ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Очерк о боевых действиях сводного пограничного полка НКВД в боях за Севастополь
Очерк о боевых действиях сводного пограничного полка НКВД в боях за Севастополь
  • Автор: Vedensky |
  • Дата: 04-06-2017 13:13 |
  • Просмотров: 343

В окрестностях Севастополя есть маленький зеленый городок - Балаклава. В его небольшой уютной бухте располагалась до недавнего времени крупнейшая на Черном море база советских подводных лодок. Балаклава - весьма живописное место, и особый колорит придает ей старинная и, увы, сильно разрушенная генуэзская крепость, возвышающаяся слева от входа в бухту. Уже само назначение крепостей предполагает жизнь отнюдь не спокойную, и история их, как правило, насыщена событиями драматическими. Однако судьба крепости в Балаклаве необычна даже на фоне ей подобных...

В середине XIV в. в бухте Символов, или, по-гречески, Симболон, появились корабли генуэзцев, откупивших у ханов Золотой орды часть Южного берега Крыма и теперь интенсивно расширявших свои владения. Они подчинили своей власти лежащее на берегах бухты греческое рыбацкое поселение, и в 1357 г. начали строительство крепости, получившей название "Чембало". Она делилась на верхний город, или замок Св. Николая, где жил генуэзский консул и располагался гарнизон, и нижний город, или замок Св. Георгия, где были выстроены склады, мастерские, церкви и жилые дома.

Главная часть замка Св. Николая - круглая 20-метровая башня-донжон была видна за много миль с суши и с моря.

К ней примыкал двор, огражденный 5-метровой крепостной стеной, идущей ломаной линией. С севера к замку примыкает глубокий каменистый овраг, по дну которого протекает ручей, а с юга - узкая скала, на которой расположился замок, обрывается в море. С запада - пологий подъем.

Немецкие войска на подступах Балаклавы, осень. l94l г

Немецкие войска на подступах Балаклавы, осень. l94l г

Наиболее доступное для атаки место, было перегорожено рвом, над которым высилась крепостная стена. С востока к замку Св. Николая примыкает значительно более обширный замок Св. Георгия, лежащий на склоне горы, спускающимся к бухте, и также огражденный стеной, усиленной 6-ю круглыми крепостными башнями. Генуэзцы укрепляли Чембало на протяжении более столетия, до середины XV в.

Господство генуэзцев, захвативших в свои руки почти всю морскую торговлю с Крымом, было по вкусу отнюдь не всем. В 1433 г. небольшой отряд воинов царевича Алексея, из местной династии мангупских князей, взял Чембало. Надо думать, немалую помощь ему оказало местное население, страдавшее от поборов и произвола генуэзской администрации. Впрочем, ответный удар не заставил долго ждать: колониальные власти запросили помощи метрополии, и в 1434 году из Генуи прибыло шестидесятое войско под началом кондотьера Карло Ломеллино, который при поддержки огня пушек , практически неизвестных тогда в Крыму, штурмом взял Чембало и захватил в плен Алексея и остатки его отряда.

В 1475г. Чембало, вместе с прочим генуэзскими владениями в Крыму, было захвачено турками, поставившими здесь свой гарнизон с артиллерией для отражения набегов запорожских казаков. В 1783г. сюда пришли русские, а в 1854г. маленький гарнизон Балаклавы с крепостных стен встретил огнем английскую эскадру союзного англо-турецкого флота,       шедшего   с целью захвата Севастополя. Полностью потеряв всякое военное значение, крепость к концу XIX в. совсем опустела. Ее стены и строения местные жители разбирали для строительства своих домов, а на руинах пасли скот. Курсанты 1-й пограншколы НКВД, назначавшие свидание Балаклавским девушкам под сенью старинных башен, и представить себе не могли, что в недалеком будущем им придется обороняться в этой "крепости"...

К концу октября 1941г. уже во всем Крыму стало ясно, что удержать всю территорию полуострова советские войска не в состоянии. 28 октября немцы прорвали Ишуньские позиции, и войска 11-й армии Эриха фон Манштейна хлынули в крымские степи. Приморская армия генерала И. Петрова    начала отход к Севастополю, где еще летом были намечены рубежи обороны и начато их инженерное оборудование.

Г.А. Рубцов, герой Советского Союза с 13 ноября 1941г. - командир полка

Г.А. Рубцов, герой Советского Союза, с 13 ноября 1941г. - командир полка

Однако немецкие части оказались явно мобильнее приморцев. Для взятия Севастополя Манштейн бросил вперед импровизированную моторизованную бригаду Циглера. Чтобы ее остановить, руководство города и штаб Черноморского флота отправили в окопы личный состав учебных и береговых частей, различные добровольческие, истребительные и т.п. отряды. Среди них был и батальон курсантов Балаклавской школы младшего начсостава сторожевых погранкатеров под командованием начальника школы майора И.Г. Писарихина и комиссара В.С. Иващенко. В первых числах ноября курсанты вступили в бой восточнее Балаклавы у села Кучук-Мускомья.

Передовые группы немцев были остановлены, и в город стали прибывать поредевшие части Приморской армии. Многие из них нуждались в переформировании из-за больших потерь. В рамках этого переформирования 2-я кавалерийская дивизия, лишившаяся конского состава еще в Одессе и имевшая в строю всего 320 человек, была переформирована во 2-ю стрелковую. Командиром назначался полковник Г.Г.Новиков. В состав этой дивизии и включили вновь созданный 456-й сводный пограничный полк НКВД.

Формирование Сводного полка НКВД началось еще 10 ноября приказом начальника погранвойск НКВД Черноморского округа. Основой для него послужил батальон курсантов Балаклавской школы младшего начсостава погранкатеров, куда влили остатки 184-й дивизии, пробившиеся в Севастополь последними. Это бывшая 4-я крымская дивизия народного ополчения, в состав которой включили в октябре 1941 г. бойцов 26-го пограничного отряда, эвакуированного из Одессы. Дивизия обороняла побережье за Алуштой, и около 1500 ее бойцов, в основном пограничников, сохранив не только личное оружие, но и тяжелое вооружение, очень дисципли­нированными группами выходили в Севастополь до конца ноября. Среди них был и майор Г.А.Рубцов, командир 262-го стрелкового полка.

Кроме этих частей, в состав полка вошел состав 23­й пограничной комендатуры, две роты железнодо­рожных и конвойных войск. Результат слияния хорошо обученных курсантов и опытных, закален­ных в боях за Одессу и Перекоп солдат, оказался замечательным. Младший и средний командный состав в подавляющем большинстве был из опыт­ных фронтовиков, а рядовой состав имел прекрас­ную боевую подготовку. Полк состоял из трех батальонов. Командиром полка был назначен майор Шейкин, комиссаром - батальонный комиссар Смирнов. Во главе первого батальона встал майор Кекало, второго - майор Ружников, третьего - майор Цирульников. По своему оснащению Сводный полк НКВД также отличался в лучшую сторону от прочих вновь сформированных частей Симферопольского гарнизона. Если в других частях ощущалась острая нехватка стрелкового и особенно автоматического оружия, а имевшееся часто не было табельным, то пограничники со складов войск НКВД наряду с винтовками Мосина получили немалое количество пистолетов-пулеметов ППД различных модифика­ций, ППШ-41, самозарядных винтовок СВТ-40. Ручных пулеметов ДЦ и станковых пулеметов Максима было в достатке. Характерным было нали­чие значительного числа оптических прицелов, установленных на винтовки СВТ и Мосина, которые получали наиболее подготовленные бойцы.

Полк имел собственную артиллерию: батарею 45-миллиметровых пушек и минометную батарею (82- и 50-миллиметровые минометы). В состав полка входил инженерный взвод лейтенанта Мануйлова, оказавшийся весьма кстати.

А.С. Терлецкий лейтенант, командир взвода пограничного полка

А.С. Терлецкий лейтенант, командир взвода пограничного полка

Офицеры-пограничники, 1941 г.

Офицеры-пограничники, 1941 г.

Личный состав полка был одет в стандартную униформу пехоты с зелеными петлицами погранич­ных войск. Многие, чтя традиции, вместо армейских пилоток носили зеленые с темно-синим околышем фуражки погранвойск. В холодное время вместо пилоток одевались серые армейские шапки- ушанки, а также суконные шлемы -"буденовки", а поверх гимнастерок - шинели или короткие стеганые ватники. Многие бывшие курсанты-мор­ские пограничники сохранили тельняшки.

Хотя Сводный полк НКВД был официально включен в состав Приморской армии только 17 ноября 1941 г., уже 11 ноября он вступил в бой с частями 72-й пехотной дивизии немцев в районе села Кучук-Мускомья восточнее Балаклавы. И хотя в этих боях пограничники проявили себя с самой лучшей стороны, укрепленные позиции восточнее Балаклавы к 21 ноября были потеряны, и вернуть их не удалось. Немцы заняли высоты на окраине Балаклавы, но спуститься в город пограничники им не дали. Полк занял правый фланг участка обороны 2-й стрелковой дивизии полковника Новикова, державшей участок 1-го сектора обороны от села Комары до берега моря.

За слабое руководство полком, приведшее к потере занимаемых позиций в ноябрьских боях, командир полка майор К.С.Шейкин был снят с должности, понижен в звании и позже переведен в 25-ю стрелковую дивизию начальником штаба 54­го полка. В командование Сводным полком НКВД 23 ноября вступил майор погранвойск НКВД Герасим

Архипович Рубцов. Утратив оборудованный рубеж, пограничники начали закрепляться буквально на голом месте, под непрерывным обстрелом. Вот здесь-то опытный пограничник Рубцов обратил внимание на оказавшуюся в полосе обороны полка крепость. Он вполне обоснованно рассудил, что именно в этом месте крепость возникла не зря, а каменные стены и башни, несмотря на древность, обеспечат бойцам хорошее укрытие от осколков и пуль. Более того, двухметровая кладка выдерживала прямые попадания осколочных снарядов и минометных мин. В кроткий срок пограничники Сводного полка НКВД превратили исторический памятник в серьезный опорный пункт.

Основным узлом обороны крепости стал замок Св. Николая. Гарнизон его составил усиленный взвод 4 - й роты 1-го батальона младшего лейтенанта Григория Орлова, работавшего до войны в Москве в Метрострое. Нужно сказать, что свой опыт подземных работ он использовал творчески и рационально.

В нижнем этаже донжона со стороны замка Св.Георгия, т.е. противоположной немецким пози­циям, был пробит узкий проход в толстой каменной кладке. В окружавших замковый двор стенах бойцы продолбили амбразуры, находящиеся на разной высоте для пулеметов и стрелкового оружия. Непосредственно во дворе были выкопаны в скаль­ном грунте капониры для двух 8 2-миллиметровых минометов. На втором этаже донжона находился пост, где круглосуточно дежурил наблюдатель- корректировщик артиллерийского огня или снайпер (или, если необходимо, оба вместе), а нижний был отведен для укрытия. Пограничники установили здесь печь-буржуйку, импровизированные лежанки для отдыха, здесь же хранили запасы продоволь­ствия и боекомплекты.

В ноябре-декабре 1941 г. генуэзская крепость в Балаклаве была самой южной точкой советско- германского фронта. Здесь линия фронта обрывалась в море. Основным противником погра­ничников Сводного полка НКВД с ноября 1941 г. по март 1942 г. были солдаты 72-й немецкой пехотной дивизии, занимавшей фронт против позиций дивизии Новикова, от берега моря до села Комары. Окопавшись на высотах вдоль восточной окраины Балаклавы, они держали под обстрелом практи­чески весь городок, но любая попытка спуститься вниз пресекалась огнем пограничников. В свою очередь, попытки пограничников сбить немцев с высот также не удавались. В этих условиях генуэзская крепость, откуда немецкие позиции простре­ливались продольным огнем во фланг, играла огромную роль.

Когда войска 11-й армии немцев ворвались в Крым, Манштейн поставил перед ними две задачи: отрезать советским 51-й и Приморской армиям пути отхода, уничтожить их и обеспечить захват Севастополя сходу. Русской пословицы о погоне за двумя зайцами он, вероятнее всего, не знал. В результате - 51-я армия ускользнула на Тамань, а Приморская засела в укреплениях Севастопольского оборонительного района (СОРа). Между тем, еще в сентябре Манштейн обещал Верховному командованию сухопутных сил Германии захватить Крым, и слово свое намеревался сдержать в бли­жайшее время. К концу ноября 1941 г. Севастополь был единственным пунктом на Восточном фронте, взятие которого сулило немцам новый успех.

И.И. Богатырь, герои Советского Союза, 1967 г.

И.И. Богатырь, герои Советского Союза, 1967 г.

Ранним утром 17 декабря 1941 г. начался генераль­ный штурм Севастополя. В районе позиций Свод­ного полка НКВД немцы пытались атаковать мелки­ми подразделениями силами до роты с целью демонстрации наступления и недопущения пере­броски советских войск отсюда на помощь другим секторам. Это диктовалось особенностями мест­ности, где было практически невозможно использо­вать и без того бывшую в дефиците у немцев броне­технику, а огонь артиллерии был малоэффективен.

Немцы упорно атаковали крепость. Наиболее качественным в условиях сильнопересеченного рельефа был минометный огонь, активно применявшийся обеими сторонами. Обладание крепостью позволяло просматривать местность до самой Сапун-горы, и, соответственно, корректи­ровать огонь артиллерии, в том числе и корабельной. Это понимали и пограничники, и немцы, которым минометная батарея их замка св. Николая наносила чувствительные потери. Поэтому вокруг замка разгорелись жесточайшие схватки. Взвод Орлова отразил более семидесяти атак, и средневековая крепость вполне доказала свое право считаться таковой, служа пограничникам надежным укрытием. При обстреле они прятались в башне, а в случае атаки быстро занимали места у бойниц.

Во время одной из атак группе немецких солдат удалось подойти вплотную к стенам, и тогда, как в средневековье, гарнизон бросился на вылазку. Пограничники схватились с немецкой пехотой в свирепой рукопашной схватке, в которой с обеих сторон не было ни пощады, ни жалости. В ход пошли штыки, приклады, ножи, пехотные лопатки, обутые в сапоги ноги, кулаки. Боец Александр Мартынов с легкостью перебросил через себя штыком несколь­ких немецких солдат, благо огромная физическая сила позволяла ему сделать это. Младший лейтенант Орлов отстреливался, держа в руках два револьвера. Снайпер Николаев с верхнего этажа башни методично расстреливал противника.

Прорвавшаяся группа была уничтожена полностью, а пограничники, собрав как трофеи оружие, боеприпасы и документы, отошли под защиту крепостных стен.

Потерпев неудачу в дневной атаке, немцы атаковал крепость ночью. Они попытались пройти, используя ограниченную видимость, по дну оврага мимо стен верхнего города, но были вовремя обнаружены привычными к бдительности погра­ничниками и попали под перекрестный огонь пулеметов. Наутро бойцы обозревали склоны оврага с разбросанными трупами немецких пехотинцев.

Штурм Севастополя еще продолжался, когда 30 декабря 1941 г. пришло известие, что советские войска высадились в Керчи и Феодосии и начали освобождение Керченского полуострова. Над 11-й армией немцев, осаждавшей Севастополь, встала реальная угроза окружения и разгрома. Манштейну теперь стало не до Севастополя, нужно было £ спасать собственные войска. Декабрьский штурм м города, таким образом, полностью выдохся.

Между тем командование советского Кавказского фронта, которому подчинили СОР, требовало от В гарнизона Севастополя активных действий, чтобы О не допустить переброски немецких войск на Керченский полуостров. Во исполнение этого приказа утром 1 января 1942 г. 1-й батальон Сводного полка т НКВД совместно с батальоном 130-го стрелкового полка при поддержке огня артиллерии 51-го Ф артиллерийского полка начали атаку высоты 212,1.

Однако самоотверженность и героизм не смогли компенсировать снаряды, расстрелянные в дни и отражения штурма. Жидкий огонь советской · » артиллерии не смог надежно подавить огневые Д точки противника. В результате пограничники и стрелки оказались прижаты к земле прицельным X огнем пулеметов, накрыты минометным огнем     и, и, понеся большие потери, к исходу дня отошли на · свои позиции. Только 2-й батальон майора · Ружникова сумел ворваться на позиции противника и почти семнадцать часов удерживал их. Ослаблен­ные в декабрьских боях войска СОРа не могли наступать. К середине января 1942 г. под Севасто­полем наступило затишье...

29 января 1942 г. 2-я стрелковая дивизия была переименована в 109-ю стрелковую дивизию, ее командир П.Г. Новиков получил звание генерал- майора. Соответственно Сводный полк НКВД стал 456-м стрелковым полком РККА. Майор Г.А. Рубцов стал подполковником. Полк получил пополнение, и с 1372 бойцами и командирами на 16 декабря 1941 г. насчитывал на 1 февраля 1942 г. 1972 человека.

В условиях прекращения активных боевых действий на участках СОРа усилилась работа снайперов и разведки. И здесь пограничники не знали себе равных. Снайперы полка, такие, как Богатырев, Сторожук, Николаев вели настоящую охоту на немецких солдат и офицеров. Периодически вспыхивали дуэли с немецкими снайперами, которые убивали не только красноармейцев, но и мирных жителей Балаклавы.

Так, снайпер Богатырь сумел уничтожить немца, расстрелявшего очередь у водоразборной колонки и убившего нескольких женщин и стариков. Снайпер Николаев заставил замолчать стрелка, терроризировавшего балаклавских рыбаков, чьи причалы были видны с немецких позиций.

Разведчики 456-го полка, пользуясь тем, что в немецких позициях были разрывы, проникали в ближние тылы 72-й пехотной дивизии, добывая разведданные и "языков". Так, было быстро установлено, что часть 72-й дивизии немцы перебросили под Феодосию. Особенно успешно действовала разведгруппа старшины Мясникова из пяти разведчиков. В их числе был 12-летний Володя Чепурной, который, несмотря на свою юность был уже опытным бойцом и воевал не хуже взрослых.

Помимо таких небольших мобильных групп в тыл немецких войск просачивались и более крупные отряды пограничников, которые вели разведку глубокого тыла немцев, устраивали засады и минировали дороги. Нередко к таким группам придавался арткорректировщик с радиостанцией, корректировавший огонь тяжелых стационарных батарей береговой обороны.

Пользуясь затишьем, разведотдел штаба Приморской армии организовал на участке обороны 456-го полка "окно" для связных от крымских партизан, державших связь с осажденным Севастополем. Партизанские связники пробирались вдоль берега моря, и выходили прямо к стенам генуэзской крепости, где их встречал лейтенант М.А. Крайнов, ответственный за "окно".

В один из январских дней такой связник, видимо, плохо знавший местность, появился в районе замка Св. Николая уже утром, и был замечен с немецких позиций. Надеясь избежать пулеметного огня, он стал пробираться к кромке обрыва, надеясь найти тропу вниз. Однако тропы не было, и партизан сорвался с более чем 50-метровой скалы, поскользнувшись на мокрых от росы камнях. Посчитав свою задачу исполненной, немцы успокоились, и огонь умолк. Полчаса спустя боец из гарнизона замка Александр Мартынов услышал слабые стоны и ползком полез к кромке скалы. Обстрел со стороны немцев тут же возобновился, но теперь на немцев обрушилась вся огневая мощь крепости, и прицельного огня у них не получилось. Пользуясь этим, Мартынов свесился вниз и увидел партизана, лежащего на узком скальном выступе двумя метрами ниже кромки обрыва и стонавшего от боли из-за полученных травм. Только редкое бесстрашие, отменная ловкость и недюжинная физическая сила помогла пограничнику буквально выдернуть раненного наверх и доставить под защиту стен крепости.

В марте 1942 г. на немецких позициях против 109-й СД произошла смена войск. 72-ю пехотную дивизию сменила 28-я дивизия легкой пехоты. Имея меньше тяжелого вооружения, эта дивизия имела личный состав, обученный действиям небольшими подразделениями на сильно пересеченной местности и в городах, намного лучше обычной пехоты.

В феврале 1942 г. позиции 45 6-го полка посетили корреспондент ТАСС Александр Хамадан и фотокорреспондент Борис Эйберг. История о том, как горстка пограничников четвертый месяц защищается в руинах генуэзской крепости, не могла не заинтересовать. Хамадан и Эйберг пробрались в замок Св. Николая и провели некоторое время с его защитниками. Из записной книжки Александра Хамадана: "За три месяца по генуэзской башне немцы выпустили 2500 мин и более 1500 снарядов. В башню было 24 попадания - поражений не было". В книге "Севастопольцы", вышедшей в Москве в конце 1942 г., одну из глав А.М. Хамадан посветил гарнизону верхнего замка.

К началу апреля 1942 г. наступление советского Крымского фронта фактически захлебнулось. Приморская армия в Севастополе также не пыталась проявлять активных действий, ибо генерал Петров видел, что при таком уровне боевого обеспечения они не приносят ничего, кроме потерь. В Крыму установилось шаткое равновесие сил. Всем было ясно, что долго это не продлится, и обе стороны активно пытались выяснить намерения друг друга.

11 апреля разведгруппа 456-го полка во главе с лейтенантом A.M. Виноградовым между селами Варнутка и Кучук-Мускомья была обнаружена немцами. Основу разведывательной партии составляла группа старшины Мясникова, усиленная снайпером Сторожуком и несколькими автоматчиками.

Разведчики стали уходить, но немцы организовали преследование и окружили группу. Лейтенант Виноградов решил принять бой и запросил помощи по радио, решив с темнотой пробираться к морю, где разведчиков могли снять катера. Заняв круговую оборону, разведчики отбили прицельным огнем три атаки. К тому же, Сторожук подстрелил немецкого офицера, командовавшего преследователями. Это вызвало в рядах немецких солдат временное замешательство, что позволило пограничникам, пользуясь наступающей темнотой, прорвать окружение и выйти к морскому пляжу.

К тому времени подполковник Рубцов, понимая, что дорога каждая минута, а запрос на помощь катеров Черноморского флота может идти слишком долго, обратился к Балаклавским рыбакам. Под покровом ночи рыбацкие баркасы сняли с берега группу Виноградова и доставили ее в Балаклаву.

8 мая, на рассвете, Манштейн частью сил своей 9-й армии нанес ошеломляющий удар по левому крылу Крымского фронта. Командующий фронтом генерал Д.Т. Козлов и представитель Ставки В.Г.К армейский комиссар 1-го ранга Л.З. Мехлис оказались к этому совершенно не готовы и не смогли организовать отпор. Неся огромные потери, советские войска в беспорядке отступали. 12 мая пала Керчь, а остатки войск Крымского фронта переправились на Тамань. Настал черед Севастополя.

С середины мая Манштейн начал подготовку к генеральному штурму СОРа. Силы осаждающих пополнились еще четырьмя дивизиями, новыми танками и самолетами. С 20 мая началось методичное нанесение артиллерийских ударов по позициям гарнизона, базе флота и самому городу. План штурма предусматривал нанесение по защитникам Севастополя двух охватывающих ударов - с севера и юго-востока, с целью окружить части гарнизона в районе восточнее города.

6 июня 1942 г. начался третий штурм Севастополя. Для пограничников, защищавших генуэзскую крепость, он стал черным днем. Очередное попадание немецкого снаряда в донжон замка Св. Николая стало роковым. Древняя стена, принявшая к тому времени уже более 200 попаданий, не выдержала и рухнула внутрь. Под ее обломками погиб почти весь гарнизон замка: лейтенант Григорий Орлов и Григорий Сохач, пограничники Александр Мартынов, Николай Лебедев, Константин Хонин, Николай Шарапов и другие.

Потеря донжона сильно ослабила эффективность огня защитников крепости, но не поколебала их стойкости и упорства. 11 июня немцы атаковали позиции советских войск по всей линии обороны 1-го сектора, но потеснить защитников Балаклавы не смогли.

12 июня тяжесть ударов немецкое командование перенесло на правый фланг СОРа, на войска 1-го сектора. В дополнение к частям 28-й легкой пехотной дивизии в бой была введена 170-я пехотная дивизия, стоявшая в резерве Манштейна у сел Варнутка и Кучук-Мускомья, им были приданы штурмовые орудия, а с воздуха немецкие атаки поддерживали пикирующие бомбардировщики. Для того, чтобы выкурить пограничников 456-го полка из домов на окраине Балаклавы, немцы скатывали с горных склонов бочки с горючим, предварительно поджигая их. Единственное, что смогли противопоставить пограничники, это выставленные в ночное время заграждения из  металлических рогаток, оказавшиеся весьма эффективными.

Между тем, усиление блокады Севастополя с моря стало приносить результаты. Советские войска все острее ощущали недостаток боеприпасов. К утру 17 июня немцам удалось потеснить соседей 456-го полка - 381-й стрелковый полк. Теперь генуэзская крепость оказалась под перекрестным огнем. А бойцам Рубцова все больше приходилось экономить боезапас. Но даже при таких условиях пограничники держали свои позиции. Стреляли только наверняка, подпуская немецкую пехоту почти вплотную. Упорство бойцов 456-го полка не оставалось незамеченным. За подвиги при удержании позиции в районе генуэзской крепости 20 июня ефрейтор пулеметной роты И.И. Богатырь был награждены звездой Героя Советского Союза. Утром 30 июня 1942 г. в сводке Совинформбюро сообщалось: "Пехотинцы подразделения Рубцова отбили десятки атак превосходящих сил противника и уничтожили до двух полков немецкой пехоты, 11 танков и сбили два бомбардировщика противника". Оставим на совести советской пропагандистской машины информацию о нанесенных противнику потерях, они, конечно же, не могут рассматриваться всерьез, но признаем факт, что пограничники сражались доблестно.

Однако к концу июня стало ясно, что участь Севастополя решена. К исходу 20 июня 1942 г. немцы заняли северную сторону Севастополя, а затем переправились через северную бухту и завязали бои в черте города. Оборона Балаклавы еще больше теряла смысл...

И все же, несмотря ни на что, крепость держалась. Лишь 1 июля, когда советские части практически были вытеснены из Севастополя и стали медленно отступать к последним укреплениям на мысе Херсонес, командир 109 стрелковой дивизии генерал-майор П.Г. Новиков дал приказ подполковнику Рубцову оставить позиции в генуэзской крепости и вокруг нее, и, переправившись через Балаклавскую бухту, отходить к мысу Фиолент, где ожидать транспортные суда для эвакуации на Кавказ ... Остается лишь добавить, что 456-й полк 109-й стрелковой дивизии в полной мере разделил участь всей приморской армии, фактически брошенной Сталиным и его компанией на произвол судьбы. 109-я дивизия была последней частью СОРа, сохранявшей боеспособность, и не в последнюю    очередь благодаря бойцам-пограничникам подполковника Рубцова. Комдив П.Г. Новиков стал последним командующим остатками войск Приморской армии.

О последних днях 456-го полка известно немного. После гибели 4 июля подполковника Рубцова и большей части личного состава остатки полка возглавил комбат-2 майор Ружников. Прижатые к морю, поливаемые огнем сутки, с моря и воздуха, пограничники продолжали сопротивление, предпочитая смерть плену, неоднократно предлагаемому противником. Так, застрелился последний командир пограничников майор Ружников и многие его подчиненные, другие нашли смерть на скалистом берегу мыса Херсонес и в волнах Черного моря. Лишь немногие бойцы попали в плен, и совсем единицы пережили войну. Пограничники продолжали драться до последнего, используя штыки и камни, не зная, что приказом ВГК от 7 июля 1942 г. 456-й стрелковый полк вместе со всеми остальными частями Приморской армии расформирован...

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 мая 1965 г. подполковнику Рубцову Г.А. посмертно было присвоено звание Героя Советского Союза. Его именем названы улицы в Симферополе и Севастополе, пограничная застава в Крыму.

Е. Андронов (Евпатория)

Военно-исторический журнал Military Крым, №1, 2005

Список использованных источников

  1. Кеппен П.И. Крымский сборник. - СПб., 1837. - С. 215.
  2. Кеппен П.И. Ук. соч., с. 223.
  3. Ц А М О - ф. 288, оп.9 900, д. 8, л. 201.
  4. Крылов Н.И. Огненный бастион. - М.,1973. - С. 58.
  5. Ванеев Г.И. Севастополь 1941-1942. Т.1. - Киев ,1995. С.96.
  6. Моргунов П.А. Героический Севастополь. - М., 1979. С. 190.
  7. Басов А.В. Крым в Великой Отечественной войне. - М. , 1987.-С. 109.
  8. Хамадан A.M. Севастопольцы. - М., 1942. - С.29.
  9. Хамадан A.M. Ук.соч., с. 31.
  10. Хамадан A.M. Ук.соч., с. 32.
  11. Ванеев Г.И. Ук.соч., с. 209.
  12. Ц А М О - ф. 288, оп. 9900, д. 8., л. 236.
  13. Хамадан A.M. Ук.соч. - с.ЗЗ
  14. Ванеев Г.И. Ук.соч. Т.2 . - С. 93.
  15. Ванеев Г.И. Ук.соч., с. 188.
Читайте также: