в Нидерландах своей якобы крупной агентурной сети и подпольной организации (реально в них насчитывалось немногим более 1500 человек).

            В свою очередь, почти два года немцы передавали в Лондон радиограммы с дезинформацией о будто бы успешной деятельности голландского движения Сопротивления, захватив и перевербовав десятки агентов.

            Голландский отдел управления секретных операций организовал около 200 вылетов самолетов в Голландию, доставляя туда агентуру, оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества и продовольствие в весьма значительных количествах, которые в основном попадали в руки немцев.

            Когда радиоигра была окончена, никто не мог сказать с полной уверенностью, кто же кого обманывал больше.

            Участниками операции были:

            - с английской стороны:

            а) Управление специальных операций, располагавшееся в Лондоне по Бейкер стрит, которое возглавлял генерал-майор Колин Габбинс. Управление занималось спецподготовкой голландцев и обеспечивало их радиоаппаратурой, взрывчатыми веществами и сфабрикованными документами. Оно же отвечало за поддержание радиосвязи с заброшенной в страну агентурой. В управлении операция получила наименование «План Голландия».

            б) Военно-информационная служба голландского эмиграционного правительства. Шефом ее был полковник Сомер, который отбирал молодых голландцев и направлял их в управление специальных операций и специальную подготовку.

            в) Би-Би-Си - английская радиовещательная корпорация, передававшая в эфир обусловленные сигналы, оповещавшие голландских подпольщиков о направлении туда агентов и материалов, во время своих ежедневных передач для Голландии.

            г) Королевские военно-воздушные силы, предоставлявшие свои самолеты для вылетов в Голландию и сброса над ее территорией на парашютах людей и грузы. (Во время таких действий было потеряно довольно большое число машин, в том числе и четырехмоторных).

            - с немецкой стороны:

            а) Абвер, представителем которого в Голландии был майор Герман Гискес, организовавший и руководивший операцией, названной им же «Операция Северный полюс».

            б) СД (СД - (зихерхайтсдинст) - служба безопасности нацистской Германии. Была сформирована в 1934 г. первоначально в целях обеспечения безопасности Гитлера и руководства НСДАП. Первое время представляла собою нечто вроде вспомогательной полиции. Занималась изучением и подготовкой материалов общего характера, вскрывала планы оппозиционных партий и течений, сферы их влияния, системы связи и контактов, воздействовала на общественное мнение. Вела досье на противников режима и имела разветвленную информационную сеть внутри страны и за рубежом. Ее информаторы, помощники информаторов и ненадежные субъекты. Формально подчинялась партийному руководству - Геббесу, затем Борману, на деле же - Гиммлеру.

 На Нюрнбергском международном процессе признана преступной организацией.), которую представлял оберштурмбанфюрер СС (СС - (шутцштаффельн - в немецком написании в обоих словах - буква «С») - охранные отряды, привилегированная военизированная организация третьего рейха. Сформирована в 1923 г. с задачей охраны фюрера и нацистских сборищ. В нее отбирались фанатично преданные фюреру молодчики. Со временем стала главной опорой правящего режима и оружием террора. Из нее были выделены подразделения «мертвая голова» для охраны концлагерей и войска СС, насчитывавшие в 1944 г. 38 дивизий с 950 тыс. человек личного состава. Нюрнбергским трибуналом признана преступной организацией.) Иосиф Шрайэдер, организовывавший «группы приема» сбрасываемых агентов и грузов. Он же потом проводил аресты прибывших и сам их допрашивал. А называл он проводившиеся мероприятия «игрой с Англией».

            в) Служба радиоперехвата и контроля за эфиром так называвшейся немецкой полиции порядка, которая и выявила наличие нелегальных радиопередатчиков в самом начале операции.

            г) Голландский торговый маклер Георг Риддерхоф, сотрудничавший с немцами и сыгравший немалую роль в организации и осуществлении операции, в особенности на начальном ее этапе.

 

 Ноябрь 1941 года. Георг Риддерхоф находится под следствием за контрабанду бриллиантов в Бельгию. В тюрьме он случайно услышал о наличии в стране подпольной организации под названием «Орде-динст», в состав которой входил некий капитан ван ден Берг. У этого капитана будто бы имелась связь с двумя английскими агентами Тийсом Таконисом и Хубертусом Лоуверсом, совсем недавно прибывшим в Голландию.

            При ближайшем оказии Риддерхоф сообщает эти сведения немцам. Обвинение против него было в тот же час снято, а он стал работать на абвер, получив псевдоним «Георг».

            Немецкая служба радиоперехвата к тому времени выявила нелегальный радиообмен, но пока еще не могла установить местонахождение передатчика. Таким образом, информация Риддерхофа оказалась своевременной. После своего освобождения из тюрьмы Риддерхоф вступил в контакт с капитаном ван ден Бергом и завоевал через некоторое время его доверие - не в последнюю очередь за счет передачи тому информации для англичан, специально подготовленной абвером, чтобы выйти на след подпольного радиопередатчика.

            6 марта 1942 года немцы устанавливают точное нахождение радиопередатчика в жилом доме по Фаренхайт - страату в Гааге. В тот же вечер они арестовывают радиста Хубертуса Лоуверса как только тот стал устанавливать связь с Лондоном. Через несколько дней в Арнеме был арестован Тийс Таконис. Оба они были помещены в тюрьму Схевенингена.

            Перед немецкими дешифровщиками была поставлена задача вскрыть код Лоуверса. Значительное облегчение в этом им оказало то обстоятельство, что текст его радиограмм был в общем-то для них знаком.

            Чтобы получить представление о британской секретной службе и ближайших намерениях союзников, майор Гискес решил продолжить работу, используя передатчик Лоуверса. Пообещав уберечь от смерти самого Лоуверса и его товарища Такониса, Гискес предложил тому передать в Лондон те три заготовленные радиограммы, которые он не успел передать в день ареста, - но под немецким контролем. Лоуверс согласился.

            12 марта 1942 года около двух часов дня Ловерс сидел за своим собственным передатчиком в помещении бывшего детского дома в Нордвике - как будто бы ничего не произошло. Рядом с ним находился немецкий радист на прерывателе - на случай, если Лоуверс попытается передать сигнал опасности и тем самым предупредить английского корреспондента. Через несколько дней Лондон сообщил о важном задании - подготовке места для сброса большой партии различного материала и нового агента. Операции Присваивается кодовое название «операция Брунненкрессе» (колодезная жеруха).

            27 марта в соответствии с установленным сигналом из шедшего на небольшой высоте бомбардировщика был сброшен на парашюте агент Арнольд Баатсен, имевший псевдоним «Абор», и шесть больших контейнеров с различным материалом, которые, естественно, попали в руки немцев. У «Абора» было задание провести акт саботажа и использовать в дальнейшей работе радиопередатчик Лоуверса. Приземлившегося «Абора» приветствовал Риддерхоф, затем имевший с ним продолжительную беседу, в ходе которой выяснил целый существенных моментов.

            В три часа утра Риддерхоф предложил «Абору» припрятать парашют и снаряжение, поскольку за ними должны были придти на рассвете свои люди. За этим занятием «Абор» был задержан сотрудниками немецкой службы безопасности и доставлен на допрос в Гаагу.

            Утром того же дня передали в Лондон следующую радиограмму:

            «Операция Брунненкрессе» прошла без осложнений. «Абор» доставлен в надежное место.»

            Радиосвязь между когда-то детским домом в Нордвике и Лондоном осуществляется и дальше. Но вот однажды майору Гискесу было доложено о возникшем у немецких радистов подозрении, что Лоуверс добавляет какие-то буквы к передаваемым радиограммам. Немцы под благовидным предлогом предложили заменить радиста. Лондон, к их удивлению, сразу же согласился.

            В управлении спецопераций знали, что немцы, применяя свои методы допроса, могут почти всегда развязать язык арестованного агента. Чтобы избавить своих людей от возможных пыток, Лондон разрешил им в случае ареста раскрывать немцам свои коды. Однако для различения истинных передач от сфабрикованных, радисты должны были добавлять в конце каждой радиограммы определенный знак - своеобразное подтверждение надежности текста. Если такого знака не было, англичане понимали, что этот человек «подзалетел». И хотя Лоуверс раскрыл свой код майору Гискесу, он назвал ему неправильный концевой знак. К его удивлению, Лондон никак не отреагировал на это, принимая составленные немцами радиограммы, будто бы ничего не произошло.

            Решающей фазой «Плана Голландия» стал период времени с июня 1942 по февраль 1943 годов, когда немцам удалось сорвать англо-голландскую операцию «Керн» (ядро).

            26 июня 1942 года в поле под Стеенвиком спрыгнул на парашюте руководитель группы «Керн» Джамброис в сопровождении радиста. В их задачу входила организация вооруженных групп Сопротивления, предназначенных для действий в день «X» - при вторжении в страну союзных войск. Бомбардировщик, на котором они были доставлены в Голландию, был на обратном пути сбит. Его обломки и некоторая документация были немцами выловлены из моря.

            Джамброис должен был совместно с руководителем подпольной организации «Орде-динст» создать шестнадать саботажно-диверсионных групп по сто человек в каждой.

            Поскольку абвер не знал, кто в то время являлся руководителем этой организации, то направил в Лондон от имени Джамброиса радиограмму, в которой тот выражал недоверие к руководству «Орде-линста», засоренному, якобы, немецкими шпиками, и высказывал намерение войти в контакт с более надежными организациями.

            Лондон, как оказалось, был согласен с его предложением, и немцы во все больших количествах стали перехватывать вооружение и снаряжение, предназначавшиеся для создания упомянутых подпольных групп.

            В Англии между тем продолжалась спецподготовка молодых голландцев, предназначавшихся для использования в операции «Керн». Создание 16 диверсионных групп в Голландии шло настолько «успешно», что Лондон до ноября направил туда 17 агентов, которые все, естественно, попали в руки немцев. Пятеро из них были радистами с собственными радиопередатчиками и линиями связи. Немцы «доложили», что подпольные группы насчитывают порядка 1500 человек и высказали мнение, что этим участникам движения Сопротивления не помешали бы одежда, обувь, табак и кофе. В ответ на эту просьбу Лондон в одну из ночей сбросил все упомянутое общим весом до 5 тонн.

            Для «обеспечения голландских сопротивленцев» в руки немцев попали более 15 тонн взрывчатых веществ, 3000 автоматов, 5000 винтовок и пистолетов, 300 пулеметов, 2000 ручных гранат, более полумиллиона патронов, 75 радиопередатчиков и большое количество различного снаряжения. Все это складывалось в одном из зданий замка Виттен борг в Вассенааре под Гаагой, где располагалось немецкое оккупационное управление.

            В июле 1942 года группа Тийса Такониса получила задание разведать и определить возможность подрыва антенного поля немецкой радиостанции в Коотвике, откуда командование подводными силами поддерживало связь с немецкими подлодками, оперирующими в Атлантике.

            В последующих радиограммах давался подробный инструктаж по подрыву его опорных мачт.

            Следуя этим радиограммам, абвер создал специальное подразделение, которое под видом голландских подпольщиков изучило возможности доставки туда взрывчатых веществ. Исходя из реальных результатов разведки, немцы радировали в Лондон, что задача вполне выполнима, так как охрана радиостанции довольно слаба.

            9 августа 1942 года пополудни из Лондона поступило указание приступить к проведению акции. Через два дня радист абвера сообщил Лондон:

            «Вылазка в Коотвик прошла неудачно. Часть отряда попала на минное поле, установленное вблизи мачт. Погибли 5 человек. Тийс Таконис и остальные - в безопасности».

            Через некоторое время Лондон передал благодарность участникам акции и сообщил, что Тийс Таконис награжден медалью за храбрость.

            Немцы, в свою очередь, поместили в голландский прессе объявление следующего содержания:

            «Преступные элементы предприняли попытку подрыва одной из радиостанций в Голландии. Попытка эта была сорвана. Захваченные при этом материалы свидетельствуют о поддержке этого диверсионного акта противником. Законопослушное население вновь предупреждается о тяжелых последствиях подобных попыток и даже их поддержки».

            В то время как Лондон направляет во все больших размерах оружие и снаряжение для голландских подпольщиков в целях подготовки к дню «Х», немцы ускоренными темпами осуществляют строительство мощных оборонительных укреплений на голландском побережье. Операция «Керн» утверждает их уверенность, что вслед за созданием большого числа групп Сопротивления, должна последовать крупномасштабная военная акция.

            С января по апрель 1943 года в Голландию прибывают еще 17 агентов, в числе которых 7 радистов с рациями. Перед абвером встает задача обеспечивать Лондон информацие о деятельности в общей сложности до 50 агентов, что становится практически невозможным делом. В связи с этим майор Гискес запрашивает разрешение Лондона о сворачивании, якобы из соображений безопасности ряда радиопередатчиков.

            Весна 1943 года. Операция «План Голландия» длится уже 15 месяцев. Немецкие штабные карты подтверждают, что районом вторжения союзников вполне могли стать Фландрия и Голландия, побережье первой из которой находится всего в 35 километрах от Англии.

            На каждом более или менее важном объекте в стране находилось не менее 200 готовых к бою немецких солдат. Чтобы изобразить активную саботажно-диверсионную деятельность местных подпольных группировок в своих донесениях англичанам, абвер использовал малейшие несчастные случаи в немецких войсках и некоторые реальные выступления голландских патриотов. Кроме того, майор Гискес устраивал инсценировки саботажа на железной дороге. И хотя никаких реальных потерь при этом не было, они вызывали инсценированный им же взрыв грузовой баржи с «самолетами» (на самом деле на ней были собраны остатки сбитых самолетов и ненужных частей) около Роттердама в августе 1943 года.

            В начале марта 1943 года Гискес получил из Лондона сообщение об «операции «Шпрос» (отпрыск). Для сброса людей и грузов англичанами он органиховал площадку на лесной поляне в 5 километрах от Эринело. В ночь с 9 на 10 марта там должны были приземлиться Питер Дурлейн с двумя другими агентами, направляемыми на усиление деятельности подполья по плану «Керн».

            Вот что рассказывал Питер Дурлейн о событиях тех дней:

            «На одном из аэродромов Англии нас ожидал четырехмоторный бомбардировщик «Галифакс». Сопровождаемые самыми добрыми пожеланиями, мы сели в самолет. Полет проходил на очень низкой высоте, чтобы не быть обнаруженным вражескими радарами. Примерно через час под нами показалось голландское побережье. В 0.15 мы были над обусловленным местом. Над городком Хардервик по пути был сброшен десяток клеток с почтовыми голубями для маскировки истинной цели полета.

            Оставив справа городок Апельдоорн, самолет стал кружить над лесной поляной и мы приготовились прыгать.

            На очередном заходе я увидел обусловленный световой сигнал принимающей группы.

            Приземлился я примерно в километре от поляны, сев на дерево. Соскользнув с него, скрылся в кустарнике, держа палец на спусковом крючке пистолета, и стал ждать. Через некоторое время услышал приближение людей, и вот кто-то крикнул парольное слово «Пауль». Вздохнув с облегчением, я вышел навстречу людям. Они сердечно меня приветствовали. Двое летевших вместе со мною товарищей были уже с ними. Руководитель группы приема объяснил нам, что придется подождать часа два, а затем мы направимся в Эрмело. Нас угостили английскими сигаретами и дали выпить по нескольку глотков виски из фляжек.

            Было часа четыре утра, когда был дан сигнал на выезд. Мы разделились на небольшие группки: каждого из нас сопровождали по два человека из состава группы приема. Группы наши двигались на удалении примерно 100 метров друг от друга. Минут через пять мои спутники вдруг набросились на меня, скрутив руки за спину, и я услышал клацанье наручников. Все произошло настолько быстро и неожиданно, что я не успел даже оказать сопротивление. Я подумал, уж не сошли ли они с ума, и сказал: «Прекратите глупости!» Но тут один из них сунул мне дуло пистолета в спину, раздался свисток, и из кустов выступила большая группа людей, окружившая нас. Один из подошедших заявил мне на отличном голландском языке:

            - Вы арестованы, мой друг, - ха-ха - и являетесь пленником немецкой разведки. Вся ваша организация находится в наших руках. Война для вас будет окончена - если вы поступите так, как мы вас прикажем. Тогда все будет в порядке, и вы останетесь в живых.

            После этого меня связали и отвезли на телеге к стоявшему невдалеке автомобилю Красного креста. Примерно через два часа мы прибыли в бывшую духовную семинарию, в помещениях которой гестапо (Гестапо - (гехайме штаатсполицай) - тайная государственная полиция нацистской Германии. Была создана в 1993 г. с целью физического устранения политических противников режима. Ее агенты имелись на всех предприятиях, в учреждениях, организациях и даже жилых кварталах. В концлагерях и застенках были убиты и зверски замучены сотни тысяч антифашистов. Во время II-ой мировой войны ее органы творили жестокую расправу над мирным населением оккупированных территорий. Нюрнбергским международным военным трибуналом признана преступной организацией.)

            Я не подумал, что немцы станут обращаться с нами как с военнопленными, а может даже и не как со шпионами. Скорее всего, нас оставят в живых до тех пор, пока мы будем им нужны - пока, по их мнению, они смогут получить от нас какую-либо информацию. В этом я был убежден. Каждое утро, просыпаясь от стука в дверь, первой моей мыслью было: это - экзекуционная команда.

            В середине июня меня перевели в другую камеру, где нам оказалось трое человек. Я тут же установил уже апробированным способом контакт с соседними камерами. Первым же моим вопросом был: имеются ли желающие совершить побег? Иоханн Уббинк, из соседней камеры, оказался единственным, кто дал свое согласие. Для начала мы просверлили небольшое отверстие в стене под умывальником для лучшей связи.

            Через месяц мы разработали план побега и начали подготовку. Окно камеры выходило во внутренний двор. Фрамуга над дверью была поэтому единственной реальной возможностью бегства. Она представляла собой обычную раму, поворачивающуюся внутрь. Однако со стороны коридора там были установлены металлические штыри. Я вспомнил, что один из наших преподавателей по спецподготовке в Англии рассказывал, будто бы расстояния между ними вполне позволяли пролезть сквозь них человеку. Вытащив нитку из матраса, я измерил расстояния между штырями. После этого снял с кровати матрас и положил его на пол, оставив между ним и нижним краем кровати пространство, не превышавшее моей мерки, и приступил к тренировкам. Пролезть мне удалось, только сняв верхнюю одежду. Чтобы спуститься с второго этажа здания на землю, требовалась веревка длиною 12 метров. Лезвием бритвы, которые мы получали дважды в неделю, я нарезал полоски из нижней стороны матраса и связал их вместе морскими узлами. Уббинк также изготовил такую же веревку. Связав их, мы хотели перекинуть длинную веревку через железную решетку, а потом стянуть вниз, как только оказались бы на земле, чтобы не оставлять никаких следов побега. Уббинк был для меня совершенно чужим человеком, которого я знал только по голому, так как нас никогда не сводили вместе, как впрочем и всех остальных заключенных. Мы пришли к выводу, что наилучшим моментом для бегства являлась вечерняя раздача пищи, когда охрана перемещалась от камеры к камере с железной тележкой, производившей ужасный грохот, а именно в момент ее поворота в другое крыло здания, имевшего подковообразную форму. Чтобы предотвратить побег, немцы распорядились вывешивать по вечерам верхнюю одежду на стул, стоявший в коридоре перед камерой. Я надеялся, что двое оставшихся в камере заключенных развесят свою одежду таким образом, чтобы не было пустых мест.

            Поскольку мы знали, что по субботам и воскресеньям численность охраны сокращалась, то выбрали для побега вечернее время воскресенья 29 августа 1943 года.

            В то воскресное утро я проснулся очень рано. День тянулся мучительно долго. Вечером в шесть часов был в полной готовности. Как ни странно, мои сокамерники нервничали больше, чем я сам. Ван дер Боор сказал мне со слезами на глазах:

            - Ради Бога, Питер, не делай этого. Они ведь тебя сразу же расстреляют.

            Я только молча пожал руки товарищей, не в силах сказать ни слова и понимая, что расставание это - навсегда.

            И вот дверь в камеру открылась, была внесена пища, затем дверь снова была заперта. Сняв верхнюю одежду, я дождался, когда тележка загрохотала за поворотом и стуком в стенку соседу дал сигнал: «Пора!»

            Взобравшись на кровать, я открыл фрамугу и выглянул в коридор. В нем никого не было. Рядом я заметил голову своего напарника, который тоже изучал обстановку. Как можно быстрее, мы оба проскользнули сквозь решетки и оказались в коридоре. Верхнюю одежду и веревки нам передали сокамерники, тут же закрыв фрамуги. Вместе с Уббинком, я побежал к пустой камере, находившейся в углу коридора, которая, как нам было известно, не запиралась. В этой камере мы впервые посмотрели друг на друга и ободряюще похлопали руками по плечам. Когда охрана прошла мимо двери, мы на цыпочках проскользнули до туалета, где намеревались дождаться темноты и вылезти наружу через тамошнее окно. Дважды за шесть часов, проведенных нами там, кто-то дергал за ручку двери, тогда один из нас произносил: «Занято!».

            Дождавшись, когда луч прожектора, осветив окно, пошел дальше, мы выбросили наружу конец веревки, на котором была привязано наша верхняя одежда, затем протиснулись сквозь прутья решетки. Я первым стал спускаться вниз. Сразу же после меня на землю опустился Уббинк, и мы стянули свободный конец веревки. Буквально через несколько секунд по фасаду здания вновь скользнул луч профектора.

            Пригнувшись, мы пробежали к находившейся неподалеку часовне, уйдя из сектора, просматривавшегося охраной. Спрятав веревку, быстро оделись. Теперь нам оставалось преодолеть проволочное ограждение, проходившее метрах в пятидесяти от здания тюрьмы прямо по парковым газонам. Не дойдя метров пять до ограждения, услышали шаги в кованых сапогах. Это шел охранник, который, к счастью, нас не заметил и продолжил свой путь. Немного выждав, мы подползли к проволочной ограде. Первым перепрыгнул через нее Уббинк, за ним последовал я. Преодолев еще ров с водой, мы оказались на свободе. Вне себя от радости, мы кинулись друг к другу в объятия, сознавая однако, что до конца еще далеко.

 Его оставашиеся в тюрьме товарищи вскоре были переведены в концлагерь Маутхаузег, где и были осенью 1944 года расстреляны. Только пять человек из числа заброшенных в Голландию агентов пережили войну.

            Дурелейну и Уббинку 1 февраля 1944 года удалось добраться до Англии, где они изложили руководству истинную суть дела.

            Операция «План Голландия» была на этом окончена.

            Немецкий абвер, проводя почти два года радиоигру «Северный полюс», надеялся получить возможность вскрыть намерения союзников. Однако некоторые данные свидетельствуют о том, что «План Голландия» тоже являлся глубоко продуманным отвлекающим маневром, одним из многих, которые должны были убедить немцев в том, что именно на фландрском побережье между Кале и Голландией намечалось осуществление союзного

            Вторжения на континент (С таким утверждением автора вряд ли можно согласиться, так как решение союзного командования о высадке войск в Нормандии было принято лишь в октябре 1943 г., когда радиоигра шла практически уже к концу.).

            Истина осталась сокрытой в архивах управления специальными операциями, которые, как утверждается, были уничтожены вскоре после окончания войны.

Януш Пекалкевич

Из книги «Спецоперации Второй мировой»

 

 

Читайте также: