ГлавнаяМорской архивИсследованияБиблиотека












Логин: Пароль: Регистрация |


Голосование:
Вам нравится наш сайт?


Отличный сайт!
Хороший сайт
Встречал и получше
Совсем не понравился





» » Кавказ

При Екатерине II российская политика в Кабарде основывалась на противопоставлении кабардинцев независимым горским народам и подданным Османской империи: «Со стороны ген. Потёмкина содержаны Кабардинцы с соседними их народами во вражде непримиримыми»

После войны 1787-1791 гг. насильственное переселение закубанцев в пределы Российской империи не производилось, но отмечались факты их добровольных переходов на российскую сторону. На Нижней и Средней Кубани переселённых ногайцев администрация отправляла в Крым или селила на правобережье Кубани по усмотрению атамана Черноморского войска Ф.Я. Бурсака. Черноморские казаки, поселённые на правобережье Кубани до Азовского моря, охраняли границу до крепости Усть-Лабинская. Основу Черноморского и Линейного казачества составили запорожские и донские казаки, переселённые для несения пограничной службы и освоения целинных степей. С течением времени русское население пополнялось новыми выходцами из Малороссии, Слободской Украины, южнорусских губерний, старых казачьих войск и др.

Интенсивное укрепление Азово-Моздокской линии в 1777–1783 гг. имело важное значение в создании прочного тыла для дальнейшего продвижения войск из Кабарды и Пятигорья. По предложению князя Г.А. Потёмкина, наместника Азовского и Астраханского, укрепление новой границы было поручено астраханскому губернатору генерал-майору Якоби, ему же были вверены и войска Кизлярского края. Азово-Моздокская линия, начинаясь в устье Дона, направлялась через крепости Ставрополь, Александровск, Георгиевск, Екатериноград и доходила до Моздока.

Кубанские ногайцы, в отличие от ордынских, остались верны Крымскому ханству и активно участвовали в борьбе с Российской империей, неся при этом большие потери. Кубанские мурзы водили отряды на российские границы не только в составе татарских войск, но и самостоятельно. Так, казыевцы во главе с Сокур-Аджи-Мурзой Расламбековым ещё в 1765 г. осадили крепость Кизляр, пытаясь возвратить «кочующих при Кизляре и в калмыцких улусах ногайцев»1. Поход оказался безуспешным, так как кабардинские князья вовремя донесли российским властям «о намерении закубанцев Сокур-Арслан Бек хаджи напасть на Моздок и Кизляр и увести ногайцев»2. В 1771 г. этот мурза со своим отрядом прошёл до Дона и разорил станицу Романовскую, но на обратном пути был разбит отрядом Моздокского корпуса. П.Г. Бутков называет кубанского мурзу Сокур-Аджи Расламбека Карамурзиным3.

Османская империя не могла помочь Крымскому ханству, так как проигрывала России: «Нетерпеливое желание султана Мустафы ввязаться в войну до того, как он будет к ней готов, дало императрице Екатерине время, чтобы мобилизовать против него пять отдельных армий». С запада на восток они соответственно базировались на Украине по р. Днестру, перед Перекопским перешейком, который вел в Крым, на территории между Доном и Кавказом и в районе Тифлиса в Грузии.

Кабарда была включена в состав России, и 2 июля 1769 г. управление над нею получил командующий войсками генерал-майор Медем, получивший удобный плацдарм для наступления против Крымского ханства. Екатерина II приказала, чтобы он, «пользуясь притворным спокойствием Кабарды, немедленно двинулся на кубанских татар». Как отмечал П.Г. Бутков, «польза в приобретении кабардинцев в нашу сторону заключалась в том, что поступок их облегчал дальнейшие действия Медема на Кубани».

Истоки восточной политики Рима были обусловлены стечением внутренних и внешних факторов. Подготовительным этапом к ее началу были Македонские и Сирийские войны: первые позволили Риму подчинить своему влиянию Грецию, на базе которой был создан стратегический плацдарм для продвижения в Малую Азию, а вторые - освободить политическое пространство Ближнего Востока от Селевкидской державы-конкурента, являвшейся сильнейшим государством Восточного Средиземноморья.

За год до начала русско-турецкой войны ситуация в Большой Кабарде вышла из-под контроля российских властей. Дело в том, что учреждение Моздока спровоцировало массовое бегство от кабардинских владельцев их подвластных людей, находивших защиту в крепости. Поэтому в марте 1767 г. часть князей с Мисостом Баматовым (сыном Магомета Атажукина) призвала всех переселиться на Верхнюю Куму и «быть в крымской протекции обще с кубанцами», а другая часть с Касаем Атажукиным настаивала «кроме российской, никакой другой протекции не искать», надеясь, что российские власти согласятся не принимать беглых людей в Моздоке и выдавать их обратно владельцам.

Северный Кавказ является регионом интенсивного массового перемещения и тесных контактов народов с глубокой древности. После развала Золотой Орды до XVIII в. этническая картина часто менялась в зависимости от междоусобиц обособившихся мелких княжеств. На Центральном и Северо-Западном Кавказе России были известны, в основном, адыгские и ногайские народы как данники Крымского ханства, с которым её связывали многовековые военно-политические отношения. В середине XVI в. через ногайских мурз вышли на прямой контакт с Иваном Грозным кабардинские князья, но только во II половине XVIII в. они попали в зону непосредственного влияния России, когда русско-татарское соперничество подошло к своему завершению. Могущество Османской империи клонилось к закату, и её вассалы – крымские ханы Гиреи – не могли остановить натиск российской экспансии на юг.

римский легионерВосточный вектор внешнеполитической экспансии Рима обрисовался сразу же после окончания Пунических войн, при этом эскалации данного процесса способствовало органичное сочетание внутренних и внешних факторов. После поражения Карфагена, Рим стал самым могущественным государством в Западном Средиземноморье